прав, сохраняют силу (абзац второй п. 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 6 июня 2014 г. N 35 "О последствиях расторжения договора"). Учитывая изложенное, судебная коллегия пришла к выводу, что спорная уступка прав от общества к компании имела юридическую силу и потому суды должны были рассмотреть вопрос о включении задолженности перед новым кредитором в реестр по существу. В связи с неправильным применением судами норм материального права суды не устанавливали обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения спора и, соответственно, не давали правовую оценку представленным по обособленному спору доказательствам в подтверждение факта наличия остатка денежных средств на счете и его размера. Определение N 305-ЭС18-14111 24. Разрешение вопроса о наличии (отсутствии) экономии подрядчика невозможно до установления наличия (отсутствия) недостатков работ и негативных последствий от замены материала и изменения способа выполнения работ подрядчиком. Общество (генподрядчик) и компания (заказчик) заключили договор подряда на выполнение работ по строительству жилых домов. Обществом
Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 № 73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды» (в редакции Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.01.2013 № 13) разъяснено, что к договору аренды, заключенному после вступления в силу Земельного кодекса, пункт 3 статьи 65 которого предусматривает необходимость государственного регулирования размера арендной платы, подлежит применению порядок определения размера арендной платы, устанавливаемый уполномоченным органом (далее - регулируемая арендная плата), даже если в момент его заключения такой порядок еще не был установлен. Изменения регулируемой арендной платы (например, изменения формулы, по которой определяется размер арендной платы, ее компонентов, ставок арендной платы и т.п.) по общему правилу применяются к отношениям, возникшим после таких изменений. Арендодатель по договору , к которому подлежит применению регулируемая арендная плата, вправе требовать ее внесения в размере, установленном на соответствующий период регулирующим органом без дополнительного изменения договора аренды. Спорный договор аренды
73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды» (в редакции постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.01.2013 № 13, размещенном на сайте Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации 21.03.2013) следует, что к договору аренды, заключенному после вступления в силу Земельного кодекса, пункт 3 статьи 65 которого предусматривает необходимость государственного регулирования размера арендной платы, подлежит применению порядок определения размера арендной платы, устанавливаемый уполномоченным органом (далее - регулируемая арендная плата), даже если в момент его заключения такой порядок еще не был установлен. Изменения регулируемой арендной платы (например, изменения формулы, по которой определяется размер арендной платы, ее компонентов, ставок арендной платы и т.п.) по общему правилу применяются к отношениям, возникшим после таких изменений. Арендодатель по договору , к которому подлежит применению регулируемая арендная плата, вправе требовать ее внесения в размере, установленном на соответствующий период регулирующим органом без дополнительного изменения договора аренды. Договор 30.08.2006 был заключен после
применения правовой нормы, если в соответствующем акте Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации содержится указание на возможность пересмотра вступивших в законную силу судебных актов в силу данного обстоятельства. В соответствии с частью 3 статьи 312 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, предусмотренном пунктом 5 части 3 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заявление о пересмотре вступившего в законную силу судебного акта может быть подано в срок, предусмотренный настоящей статьей, но не позднее шести месяцев со дня вступления в законную силу последнего судебного акта, принятием которого закончилось рассмотрение дела по существу, если исчерпана возможность для обращения в суд апелляционной и кассационной инстанций. Как следует из судебных актов, ЗАО «Брайф» обратилось в арбитражный суд с заявлением 23.12.2013, то есть с пропуском шестимесячного срока, который исчисляется с момента вынесения судебного акта, которым закончилось рассмотрение обособленного спора по заявлению конкурсного управляющего о признании недействительными договоров ипотеки, ходатайство о его восстановлении не заявлялось.
судебный акт (часть 2 статьи 317 АПК РФ), исходя прежде всего из доводов о применимости обозначенной в качестве нового обстоятельства правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации к рассматриваемому делу с учетом ранее установленных по делу обстоятельств и выводов суда о применении соответствующих норм права. В силу изложенного, исследовав обстоятельства заключения спорной сделки в части оплаты ФИО4 приобретенной им доли в размере 27/100 в праве собственности на объект незавершенного строительства «Кафе на 60 мест», основания полагать, что суд апелляционной инстанции вышел за пределы своих процессуальных полномочий и рассмотрел дело фактически по новым доказательствам, отсутствуют, поскольку обстоятельства оплаты спорной стоимости доли, наличие финансовой возможности у ФИО4 по ее оплате, судом апелляционной инстанции при первоначальном рассмотрении жалобы не устанавливались и не исследовались. Вывод о получении ФИО2 денежных средств по договору купли-продажи от 23.07.2010, в том числе 32 700 000 руб. от ФИО4, был сделан Петропавловск-Камчатским городским судом на основании собственноручно написанной расписки
добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. В соответствии с разъяснениями высшей судебной инстанции, приведенным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Согласно пункту 5 статьи 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки. В силу пункта 2 статьи 431.1 ГК РФ сторона, которая приняла от контрагента исполнение по договору , связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и при этом полностью или частично не исполнила
работника – ответчика положений о дополнительном профессиональном образовании и порядке его предоставления, не содержит, иного соглашения, ученического договора между работником и работодателем не подписывалось. Кроме того, должностные инструкция директора общества не предусматривает обязательности наличия у лица, занимающего указанную должность, высшего юридического образования. Доводы заявителя о том, что в силу халатности специалиста отдела кадров не соблюден порядок направления работника на обучение, отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку обязанности по контролю за соблюдением законодательства подчиненными возлагаются на руководителя, действия подчиненного, исполняющего указания директора, не могут являться основанием для освобождения директора от ответственности. Совершение сделки без соблюдения обычно требующихся в любом юридическом лице процедур в силу положений трудового законодательства (путем указания в трудовом договоре соответствующего условия, заключения соглашения, ученического договора) и последующее, таким образом, сокрытие информации о совершенной им сделке от участников юридического лица свидетельствуют как о недобросовестности, так и о неразумности действий ответчика как директора общества. Доводы заявителя о том, что при
подходам, выработанным высшими судебными инстанциями, поскольку взысканное в пользу РАО вознаграждение в любом случае будет распределено между авторами, не принимается Судом по интеллектуальным правам по следующим основаниям. В силу пункта 4 статьи 1243 ГК РФ организация по управлению правами на коллективной основе производит распределение вознаграждения за использование объектов авторских и смежных прав между правообладателями, а также осуществляет выплату им указанного вознаграждения. Распределение вознаграждения и выплата вознаграждения должны производиться регулярно в сроки, предусмотренные уставом организации по управлению правами на коллективной основе, и пропорционально фактическому использованию соответствующих объектов авторских и смежных прав, определяемому на основе сведений и документов, получаемых от пользователей, а также других данных об использовании объектов авторских и смежных прав, в том числе сведений статистического характера. Согласно пункту 5 статьи 1244 ГК РФ аккредитованная организация обязана принимать разумные и достаточные меры по установлению правообладателей, имеющих право на получение вознаграждения в соответствии с заключенными этой организацией лицензионными договорами и договорами
оставить в силе. Как полагает заявитель кассационной жалобы, судом апелляционной инстанции проигнорированы положения пунктов 1, 3 и 5 статьи 1242, пункта 2 статьи 1244 и пункта 3 статьи 1263 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также разъяснения высшей судебной инстанции в части преюдициального значения обстоятельств, установленных вступившими в законную силу судебными актами. По мнению РАО, вопреки выводам суда апелляционной инстанции, им в материалы дела представлены как перечень конкретных лиц, чьи авторские права на музыкальные произведения нарушены, так и перечень аудиовизуальных произведений, демонстрация которых осуществлялась ответчиком, и включенных в них музыкальных произведений. При этом истец обращает внимание на то, что в отношении российских правообладателей им представлены договоры о передаче полномочий на управление правами, а в отношении иностранных правообладателей – справки, составленные иностранными организациями по управлению правами в отношении каждого аудиовизуального произведения с указанием всех входящих в них музыкальных произведений и их авторов. РАО считает безосновательным вывод суда
недвижимости переходит то право на земельный участок, которое принадлежало продавцу недвижимости, а также связанные с этим правом обязанности при наличии таковых (перемена лица в договоре аренды), По смыслу названных норм и разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации при отчуждении объекта недвижимого имущества его покупатель в силу прямого указания закона приобретает право пользования земельным участком, занятым объектом недвижимости; на тех же условиях и в том же объеме, что и прежний его собственник, и тем самым принимает права и обязанности арендатора земельного участка, а прежний собственник объекта недвижимости выбывает из обязательства по аренде данного земельного участка. Таким образом, при продаже объектов недвижимости, расположенных в границах спорного земельного участка, к покупателю перешли права и обязанности арендатора по договору № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между <данные изъяты> и Комитетом по управлению имуществом и земельными ресурсами <адрес>, который был заключен на неопределенный срок; 2) Административный истец собственник зданий, обращаясь с заявлением о предоставлении спорного
