образом, по истечению почти десяти дней с момента, когда К.. подписал акты об отсутствии ФИО2 на рабочем месте, в котором в числе прочего указано, что ФИО2 «с 07.09.2017 не появляется на работе, кроме 18, 19 и 20 сентября» (л.д. 32). Объективные причины столь длительного перерыва между обнаружением К.. дисциплинарного проступка и доведением данного факта до руководства представитель ответчика в судебном заседании пояснила юридической неграмотностью К., которого приходилось консультировать по каждому действию, касающемуся соблюдения процедурыоформленияпрогула . Той же датой, что и составлен рапорт К., работодателем затребовано от ФИО2 объяснение по факту отсутствия на рабочем месте с 7 по 15 сентября, с которым ФИО2 был ознакомлен 28.09.2017 (л.д. 33). 28.09.2017 ФИО2 представил объяснение, где указал, что он с 7 по 15 сентября «находился на работе каждый рабочий день», что могут подтвердить экипажи судов, находящиеся в Нижнеянске, К. и К1 объективно оценить его присутствие на рабочем месте не могли, так
к правильному выводу о незаконности удержания с ФИО1 заработной платы за время прогула, так как соответствующий приказ не издавался, от работника письменное объяснение не истребовалось, работник не был в письменной форме уведомлен о размерах и об основаниях произведенных удержаний, в связи с чем не имел возможности их оспаривать. Доводы жалобы в данной части носят голословный характер, основаны на неверном субъективном толковании норм материального права. Также в материалы дела не были представлены доказательства соблюдения процедуры оформления прогулов либо простоев по вине работника за периоды с <.......> по <.......>, с <.......> по <.......>, с <.......> по <.......>, в связи с чем исключение данных периодов из расчета при определении суммы компенсации за неиспользованный отпуск судебная коллегия находит необоснованным. Учитывая, что работодателем была допущена задержка выплаты работнику заработной платы, оплаты отпуска, вывод суда первой инстанции о взыскании компенсации за задержку выплат в соответствии со статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации рублей является обоснованным,
которых усматривается, что ответчик признавал наличие задолженности по заработной плате перед истцом, образовавшейся за период с марта по июнь 2020 года. Кроме того, ответчиком были совершены действия по начислению и выплате денежной суммы, подлежащей выплате работнику, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, что следует из представленных документов, в том числе, платежных поручений от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №. Следует отметить, что работодателем не представлены какие-либо доказательства, подтверждающие соблюдение установленной законом процедуры оформления прогула за весь период отсутствия работника на рабочем месте, основания увольнения связаны не с прогулом, а истец уволена в связи с сокращением штата, а потому работодатель обязан произвести выплаты в полном объеме. В нарушение статьи 56 ГПК РФ ответчик не представил допустимых и относимых доказательств, указывающих на нарушение трудовой дисциплины истцом. Таким образом, доводы о деятельности ответчика, которая связана с непрерывным действием, что исключает действие Указов Президента РФ о нерабочих днях в отношении организации
