Учет лицензионных договоров - гражданское законодательство и судебные прецеденты

страхователи представляют предусмотренные пунктами 2 - 2.2 данной статьи сведения для индивидуального (персонифицированного) учета в органы Пенсионного фонда Российской Федерации по месту их регистрации, а сведения, предусмотренные пунктом 2.3 указанной статьи, - в налоговые органы по месту их учета. В силу пункта 2.2 статьи 11 Закона об индивидуальном (персонифицированном) учете страхователь ежемесячно не позднее 15-го числа месяца, следующего за отчетным периодом - месяцем, представляет о каждом работающем у него застрахованном лице (включая лиц, заключивших договоры гражданско-правового характера, предметом которых являются выполнение работ, оказание услуг, договоры авторского заказа, договоры об отчуждении исключительного права на произведения науки, литературы, искусства, издательские лицензионные договоры , лицензионные договоры о предоставлении права использования произведения науки, литературы, искусства, в том числе договоры о передаче полномочий по управлению правами, заключенные с организацией по управлению правами на коллективной основе) следующие сведения: 1) страховой номер индивидуального лицевого счета; 2) фамилию, имя и отчество; 3) идентификационный номер налогоплательщика (при наличии

с заявленным требованием, если суд определяет размер компенсации на основании установленной им стоимости права, которая оказалась меньше, чем заявлено истцом, не является снижением размера компенсации. Представление в суд лицензионного договора (иных договоров) не предполагает, что компенсация во всех случаях должна быть определена судом в двукратном размере цены указанного договора (стоимости права использования), поскольку, с учетом норм пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, за основу рассчитываемой компенсации должна быть принята цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака тем способом, который использовал нарушитель. Ответчик вправе оспорить рассчитанный на основании лицензионного договора размер компенсации путем обоснования иной стоимости права использования соответствующего товарного знака, исходя из существа нарушения, условий этого договора либо иных доказательств, в том числе иных лицензионных договоров и заключения независимого оценщика. В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного

использования товарного знака, определяемой на основании цены, которая при сравниваемых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака), дав оценку представленному в материалы дела лицензионному договору от 01.03.2016 № 2 и представленных во исполнение лицензионного договора документов (дополнительному соглашению от 01.06.2016, платежному поручению от 29.06.2006 № 112, бухгалтерской справке за 2016 год), отсутствие надлежащих доказательств, опровергающих стоимость права использования этого знака, установленную названным лицензионным договором, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о возможности учета лицензионного договора от 01.06.2016 № 2 в качестве доказательства, подтверждающего стоимость права использования спорного товарного знака. Вместе с тем, учитывая заявление ответчика о необходимости снижения заявленного размера компенсации, правовые позиции, изложенные в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда» (далее – Постановление № 40–П» и в пункте 62 постановления Пленума

РФ, основанием для возбуждения в отношении Общества дела об административном правонарушении является решение Комиссии УФАС от 17.02.2015г. №180/14 о признании ООО «Центр Жилищных Программ» нарушившим Закон о рекламе. При рассмотрении дела на Комиссии Новосибирского УФАС руководитель Общества не отрицал наличие нарушений, пояснив, что им приняты меры по недопущению в дальнейшем нарушения требований законодательства о рекламе и назначено ответственное лицо, имеющее доступ к размещаемой рекламной информации. Судом на основании статьи 2.1 КоАП РФ, с учетом лицензионного договора №29484 от 17.12.2013г., лицензиат (ООО «Центр Жилищных Программ») вправе самостоятельно вводить, редактировать, удалять и копировать информацию в электронном каталоге (пункты 2.2.3 и 2.9 договора), установлено наличие у Общества возможности для соблюдения правил и норм Закона о рекламе, за нарушение которых настоящим Кодексом установлена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению, в результате чего была размещена реклама с нарушением требований законодательства о рекламе, правомерно установлена

интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (пункт 2 части 4 статьи 1515 ГК РФ), императивно определена законом, доводы ответчика о несогласии с заявленным истцом расчетом размера компенсации могут основываться лишь на оспаривании указанной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование права, и подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими иной размер стоимости этого права. Учитывая, что ответчик не оспорил стоимость права использования путем представления соответствующих доказательств, апелляционный суд приходит к выводу о возможности учета лицензионного договора от 01.03.2016 № 2 в качестве доказательства, подтверждающего стоимость права. Вместе с тем, возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик указал, что с учетом незначительной стоимости спорного товара и последствий заявленные истцом требования не соответствуют принципам справедливости и соразмерности действий ответчика. При определении размера компенсации, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца за нарушение исключительных прав на товарный знак, суд апелляционной инстанции руководствуется следующим. В Постановлении от 24.07.2020 № 40-П Конституционный Суд РФ указал,

РФ, и заявлен размер такой компенсации в общей сумме 1 440 000 руб., по 720 000 руб. с каждого ответчика без разделения по количеству нарушений с учетом абзаца четвертого пункта 60 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации». При этом обоснование размера компенсации по 720 000 руб. с каждого ответчика было сделано именно тем же способом, который использовался истцом по делу №А02-28/2020 с учетом лицензионного договора , согласованного сторонами по делу и письма обращения ответчика 2 с предложением ежегодной платы за использование товарного знака истца в размере 200 000 руб.. При таком расчете, без указания количества раз использования ответчиком товарного знака, исковые требования с таким размером компенсации были удовлетворены судом по делу №А02-28/2020 в полном объеме с взысканием суммы компенсации в размере 360 000 рублей. Истец полагает, что взыскание с ответчиков в пользу истца компенсации за нарушение исключительных прав

дом 34, корпус 2, литера А; ИНН <***>, ОГРН <***>; далее - Студия) обратилось в Арбитражный суд Тверской области с иском к закрытому акционерному обществу «Хлеб» (адрес: 170002, <...>; ИНН <***>, ОГРН <***>; далее - Общество) о взыскании 100 000 руб. компенсации за нарушение исключительных авторских прав на произведения изобразительного искусства - рисунки (изображение персонажей): «Дружок», «Лиза», «Малыш», рассчитанной по подпункту 3 статьи 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) с учетом лицензионного договора от 01.01.2019 № 06/01/2019, 106 руб. почтовых расходов (с учетом уточнения иска, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)). Определением суда от 24.10.2019 исковое заявление принято к производству в упрощенном порядке. Решением суда от 14.01.2020 иск удовлетворен. Общество с решением суда не согласилось, обратилось с апелляционной жалобой, в которой просило его отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований в

ФИО1 Таким образом, на основании исследованных в суде письменных и устных доказательств суд приходит к выводу, что стороной ответчика не представлено доказательств, отвечающих требованиям об относимости и допустимости, дающих основания для отказа в удовлетворении исковых требований Представленные истцом копии свидетельств о государственной регистрации ООО «Нейрон» программ для ЭВМ, патентов не могут служить доказательством, безусловно опровергающим доводы истца и свидетельствующим о том, что указанная в них продукция и программное обеспечение выпускается ООО «Нейрон» без учета Лицензионного договора . Суду стороной ответчика не представлено доказательств, как подтверждающих возражения ответчика о невозможности производить лифтовую продукцию по Лицензионному договору с 2004г. по настоящее время в отсутствие устранения Замечаний, так и доказательств, свидетельствующих о принятии ответчиком мер о понуждении ФИО1 в установленном законом порядке устранить данные замечания с целью исполнения обязательств всех сторон по Лицензионному договору. Как пояснил в суде истец, ни одной претензии Лицензиата не имеется об устранении Замечаний к Акту приема передачи