суда первой инстанции, в действиях ФИО1 имеет место злоупотреблениеправом, поскольку ФИО1. обратился в суд за защитой нарушенного права в 2017 г., в то время как ответчиком осуществлена выплата ему последней заработной платы в августе 2012 г., с этого времени до ноября 2016 года ФИО1 не представлено допустимых, достоверных доказательств того, что им предпринимались меры к выяснению своего трудового статуса, а также доказательств того, что он совершил действия, свидетельствующие о том, что он желает продолжать работу, заинтересован в ее выполнении. При этом суд первой инстанции сослался на статью 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации». Суд апелляционной инстанции согласился с такими выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием, дополнительно указав на то, что требований об оформлении работодателем его правового статуса после прекращения предоставления работы по
уволенный из органов прокуратуры с должности первого заместителя Кизилюртовского межрайонного прокурора, обратился в Верховный Суд Российской Федерации с административным исковым заявлением о признании недействующим абзаца второго пункта 3.1 Инструкции, ссылаясь на его несоответствие статье 193 Трудового кодекса Российской Федерации. В обоснование заявленного иска указал, что оспариваемое положение позволяет в нарушение требований трудового законодательства проводить служебные проверки и применять к работнику прокуратуры дисциплинарные взыскания без истребования у него письменного объяснения, что порождает возможность злоупотребленияправом со стороны работодателя и нарушает его права, свободы и законные интересы. Нарушение своего права связывает с тем, что при проведении служебной проверки, предшествовавшей его увольнению, прокурорским работником (членом комиссии по проведению служебной проверки) у него не были затребованы письменные объяснения по фактическим обстоятельствам совершения им проступка. Приказ прокурора Республики Дагестан № 131 -л, на основании которого он (ФИО2) был освобожден от занимаемой должности и уволен из органов прокуратуры за нарушение Присяги прокурора, совершение проступков, порочащих
числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты). Исходя из возмездного характера трудовых отношений, закрепленного в ст. 15 ТК РФ, а также исходя из правового значения заработной платы, закрепленного в ст. 129 ТК РФ, выплата должнику работодателем заработной платы не может быть квалифицировано как злоупотребление правом работодателем по смыслу ст. 10 ГК РФ, поскольку указанное действие работодателя, учитывая установленные в настоящем обособленном споре фактическим обстоятельства, не направлено на причинение вреда другим лицам или в обход закона. Поскольку фактические обстоятельства по делу установлены на основании полного и всестороннего исследования доказательств, а ошибочность выводов судебных инстанций связана с неправильным применением норм материального права, суд кассационной инстанции в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации счел возможным
числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты). Исходя из возмездного характера трудовых отношений, закрепленного в ст. 15 ТК РФ, а также исходя из правового значения заработной платы, закрепленного в ст. 129 ТК РФ, выплата должнику работодателем заработной платы не может быть квалифицировано как злоупотребление правом работодателем по смыслу ст. 10 ГК РФ, поскольку указанное действие работодателя, учитывая установленные в настоящем обособленном споре фактическим обстоятельства, не направлено на причинение вреда другим лицам или в обход закона. Кроме того, суд учитывает, что ответчик, не являясь кредитором должника, обращается за информацией к официальным изданиям и иным источникам информации только по мере необходимости, в случаях, когда такое требование предусмотрено законом. Учитывая отсутствие уведомления финансового управляющего, у ответчика не возникло обоснованных сомнений в правомерности
+ 11 370 + 11 975 + 2 000). Стоимость фактических расходов сторонами не оспорена. Ответчик не обращался к работодателю для корректировки стоимости проезда, исходя из фактически понесенных расходов, иные доказательства следования к месту отдыха личным транспортом в период отпуска в суд не представил. ФИО2 пояснил, что возможность предъявления доказательств, в том числе проездных билетов, им утрачена, поскольку с момента его отпуска истекло 5 лет, что препятствует осуществлению его прав и указывает на злоупотребление правом работодателем . Истцом заявлено о взыскании с работника 51 919 руб. 80 коп., вместе с тем работодателем не учтены подтвержденные расходы ФИО2 при следовании в отпуск, которые подлежали возмещению в связи с наличием у него такого права согласно ст. 325 Трудового кодекса Российской Федерации. Прямой действительный ущерб, причиненный работником, составил 24 574 руб. 80 коп. (возмещенная работодателем сумма 51 919 руб. 80 коп. – фактические расходы работника 27 345 руб.). ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 заявил о
договора по причине непосещения ФИО1 обучения без уважительных причин, что подтверждается актом об отсутствии на обучении от ДД.ММ.ГГГГ №б/н. В случае расторжения ученического договора по данному основанию ученик обязуется возместить предприятию расходы на его обучение. Таким образом, на момент обращения в суд стороной истца с настоящим иском, прошло около трех лет. При рассмотрении ДД.ММ.ГГГГ гражданского дела №, требования о взыскании расходов на обучение ответчика не заявлялось. Работник является наименее защищенной стороной трудовых правоотношений. Злоупотребление правом работодателем в виде обращения в суд за пределами срока со значительным пропуском в соответствии со ст. 392 ТК РФ, не допускается. Сторона истца не лишена была возможности заявить о взыскании денежных средств за неисполнение ученического договора, при рассмотрении гражданского дела №. При этом, суд руководствуясь положениями статьи 392 ТК РФ и разъяснениями, содержащимися в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников
