этом суды отклонили доводы должника о том, что он фактически проживает в жилом доме; жилой дом не достроен, площадь помещений в нем, пригодных для проживания, составляет 46,1 кв. метра; о существенном завышении кадастровой стоимости дома (5 001 791 рубля 17 копеек) по отношению к рыночной цене; спорное имущество является совместным для ФИО1 и его бывшей супруги, которая также имеет право проживать в данном жилом доме; осуществление регистрационных действий в ходе процедуры банкротства явилось следствием стеченияобстоятельств , а не злоупотребления правом. Суд округа, исключая земельный участок и жилой дом из конкурсной массы, указал на то, что суды не учли отсутствие в собственности ФИО1 и его бывшей супруги иных (помимо жилого дома) помещений, пригодных для постоянного проживания. Также суд округа отметил, что изменение должником места регистрации в ходе процедуры реализации имущества само по себе не свидетельствует о недобросовестном поведении и злоупотреблении правом. Окружной суд обратил внимание на то, что законодательно критерии
управляющим, допущенных при подготовке сообщения о продаже имущества должника, а также к допуску к участию в торгах лица, при непоступлении задатка на специальный счет на дату составления протокола об определении участников торгов, доказательств обратного подателями жалоб не представлено (ст. 65 АПК РФ). Следовательно, суды обоснованно поддержали довод конкурсного управляющего о заинтересованности ФИО1 и бывшего конкурсного управляющего (через общих детей), что само по себе в силу статьи 17 Закона о защите конкуренции недопустимо, такое благоприятное стечение обстоятельств в пользу лица, аффилированного к организатору торгов, свидетельствует о скоординированных (согласованных) действиях указанных лиц, и привело к ограничению конкуренции и созданию преимущественных условий для одного из участников. Доказательства обратного в материалы дела не представлены. В качестве реализации гарантий единства экономического пространства, свободного перемещения товаров, услуг и финансовых средств, поддержки конкуренции и свободы экономической деятельности, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, законодатель в Законе о защите конкуренции предусмотрел ряд правил и ограничений, направленных на поддержание добросовестной конкуренции,
и его доставки адресату лежит на лице, направившем сообщение. Суды установили, что, действуя добросовестно, истец должен был принять все доступные меры для своевременного получения ответчиком сообщения о смене банковских реквизитов и последующего согласования перечисления денежных средств по изменившимся реквизитам. Как отметили суды, направление сообщения на адрес электронной почты, который не согласован сторонами, не может свидетельствовать о добросовестности поведения истца, поскольку, не обладая достоверной информацией доставлено ли и прочитано ли сообщение адресатом, истец полагался на стечение обстоятельств , вследствие которых информация о смене реквизитов поступит в распоряжение ответчика. Судами принято во внимание, что в материалы дела представлены доказательства получения ответчиком уведомления о смене банковских реквизитов посредством Почты России 16.02.2016. Данное обстоятельство сторонами не оспаривается. Сторонами согласовано, что пунктом 8.1 договора предусмотрено, что на такие документы, как уведомления о расчете бонусов, штрафов, о проведении зачета и тому подобные, стороны обязаны давать ответ и/или подтверждение в течение 5 рабочих дней с момента их
перенаправляло ввиду отсутствия у него такой обязанности. Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что действуя добросовестно, истец должен был принять все доступные меры для своевременного получения ответчиком сообщения об отзыве распорядительного письма и последующего согласования перечисления денежных средств. Направление сообщения на адрес электронной почты, который не согласован сторонами, не может свидетельствовать о добросовестности поведения истца, поскольку, не обладая достоверной информацией о том, доставлено ли и прочитано ли сообщение адресатом, истец полагался на стечение обстоятельств , вследствие которых информация об отзыве распорядительного письма поступит в распоряжение ответчика. Поскольку ответчик представил доказательства надлежащего исполнения обязательств в части оплаты выполненных третьему лицу обществу «Р-Пром» за общество «АкадемСити», суд первой инстанции счел, что основания для взыскания 7 586 470 руб. 67 коп. задолженности и начисленной на указанную сумму неустойки отсутствуют. В отношении требования о взыскании гарантийного удержания суд первой инстанции счел его обоснованным в части суммы 1 008 305 руб. 12 коп.,
был вовлечен в хозяйственную деятельность должника в качестве консультанта, мнение которого имело для должника и его участников определенные экономические и юридические последствия, о чем ФИО14 неоднократно упоминал и в своих письменных пояснениях, и в судебном заседании суда кассационной инстанции. Чем, по сути, и было обусловлено заключение в 2017 году, после назначения генеральным директором коммерческой организации «Хуаньюй» ФИО4, кандидатура которого на соответствующую должность была предложена ФИО3, соглашения об отступном от 25.08.2017, признанного впоследствии недействительным. Такое стечение обстоятельств не могло быть объяснено случайностью или обычностью взаиморасчетов, поскольку предметом сделки являлся земельный участок площадью 2 020 кв. м, расположенный в городской черте, следовательно, ФИО14, принимая во внимание приведенные факты, а также установленные судами обстоятельства, соответствовал формально-юридическим признакам заинтересованного по отношению к должнику лица (пункт 3 постановления Пленума № 53). В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда от 28.09.2020 № 310-ЭС20-7837 по делу № А23-6235/2015 указано, что согласно позиции, изложенной в определении
о том, что обвинение, с которым согласился ФИО1, является обоснованным, подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу, действия ФИО1 правильно квалифицированы по ч. 3 ст. 264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека. С учетом изложенных обстоятельств, совершения осужденным деяния, отнесенного законом к неосторожным преступлениям, суд апелляционной инстанции находит необоснованным указание суда в описательно-мотивировочной части приговора о том, что «в значительной степени к трагическим последствиям привело случайное стечение обстоятельств »; признание обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1, в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 61 УК РФ «совершение преступления средней тяжести вследствие случайного стечения обстоятельств». Указание о том, что «в значительной степени к трагическим последствиям привело случайное стечение обстоятельств» подлежит исключению из описательно-мотивировочной части приговора. Вместе с тем, оснований для исключения из числа обстоятельств, смягчающих наказание, указанного выше обстоятельства, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 61 УК РФ, а также усиления наказания, у суда
