выводом суда об освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед указанным кредитором. Суд первой инстанции, освобождая должника от исполнения обязательств, исходил из того, что им не установлено обстоятельств, предусмотренных пунктами 4 и 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве. Каких-либо доводов о том, что должником при получении кредитов были указаны недостоверные сведения либо совершены иные недобросовестные действия, не заявлялось. Судом указано на несение банком рисков в связи с выдачей кредита непроверенному лицу, обязанность банка нести трансакционные издержки на проверку заемщиков всеми доступными способами. Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены определения в обжалуемой части, исходя из следующего. Как следует из определения Верховного Суда РФ от 17.09.2020 N 306-ЭС20-11868 по делу N А12-6636/2019, в связи с принятием Федерального закона от 03.10.2018 N 350-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам назначения и выплаты пенсий" в части внесения изменений в пункт 12 статьи 21 Федерального закона N 400-ФЗ
предлагаемого обеспечения и т.п., а также проверки представленного им необходимого для получения кредита пакета документов. Одновременно банки вправе запрашивать информацию о кредитной истории обратившегося к ним лица на основании Федерального закона от 30.12.2004 N 218-ФЗ "О кредитных историях" в соответствующих бюро. По результатам проверок в каждом конкретном случае кредитная организация принимает решение по вопросу о выдаче денежных средств. Учитывая, что микрокредитная организация несет ответственность за сохранность денежных средств перед своими клиентами, она обязана нести трансакционные издержки на проверку заемщиков всеми доступными способами, поэтому неполнота сообщенных сведений не могла быть причиной принятия неверного решения о выдаче кредита с учетом специфики контрагента. Соответственно, в отсутствие доказательств заведомо недобросовестного поведения должника в вопросе предоставления кредитной организации информации о ранее полученных кредитах ООО МКК "СмартСтарт" не вправе ссылаться на недостоверность или неполноту предоставленных должником при получении кредита сведений как на основание для неприменения к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами в
в материалах дела о банкротстве ФИО3 не содержится и заявителем не представлено; равно как и сокрытия и умышленного уничтожения имущества. Кредитор перед выдачей ФИО3 кредита в любом случае должен был самостоятельно проверить и изучить предоставленные должником сведения, проанализировать платежеспособность ФИО3, целесообразность выдачи ей кредитов. Учитывая то, что кредитная организация (ООО «Финансовая грамотность» приобретено право требования по возврату денежных средств по кредитному договору) несет ответственность за сохранность денежных средств перед своими клиентами, он обязан нести трансакционные издержки на проверку заемщиков всеми доступными способами, поэтому неполнота или недостоверность сообщенных сведений не могла быть причиной принятия неверного решения о выдаче кредитов с учетом специфики контрагента. Соответственно в отсутствие доказательств заведомо недобросовестного поведения должника в вопросе предоставления Банку информации о среднемесячном доходе недостоверность или неполнота предоставленных ФИО3 Банку при получении кредитов сведений не может являться основанием для неприменения к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств перед кредитором в части исследуемых обязательств. Отклоняя доводы
заключения договоров займа с кредитной организацией. Доказательств того, что должником при получении заемных средств были предоставлены недостоверные сведения, в материалах дела о банкротстве ФИО1 не содержится, равно как и сокрытия и умышленного уничтожения имущества. Кредитор перед выдачей ФИО1 кредита в любом случае должен был самостоятельно проверить и изучить предоставленные должником сведения, проанализировать платежеспособность ФИО1, целесообразность выдачи ей кредитов. Учитывая то, что Банк несет ответственность за сохранность денежных средств перед своими клиентами, он обязан нести трансакционные издержки на проверку заемщиков всеми доступными способами, поэтому неполнота или недостоверность сообщенных сведений не могла быть причиной принятия неверного решения о выдаче кредитов с учетом специфики контрагента. Соответственно, в отсутствие доказательств заведомо недобросовестного поведения должника в вопросе предоставления Банку информации, недостоверность или неполнота предоставленных ФИО1 Банку при получении кредитов сведений не может являться основанием для неприменения к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств перед кредитором в части исследуемых обязательств. Кроме того, в процедуре банкротства
на допуск к участию в дорожном движении, лишает лицо возможности эксплуатации транспортного средства. В этой связи судебная коллегия отмечает, что для правильного разрешения спора существенное значение имеет установление наличия или отсутствия добросовестности заявителей при совершении сделок купли-продажи автомобиля, в связи с чем соответствующие вопросы должны быть вынесены на обсуждение сторон с распределением обязанности доказывания этих обстоятельств. Нормативное содержание конституционного принципа добросовестности включает в себя правовые императивы, детерминированные экономической нормативностью, в частности требованием экономии на трансакционных издержках , а также экономическим принципом, в силу которого необходимо выяснять, для какой из сторон сделки издержки несения риска будут минимальными, а также какие стимулы для обеих сторон создаст обращение взыскания на автомобиль добросовестного приобретателя. Добросовестность приобретателя (истца по делу) обуславливается тем, что при возмездном приобретении имущества он не знал и не мог знать о том, что ФИО2 не имел права его отчуждать. При этом судебная коллегия принимает во внимание то обстоятельство, что при совершении
