преступного умысла. Об устойчивости организованной группы может свидетельствовать не только большой временной промежуток ее существования, неоднократность совершения преступлений членами группы, но и их техническая оснащенность, длительность подготовки даже одного преступления, а также иные обстоятельства (например, специальная подготовка участников организованной группы к проникновению в хранилище для изъятия денег (валюты) или других материальных ценностей). При признании этих преступлений совершенными организованной группой действия всех соучастников независимо от их роли в содеянном подлежат квалификации как соисполнительство без ссылки на статью 33 УК РФ. Если лицо подстрекало другое лицо или группу лиц к созданию организованной группы для совершения конкретных преступлений, но не принимало непосредственного участия в подборе ее участников, планировании и подготовке к совершению преступлений (преступления) либо в их осуществлении, его действия следует квалифицировать как соучастие в совершении организованной группой преступлений со ссылкой на часть четвертую статьи 33 УК РФ. 16. Статьями Особенной части УК РФ не предусмотрено в качестве обстоятельства, влекущего более строгое
контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой. Судом установлено, что ФИО9 и ФИО12 ранее являлись мажоритарными участниками должника и в период совершения операций по перечислению им денежных средств являлись мажоритарными участниками ХП «УК Киллфиш», а должник имел непогашенные перед ООО «Лидия» и ПАО «ЭНЕРГОМОСТ» требования, тогда как активы должника не превышали 1 000 000,00 рублей, действия ХП «УК Киллфиш» в лице ФИО1 и ФИО2, а также ФИО12 и ФИО9, которые фактически контролировали деятельность ХП «УК Киллфиш», по совершению перечисленных операций повлекли существенный вред имущественным интересам
вследствие причинения вреда. Согласно абзацу 1 статьи 1080 ГК РФ, лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. В целях квалификации действий причинителей вреда как совместных судебная практика учитывает согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. (абзац 1 пункта 22 постановления от 21.12.2017 № 53). Между тем, судами учтено, что ФИО7 являлся председателем совета фонда в 2013-2015 годах. В составе совета фонда он принял решение об утверждении общества с ограниченной ответственностью «УК «Персональные инвестиции» в качестве доверительного управляющего средствами пенсионных резервов/пенсионных накоплений фонда, что подтверждается протоколом от 29.07.2013 № 11-13. При этом, решением Арбитражного суда города Москвы от 25.10.2019 по делу № А40-318617/18 решение совета фонда, оформленное протоколом от 29.07.2013 № 11-13, было признано недействительным как принятое с нарушением установленного порядка проведения заседания совета фонда ввиду отсутствия
руб. – судебная работа. Оплата услуг подтверждена расходными кассовыми ордерами от 20.05.2014 на сумму 10000 руб., от 15.11.2013 на сумму 10000 руб., № 111 от 11.06.2014 на сумму 30000 руб. В соответствии с п.4 договора исполнитель имеет право привлекать для оказания услуг по договору третьих лиц (соисполнителей). Между ФИО2 (исполнитель) и ФИО1 (соисполнитель) заключен договор на оказание юридических услуг ( соисполнительство) от 10.09.2014, в соответствии с п. 1 которого соисполнитель принимает на себя обязательство оказать услуги по судебному сопровождению спора в арбитражном суде по иску ООО «СМК» к ООО «УК «Заречная», дело №А27-10836/2014, о взыскании задолженности по оплате выполненных строительно-монтажных работ. Участие ФИО1 в судебных заседаниях отражено в протоколе и судебных актах по настоящему делу. При указанных обстоятельствах суд находит факт оказания юридических услуг и их оплату доказанными. Вместе с тем, суд указывает, что юридические услуги, касающиеся досудебного урегулирования спора (составление претензии, ее направление, переговоры с должником), непосредственно к категории
действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. (пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде», абзац первый пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2019 № 305-ЭС19-13326). В рассматриваемом случае судом не установлено совершение предпринимателем ФИО2 и ООО «Сибирский Тендер» каких-либо согласованных, скоординированных действий (бездействия), направленных на повреждение имущества. Ошибочно ссылаясь на нормы, регулирующие обязательства из причинения вреда (в отсутствие вреда, причиненного имуществу истца), ООО «УК «Фрунзенская», по существу, указало на солидарную ответственность за причиненные договорные убытки, вытекающую из разных оснований: предпринимателя ФИО2 – из ненадлежащего исполнения
абзацу первому статьи 1080 Гражданского кодекса лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. В целях квалификации действий причинителей вреда как совместных судебная практика учитывает согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. (абзац первый пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 « 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»). Учитывая, что в период передачи полномочий единоличного исполнительного органа ООО «СИГ» управляющей компании – ООО УК «НИП», единоличным исполнительным органом которой являлся ФИО2, который впоследствии стал генеральным директором ООО «СИГ», суд полагает правомерным применение к указанным лицам солидарной ответственности. Оценив представленные доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации во взаимосвязи и в совокупности, суд пришел к выводу о наличии причинно- следственной связи
