на пропуск истцом срока исковой давности при обращении в суд с иском, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований. Суд апелляционной инстанции исходил из того, что исчисление налоговой базы и суммы налога осуществляется налогоплательщиком после окончания налогового периода, по итогам которого уплачивается налог, поэтому срокдавности, определенный статьей 113 Налогового кодекса Российской Федерации, начинает течь со следующего дня после окончания налогового периода, в котором совершено правонарушение в виде неуплаты или неполной уплаты налога. В соответствии абзацем вторым пункта 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 48 «О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления » способами уклонения от уплаты налогов, сборов, страховых взносов являются действия, состоящие в умышленном включении в налоговую декларацию (расчет) или иные документы, представление которых в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах является обязательным, заведомо ложных сведений, либо бездействие, выражающееся в умышленном непредставлении налоговой декларации
чем, и не была реализована уполномоченным органом, между тем, уполномоченный орган не должен нести негативные последствия (в виде понижения очередности) за несовершение тех действий, совершить которые он был не в состоянии. Отмечает, что на дату обращения с заявлением о включении требования в реестр требований кредиторов, трехлетний срок исковой давности, равно как и предельный десятилетний срок налоговым органом пропущен не был. Исходя из установленных судом фактических обстоятельств дела, ущерб Российской Федерации в виде неуплаченных налогов, пени причинен ФИО2 как физическим лицом, возглавляющим юридическое лицо, и в соответствии со ст. 27 Налогового кодекса Российской Федерации, являющимся его законным представителем. В настоящее время материальный ущерб причиненный преступлением государству, в добровольном порядке не возмещен, следовательно, подлежит обязательному взысканию. Судебные акты, вступившие в законную силу (решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 10.09.2010 по делу №А07-7433/2010 и приговор Стерлитамакского городского суда от 15.02.2018 по делу №1-14/2018), в отношении ФИО2 могут быть исполнены исключительно в процедуре банкротства
случае законодательства, при рассмотрении настоящего дела следует руководствоваться двухмесячным сроком давности привлечения к административной ответственности, установленным статьей 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Как следует из материалов дела, днем совершения правонарушения является 21.12.2009, соответственно срок привлечения ООО «Мария» к административной ответственности истек 21.02.2010. В арбитражный суд заявитель обратился лишь 22.04.2010, т.е. за пределами срока давности привлечения к административной ответственности. В силу пункта 6 статьи 24.5 КоАП РФ истечение срока давности привлечения к административной ответственности является обстоятельством, исключающим производство по делу об административном правонарушении. Согласно названной статье Кодекса решение о привлечении к административной ответственности не может быть вынесено по истечении установленного данной нормой закона двухмесячного срока. Кроме того, суд считает, что Управлением по налоговымпреступлениям УВД по Приморскому краю неверно квалифицировано совершенное Обществом «Мария» административное правонарушение. В частности Пленумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 10 Постановления от 27.01.2003 N 2 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие
года № 39-П, конституционно-правового смысла положений статьи 15, пункта 1 статьи 1064 ГК РФ и подпункта 14 пункта 1 статьи 31 НК РФ считает предъявленный к ФИО4 иск Алатырской межрайонной прокуратурой на сумму 3961552 руб. 17 коп. преждевременным, недоказанным. При этом доводы ответчика об истечении срока исковой давности по требованию к ФИО4 о возмещении ущерба по заявленному основанию суд находит несостоятельными. На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд РЕШИЛ: В удовлетворении исковых требований Алатырского межрайонного прокурора Чувашской Республики в интересах Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, Управления Федерального казначейства по Чувашской Республике к ФИО4 о взыскании ущерба, причиненного налоговымпреступлением , отказать. Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Чувашской Республики в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме, с подачей жалобы через Алатырский районный суд Чувашской Республики. Председательствующий Мотивированное решение изготовлено 17 мая 2019 года.
органом в сообщении о совершении правонарушения были установлены обстоятельства, позволяющие предполагать совершение правонарушения, содержащего признаки преступления, предусмотренного ст.199.2 УК РФ. При изложенных обстоятельствах обращение налогового органа по факту перечисления денежных средств по обязательствам ООО НПФ «Гефест» с расчетного счета ООО «Гефест» на счета третьих лиц не находится в какой-либо зависимости с доводами ответчика о том, что срокдавности следует исчислять с момента изготовления мотивировочной части №08-1-18/37 от 13.10.2016 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. Фактически реализация имущества произведена до начала проведения выездной налоговой проверки. Данные обстоятельства, как объективная сторона состава преступления , нашли отражение только в Постановлении о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) от 07.10.2019. Следовательно, о реализации имущества, как преступлении, ответственность за которое установлена уголовным законодательством, инспекция узнала (могла узнать) только с момента вынесения постановления о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) от 07.10.2019. Помимо этого виновность ФИО6 в совершенном преступлении установлена в постановлении о прекращении уголовного
