Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Шальмина М.С., рассмотрев в судебном заседании заявление конкурсного управляющего ФИО1 к ООО «Майра» и ФИО2 о признании трудового договора недействительным,

в деле по заявлению открытого акционерного общества «Сбербанк России» (ИНН <***>, ОГРН <***>) о признании общества с ограниченной ответственностью «Майра» (ОГРН <***>, ИНН <***>) банкротом,

с привлечением к участию в обособленном споре участника ООО «Майра» ФИО3 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, на стороне конкурсного управляющего,

в присутствии в судебном заседании:

конкурсного управляющего ФИО1,

ответчика ФИО2,

от ООО «Майра» - участника ФИО3 на основании выписки из ЕГРЮЛ от 04.12.2014,

при составлении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Вишневской Е.А.,

установил:

открытое акционерное общество «Сбербанк России» обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «МАЙРА» банкротом.

Определением арбитражного суда от 29.11.2013 заявление принято к производству, назначено судебное заседание.

Определением от 21.04.2014 заявление ОАО «Сбербанк России» о признании банкротом общества с ограниченной ответственностью «Майра» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО1.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 21.07.2014 общество с ограниченной ответственностью «Майра» признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев до 14 января 2015 года, конкурсным управляющим утвержден ФИО1.

21 августа 2014 года в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего ФИО1 о признании недействительным трудового договора от 15.01.2014, заключенного между ООО «Майра» и ФИО2.

Определением от 28.08.2014 заявление принято к производству, судебное заседание назначено на 24.09.2014. Определениями от 24.09.2014, от 21.10.2014 судебное заседание отложено на 21.10.2014, на 04.12.2014.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания путем направления копий определения и размещения текста определения на официальном сайте Арбитражного суда Красноярского края в сети Интернет по следующему адресу: http://krasnoyarsk.arbitr.ru, в судебное заседание не явились. В соответствии с частью 1 статьи 123, частями 2, 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие указанных лиц.

В материалы дела от ответчика поступило ходатайство о приостановлении производства по делу, поскольку в Лесосибирском городском суде Красноярского края рассматриваются исковые требования ответчика о признании факта наличия трудовых отношений между ФИО2 и ООО «Майра» в период с 15.01.2014 по 12.10.2014.

Участником ООО «Майра» ФИО3 заявлено ходатайство о привлечении его к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, поскольку на его права и законные интересы может повлиять судебный акт по настоящему делу.

В судебном заседании конкурсный управляющий не возражал против привлечения участника ООО «Майра» - ФИО3 в качестве третьего лица.

Ответчик возражал против привлечения участника ООО «Майра» в качестве третьего лица, поскольку ФИО3 допрашивался в качестве свидетеля по данному делу.

Ответчик заявил ходатайство о повторном допросе свидетеля ФИО3, поскольку у него имеется ряд вопросов к свидетелю, в том числе по поводу неплатежеспособности ООО «Майра».

Конкурсный управляющий пояснил, что свидетель уже был допрошен по данному вопросу о неплатежеспособности ООО «Майра», в повторном допросе не видит целесообразности.

Рассмотрев ходатайство ответчика о повторном допросе свидетеля ФИО3, суд приходит к выводу об отказе в его удовлетворении в силу следующего.

Согласно части 1 статьи 56 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации свидетелем является лицо, располагающее сведениями о фактических обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения дела.

В соответствии с частью 3 статьи 56 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации свидетель обязан сообщить арбитражному суду сведения по существу рассматриваемого дела, которые известны ему лично, и ответить на дополнительные вопросы арбитражного суда и лиц, участвующих в деле.

В судебном заседании 21.10.2014 ходатайство конкурсного управляющего о вызове свидетеля удовлетворено, в качестве свидетеля допрошен ФИО3, который дал суду пояснения относительно неплатежеспособности ООО «Майра». При этом, ответчик участвовал в судебном заседании 21.10.2014, а также участвовал в допросе свидетеля, задавал вопросы указанному свидетелю, реализовав тем самым свое процессуальное право на выяснение юридически значимых обстоятельств. Повторный допрос свидетелей по тем же обстоятельствам арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрен. Оснований для повторного допроса свидетеля по тем же обстоятельствам не имеется. При указанных обстоятельствах, ходатайство ответчика о повторном допросе свидетеля не подлежит удовлетворению.

Рассмотрев ходатайство участника ООО «Майра» ФИО3 о привлечении его к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, суд считает его подлежащим удовлетворению на основании следующего.

