Вещное право в международном частном праве - гражданское законодательство и судебные прецеденты

контракта компания Sklostroj должна доставить товары в пользу ООО «Симбирские стройматериалы» на территории России после осуществления таможенной очистки данных товаров. Впоследствии ООО «Симбирские Стройматериалы» забрало товары с таможенного склада и переправила их на свою фабрику в Красном Гуляе. Следовательно, право собственности перешло от компании Sklostroj к ООО Симбирские Стройматериалы» в тот момент, когда ООО «Симбирские Стройматериалы» забрало товары на территории Российской Федерации. Следовательно, вещные права на данное имущество определяются местом нахождения имущества, то есть российским правом. На наш взгляд, с точки зрения чешских норм международного частного права правом, применимым к установлению права залога, указанного выше, является российское право, поскольку залоги были установлены после (в момент) поставки, которая имела место на территории Российской Федерации. На наш взгляд, второе предложение ст. 6 Закона в данном случае не применяется. Единственной целью настоящего специального правила, предусмотренного вторым предложением ст. 6 Закона, является установление единого права, применимого к транспортируемым вещам (товарам) в течение всего периода

свидетельствует о тесной связи спорных правоотношений с российским правом. Возможность применения к правоотношениям сторон норм российского права вытекает также из толкования норм Международного права Швейцарии. В соответствии со статьей 100 Федерального закона 1987 года о международном частном праве (утвержден Федеральным собранием Швейцарской Конфедерации), приобретение и утрата вещных прав на движимое имущество регулируются правом места нахождения этого имущества на момент наступления юридических фактов, на которых основывается приобретение или утрата вещных прав. Согласно статье 125 Федерального закона 1987 года о международном частном праве к действиям, сопутствующим заключению и исполнению договора, применяется право государства, в котором они фактически совершаются. Кроме того, суд приходит к выводу о том, что арбитражная оговорка, содержащаяся в п.6.1 договора купли-продажи акций, является недействительной, поскольку исключительная компетенция арбитражных судов Российской Федерации не может быть изменена соглашением о передаче спора в компетентный суд иностранного государства (пророгационным соглашением) или соглашением об исключении компетенции арбитражных судов Российской Федерации (дерогационным соглашением). Данный