года) превышении нормативов допустимого сброса вредных (загрязняющих) веществ или лимитов сброса при их наличии в составе сточных вод. Указанное положение Методики приводит к тому, что возмещение вреда преобразуется в регулярное внесение дополнительной платы за сброс загрязняющих веществ в водные объекты. Однако за внешним сходством формул для определения размера вреда и платы скрывается существенное различие удельных финансовых эквивалентов (финансового эквивалента за сброс 1 тонны ЗВ) этих одинаковых по содержанию инструментов регулирования. Ниже приведено сравнение базовых нормативов платы и такс (Н) для исчисления размера вреда на примере отдельных ЗВ, поскольку именно эти величины являются наиболее существенными элементами регулирования при определении норматива платы и удельного вреда (Таблица 2). Таблица 2 Сравнительный анализ базовых нормативов платы и такс для отдельных загрязняющих веществ ┌────┬─────────────────┬────────┬────────────┬─────────┬────────────┬─────┐ │ N │ Загрязняющее │ ПДК │ Такса (Н) │ N │ N <*> │ Н/N │ │п/п │ вещество │ рх│ (тыс. │ (тыс. │ (тыс. │ <*> │ │
них было достаточно для наступления объективного банкротства должника, названные лица также несут субсидиарную ответственность солидарно (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве). Если несколько контролирующих должника лиц действовали независимо и действий каждого из них, существенно повлиявших на положение должника, было недостаточно для наступления объективного банкротства, но в совокупности их действия привели к такому банкротству, данные лица подлежат привлечению к субсидиарной ответственности в долях (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пункт 1 статьи 1064 ГК РФ). В этом случае суд распределяет между ними совокупный размер ответственности, исчисляемый по правилам абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, определяя долю, приходящуюся на каждое контролирующее лицо, пропорционально размеру причиненного им вреда. При невозможности определения размера причиненного вреда исходя из конкретных операций, совершенных под влиянием того или иного лица, размер доли, приходящейся на каждое контролирующее лицо, может быть определен пропорционально периодам осуществления ими фактического контроля над должником. 23. Согласно
являются существенными, они повлияли на исход дела, и без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов Общества. Принимая во внимание необходимость соблюдения разумных сроков судопроизводства (статья б1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит нужным отменить апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 20 июля 2018 г. в части отмены решения Кунцевского районного суда г. Москвы от 11 декабря 2017 г. об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Обществу о взыскании денежных средств, штрафа, компенсации морального вреда и принятии в указанной части нового решения о взыскании с Общества в пользу ФИО1 денежных средств в размере 3 999 999, 26 руб., компенсации морального вреда в размере 5 000 руб., штрафа в размере 300 000 руб. В отмененной части дело направить на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции. В остальной части апелляционное определение судебной
на ответчиков обязанность заменить автомобиль и выплатить компенсацию морального вреда, в обоснование указав, что имело место нарушение сроков устранения недостатков товара. Впоследствии уточнив требования и отказавшись от иска к ООО «Восток-ДВ», истец, ссылаясь на наличие в приобретенном товаре существенного недостатка, просил возложить на АО «Амур-Лада» и АО «АВТОВАЗ» обязанность заменить приобретенное им транспортное средство на аналогичный автомобиль этой же марки и модели, а также солидарно взыскать с ответчиков неустойку за каждый день просрочки удовлетворения его требования о замене автомобиля в размере 2 522 437 руб., компенсацию морального вреда - 200 000 руб. и штраф1716 378,86 руб. Решением Первореченского районного суда г. Владивостока от 5 февраля 2021 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Приморского краевого суда от 20 мая 2021 г., исковые требования удовлетворены частично. На АО «АВТОВАЗ» возложена обязанность заменить проданный истцу автомобиль на аналогичный автомобиль этой же марки и модели. С АО «АВТОВАЗ» взысканы
управляющим ФИО3 в общем размере 11 675 000,00 рублей, что значительно превышает размер кредиторской задолженности и задолженности по текущим платежам, размер которых указан выше. В связи с чем, арбитражный суд не установил причинение существенноговреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этих сделок. Восстановление прав должника и имущественных прав его кредиторов произведено путем признания сделки недействительной и возврата имущества в конкурсную массу должника, за чет реализации которого подлежат погашению требования кредиторов. Как следует из материалов дела, 04.10.2016 со счета должника в пользу ООО «ПромСтандарт» по заключенному договору были списаны денежные средства на общую сумму 967 600,00 рублей с указанием в назначении платежа «согласно договору от 15.08.2016 оплата за услуги по подготовке (рекультивации) территории земельного участка». Определением суда от 27.11.2019 по делу №А71-9001/2017 (С/3) договор на оказание услуг от 15.08.2016 №012-К, заключенный между ОАО «КЗГО» и ООО «ПромСтандарт», признан недействительным. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «ПромСтандарт»
222 515 907,47 рублей)от стоимости активов баланса 1 702 818 000 рублей равен 13,06% (222 515 907,47*100\1 702 818 000), что менее 20%. При соотношении размера стоимости активов баланса 1 702 818 000 рублей и причиненного вреда кредиторам в размере 13,06%, последний, существенным не является. Размер имущественного вреда на 31.12.2013 от заключения кредитного договора №КР-0015\14-С от 26.02.2014 (сумма 222 515 907,47 рублей) от размера кредиторских требований 1 493 586 000 рублей равен 14,89% (222 515 907,47*100\1 493 586 000), что менее 20%. При соотношении размера кредиторских требований 1 493 586 000 рублей и причиненного вреда кредиторам в размере 14,89%, последний, существенным не является. В результате признания определением от 18.12.2015 платежа по кредитному договору <***> недействительной сделкой суд применил последствия признания ее таковой в виде восстановления задолженности ЗАО «Волгоспецстрой» перед АО «Глобэксбанк» в сумме 222 515 907,47 руб. и взыскания с АО «Глобэксбанк» 222 515 907,47 руб. Определением Арбитражного суда
