Просрочка исполнения обязательств нерабочий день - гражданское законодательство и судебные прецеденты

за просрочку исполнения обязательства и ответственности за неисполнение в добровольном порядке требований потребителя, и не должно нарушать принципы равенства сторон и недопустимости неосновательного обогащения потребителя за счет другой стороны. Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о необходимости снизить размер взысканной решением финансового уполномоченного неустойки в порядке, предусмотренном ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, до 50 000 руб., поскольку размер неустойки, присужденный судом первой инстанции, несоразмерен последствиям нарушения страховщиком обязательства. С данными выводами суда апелляционной инстанций согласился суд кассационной инстанции. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что апелляционное определение и определение суда кассационной инстанции приняты с нарушением норм действующего законодательства, и согласиться с ними нельзя по следующим основаниям. В соответствии с п. 21 ст. 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО) в течение 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных

договору установлен преюдициальным для рассмотрения настоящего спора решением Арбитражного суда Камчатского края от 21.01.2020 по делу № А24-7268/2019, принимая во внимание отсутствие просрочки заказчиком обязательств по договору вследствие ненаступления срока оплаты выполненных работ, правомерно отказал в удовлетворении требования ответчика о взыскании с истца убытков в размере 81 045 рублей 54 копеек, в связи с чем доводы апеллянта об обратном отклоняются как необоснованные. Ссылка ответчика на необходимость исключения из периода расчета неустойки за просрочку исполнения обязательств по договору нерабочих дней, связанных с введением в действие ограничительных мер, связанных с предотвращением распространения новой коронавирусной инфекции, повторно заявленная в апелляционной жалобы, являлась предметом рассмотрения суда первой инстанции и правомерно отклонена, исходя из следующего. Нерабочие дни, объявленные таковыми Указами Президента Российской Федерации от 25.03.2020 № 206 и от 02.04.2020 № 239, относятся к числу мер, установленных в целях обеспечения санитарноэпидемиологического благополучия населения, направленных на предотвращение распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19), и не могут считаться

выполненных работ и затрат (унифицированная форма КС-3), после предоставления подрядчиком счета, счета-фактуры (при наличии). Акт о приемке выполненных работ подписан сторонами 18.03.2020, в соответствии с условиями контракта расчет за выполненные работы должен быть произведен заказчиком не позднее 08.04.2020. Между тем, выполненные работы оплачены администрацией 14.12.2020 (т.1, л.д.43). Учитывая доказанность факта просрочки исполнения обязательства по оплате выполненных работ, коллегия считает, что требование истца о взыскании неустойки за указанный истцом период с 09.04.2020 по 14.12.2020 имеет под собой правовые основания. Отклоняя довод апеллянта о том, что истцом неверно определена начальная дата просрочки обязательства, в связи с объявлением Указами Президента Российской Федерации нерабочих дней коллегия исходит из следующего. В соответствии со статьей 193 ГК РФ, если последний день срока приходится на нерабочий день, днем окончания срока считается ближайший следующий за ним рабочий день. При этом следует принимать во внимание, что из правила статьи 193 ГК РФ возможны исключения, когда из условий обязательства следует,

договору установлен преюдициальным для рассмотрения настоящего спора решением Арбитражного суда Камчатского края от 21.01.2020 по делу № А24-7268/2019, принимая во внимание отсутствие просрочки заказчиком обязательств по договору вследствие ненаступления срока оплаты выполненных работ, правомерно отказал в удовлетворении требования ответчика о взыскании с истца убытков в размере 81 045 рублей 54 копеек, в связи с чем доводы апеллянта об обратном отклоняются как необоснованные. Ссылка ответчика на необходимость исключения из периода расчета неустойки за просрочку исполнения обязательств по договору нерабочих дней, связанных с введением в действие ограничительных мер, связанных с предотвращением распространения новой коронавирусной инфекции, повторно заявленная в апелляционной жалобы, являлась предметом рассмотрения суда первой инстанции и правомерно отклонена, исходя из следующего. Нерабочие дни, объявленные таковыми Указами Президента Российской Федерации от 25.03.2020 № 206 и от 02.04.2020 № 239, относятся к числу мер, установленных в целях обеспечения санитарно?эпидемиологического благополучия населения, направленных на предотвращение распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19), и не могут считаться