Согласно части 1 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело в случае, если судебный акт, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

При решении вопроса о привлечении к участию в деле третьего лица суду необходимо установить, какой правовой интерес имеет данное лицо, каким образом судебный акт может повлиять на его права или обязанности по отношению к одной из сторон, имеется ли необходимость защиты его субъективных прав и охраняемых законом интересов.

Оценив предмет и основание требований по настоящему делу, а также приведенные заявителем доводы, суд пришел к выводу о наличии оснований для привлечения участника ООО «Майра» ФИО3 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, поскольку по настоящему делу оспаривается сделка должника, создающая основания для уменьшения конкурсной массы должника, а размер конкурсной массы с определенной степенью вероятности может влиять на права участников общества-банкрота, т.к. в случае удовлетворения всех требований кредиторов и прекращения производства по делу о банкротстве, оставшееся имущество (конкурсная масса) остается в собственности общества.

Конкурсный управляющий пояснил, что копию трудового договора получил из Лесосибирского городского суда Красноярского края, второй иск ответчиком подан позже, возражал против приостановления производства по делу.

Ответчик пояснил, что он обратился не с иском, а обратился с ходатайством в Лесосибирский городской суд Красноярского края о возобновлении производства по делу и исключении оспариваемого трудового договора из числа доказательств по делу, а также с ходатайством об уточнении предмета заявленных требований, в котором просит установить факт трудовых отношений между ФИО2 и ООО «Майра» в период с 15.01.2014 по 12.10.2014.

Участник ООО «Майра» ФИО3 пояснил, что поскольку производство по делу в Лесосибирском городском суде Красноярского края приостановлено, то невозможно рассматривать ходатайства ФИО2 поданные в Лесосибирский городской суд Красноярского края до возобновления производства по делу в указанном суде. Доказательства возобновления Лесосибирским городским судом Красноярского края производства по делу ФИО2 не представлены. Возражал против приостановления производства по настоящему делу.

Рассмотрев ходатайство ответчика о приостановлении производства по делу, суд приходит к выводу об отказе в его удовлетворении по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, конституционным (уставным) судом субъекта Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом.

В силу указанной нормы права обязанность приостановить производство по делу по данному основанию связана не с наличием другого дела в производстве вышеназванных судов, а с невозможностью рассмотрения арбитражным судом спора до принятия решения по другому делу, то есть с наличием обстоятельств, препятствующих принятию решения по рассматриваемому делу.

Наличие указанных оснований для приостановления производства по делу служит гарантом прав и законных интересов лица, участвующего в деле, обратившегося с таким ходатайством. Предпосылкой применения данной нормы является невозможность рассмотрения одного дела до принятия решения по другому делу. Такая предпосылка налицо в случае, когда данное решение будет иметь какие-либо процессуальные или материальные последствия для разбирательства по настоящему делу.

Невозможность рассмотрения данного дела означает необходимость установления в другом деле фактов, имеющих преюдициальное значение для того дела, производство по которому должно быть приостановлено.

Это основание должно применяться лишь при условии, что такой факт не может быть установлен арбитражным судом в рамках данного производства.

Арбитражным судом установлено, что в производстве Лесосибирского городского суда Красноярского края рассматривается исковое заявление ФИО2 о взыскании с ООО «Майра» заработной платы по трудовому договору от 15.01.2014. Производство по указанному иску приостановлено. Доказательства возобновления производства по делу Лесосибирским городским судом Красноярского края не представлены. Уточнения исковых требований и ходатайство направлены ФИО2 в Лесосибирский городской суд Красноярского края 24.11.2014, что подтверждается почтовыми описями вложения и почтовыми квитанциями. Доказательства того, что по состоянию на 04.12.2014 указанные уточнения и ходатайство рассмотрены Лесосибирским городским судом Красноярского края, в материалах дела отсутствуют.

Кроме того, заявитель ходатайства не обосновал и не доказал, что до рассмотрения Лесосибирским городским судом Красноярского края иска о взыскании заработной платы по трудовому договору от 15.01.2014, а также до рассмотрения требования об установлении факта трудовых отношений между ФИО2 и ООО «Майра» в период с 15.01.2014 по 12.10.2014, арбитражный суд не может проверить обоснованность заявления конкурсного управляющего о недействительности трудового договора от 15.01.2014.

Арбитражный суд приходит к выводу, что наличие в Лесосибирском городском суде Красноярского края производства по любому из вышеуказанных требований ФИО2 не препятствует проверке обоснованности заявления конкурсного управляющего о недействительности трудового договора от 15.01.2014. Таким образом, правовых оснований для приостановления производства по настоящему делу не имеется.

Ответчик заявил ходатайство об истребовании у конкурсного управляющего ФИО1 подлинника трудового договора от 15.01.2014, поскольку в представленной копии трудового договора отсутствуют сведения о месте работы ответчика, а именно: <...>.