правам кредиторов, судом приняты во внимание разъяснения, данные в пункте 23 Постановления № 53, согласно которому презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенныйвред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. Из материалов дела усматривается, что ХП «УК Киллфиш» в лице ФИО1 и должником в период с 01.10.2015 по 01.09.2018 подписаны акты об оказании юридических и бухгалтерских услуг, общий размер составил 2 676 427,28 рублей. Указанные сделки совершались в период, когда должник не осуществлял фактической деятельности. Данным обстоятельствам дана оценка в определении Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.02.2020 по делу № А56-75777/2018/тр.2 и постановлении Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.07.2020 по делу А56-75777/2018/тр.2. Конкурсный управляющий указал, что согласно данным выписки из ЕГРЮЛ, у ХП «УК Киллфиш»
привлекало такие денежные средства на платной процентной основе. При этом признак цели причинения вреда не опровергается наличием отдельных расчетов по счету или недоказанностью имущества, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях, в частности факт заключения спорной сделки в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами на момент спорной сделки, отчуждение актива по существенно заниженной цене и аффилированность покупателя - в своей совокупности являлись обстоятельствами, достаточными для определения того, что у должника имелась цель причинения вреда своим кредиторам. (Определение СК по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12 марта 2019 года № 305-ЭС17-11710 (4)). Суд первой инстанции констатировал, что недобросовестный характер поведения по отвлечению и использованию кредитных и оборотных средств должника, направленных фактически на погашение обязательств ООО «Чулпан - Трейд», не опровергнут, доказательств эффективного платного использования кредитов в интересах и к выгоде должника с получением реальной необходимой прибыли, достаточной для уплаты
моральном вреде. Существенность нанесенного самоуправством вреда конкретному лицу определяется с учетом обстоятельств конкретного дела. Как следует из текста обвинения, ФИО1 нарушил требование действовать в интересах ООО «Надежный партнер», содействовать получению прибыли общества, чем причинил существенный вред интересам ФИО9 Исходя из установленных судом первой инстанции обстоятельств, в обвинении не конкретизировано, в чем выражается существенность вреда для потерпевшего. Указанная в обвинении сумма 4000000 рублей, якобы полученная ФИО1 от продажи техники, затрудняет определение в данном случае существенного вреда, определение статуса потерпевшего. Существенных нарушений уголовно-процессуального закона и уголовного закона, влекущих отмену или изменение постановления судом апелляционной инстанции не установлено. На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.20 УПК РФ, суд ПОСТАНОВИЛ: Постановление и.о. мирового судьи судебного участка № 11 Правобережного судебного района г. Липецка ФИО2 от 29.05.2019 г. о возвращении уголовного дела прокурору Правобережного района г. Липецка для устранения препятствий его рассмотрения судом оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника- адвоката Александровского Ю.А. -
является существенным. Кроме того, в своих жалобах осужденный ФИО7 и адвокат Моховиков И.А. находят ошибочными и неподтвержденными доказательствами выводы суда о том, что действия ФИО7 повлекли наступление общественно опасных последствий в виде причинения существенноговреда правам и законным интересам ГУП «***» и ФИО6 (адрес), в том числе по двум эпизодам с наступлением тяжких последствий. Считают неустановленным, что умыслом ФИО7 охватывалось причинение тяжких последствий. Полагают, что суд вышел за пределы предъявленного ФИО7 обвинения установив, что своими действиями ФИО7 причинил ущерб ФИО6 (адрес) и его действия повлекли наступление тяжких последствий для ФИО6 (адрес), а также определив размер причиненного ущерба по вмененным ФИО7 эпизодам преступлений при отсутствии указания в приговоре на единственно возможное допустимое доказательство - заключение эксперта об определении величины ущерба. Обращают внимание на допущенные органами следствия в период предварительного расследования и в ходе судебного разбирательства существенные нарушения уголовно-процессуального закона и прав ФИО7, которые повлияли на вынесение законного и обоснованного приговора и
причинении имущественного и экономического вреда, выходящего за рамки существенного, поэтому «тяжкие последствия» являются квалифицирующим признаком преступления и в случае их причинения, действия виновного подлежат квалификации по ч.2 ст.201 УК РФ. Вместе с тем, из установленных судом фактических обстоятельств дела следует, что ФИО1 признан виновным в том, что его действия повлекли для <данные изъяты> и существенныйвред, выразившийся в причинении ЗАО значительного ущерба на общую сумму 219 692 179, 14 рублей в виде недополученных денежных средств за субаренду земельных участков, и тяжкие последствия, в том числе, банкротство. Указанные обстоятельства не получили надлежащей оценки в апелляционном определении , также как и доводы апелляционных жалоб о том, что наступление банкротства, указанное судом в приговоре в качестве «тяжких последствий» и основания для квалификации действий осужденного по ч.2 ст. 201 УК РФ, не подтверждается доказательствами, исследованными в ходе судебного разбирательства и приведенными в приговоре, с учетом сведений о том, что Определением Арбитражного суда Каснодарского
