период были списаны; сроки возврата займов продлены до 31.08.2018. Ответчик взял в аренду у должника помещение, ремонтирует его за собственный счет и сдает в субаренду для извлечения дохода. Прибыль от подобного использования помещения составила 5 144 911, 69 руб. и была направлена на погашение задолженности в счет списанных процентов. Списание процентов дополнительным соглашением означало фактическое прощение долга в указанной части (ст. 415 ГК РФ), а потому ответчик не мог направлять прибыль от использования помещения на погашение задолженности по уже списанным (прощенным) процентам. Вместе с тем, должник не возражал против зачета прибыли в счет уже списанной задолженности. Ответчик длительное время не обращался к должнику с претензией при неисполнении обязательств по оплате процентов на протяжении всего действия договоров. Указанное свидетельствует о том, что поведение участников сделки не характерно для участников подобного рода договоров, и не соответствует их интересам; действия ответчика и должника направлены на фиктивное создание кредиторскойзадолженности . Финансовый управляющий ФИО6
момента окончания действия спорных договоров займа (переуступки прав требования по указанным займам), полученных от контрагентов являются необоснованными. Кроме того, между Обществом и компанией TREASON S.A. был заключен еще один договор займа № 840/98754558/1001109 от 10.11.2009 на сумму 55 000 000 иен. Согласно приложению к договору № 1 от 31.12.2015 возврат до 31.12.2017. На момент налоговой проверки договор является действующим с открытым паспортом сделки, что также подтверждает, что по остальным договорам займа кредиторская задолженность была списана обществом до 2015 года. Доводы Инспекции о том, что налогоплательщик должен был к 2015 году включить в состав внереализационных доходов, в виде сумм кредиторскойзадолженности , списанной в связи с истечением срока давности полученных от контрагента TREASON S.A. являются необоснованными по аналогичным обстоятельствам и доводам изложенных выше. Компания TREASON S.A. воспользовалась своим законным правом и простила по указанным 4 (четырем) договорам займов в полном объеме и в 2013 году прислала в адрес должника ООО
улучшения из правообладания налогоплательщика не вышли, доказательства фактической передачи арендодателю произведенных арендатором неотделимых улучшений, освобождения и возврата объекта аренды в материалах дела отсутствуют, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для начисления в данном конкретном случае налога на добавленную стоимость. Налоговым органом при принятии оспариваемого решения доначислен ООО «Фирма «Биоветсервис» налог на прибыль за 2014 год в размере 2 400 000 руб., за 2015 год в размере 3 324 052 руб. в связи с неправомерным включением в состав внереализационных расходов суммы прощенного индивидуальному предпринимателю ФИО7 долга в размере 12 000 000 руб. и 16 620 260 руб. соответственно. Из материалов дела следует, что в ходе проведения налоговой проверки налогоплательщиком представлены уточненные налоговые декларации по налогу на прибыль за 2014, 2015годы. Согласно данным декларациям налогоплательщиком увеличены внереализационные доходы на сумму списаннойкредиторскойзадолженности по ООО «ТПК «Темп» в размере 12 000 000 по соглашению от 31.12.2014г. о прощении долга,