Конкурсный управляющий пояснил, что подлинный трудовой договор у него отсутствует, т.к. руководитель ООО «Майра» уклоняется от исполнения обязанности, предусмотренной пунктом 2 статьи 126 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 №127-ФЗ, и не передал бухгалтерскую и иную документацию должника. В обоснование указанного довода представил постановление о возбуждении исполнительного производства от 02.09.2014 в отношении руководителя должника.

Участник ООО «Майра» возражал против ходатайства об истребовании подлинника трудового договора у конкурсного управляющего, поскольку у него его нет.

На вопрос суда ответчик пояснил, что экземпляр ответчика подлинника трудового договора от 15.01.2014 был уничтожен путем сожжения. Данный факт подтверждается актом от 26.11.2014. В Лесосибирский городской суд Красноярского края трудовой договор от 15.01.2014 представлен в копии.

В силу части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства.

В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

При удовлетворении ходатайства суд истребует соответствующее доказательство от лица, у которого оно находится.

Согласно части 5 статьи 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд вправе отказать в удовлетворении заявления или ходатайства в случае, если они не были своевременно поданы лицом, участвующим в деле, вследствие злоупотребления своим процессуальным правом и явно направлены на срыв судебного заседания, затягивание судебного процесса, воспрепятствование рассмотрению дела и принятию законного и обоснованного судебного акта, за исключением случая, если заявитель не имел возможности подать такое заявление или такое ходатайство ранее по объективным причинам.

Рассмотрев ходатайство ответчика об истребовании у конкурсного управляющего подлинного трудового договора от 15.01.2014, арбитражный суд не находит оснований для его удовлетворения, поскольку как следует из материалов дела и пояснений, у конкурсного управляющего отсутствует подлинный трудовой договор от 15.01.2014. При этом, согласно акту от 26.11.2014 экземпляр подлинного трудового договора от 15.01.2014 работника уничтожен самим работником (ФИО2) совместно с руководителем ООО «Майра» ФИО3 за 8 календарных дней до подачи ходатайства в арбитражный суд об истребовании подлинного трудового договора от 15.01.2014. Какие-либо доказательства существования где-либо в настоящее время подлинного трудового договора от 15.01.2014 в материалы дела не представлены.

В судебном заседании конкурсный управляющий поддержал заявление о признании трудового договора недействительным по основаниям указанным в заявлении и пояснил, что ответчик знал о неплатежеспособности ООО «Майра».

Ответчик возражал против удовлетворения заявления конкурсного управляющего, мотивируя доводами изложенными в отзыве. Дополнительно пояснил, что не мог и не знал о неплатежеспособности ООО «Майра».

Участник ООО «Майра» ФИО3 пояснил, что ответчик в сговоре с руководителем ООО «Майра» ФИО3 создал искусственную ситуацию, при которой из конкурсной массы ООО «Майра» может произойти выбытие денежных средств без предоставления какого-либо встречного исполнения, т.к. ООО «Майра» с 1996 года никогда не имело в штате заместителя директора по правовым вопросам и в 2014 году после возбуждения дела о несостоятельности, тем более, не нуждалось в таком специалисте. В действительности услуги правового характера оказывались не ООО «Майра», а второму участнику общества ФИО3 При этом, ранее ответчик оказывал услуги правового характера супруге ФИО3 ФИО6 Однако, после того, как ФИО2 заняла проигрышную позицию в судебном споре по разделу совместно нажитого имущества, ей сообщили о прекращении сотрудничества. После этого, ФИО2 стала представлять интересы противоположной стороны - супруга ФИО6 ФИО3

В материалы дела от уполномоченного органа и ОАО «Сбербанк России» поступили отзывы на заявление конкурсного управляющего, согласно которым уполномоченный орган и ОАО «Сбербанк России» поддерживают заявление конкурсного управляющего в полном объеме и просят признать недействительной сделкой трудовой договор от 15.01.2014.

Исследовав представленные доказательства, заслушав лиц, участвующих в деле, арбитражный суд установил следующие обстоятельства и пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Федерального закона Российской Федерации от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

В силу части 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктом 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве правила главы III.1 Закона о банкротстве могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым , семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации.

Согласно статье 16 Трудового кодекса РФ, заключение трудового договора, иных соглашений, регулирующих правоотношения между работником и работодателем, представляет собой действия названных субъектов, направленные на возникновение у них прав и обязанностей в рамках указанных правоотношений. С учетом норм пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве, то обстоятельство, что эти действия имеют правовое значение в рамках правоотношений, регулируемых трудовым законодательством, не исключают возможность оценки их законности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) по основаниям, установленным Главой III.1 Закона о банкротстве. Названным законом на такие действия распространяется правовой режим оспаривания сделок, что не означает изменение правовой квалификации указанных действий как действий, направленных на совершение сделки.

