Сохранение права проживания после дарения - гражданское законодательство и судебные прецеденты

следующие обстоятельства. У должника на праве собственности находятся два объекта жилой недвижимости: 1/4 доля в квартире и 1/2 доля жилого дома, находящегося на 1/3 земельного участка. Ранее в рамках дела о банкротстве финансовый управляющий подавал заявление о признании недействительной сделки дарения должником 1/2 доли дома несовершеннолетним детям и суд удовлетворил это требование, признав сделку недействительной как мнимую, направленную на сохранение за должником обоих объектов недвижимости, восстановив право собственности должника на доли дома и земельного участка. Установив фактическое проживание семьи должника в доме, не признав совершение в отношении доли дома дарения в качестве обстоятельства, препятствующего исключению дома из конкурсной массы, сочтя дом единственным пригодным для проживания для должника и членов его семьи жилым помещением, суд первой инстанции в силу статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признал за домом исполнительский иммунитет, сочтя подлежащей реализации долю в квартире. Неправомерные действия по отчуждению доли дома, неучет позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда

фактическое обладание деньгами на руках в наличности, согласно распискам ФИО2 не доказано. Суды также обратили внимание, что условие о сохранении права проживания и пользования квартирой должником и членами его семьи вплоть до исполнения обязательств по оплате договора доказывает неразумное поведение покупателя по приобретению имущества стоимостью 83 млн. руб. с отсрочкой платежа на 2 года при предоставлении права проживания и пользования другим лицам, ограничив при этом себя в данном праве; какой-либо интерес в покупке такого имущества с фактическим обременением у покупателя отсутствует, следовательно, приобретение данного имущества является неразумным со стороны покупателя и нехарактерным для совершения такого рода сделок. Суды установили, что помимо оспариваемых сделок должником также совершены следующие сделки по отчуждению имущества: по договору купли-продажи земельного участка и жилого дома от 23.11.2015, заключенного между ФИО4 и ФИО7 (2 объекта); договору дарения автомототранспортного средства от 12.11.2015, заключенного между ФИО4 и ФИО8 (1 объект), в том числе, должником одобрены сделки по совершению

участок и строение в дер. Падозеро с 1993 года принадлежали отцу должника ФИО5 и были подарены ФИО1 по договору дарения от 26.08.2010. Переход права собственности к ФИО1 на земельный участок и строение зарегистрирован 12.10.2010. Спорная квартира принадлежала родителям должника ФИО5 и ФИО2 в равных долях, которые были подарены должнику по договорам дарения от 26.08.2010 и от 01.12.2010 с условием сохранения за матерью и отцом ФИО1 права пожизненного проживания в квартире. Переход права собственности на доли в квартире зарегистрированы 04.10.2010 и 28.12.2010 соответственно. ФИО1 (даритель) и ФИО2 (одаряемый) 01.02.2017 заключили договор дарения в отношении квартиры, а также договор дарения земельного участка. Регистрация прекращения права собственности должника произведена 07.03.2017 и 09.03.2017. Согласно выпискам из единого государственного реестра прав на недвижимое имущество по состоянию на 14.03.2018 собственником вышеуказанного имущества является ФИО2 Финансовый управляющий должника, посчитав, что данные сделки совершены с целью причинения вреда кредиторам должника, обратился в суд с заявлением о признании их

пользу одаряемого, в числе прочего, он был вправе произвести отчуждение с оговоркой о сохранении за третьим лицом права проживать в квартире. В части договора дарения к нему применяются нормы гл. 32 ГК РФ, а в части обязательства по сохранению права проживать в подаренной квартире - общие положения о сделках, обязательствах и договорах. В данном случае в договоре дарения указано на сохранение права проживания и пользования квартирой за ФИО2, зарегистрированной в ней. При этом не конкретизирован срок сохранения названного права, либо обстоятельства, при которых оно прекращается. Такое условие договора дарения не противоречит закону. Квалифицировать его, как договор безвозмездного пользования, о чем идет речь в апелляционной жалобе, не имеется данных. ФИО7 не являлась участником договора дарения, в котором закреплены ее права на спорное жилое помещение, поэтому нельзя вести речь о договорных отношениях. Судебная коллегия полагает, что из договора дарения возникает у нового и последующих собственников обязательство по сохранению права пользования квартирой