нарушений норм материального права и (или) норм процессуального права, повлиявших на исход дела, и являются достаточным основанием для пересмотра оспариваемых судебных актов в кассационном порядке. При изучении доводов жалобы и принятых по делу судебных актов таких оснований для передачи жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации не установлено. Отменяя решение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции исходил из того, что вменяемое обществу правонарушение является нарушением законодательства о лицензировании , срок давности привлечения к административной ответственности по которому составляет три месяца и истек на момент обращения административного органа в суд с заявлением о привлечении к административной ответственности. Административный орган в жалобе указывает, что вместо общего трехмесячного срока, предусмотренного для нарушений лицензионного законодательства, суд первой инстанции правомерно применили годичный срок, сославшись на допущенное нарушение в сфере страхового законодательства. Между тем, доводы жалобы противоречат правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от
состава, работники железнодорожного транспорта, непосредственно его обслуживающие. В соответствии с частью 2 статьи 2.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях юридическое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых данным Кодексом или законами субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению. Принимая во внимание требования норм законодательства о лицензировании и в области транспорта, исследовав фактические обстоятельства, установленные по данному делу об административном правонарушении, судебные инстанции сочли, что обществом не приняты все зависящие от него меры по соблюдению требований законодательных норм, за нарушение которых Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность. Несогласие заявителя жалобы с этим выводом и оценкой имеющихся в деле доказательств не свидетельствует о том, что судами допущены какие-либо нарушения Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и (или) предусмотренные
под избыточным давлением", утвержденными Приказом Ростехнадзора от 25.03.2014 № 116, Положением о лицензировании эксплуатации взрывопожароопасных и химически опасных производственных объектов I, II и III классов опасности, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 10.06.2013 № 492 (далее – Положение № 492), установив подтверждение документального несоответствия общества требованиям подпунктов "а", "в", "л" пункта 5 Положения № 492, суды пришли к выводу о том, что принятие оспариваемого ненормативного правового акта не противоречит требованиям действующего гражданского законодательства, законодательства о лицензировании и не влечет для общества неблагоприятных правовых последствий нарушения его прав и охраняемых экономических интересов. Обстоятельства данного спора и представленные доказательства были предметом рассмотрения судов. Доводы заявителя, в том числе о несогласии с проведением Ростехнадзором документальной проверки и ее результатами, были предметом рассмотрения судов или требуют установления и исследования фактических обстоятельств, что не входит в компетенцию суда кассационной инстанции. Ссылка заявителя на Определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.02.2016 № 310-КГ15-19672 не принимается,
кодекса Российской Федерации положения Закона № 170-ФЗ не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Таким образом, для завершения выполнения работ по установлению или изменению границ населенных пунктов по договору (контракту), заключенному до 01.03.2022, не требуется наличие лицензии на осуществление геодезической и картографической деятельности. Принимая во внимание, что на момент проведения аукциона (ноябрь – декабрь 2021 года) изменения, внесенные Законом № 170-ФЗ и Постановлением № 2082 в законодательство о лицензировании геодезической и картографической деятельности, не действовали, суды обосновано согласились с позицией управления о нарушении администрацией требований части 6 статьи 31 Закона № 44-ФЗ, в связи с неправомерным установлением требований к обладанию потенциальными участниками аукциона лицензией на геодезическую и картографическую деятельность. При таких обстоятельствах арбитражные суды правомерно отказали администрации в удовлетворении заявленных требований. Иное толкование подателем жалобы положений действующего законодательства, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судами норм права.
лиц и индивидуальных предпринимателей; 3) прекращения деятельности юридического лица в соответствии с законодательством Российской Федерации о государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей (за исключением реорганизации в форме преобразования или слияния при наличии на дату государственной регистрации правопреемника реорганизованных юридических лиц у каждого участвующего в слиянии юридического лица лицензии на один и тот же вид деятельности); 4) наличия решения суда об аннулировании лицензии. С учетом вышеприведенных правовых норм апелляционный суд обоснованно заключил, что законодательство о лицензировании , действовавшее в спорный период, не устанавливало право лицензирующего органа прекращать действие своего приказа, на основании которого лицензиату выдана лицензия на отдельный вид деятельности, поскольку фактически в таком случае лицензирующий орган прекращает действие лицензии с момента ее выдачи, в то время как аннулирование лицензии отнесено законодателем к компетенции суда (пункт12 статьи 20 Закона №99-ФЗ). Учитывая, что вступившего в законную силу решения суда об аннулировании выданной обществу «Комтранссервис» лицензии на момент принятия оспариваемого приказа
статьей 22 Закона о СМИ. Кроме того, редакционный договор заключается потому, что до получения (переоформления) лицензии на вещание вещатель не может заключить сразу лицензионный договор, поскольку только с момента получения (переоформления) лицензии у него появляется возможность пользоваться предоставляемыми таким договором правами. Срок действия редакционного договора короткий, обусловлен сроком получения лицензии на вещание. После получения (переоформления) лицензии редакция и вещатель заключают долгосрочный лицензионный договор. Как правомерно указал суд первой инстанции, Закон и СМИ и законодательство о лицензировании радиовещательной деятельности не устанавливают конкретный вид (тип) договора, который вещатель (распространитель) обязан заключить с редакцией для вещания (распространения) ее продукции, поскольку очевидно имеют другой предмет регулирования; к соискателю лицензии на радиовещание, и к лицензиату предъявляются одинаковые требования в части подтверждения прав на использование радиоканала. Заключение специального, в том числе редакционного, договора, необходимого исключительно для переоформления лицензии на радиовещание, в соответствие с приведенными выше нормами права не требуется. Таким образом, довод общества «Европа Плюс»
закона в силу, в том числе на лиц, отбывающих наказание или отбывших наказание, но имеющих судимость. Таким образом, в законе идет речь о случаях, когда декриминализация деяния вытекает из изменений, внесенных законодателем в Уголовный кодекс Российской Федерации. Адвокат же в жалобе ссылается на иной нормативный акт, регламентирующий лицензирование отдельных видов деятельности, не затрагивающий напрямую УК РФ. Доводы адвоката в жалобе содержат анализ преступления, описанного в приговоре, в котором Н признана виновной, анализируется современное законодательство о лицензировании и на этом основании излагается просьба к суду первой инстанции произвести ревизию приговора суда одного уровня и освободить осужденную от наказания в связи с декриминализацией деяния. Такая позиция адвоката, очевидно, не законна и не вытекает из положений ст.10 УК РФ. Действующий УПК РФ не предусматривает возможность для судов пересматривать решения других судов одного уровня в случаях, когда изменения внесены не в УК РФ, а в иные нормативные документы, нарушение требований которых инкриминировалось осужденному