Следует отметить, что формулировка положений названной главы свидетельствует о том, что воля законодателя была направлена на исключение таких действий должника, в том числе в виде совершения сделок, оформленных в виде соглашений о труде, которые являются основанием для возложения на должника дополнительных обязанностей, в нарушение охраняемых законом прав и интересов лиц, участвующих в деле о несостоятельности. То есть из смысла положений Главы III.1 в их совокупности следует, что они подлежат применению как к действиям по исполнению обязанностей должника, в том числе в рамках правоотношений, регулируемых трудовым законодательством, так и к действиям по установлению таких обязанностей, в частности, путем заключения трудового договора. Таким образом, по правилам, установленным Законом о банкротстве, могут быть оспорены действия должника, как по заключению самого трудового договора, так и по формированию отдельных условий, включенных в трудовой договор, направленные фактически не на регулирование трудовых правоотношений, а на создание дополнительных обязанностей у должника, препятствующих осуществлению расчетов с кредиторами в порядке, установленном законодательством о несостоятельности (банкротстве). Направленность спорных действий не на защиту прав и законных интересов работника, а на затруднение расчетов с кредиторами должника, исключает возможность применения к ним положений трудового законодательства, поскольку фактически намерения по созданию прав и обязанностей в области трудовых отношений в этом случае отсутствуют. Применение при таких условиях к действиям должника по регулированию трудовых правоотношений положений Закона о банкротстве, не противоречит ни положениям трудового, ни гражданско-правового законодательства.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве, под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться:

действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.);

банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента);

выплата заработной платы, в том числе премии;

брачный договор, соглашение о разделе общего имущества супругов

уплата налогов, сборов и таможенных платежей как самим плательщиком, так и путем списания денежных средств со счета плательщика по поручению соответствующего государственного органа;

действия по исполнению судебного акта, в том числе определения об утверждении мирового соглашения, а также само мировое соглашение;

перечисление взыскателю в исполнительном производстве денежных средств, вырученных от реализации имущества должника.

Кроме того, возможность оспаривания трудового договора по правилам главы III.1 Закона о банкротстве подтверждается судебной практикой, в том числе Постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 05.02.2013 по делу №А43-25287/2010, Постановлениями Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 09.04.2013 по делу №А78-2856/2011, от 20.02.2013 по делу №А78-2856/2011.

В силу части 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника. Таким образом, конкурсный управляющий правомерно обратился в суд с заявлением о признании недействительной сделки, совершенной должником.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с разъяснениями пункта 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно абзацу второму пункта 3 статьи 28 Закона о банкротстве сведения о введении наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления, о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства подлежат обязательному опубликованию в порядке, предусмотренном названной статьей.

В связи с этим, при наличии таких публикаций в случае оспаривания на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделок, совершенных после этих публикаций, надлежит исходить из следующего: если не доказано иное, любое лицо должно было знать о том, что введена соответствующая процедура банкротства, а значит и о том, что должник имеет признаки неплатежеспособности.

Из материалов дела следует, что производство по делу о признании ООО «Майра» банкротом возбуждено 29.11.2013. Оспариваемый договор подписан 15.01.2014, то есть в период после принятия к производству заявления ОАО «Сбербанк России» о признании ООО «Майра» банкротом, но до введения процедуры наблюдения, соответственно, сделка совершена в период подозрительности, установленный пунктами 1 и 2 стати 61.2 Закона о банкротстве, и может быть оспорена по любому из указанных оснований.

Согласно абзацу 32 статьи 2 Закона о банкротстве под термином вред, причиненный имущественным правам кредиторов, следует понимать уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Причинение имущественного вреда правам кредиторов заключением должником спорного договора от 15.01.2014 конкурсный управляющий обосновывает необходимостью выплаты ФИО2 денежных средств в порядке второй очереди текущих платежей, что приводит к уменьшению размера конкурсной массы должника, невозможности наиболее полного удовлетворения требований иных кредиторов, срок исполнения обязательств перед которыми наступил ранее заключения указанного договора.

В подтверждение того, что ответчик претендует на выплату заработной платы по спорному договору, конкурсный управляющий ссылается на подачу ФИО2 искового заявления в Лесосибирский городской суд Красноярского края о взыскании заработной платы (копия заявления представлена в материалы дела). Данный факт ФИО2 не оспаривается.

