недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 ГК РФ. Страховщик не может требовать признания договора страхования недействительным, если обстоятельства, о которых умолчал страхователь, уже отпали. Оспариваемым пунктом Правил закреплено право страховщика досрочно прекратить действие договора обязательного страхования в случае выявления ложных или неполных сведений, представленных страхователем при заключении договора обязательного страхования, имеющих существенное значение для определения степени страхового риска. В соответствии с подпунктом «а» пункта 2 статьи 5 Закона об ОСАГО правила обязательного страхования наряду с другими положениями включают в себя порядок заключения, изменения, продления, досрочного прекращения договора обязательного страхования. Исходя из приведенных законоположений, пункт 1.15 Правил устанавливает право страховщика прекратить договор обязательного страхования в одностороннем порядке, в то время как пункт 3 статьи 944 ГК РФ - право страховщика потребовать признания договора недействительным и применения последствий недействительности сделки. В отличие от признания договора ОСАГО недействительным в порядке пункта 3 статьи 944 ГК РФ договор ОСАГО, досрочно прекращенный
транспортного средства с возмещением утраты товарной стоимости и без такового, что свидетельствует о наличии у страхователя выбора вариантов страхования. С учетом приведенных выше условий договора страхования выводы суда первой и апелляционной инстанций о том, что утрата товарной стоимости является по договору составной частью страхового риска «Ущерб» и в ее взыскании не может быть отказано, поскольку она входит в объем имущественного вреда, причиненного транспортному средству в связи с наступлением страхового случая, нельзя признать правильными. По этой же причине нельзя согласиться с доводами суда апелляционной инстанции и президиума Санкт-Петербургского городского суда о том, что исключение возмещения утраты товарной стоимости может быть признано законным лишь в случае заключениядоговора на условиях неполного имущественного страхования (статья 949 Гражданского кодекса Российской Федерации), а в договоре страхования должен быть указан точный размер страховой выплаты, на которую будет уменьшен подлежащий возмещению ущерб при наступлении страхового случая. Возражая против иска, ответчик ссылался на то, что ФИО1 при заключении
применении к установленным обстоятельствам, относятся к компетенции суда. Системное толкование статей 46.1 – 46.3 ГрК РФ свидетельствует о том, что обязанности по внесению платы при заключении договора со стороны Общества корреспондирует не обязанность заключить договор как факт (плата исключительно за заключение договора), а обязанность по предоставлению земельного участка и возможность осуществления строительства. Поэтому при невозможности исполнить обязанность по осуществлению строительства по обстоятельствам, риск которых возложен на муниципальное образование, оно должно вернуть полученное встречное предоставление, так как ничего не предоставило взамен. Именование указанного денежного предоставления платой за заключениедоговора , не может изменять его суть, предписанную императивными нормами градостроительного законодательства. Неверна позиция судов о применения пункта 5 статьи 166 ГК РФ к заявлению Общества о недействительности договора. Данная норма требует установления недобросовестности застройщика. Однако, поскольку решение о развитии застроенной территории и проведении аукциона принимала Администрация, Общество, полагавшееся на действия органа публичной власти, не может быть признано недобросовестным. К тому же применение
09 октября 2023 года, в удовлетворении исковых требований отказано. Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ООО ТСЖ «Уют» обратилось в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить и направить дело на новое рассмотрение. По мнению заявителя кассационной жалобы, судами не учтены фактические взаимоотношения сторон, предшествующие заключению соглашения от 08.02.2021; не дана квалификация сложившимся между сторонами отношениям; не учтена передача в аренду земельного участка; не конкретизированы юридические риски при заключении договора . Отзыв на кассационную жалобу не поступил. Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», новые и (или) дополнительные доказательства, имеющие отношение к установлению обстоятельств по делу, судом кассационной инстанции не принимаются. Если лицо, участвующее в деле, представило в суд кассационной инстанции дополнительные доказательства, не представленные им в суд первой,
как о неплатежеспособности основного должника и должника-поручителя, так и о вышеназванных обстоятельствах спорного договора поручительства, поскольку в данном случае судами по результатам исследования и оценки всех имеющихся доказательств, с учетом конкретных обстоятельств дела, установлен нестандартный характер спорного договора поручительства, по которому должник в условиях неспособности исполнять свои собственные обязательства, при наличии признаков недостаточности имущества для погашения уже имеющихся у него обязательств, принял на себя обязательство поручителя, при том, что общество «Улисс» также оценивая риски при заключении договора и действуя добросовестно, должно было проявить осмотрительность, оценить перспективность спорных сделок с точки зрения вероятности возврата кредита за счет имущества должника-поручителя, проверить имущественное положение должника и установить наличие (отсутствие) у него признаков неплатежеспособности, которые очевидно имелись на момент предоставления обеспечения. Судами установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана правовая оценка, применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения. Все доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, так как не свидетельствуют о нарушении судами
