Сокращение донора - гражданское законодательство и судебные прецеденты

внутреннего карантина) перед обработкой плазмы, чтобы изъять дозы, которые вызывают сомнения (дозы, взятые в течение периода, определенного законодательством государств-членов, прежде чем будет установлено, что дозы, взятые от доноров с высоким риском, должны были исключены из обработки (например, в связи с положительным результатом теста)); учитывать все аспекты, связанные со снижением количества вирусов и (или) сокращением испытаний на инфицирующие агенты или их аналоги; определить возможности снижения количества вирусов, определить размер серии исходного сырья и иные существенные аспекты процесса производства. 4. Прослеживаемость и мероприятия после забора крови 4.1. Должна быть в наличии система, которая дает возможность прослеживаемости от донора до дозы, забранной в учреждении по забору (проверке) крови, до серии лекарственного препарата, а также в обратном направлении. 4.2. Должна быть определена ответственность за прослеживаемость продукции (отсутствие какого-либо этапа не допускается): от донора и дозы, взятой в учреждении по забору (проверке) крови, до предприятия по фракционированию (это является обязанностью ответственного лица в учреждении

8 991 528 руб., в том числе: компенсация за питание - 5 891 839 ,63 руб., материальная помощь (п. 11 ст.9 Закона 212 ФЗ) - 146 500 руб., компенсация при увольнении по сокращению - 51 924 ,52 руб., единовременные пособия из соцстраха - 146 268,14 руб., оплата больничного листа - 2 178153,05 руб., оплата больничного листа за счет работодателя - 305 634,98 руб., пособие по уходу за ребенком до 3-х лет - 1240,59 руб., пособие по уходу за ребенком до 1,5 лет - 29 251,74 руб., выходное пособие - 55 867,27 руб., отпуск по беременности и родам - 86 336,60 руб., сохраняемый заработок на время трудоустройства - 74 638,55 руб., прочие единовременные выплаты из соцстраха (дни донора , оплата льготных дней родителей) - 11260,05 руб., оплата больничного листа по травме - 12 612,88 руб. Из материалов дела и позиции сторон, изложенной в ходе судебного заседания, следует, что спорным вопросом

ремонта, где боковая рама была демонтирована с вагона и направлена в ВЧДР Аскиз для проведения неразрушающего контроля. 07.11.2018 в соответствии с заключением ВЧДР Аскиз по результатам проведения неразрушающего контроля боковая рама была забракована. С 07.11.2018 по 30.11.2018 из-за отсутствия идентичной боковой рамы на ближайших складах АО «ФГК» вагон простаивал в ожидании поступления детали. При этом, из материалов дела усматривается, что ОАО «РЖД» были предприняты все меры для сокращения простоя вагона в ремонте, а именно руководством было принято решение демонтировать деталь с вагона донора . Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами арбитражного суда в части того, что именно подрядчик отвечает как за качество произведенного ремонта, так и за качество произведенного осмотра, гарантирующего бесперебойную работу деталей в течение всего гарантийного срока. При этом, факт ненадлежащего исполнений обязанностей по договору № ФГК-124-15 от 16.03.2017 подтвержден материалами дела, в связи с чем виновным предприятием в выявленной технологической неисправности признано АО «ВРЗ», выполнявшее