Кроме того, конкурсный управляющий полагает, что какие-либо работы для ООО «Майра» по трудовому договору от 15.01.2014 фактически ФИО2 не выполнялись, поскольку привлечена ФИО2 была для представления личных интересов ФИО3 в бракоразводном процессе и иных делах, связанных с данным процессом, в том числе по разделу имущества с супругой – ФИО6, а позднее, после возникновения конфликта с ФИО6 - интересы ФИО3 как участника ООО «Майра», но не самого ООО «Майра». Выплата должником ФИО2 денежных средств по договору от 15.01.2014 причинит вред, поскольку общество будет вынуждено выполнить обязательства по оплате фактически неоказанных услуг.

Также, конкурсный управляющий указывает, что размер выплат по договору от 15.01.2014 не соразмерен встречному предоставлению ФИО2. Условия спорного договора существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. На данное обстоятельство указывает то, что ФИО2 должна была выполнять работу по совместительству, а общество должно было ей выплачивать 195000 рублей ежемесячно. Вместе с тем, в Красноярском крае в период с января по июнь 2014 года среднемесячная заработная плата работников организаций Красноярского края с видом экономической деятельности «Деятельность в области права» составляла 30931,70 руб. Кроме того, ООО «Майра» никогда не нуждалось в заместителе директора по правовым вопросам, т.к. видом деятельности общества является «Сдача внаем собственного нежилого недвижимого имущества». Более того, из штатных расписаний ООО «Майра» за 2012 и 2013 годы следует, что штат общества состоял из трёх работников: директора и двух администраторов рынка.

В отношении доводов конкурсного управляющего о признании трудового договора недействительным на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве арбитражный суд приходит к следующим выводам.

В заявлении конкурсный управляющий ссылается на то, что заключение трудового договора от 15.01.2014 с ФИО2 с установлением только оклада в размере 150 000 руб. (без учета надбавок) в месяц за работу по совместительству, существенно в худшую для должника сторону отличается от цены и иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с пунктом 8 постановления Пленума ВАС № 63 от 23.12.2010
«О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона
«О несостоятельности (банкротстве)» пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки. Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (пункт 9 Постановления Пленума ВАС № 63 от 23.12.2010).

Из условий трудового договора от 15.01.2014 и штатного расписания ООО «Майра» за 2014 год следует, что ФИО2 за работу по совместительству общество обязано ежемесячно выплачивать 195000 рублей (150000 рублей (оклад) + 45000 рублей (30% коэффициент)). Вместе с тем, согласно представленной в материалы дела справке Территориального органа Федеральной службы государственной статистики по Красноярскому краю от 14.10.2014, среднемесячное номинальное начисление заработной платы работников организаций Красноярского края с видом экономической деятельности «Деятельность в области права» в «январе-июне 2014 года» составляло 30 931,70 руб., что в 6,3 раза ниже суммы, установленной трудовым договором от 15.01.2014.

В обоснование установленного размера заработной платы в сумме 195000 руб. в месяц ответчик ссылается на большой объем работы, в связи с чем, судом подлежат исследованию доказательства, представленные в подтверждение фактически выполненной работы.

Согласно пункту 2.2 договора от 15.01.2014 ФИО2 установлены следующие трудовые обязанности работника:

- разработка учредительных документов организации в соответствии с требованиями законодательства;

- обеспечение государственной регистрации дочерних и зависимых обществ, внесение изменений в учредительные документы, внесения изменений в сведения в ЕГРЮЛ, не связанные с внесением изменений в учредительные документы,

- ведение реестра участников,

- определение правовых основ деятельности управления организации (разработка положение о порядке проведения участников общества, о Совете директоров, о правлении, комиссии и т.д.),

- осуществление правового сопровождения сделок с долями в уставном капитале организации,

- определение правовых основ дивидендной политики в организации и осуществляет ее координацию,

- ведение работы по систематизированному учету и хранению действующих законодательных нормативных актов, подготовка справочной документации на основе применения современных информационных технологий и справочно-правовых систем,

- организация работы по обеспечению должностных лиц и сотрудников организации законами, нормативными правовыми документами, необходимыми для осуществления ими своих трудовых функций и обязанностей,

- информирование руководства и должностных лиц организации о необходимости внесения соответствующих изменений или отмене внутренних актов организации, обусловленных изменением законодательства РФ,

- осуществления проверки соответствия действующему законодательству проектов приказов, инструкций, положений и других документов правового характера,

- осуществление проверки соблюдения этапов согласования проектов документов,

- визирование проектов документов, подготовка правового заключения по вопросам деятельности организации,

- ведение договорно-правовой работы на предприятии (разработка проектов договоров, проведение правовой экспертизы проектов договоров, составление протоколов разногласий, государственная регистрация и нотариальное удостоверение или государственная регистрация отдельных видов договоров),