года исковые требования удовлетворены частично, с ответчика в пользу истца взыскано 271800 руб. Не согласившись с принятым судебным актом, ответчик обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить, принять по делу новый судебный акт. В обоснование апелляционной жалобы ответчик указывает, что судом не полностью выяснены обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на дату заключения договора истец был уведомлен о том, что судебный акт не вступил в силу, самостоятельно принял на себя риски при заключении договора , осознавал риск неполучения денежных средств, не совершил необходимых процессуальных действий при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, что не соответствует принципам добросовестности. По мнению апеллянта, суд необоснованно отклонил доводы ответчика о злоупотреблении истца своими правами. Отмечает, что истцом избран ненадлежащий способ защиты права, право на взыскание неосновательного обогащения у истца отсутствует. Отзыв на апелляционную жалобу не поступил. В соответствии с частью 1 статьи 272.1 АПК РФ, апелляционные жалобы на решения арбитражного суда по
Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 28.12.2010 № 11017/10, основной задачей законодательства, устанавливающего порядок проведения торгов, является не столько обеспечение максимально широкого круга участников размещения заказов, сколько выявление лица, исполнение контракта которым будет наиболее отвечать целям эффективного использования финансирования, предотвращения злоупотреблений в сфере размещения заказов. Таким образом, установленные требования к перечню документов, которые необходимо предоставить в составе заявки для оценки по критерию «Опыт участника», позволяет ОАО «РЖД» исключить налоговые, репутационные, экономические риски при заключении договора . Относительно вывода УФАС по Свердловской области по критерию «Наличие фактов неисполнения, ненадлежащего исполнения обязательств перед заказчиком и/или третьими лицами может подтверждаться исключительно судебным актом, вступившим в законную силу», суд первой инстанции отметил следующее. В соответствии с пунктом 3 приложения № 1.4 к конкурсной документации оценка заявок по критерию «Наличие фактов неисполнения, ненадлежащего исполнения обязательств перед заказчиком и/или третьими лицами» осуществляется следующим образом: сумма баллов, присвоенная заявке участника по всем вышеуказанным критериям, уменьшается
а также того, что договор содержит какие-либо дополнительные требования к составу имущественных и неимущественных прав и обязательств в обществе, которые истец намеревался получить вместе с реализуемой долей уставного капитала ООО «ФУК-1», не представлено. ФИО1 не учтено, что предпринимательская деятельность осуществляется на свой риск, поэтому все неблагоприятные последствия такой деятельности несет лицо, ее осуществляющее. Истец, являясь профессиональным участником предпринимательской деятельности (зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 26.03.2019; ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>), не мог не учитывать риски при заключении договора от 29.05.2019, что соответствует положениям пункта 1 статьи 2 ГК РФ. Судом апелляционной инстанции верно отмечено, что, подписывая договор от 29.05.2019, ФИО1 при проявлении той степени заботливости и осмотрительности, которая от него требовалась, мог предвидеть и предотвратить неблагоприятные для себя последствия, ознакомившись с документами о деятельности общества. Как было указано выше, в спорном договоре от 29.05.2019 прописано, что покупатель ознакомлен с финансово-хозяйственной деятельностью общества, таким образом, заблуждение истца при совершении сделки в отношении
изменении обстоятельств, предусмотренном ст. 451 ГК РФ. Из материалов дела следует, что заключение договора займа совершалось по волеизъявлению обоих сторон, стороны достигли соглашения по всем существенным условия договора, в связи с чем, каждая сторона приняла на себя риск по исполнению договора микрозайма. Изменение материального положения, наличия или отсутствия дохода относится к риску, который истец, как заемщик несет при заключении договора, и не является существенным изменением обстоятельств. Обязанность соблюдать заботливость и осмотрительность, просчитать возможные риски при заключении договора микрозайма, правильно оценить свое материальное положение и возможность длительное время соблюдать условия договора возлагаются на заемщика, чего сделано не было. В связи с чем указание истца на затруднительное материальное положение основанием для расторжения договора займа не является. Иных доказательств наличия условий, предусмотренных ст. 450 ГК РФ для расторжения договора, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ истец не представил и таковые в материалах дела отсутствуют. При таком положении суд приходит к выводу об