и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера", и которые являются обстоятельствами непреодолимой силы, указал на наличие оснований, в его случае, на освобождение от ответственности за просрочку исполнения обязанностей по договору. Обстоятельства, вызванные угрозой распространения коронавируса, и ограничительные меры, принятые органами государственной власти и местного самоуправления (в частности, приостановление деятельности предприятий и учреждений, отмена и перенос массовых мероприятий, введение режима самоизоляции граждан), могут быть признаны форс-мажором, если будут соответствовать названным критериям. Кроме того, должна присутствовать причинно-следственная связь между этими обстоятельствами и неисполнением обязательства. Как следует из Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1 (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 21.04.2020) (далее Обзор №1) нерабочий период, введенный как мера борьбы с коронавирусом, не является основанием для переноса срока исполнения обязательства, если нет иных обстоятельств для освобождения от ответственности по ст. 401 ГК

прекращает обязательство должника, если исполнение остается возможным после того, как они отпали (пункт 9 Постановления № 7). В этом случае должник не несет ответственности за просрочку исполнения обязательства, возникшую вследствие наступления обстоятельств непреодолимой силы, а Кредитор не лишен права отказаться от договора, если вследствие просрочки, возникшей в связи с наступлением обстоятельств непреодолимой силы, он утратил интерес в исполнении. Если кредитор не отказался от договора, должник после отпадения обстоятельств непреодолимой силы применительно к пунктам 1, 2 статьи 314 ГК РФ обязан исполнить обязательство в разумный срок. Вместе с тем, как следует из материалов дела, автомобили поставлены ответчику 20.03.2020, то есть до объявления на территории Российской Федерации нерабочих дней в период с 30.03.2020 по 11.05.2020. Факт нарушения условий договора истцом не оспаривается, о чем свидетельствует подписанный представителей поставщика акт о выявленных недостатках товара от 25.03.2020 и ответ поставщика на претензию заказчика от 25.03.2020 №241 с обязательством устранить выявленные недостатки путем замены 2

рублей. Также просила взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 10000 рублей, штраф в размере 50% от присужденной суммы за неисполнение требований потребителя в добровольном порядке. Представитель ответчика ФИО3 в суде первой инстанции не отрицал факта наличия просрочки исполнения обязательств по указанным договорам, полагал, что в данном случае имели место обстоятельства непреодолимой силы в связи с ограничениями, установленными Указами Президента Российской Федерации от 02.04.2020 №239 «О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)», от 28.04.2020 №294 «О продлении действия мер по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции COVID-19)», установившими нерабочие дни с 30 марта по 08 мая 2020 года, а также Указом Губернатора Свердловской области от 18.03.2020 №100-УГ, что привело к задержке поставки материалов для изготовления заказанных истцом конструкций. В связи с чем ответчик не мог исполнить обязательства

должник не несет ответственности за просрочку исполнения обязательства, возникшую вследствие наступления обстоятельств непреодолимой силы, а кредитор не лишен права отказаться от договора, если вследствие просрочки, возникшей в связи с наступлением обстоятельств непреодолимой силы, он утратил интерес в исполнении. При этом должник не отвечает перед кредитором за убытки, причиненные просрочкой исполнения обязательств вследствие наступления обстоятельств непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401, пункт 2 статьи 405 ГК РФ). Если кредитор не отказался от договора, должник после отпадения обстоятельств непреодолимой силы применительно к пунктам 1, 2 статьи 314 ГК РФ обязан исполнить обязательство в разумный срок. Исходя из изложенного, судебная коллегия находит, что установление нерабочих дней с 30.03.2020 по 30.04.2020 не является основанием для переноса срока исполнения обязательств, наступившего 13.03.2020. При таких обстоятельства, судебная коллегия находит расчет неустойки за просрочку ремонта, представленный истцом, неправильным, но взыскивает данную неустойку в размере, заявленном истцом, поскольку основания для выхода за пределы размера заявленных требований отсутствуют. Взыскивая