- ведение претензионной работы,

- ведение исковой работы;

- изучение, анализ и обобщение результатов рассмотрения претензий, рассмотрение дел в судах, практики заключения и исполнения хозяйственных договоров;

- подготовка заявок, заявлений и других документов для получения лицензий, разрешений, необходимых для осуществления деятельности организации;

- участие в разработке документов, касающихся вопросов обеспечения сохранности имущества организации;

- контроль за соблюдением кадровой службой организации при увольнении и переводе работников и т.д.;

- предоставление интересов организации при проверках;

- предоставление интересов организации в государственных надзорных органах;

- обеспечение правового сопровождения ведения архива организации;

- подготовка совместно с другими структурными подразделениями организации материалов о хищениях, растратах, недостачах.

В обоснование довода о большом объеме работы и выполненной ФИО2 работе, ответчиком указаны следующие документы:

- проект искового заявления о признании договора займа незаключенным от 01.06.2014;

- проект должностной инструкции заместителя директора по правовым вопросам от 15.01.2014;

- проект должностной инструкции юриста от 15.01.2014;

- книга учета приказов за 2014 год;

- книга начисления заработной платы за 2012-2014 гг.;

- табеля учета использования рабочего времени за 2012-2014 гг.;

- возражения от 04.07.2014;

- проект ходатайства от 10.03.2014;

- проект заявления о фальсификации доказательств от 10.05.2014;

- проект ходатайства о приобщении доказательств от 26.05.201;

- проект искового заявления о признании договора займа незаключенным от 30.01.2014;

- проект жалобы на действия судьи от 05.07.2014;

- проект ходатайства о проведении почерковедческой экспертизы от 10.07.2014;

- проекты трудовых договоров от 15.01.2014;

- соглашения о погашении задолженности;

- соглашения к трудовому договору;

- проект трудового договора от 01.01.2014, заключенного с Сиденко М.А.;

- проект должной инструкции директора от 15.01.2014;

- проект списка сотрудников;

- проект справки-информации для временного управляющего.

Также в материалы дела представлен реестр выполненного объема работ в период трудовой деятельности в ООО «Майра» с 15.01.2014 по 12.10.2014.

В качестве подтверждения фактического выполнения работы по договору от 15.01.2014 ФИО2 пояснила, что она составляла исковые заявления, иные документы, а также осуществляла представительство интересов ООО «Майра» в судебных заседаниях, правоохранительных органах.

Проанализировав документы, представленные ФИО2 в подтверждение выполнения работ по спорному договору, судом установлено следующее.

Представленные ответчиком в материалы дела доказательства, а именно, протокол собрания трудового коллектива, жалоба на действия конкурсного управляющего от имени трудового коллектива, не свидетельствуют о выполнение трудовых отношений в рамках трудового договора от 15.01.2014, поскольку согласно пункту 1 статьи 35 Закона о банкротстве представитель работников должника избирается для участия в арбитражном процессе по делу о банкротстве с целью представления интересов трудового коллектива, а не самого общества.

Кроме того, представленный трудовой договор, заключенный ООО «Майра» с Сиденко М.А. 01.01.2014, также не может служить доказательством, того, что данный договор был разработан ФИО2 в рамках трудового договора от 15.01.2014, поскольку трудовой договор с Сиденко М.А. заключен 01.01.2014, то есть ранее подписания трудового договора с ФИО2

В качестве одного из доказательств, подтверждающего исполнение трудового договора от 15.01.2014, в материалы дела представлен договор аренды торговых площадей от 25.03.2014, однако у суда вызывает сомнение действительность разработки указанного договора, именно ФИО2, поскольку из служебной записки администратора рынка ФИО7, следует, что ФИО7 в должности администратора рынка находится с 1999 года и в её обязанности входит, в том числе организация, контроль арендных отношений между ООО «Майра» и арендаторами, а именно, подготовка договоров и соглашений, а также организация их подписания. Как указывает ФИО7, смежные обязанности исполняет второй администратор Сиденко М.А. При этом, ФИО2 не доказано, что выполнение работы по оформлению аренды торговых площадей требовалось исключительно после подписания с ней трудового договора от 15.01.2014 с учетом того, что ООО «Майра» зарегистрировано как юридическое лицо 30.01.1996 и являясь коммерческой организацией целью, которой является извлечение прибыли, должно было испытывать потребность в разработке договора аренды торговых площадей в начале коммерческой деятельности, а в последующем у общества возникает только потребность в текущем оформлении отношений по ранее разработанной форме договора. Текущие же потребности оформления арендных правоотношений не входят в компетенцию заместителя директора по правовым вопросам.

