разрешения на разработку документации по землеустройству, выданного иному лицу (наследодателю), не предусмотрена. Таким образом, выводы судов апелляционной и кассационной инстанций о том, что ФИО1 наследует право своей матери на завершение оформления прав на земельный участок на основании распоряжения Сакской районной государственной администрации от 19 января 2010 г. № 24-р, не основаны на законе, поскольку указанное распоряжение не порождает каких-либо юридически значимых последствий для наследника лица, которому оно выдавалось. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации полагает, что суд первой инстанции правильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, и дал толкование норм материального права , подлежащих применению к отношениям сторон. При таких обстоятельствах у суда апелляционной инстанции не имелось предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены решения суда первой инстанции. Судом кассационной инстанции допущенные судом апелляционной инстанции нарушения устранены не были. С учетом изложенного Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что
являются, в частности, имущественные отношения между членами семьи - супругами, другими родственниками и иными лицами. Семейное законодательство не регулирует отношения, возникающие между участниками гражданского оборота, не относящимися к членам семьи. Положения статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации в отношении получения нотариально удостоверенного согласия одного из супругов при совершении сделки по распоряжению недвижимостью другим супругом распространяются на правоотношения, возникшие между супругами, и не регулируют отношения, возникшие между иными участниками гражданского оборота, к которым относятся бывшие супруги. На момент заключения оспариваемой сделки брак между истцом и ФИО2 был прекращен и, соответственно, получение нотариального согласия ФИО1 на отчуждение бывшим супругом доли в праве собственности на квартиру не требовалось. Поскольку оспариваемый истцом договор заключен после того, как П-вы перестали быть супругами, владение, пользование и распоряжение общим имуществом которых определялось положениями статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, они приобрели статус участников совместной собственности, регламентация которой осуществляется положениями Гражданского кодекса Российской Федерации. Согласно пункту 2 статьи
оспариваемый акт не соответствует закону и нарушает его права в сфере предпринимательской деятельности, что по правилам статей 198, 200 АПК РФ является основанием для признания его недействительным. Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из следующего. В соответствии со статьей 8 Закона об инвестиционной деятельности, частью 1 статьи 7 Закона РСФСР от 26.06.1991 № 1488-1 «Об инвестиционной деятельности в РСФСР» правоотношения субъектов инвестиционной деятельности урегулированы в договоре между ними. Оспариваемое распоряжение не является сделкой, не создает гражданскихправ и обязанностей у Общества, не препятствует ему в осуществлении экономической деятельности, не распространяется на условия заключенного Контракта, в том числе на условия об одностороннем расторжении, не является односторонним отказом от Контракта, не содержит властных предписаний заявителю, а является поручением структурным подразделениям Правительства Москвы, поэтому не нарушает права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской деятельности. В силу части 1 статьи 198, части 4 статьи 200 АПК РФ для признания ненормативного акта
законность и обоснованность постановления Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2017. По мнению третьего лица, спор по вопросу о предоставлении компании в собственность земельного участка с кадастровым номером 61:44:0010904:33 разрешен в рамках дела № А53-23090/2016, судебные акты по которому вступили в законную силу. Департамент не мог принять решения о предоставлении земельного участка в собственность компании, поскольку земельный участок уже был предоставлен заявителю распоряжением департамента от 11.02.2016 № 1613. Доводы жалобы в части применения к отношениям сторон пункта 4 статьи 445 Гражданского кодекса основаны на неверном толковании норм материального права , а также не учитывают требования статьи 16 Кодекса об обязательности судебных актов арбитражного суда. В рамках дела № А53-23090/2016 судами урегулированы разногласия по пунктам договора купли-продажи, касающимся выкупной стоимости земельного участка. При разрешении данного спора суды исследовали обстоятельства, необходимые для расчета выкупной стоимости земельного участка (налоговую ставку, установленную кратность ставки земельного налога, а также кадастровую стоимость участка). Поэтому довод жалобы
обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в данном Кодексе (пункты 1, 2 статьи 307 Гражданского кодекса). Собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом (статья 209 Гражданского кодекса). Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе передавать другим лицам, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, распоряжаться им иным способом. Земля и другие природные ресурсы, не находящиеся в собственности граждан, юридических лиц либо муниципальных образований, являются государственной собственностью. От имени Российской Федерации и субъектов Российской Федерации права собственника осуществляют органы и лица, указанные в статье
(фотографии в негативе), объекты хранящиеся в архиве), его название, фрагментов и элементов вправе использовать их по своему усмотрению в любой форме и любыми способами, которые известны сегодня или появятся в будущем, неограниченное количество раз (многократно) в целях извлечения прибыли или без таковой. Приобретатель вправе осуществлять любые действия по использованию объектов литературной и художественной собственности в полном объеме для использования и распоряжения им любым не противоречащим закону способом, включая перечисленные в статье 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). Автор обязуется передать приобретателю в полном объеме исключительные права (осуществить отчуждение исключительных прав) на иные результаты интеллектуальной деятельности, созданные автором в рамках исполнения своих обязательств по договору согласно статьям 1234, 1285, 1288 ГК РФ. Приобретатель как обладатель исключительного права на каждый из таких результатов вправе использовать его в любой форме и любым способом, в том числе способами, указанными в пункте 1.2. договора. Вознаграждение за исключительные права включено в общую
судов общей юрисдикции. Так, ФИО2 сослался на следующие обстоятельства: распоряжением Департамента имущественных отношений Администрации Тюменской области от 29.12.2003 № 1484/08-2 было создано открытое акционерное общество «Многопрофильный клинико-диагностический центр «Доктор-А» (далее – акционерное общество «Доктор-А», правопредшественник общества «Доктор-А»), генеральным директором которого он был назначен; для индивидуализации на рынке медицинских услуг приблизительно с мая 2006 г. в указанном обществе введено коммерческое обозначение «ДокторА»; при этом изображение, которое используется с 2006 года в качестве коммерческого обозначения, создано непосредственно ФИО2 в декабре 2003 г.; факт создания рисунка ФИО2 и наличие у него авторского права признаны в судебном порядке решением Калининского районного суда города Тюмени от 10.02.2020 и апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Тюменского областного суда от 09.11.2020 по делу № 2-429/2020. Общество «Доктор-А» возражало против требований ФИО2 и указывало, что представленные вместе с возражением документы не свидетельствуют о наличии у последнего права на подачу возражений против предоставления правовой охраны спорному знаку
вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды:, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности). Как видно из материалов дела, собственником транспортного средства на момент ДТП являлся ФИО5 Распоряжение в гражданском праве - одно из основных прав собственника имущества, которое включает в себя право определение юридической судьбы вещи - продажа, сдача в аренду, использование самим собственником и т.д. (ст. 209 ГК РФ). При этом допуск к управлению транспортным средством иного лица сам по себе не свидетельствует о том, что такое лицо становится законным владельцем источника повышенной опасности. Таким образом, судебная коллегия принимает во внимание то, что сам по себе факт управления ФИО1 автомобилем на момент
о виде разрешенного использования земельного участка; вовлечь в экономический оборот данный земельный участок, путем проведения открытого аукциона на право заключения договора аренды, с видом разрешенного использования «Садоводство». После проверки целевого использования земельного участка, 11.09.2020г., распоряжением № ссылаясь на положения статьи 46 ЗК РФ, п.п. 8.2, 8.4, и 8.6 договора аренды, Министерство прекратило действие договора аренды земельного участка, о чем в письменной форме сообщило ФИО2, в связи с чем суд полагает, что такие действия арендодателя согласуются с положениями земельного и гражданского законодательства, а также условиями заключенного договора аренды земельного участка. Судебная коллегия полагает, что при разрешении спора судом первой инстанции не учтено следующее. Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 приведенной нормы никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. В соответствии с пунктом 1 статьи
