второго этажа, общей площадью: 1 156,8 кв.м., расположенное по адресу: <...>. В качестве субъекта права указан ФИО2. Согласно записи акта о смерти № 1490 от 29.05.2015 дата смерти ФИО2 – 28.05.2015. В связи с тем, что переход права собственности от ФИО2 к индивидуальному предпринимателю ФИО1 на недвижимое имущество по вышеуказанным договорам зарегистрирован не был по причине смертиИП ФИО2, истец обратился в Арбитражный суд Омской области с настоящим заявлением. Поддерживая выводы суда, отказавшего в удовлетворении исковых требований, суд апелляционной инстанции исходит из следующего. В силу пункта 1 статьи 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество. По общему правилу, если иное не предусмотрено законом, договор купли-продажи недвижимости считается заключенным с момента его подписания. Отсутствие государственной регистрации права собственности продавца на недвижимость на дату заключения договора купли-продажи само по себе не влияет
действуя добросовестно, ИП ФИО3 должна была предоставить информацию о смерти ФИО4 ответчику, осуществлявшему энергоснабжение здания магазина; вопреки приведенным нормам права, соответствующая информация ИП ФИО3 предоставлена не была, с учетом чего у истца и ответчика на дату проведения проверки – 25.12.2017 отсутствовала информация о лице, являющемся потребителем электрической энергии по спорному объекту. Вместе с тем, данное обстоятельство не должно исключать возможность выявления и актирования фактов неучтенного потребления, с учетом чего указание в акте о неучтенном потреблении на то, что он составлен в отношении ФИО4, само по себе не может являться обстоятельством, исключающим возможность принятия данного акта в качестве доказательства неучтенного потребления. Также суд апелляционной инстанции не может согласиться с указанием суда первой инстанции о том, что истец, с учетом наличия на магазине вывески и информационного стенда, имел возможность установить потребителя на момент проведения проверки, принимая во внимание, что наличие заключенного договора энергоснабжения не является фактором, препятствующим либо ограничивающим возможность передачи
фонда городского округа Сухой Лог № 94 от 14.09.2007 в пользование ФИО2 на срок с 12.12.2008 по 31.08.2038 передано встроенное нежилое помещение № 43 общей площадью 112 кв.м., расположенное в многоквартирном доме по адресу: улица Милицейская, 8 в городе Сухой Лог Свердловской области, что подтверждается Выпиской из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним № 66-0-1-77/4004/2014-645 от 11.09.2014. Указанное помещение после смерти ФИО2 находится в пользовании у ИП ФИО1 как наследника умершего. Между ФИО2 и ООО УК "СУХОЛОЖСКАЯ" заключены договор о долевом участии владельца нежилого помещения в расходах на содержание, капитальный, текущий ремонт общего имущества в многоквартирном доме и оказание коммунальных услуг № 44/2010 от 01.11.2010, договоры управления № 205/2010 от 01.11.2010, № 222/2010 от 14.02.2011, № 231 от 08.04.2011, № 206/2010 от 01.11.2010, договор аренды нежилого помещения (с возмещением затрат по управлению, содержанию, текущему ремонту и коммунальным услугам) № 26-А от 01.08.2012. ООО УК
доверенность выдана, а также известных ему третьих лиц, для представительства перед которыми дана доверенность. Такая же обязанность возлагается на правопреемников лица, выдавшего доверенность. В силу ст. 189 ГК РФ Т.А. и Е.А.. обязаны были известить ОАО «Сбербанк России» о смерти ИП А.И. чего они не сделали в связи с чем, действия банка по списанию денежных средств правомерны. Банк не знал и не мог знать о смертиИП А.И. Суд первой инстанции пришел к выводу о незаконном списании Банком денежных средств, опираясь на положения Кредитных договоров и Договоров поручительства, при этом суд первой инстанции игнорирует остальные соглашения, заключенные между банком и ИП А.И. Суд, как считает апеллянт, не обосновал свои выводы, о том, что денежные средства, списанные в оплату просроченных обязательств по договору № 56 от 04.07.2007 г. о предоставлении Сбербанком России информации о состоянии счетов Клиента с использованием автоматизированной системы и Договору банковского счета № 11 от 24.05.2007 г. являются
об отказе от исполнения договора купли-продажи и возврате уплаченной за товар суммы в соответствии с ч.2 ст.23, абз 6 п.1 ст.18 Закона о защите прав потребителей. Обязательство по возврату денежных средств, корреспондирующее праву истца на отказ от исполнения договора носит имущественный характер, входит в наследственную массу после смерти ИП Г.А.Н.; смерть последнего не влияет на реализацию прав истца, возникших по отношению к ИП Г.А.Н. до его смерти. Таким образом, направив 19.05.2019 в адрес единственного наследника ИП Г.А.Н. – Г.Э.А. об отказе от договоров № (истцом требование изложено как о возврате денежных средств, уплаченных по договорам), истец реализовала свое право на отказ от договоров. При этом, на дату направления указанного заявления и получения его ответчиком (01.06.2019) все договора являлись действующими (пункты 6.5, 7.1 договоров). Поскольку заявление истца от 29.05.2019 с требованием о расторжении договоров получено ответчиком 01.06.2019, что подтверждается почтовым уведомлением, с указанной даты договора № являются расторгнутым, в связи