Представленные в материалы дела заявление об исключении из регистрационного дела документов; реестр документов, переданных временному управляющему; реестр текущих платежей по заработной плате; справки, ходатайства; не имеют в своём содержании какой-либо правовой работы, а являются оформлением обычного документооборота. Кроме того, рукописная надпись шариковой ручкой на документах, выполненных на знакопечатающем устройстве (принтере): «составила ФИО2», не является бесспорным доказательством изготовления данных документов ФИО2

Кроме того, из отзыва на заявление конкурсного управляющего ФИО1 о признании обоснованным привлечение специалистов по делу №А33-17931/2013, подписанного представителем ООО «Майра» ФИО2 и представленного ею же в материалы настоящего дела следует, что: «Работу делопроизводителя выполняли администраторы рынка до 2014 года. С 2014 года это входило в обязанности зам. директора по правовым вопросам. В ООО «Майра» отсутствует объем работы для делопроизводителя. Функции делопроизводителя можно возложить на администратора рынка с оплатой 2000 рублей в месяц».

Представленные ответчиком доказательства, в подтверждение факта представления интересов предприятия в правоохранительных органах и иные документы (ответы на обращения; уведомления; постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 14.05.2014, от 19.06.2014, от 24.07.2014, от 25.08.2014; постановления о передаче сообщения по подследственности от 23.05.2014; заявление о признании недействительным решения единоличного исполнительного органа) содержат ссылку на представителя ФИО3 – ФИО2, а не на представителя ООО «Майра». Из текста указанных документов, следует, что ФИО2 обращалась в правоохранительные органы, а также в суд в интересах ФИО3 как физического лица, либо в интересах ФИО3 как участника ООО «Майра», а не в интересах самого общества.

Арбитражный суд соглашается с доводами конкурсного управляющего о том, что из материалов дела усматривается, что заместитель директора по правовым вопросам ФИО2 представляла интересы участника ООО «Майра» ФИО3, а также с тем, что выполнение данных поручений и представление личных интересов участников общества, руководителя общества не может свидетельствовать о необходимости оплаты таких услуг за счет имущества ООО «Майра», поскольку это ведет к нарушению имущественных интересов конкурсных кредиторов ООО «Майра». Однако оплата такого рода услуг может быть произведена за личный счет представляемых лиц (участника общества, руководителя общества).

Представленные ответчиком в материалы дела расчеты по начисленным и уплаченным страховым взносам, подписаны ФИО3, что также не свидетельствует о подготовке данных расчетов ответчиком. Кроме того, подготовка расчетов по начисленным и уплаченным страховым взносам не относится к компетенции заместителя директора по правовым вопросам. Доказательств того, что руководитель ООО «Майра» возложил обязанности по ведению бухгалтерского учета на ФИО2, материалы дела не содержат.

В материалах дела имеются четыре определения Октябрьского районного суда от 24.02.2014 и исковые заявления от 30.01.2014 о признании договоров займа незаключенными. В указанных документах ФИО2 указан как представитель ООО «Майра». Вместе с тем, указанные документы являются однотипными. Данный вывод суда подтверждается тем, что определением от 12.05.2014 Октябрьский районный суд г.Красноярска объединил в одно производство четыре дела по указанным искам. Исковое заявление о расторжении договора залога и апелляционная жалоба на решение Октябрьского районного суда г. Красноярска от 10.06.2014, выполненные на знакопечатающем устройстве (принтере), но с рукописной надписью шариковой ручкой на документах: «ООО «Майра представитель по доверенности ФИО2», не являются бесспорным доказательством изготовления данных документов ФИО2 Иных документов, подтверждающих осуществление ФИО2 юридической работы от имени и в интересах ООО «Майра», определенных пунктом 2.2 трудового договора от 15.01.2014, по делу в Октябрьском районном суде, не имеется.

Также в материалах дела имеются процессуальные документы, в которых представителем ООО «Майра» указана ФИО2: ходатайства по делу №А33-3921/2014, заявление о фальсификации по делу №А33-405/2014, ходатайство об отложении судебного разбирательства по делу №А33-17931/2013, отзыв по делу №А33-405/2014, ходатайство об отложении судебного разбирательства по делу №А33-13908/2013, ходатайство о привлечении ФИО1 в качестве третьего лица по делу №А33-8836/2014, возражение и ходатайство по делу №А33-17931/2013 (спор со ФИО8). Вместе с тем, данные документы не подтверждают наличие большого объема работы, требующей специальных познаний в области юриспруденции. Содержание указанных документов достаточно простое, сложного анализа правовых проблем не содержит. Зачастую содержание документов состоит из двух-трёх предложений.

