Разрешая заявленные требования в части признания ФИО3 членом семьи ФИО1, суд апелляционной инстанции указал на то, что девочка вселена в жилое помещение истца в качестве члена семьи нанимателя. Принимая во внимание, что необходимость обращения ФИО1 с настоящим иском связана с целью реализации права на получение служебного жилого помещения, а оснований для установления факта нахождения девочки на иждивении истца не имеется, суд пришел к выводу об удовлетворении исковых требований в части признания ФИО3 членом семьи ФИО1 в целях обеспечения его служебным жилым помещением по месту прохождения военной службы. Девятый кассационный суд общей юрисдикции согласился с выводами судов первой и апелляционной инстанций. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации полагает выводы судов основанными на неправильном толковании и применении норм материального права, регулирующих возникшие правоотношения, и сделанными без учета обстоятельств, имеющих существенное правовое значение для правильного разрешения возникшего спора. В соответствии с абзацем 5 пункта 5 статьи 2 Федерального закона
Определением апелляционного суда от 18.11.2021 судебное заседание было отложено на 16.12.2021 с целью направления Министерством обороны и ФКУ «Войсковая часть 51280» отзывов на иск в адрес всех лиц, участвующих в деле; представить контррасчет заявленной к взысканию задолженности с учетом принятых судом уточнений исковых требований, дополнительных доказательств в обоснование своей правовой позиции 06.12.2021 до судебного заседания в канцелярию апелляционного суда от Минобороны России через систему «Мой арбитр» поступили дополнения к отзыву от 16.11.2021. К дополнениям приложены дополнительные доказательства, контррасчет. Согласно пояснениям Министерства спорное жилое помещение относится к жилому помещению специализированного жилого фонда. До 25.09.2019 в указанном жилом помещении проживал подполковник ФИО3 на основании договора найма служебного жилого помещения № 89 от 09.09.2010. С 21.01.2021 проживает ФИО2 на основании договора найма служебного жилого помещения № ЗРУЖО-39/89/21-2020 от 21.01.2021. В спорный период с 01.09.2018 по 25.09.2019 обязанность по оплате жилищных услуг возлагалась на ФИО3. Министерство полагает, что истцом не доказана правомерность взыскания средств
задолженности за поставленную в жилые помещения тепловую энергию в сумме 1 580 285 руб., неустойки в размере 187 772,87 руб. Основанием предъявления искового заявления послужило наличие задолженности за потребленную тепловую энергию, поставленную на объекты, находящиеся в оперативном управлении ФГКУ «Дальневосточное территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации», в ходе рассмотрения спора, исковые требования уменьшены, в связи с представлением ответчиками документов, подтверждающих факт нахождения спорных помещений в пользовании граждан, проходивших военную службу в Вооруженных силах Российской Федерации; по объемам поставки и способу начислений (расчета) между сторонами спора нет. Часть представленной ответчиками документации: договоры найма служебногопомещения , ордера выдачи, книги учета ордеров не приняты при расчете исковых требований, поскольку достоверно не подтверждают нахождение жилых помещений в социальном найме военнослужащих, лицевые счета в отношении части жилых помещений не могут быть открыты и начисления непосредственно собственникам/нанимателям жилых помещений не могут быть произведены. Ответчики исковых требований не признали, указав, что в материалы
городках, выдаются квартирно-эксплуатационными органами Министерства обороны, Министерства внутренних дел, руководством органов и командованием воинских частей (по принадлежности жилищного фонда) на основании принятых в установленном порядке решений о предоставлении жилой площади. Исходя из анализа названных выше норм права признаком служебного жилого помещения (до 1 марта 2005 г.) являлось обязательное наличие решения органа местного самоуправления о включении конкретного жилого помещения в число служебных, причем независимо от того, к какому жилищному фонду принадлежало жилое помещение. Аналогичные требования к служебным помещениям содержатся и в п. 41 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», который указывает на то, что использование жилого помещения в качестве специализированного жилого помещения, за исключением случаев, предусмотренных федеральными законами, допускается только после отнесения его к специализированному жилищному фонду решением органа, осуществляющего управление государственным или муниципальным жилищным фондом, в соответствии с установленным порядком
