21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» и от 29.11.2010 № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации», и исходил из того, что требование заявлено об оспаривании нормативного правового акта и его рассмотрение не относится к подсудности арбитражного суда. Решением от 27.02.2019 № 2 к протоколу № 3 заседания от 27.02.2019 комиссия внесла изменения в Тарифное соглашение, следовательно, подсудность требования о признании недействительным решения следует подсудности требования о признании недействительным соглашения. Тарифноесоглашение устанавливает тарифы, применяемые для оплаты услуг медицинских организаций, оказываемых по программе обязательного медицинского страхования, и отвечает признакам нормативного правового акта: имеет обязательный характер, распространяется на неопределенный круг лиц, рассчитано на неоднократное применение в рамках регулируемых им общественных отношений. Тот факт, что Тарифное соглашение распространяется не на все население Архангельской области, а на более узкий круг лиц, объединенных определенными признаками, не меняет его характера как нормативного правового акта. Суд апелляционной инстанции поддержал
кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», отменил решение суда первой инстанции и отказал в удовлетворении и требований. При этом суд исходил из того, что расчет заявленных обществом убытков произведен на основании недействующих тарифов и положений о выплате субсидии на возмещение тарифной разницы. Кроме того, суд, учитывая, что администрацией принято Постановление от 24.08.2021 № 840, которым обществу был установлен предельный тариф на 2019 год; согласно расчету тарифная разница в 2019 году для перевозчика составила 11 613 395 руб. 32 коп., между сторонами заключено дополнительное соглашение № 4 к Соглашению от 05.04.2019 № 2/589, согласно которому для возмещения указанной тарифной разницы обществу выплачивается субсидия в размере 11 613 395 руб. 32 коп., признал, что стороны урегулировали спорный момент возмещения тарифной разницы в 2019 году. Также суд разъяснил
но не позднее момента подачи импортной таможенной декларации, за исключением случаев, определенных пунктом 2 статьи 4.20 настоящего Соглашения. В статье 4.17 Соглашения с республикой указаны обстоятельства, при которых представление сертификата о происхождении товара не требуется. В соответствии с положениями статьи 4.23 Соглашения с республикой преференциальный тарифный режим в рамках настоящего Соглашения должен применяться в отношении происходящих товаров, которые удовлетворяют требованиям настоящей главы. Таможенные органы импортирующей Стороны предоставляют преференциальный тарифный режим товарам, происходящим из экспортирующей Стороны, при выполнении следующих условий: a) импортируемый товар отвечает критериям происхождения, указанным в статье 4.3 настоящего Соглашения ; b) декларант демонстрирует соблюдение требований настоящей главы; c) таможенным органам импортирующей Стороны представлен действительный и заполненный в соответствии с требованиями раздела II «Документальное подтверждение происхождения» настоящей главы оригинал сертификата о происхождении товара. Согласно пунктам 1 и 2 статьи 4.24 Соглашения с республикой в случае, если товары не соответствуют требованиям настоящей главы или если импортер или экспортер товаров не
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. В связи с тем, что суд пришел к выводу об удовлетворении части заявленных истцами исковых требований, то суд также считает необходимым удовлетворить заявленные истцами ФИО1. ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5., ФИО6, ФИО7. ФИО8 и ФИО9 требований о взыскании с ответчика в пользу истцов компенсации морального вреда. Как установлено в судебном заседании неправомерными действиями ответчика, выразившимися в незаконном неначислении и не выплате заработной платы в полном размере как того предусматривает Трудовой кодекс и Отраслевое ТарифноеСоглашение , истцам были причинены нравственные страдания, выразившиеся в постановке их в невыгодное материальное положение и необходимостью обратиться в суд за защитой нарушенных прав. Суд также считает, что требования вышеуказанных истцов в части взыскания компенсации морального вреда завышены и несоразмерны причиненному вреду. Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает: характер и тяжесть понесенных истцами нравственных страданий,
как на работодателя отрасли жилищно-коммунального хозяйства. Также судом установлено, что коллективный договор в Обществе отсутствует, работниками и работодателем в лице их представителей не заключался. Обосновывая исковые требования о взыскании недоначисленной и невыплаченной заработной платы за период с 1 января 2017 г. по 16 июля 2018 г., сторона истца полагала, что оплата труда ответчиком производилась не в полном объеме, без учета положений пункта 2.3 вышеуказанного Отраслевого тарифного соглашения, и представила расчет причитающейся заработной платы, произведенный из оклада, размер которого рассчитан за 2017 г. исходя из минимальной заработной платы, установленной в Мурманской области на 2015-2017 гг. Соглашением от 28 ноября 2014 г. (14281 рубль) с учетом Приложений № 3 и № 4, с применением среднего коэффициента 5,55 согласно Приложению № 3 к Отраслевому тарифномусоглашению , за 2018 г. исходя из минимального размера оплаты труда, установленного Федеральным законом от 19 июня 2000 № 82-ФЗ в редакции Федерального закона от 28 декабря
