доначисления Налогоплательщику указанных сумм НДС и привлечения к налоговой ответственности является установление Налоговым органом в ходе выездной налоговой проверки обстоятельств, свидетельствующих о нарушении Обществом положений п. 1 ст. 54.1, п. 2,6 ст. 169, п.п. 1,2 ст. 171, п.1 ст. 172 НК РФ при включении в состав налоговых вычетов по НДС сумм налога, предъявленных контрагентами ООО «Оскол-Совстройтех» (ИНН <***>), ООО «Квант» (ИНН <***>), ООО «Овалинг» (ИНН <***>). Инспекцией собраны доказательства, свидетельствующие об отсутствии реальных хозяйственных взаимоотношений Обществом и данными контрагентами, их подконтрольности проверяемому Налогоплательщику. ООО «Эли-Лава» направило апелляционную жалобу в УФНС по Белгородской области. По итогам рассмотрения апелляционной жалобы Управление Федеральной налоговой службы по Белгородской области приняло решение от 01.06.2020 №06-1-18/06181@, которым жалоба оставлена без удовлетворения. Не согласившись с решением налогового органа, Общество обратилось в арбитражный суд с требованием о признании недействительным решения. Общество полагает, что выявленные Инспекцией у организаций-контрагентов ООО «Оскол-Совстройтех», ООО «Квант» и ООО «Овалинг» нарушения не являются достаточным
условия и результат экономической деятельности, манипулирования условиями, сроками и порядком расчетов по сделкам, искусственного создания условий для использования налоговых преференций. Доказывание умысла состоит в выявлении и документальном закреплении обстоятельств, прямо указывающих на то, что конкретное должностное лицо осознавало противоправный характер своих действий, желало либо сознательно допускало наступление вредных последствий таких действий. При этом установление умысла не может сводиться к простому перечислению всех сделок, в результате которых налогоплательщик получил налоговую экономию, и приведению анализа возможности влияния фактов подконтрольности на условия и результат экономической деятельности. В оспариваемом решении налоговый орган ограничился лишь описанием ряда хозяйственных операций со спорными контрагентами и проведенными в этой связи мероприятиями налогового контроля, однако не привел фактов (документально подтвержденных доказательств) достоверно подтверждающих наличие в действиях Общества признаков вменяемого правонарушения. Таким образом, налоговый орган формально подошел к проведению налоговой проверки и неправомерных доначислениях, основанных лишь на предположениях. С учетом вышеизложенного требование заявителя о признании недействительным решения от 15.03.2021 г.
фирмы узнал позднее. Согласно письма ФНС России от 23.03.2017 №ЕД-5—9/547@, установление по результатам налоговой проверки факта подписания документов от имени контрагентов лицами, отрицающими их подписание и наличие у них полномочий руководителя, путем проведения допросов и почерковедческих экспертиз не является безусловным и достаточным основанием для вывода о непроявлении налогоплательщиком должной осмотрительности и осторожности при заключении сделки со спорным контрагентом и не может рассматриваться как основание для признания налоговой выгоды необоснованной. Помимо этого, действия контрагентов второго и далее уровня, при отсутствии убедительных доказательств взаимозависимости их с налогоплательщиком, подконтрольности налогоплательщику, не могут влиять на оценку добросовестности самого налогоплательщика, поскольку налогоплательщик не имеет возможностей и правовых оснований вмешиваться в финансово-хозяйственную деятельность контрагентов, особенно – контрагентов третьего и последующего уровней. При этом налоговый орган не представил отвечающих критериям достаточности, достоверности и допустимости доказательств, неопровержимо свидетельствующих о наличии признаков фиктивности сделок заявителя со спорными контрагентами , их направленности на уход от уплаты налогов, обналичивания денежных
средств и общей противоправной цели налогоплательщика и его контрагентов. Налоговый орган должен учитывать, что обстоятельства подконтрольности сами по себе не могут служить основанием для вывода об умышленном характере действий налогоплательщика. При этом установление умысла не может сводиться к простому перечислению всех сделок (операций), в результате которых налогоплательщик получил налоговую экономию, и приведению анализа возможности влияния фактов подконтрольности на условия и результат экономической деятельности. Необходимо указывать конкретные действия налогоплательщика (его должностных лиц), которые обусловили совершение правонарушения, и приводить доказательства, которые бы свидетельствовали о намерении причинить вред бюджету. На основании разъяснений, включенных в Письмо ФНС РФ от 31.10.2017 № ЕД-4-9/22123@, суд приходит к выводу о том, что Инспекцией допущен формальный подход при доказывании факта согласованности действий налогоплательщика и его контрагентов через представительские функции в регистрирующих органах, что не позволяет признать наличие умысла на достижение противоправной цели доказанным. Инспекцией в качестве компрометирующего приведен довод о том, что ООО «Гранд» владело Объектом 1 незначительное
в первичных документах. Эти же лица в подтверждение довода общества о роли ООО «АСП» и его заинтересованности пояснили, что переговоры с заказчиками вел руководитель ООО «АСП» ФИО11, он и контролировал поставку на объект. В материалах проверки (акт проверки) изложены доказательства (договоры перевозки) о том, что заказчиком перевозки материалов являлось ООО «АСП». В акте проверки указано на установление обстоятельств оплаты за услуги перевозки также ООО «АСП». В оспариваемом решении ИФНС имеется ссылка на показания свидетеля ФИО12, руководителя ООО «АСП» (Протоколы допросов от 28.01.2019 № 3398, от 15.05.2019), из которых не усматривается сведений о подконтрольностиконтрагента ООО «Бекар» обществу, напротив он пояснял о том, что имел взаимоотношения со своим контрагентом ООО «Вест-Экспресс» (первый контрагент со стороны ООО «АСП»). Также он пояснял, что именно руководитель ООО «Бекар» Козлов (в период после руководителя Талаша) контролировал со стороны ООО «АСП» поставку дрен на объект. Показания о знакомстве с учредителем общества ФИО13 и с остальными лицами,