В материалах дела имеется исковое заявление о признании договора поручительства недействительным, адресованное в Лесосибирский городской суд Красноярского края за подписью представителя по доверенности ООО «Майра» ФИО2. Вместе с тем, содержание искового заявления противоречит факту составления его от имени общества, т.к, в частности, на странице 6 искового заявления обстоятельства излагаются от имени физического лица: «Я, физическое лицо, являясь поручителем перед банком…», «Я гражданин, физическое лицо, не имея никаких контрольных функций…» и т.д.

Составление ФИО2 должностной инструкции в отношении себя, составление рукописной книги учета 9 приказов ООО «Майра» за 2014 год на 5 листах, также не подтверждают большого объема выполненной работы. Более того, указанные документы не относятся к специфике функций заместителя директора по правовым вопросам. Как не относятся к указанным функциям и составление книги начисления заработной платы, табелей учета рабочего времени, налоговых карточек по учету доходов и НДФЛ за 2014 год. Кроме того, книга начисления заработной платы и табели учета рабочего времени представлены за 2012-2013-2014 гг., что не соотносится с трудовым договором от 15.01.2014, поскольку очевидно, что документы 2012-2013 гг. существовали до трудового договора от 15.01.2014. При этом, в табелях учета рабочего времени за 2014 год имеется противоречие с трудовым договором от 15.01.2014, т.к. по договору предусматривается работа на условиях внешнего совместительства (4 часа в день – 284 ТК РФ), а в табелях учета рабочего времени в отношении ФИО2 указано – 8 часов в день.

Кроме того, из штатных расписаний ООО «Майра» за 2012 и 2013 годы следует, что штат общества состоял из трёх работников: директора и двух администраторов. Однако, из штатного расписания ООО «Майра» за 2014 год следует, что с 2014 года штат общества стал состоять из директора, двух администраторов, юриста ФИО9 и заместителя директора по правовым вопросам ФИО2. При этом, материалы дела не содержат каких-либо доказательств того, что увеличение штата общества на две единицы: юриста и заместителя директора по правовым вопросам, обусловлено производственной необходимостью. При этом, согласно сведениям о юридическом лице из ЕГРЮЛ по состоянию на 17.11.2014 основным видом деятельности ООО «Майра» является «Сдача внаем собственного нежилого недвижимого имущества», а не «Деятельность в области права». Наличие ранее в штате общества трёх работников, а с 2014 года пяти работников не свидетельствует о значительном увеличении кадровой работы. Кроме того, кадровая работа по приему сотрудников, как правило, является разовой, а не ежедневной. Более того, кадровая работа не относится к специфике функций заместителя директора по правовым вопросам.

Согласно сведениям о юридическом лице из ЕГРЮЛ по состоянию на 17.11.2014, ООО «Майра» имеет юридический адрес в городе Лесосибирске. Там же находятся объекты недвижимого имущества, принадлежащие ООО «Майра», о чем указано в инвентаризационных описях от 15.09.2014. Сведений об имеющихся у ООО «Майра» структурных подразделениях, расположенных в иных местах, в том числе в г. Уяр, суду не представлено. Вместе с тем, в ходатайстве об истребовании у конкурсного управляющего ФИО1 подлинника трудового договора от 15.01.2014 ответчик указал, что в копии трудового договора отсутствуют сведения о месте работы ответчика, а именно: <...>. Тем самым, ответчик признал, что трудовая функция не выполнялась по месту нахождения ООО «Майра» в г. Лесосибирске. Кроме того, из служебной записки администратора рынка ФИО7, работающей в ООО «Майра» с 1999 года, следует, что она не знакома с ФИО2 и на территории рынка, в том числе, в административном здании, расположенном по адресу: <...>, никогда её не видела.

При этом, как следует из заочного решения Лесосибирского городского суда Красноярского края от 30.07.2014, а также договора на оказание услуг от 22.05.2014, представление интересов ООО «Майра» в г. Лесосибирске осуществляется ФИО10

Также нельзя учитывать в качестве доказательств, обосновывающих выполнение ФИО2 большого объема работ, документы составленные от имени ООО «Майра» за подписью представителя ФИО2 и датированные после 18.07.2014, т.к. согласно уведомлению конкурсного управляющего от 18.07.2014 все доверенности, выданные от имени ООО «Майра» директором ФИО3, в том числе представителю ФИО2, отозваны в порядке статей 188, 189 Гражданского кодекса Российской Федерации. На указанном уведомлении имеется отметка о вручении: «получила 24.07.2014 ФИО2», а также подпись.

Таким образом, в материалы дела не представлено бесспорных доказательств, не требующих дополнительной проверки, которые бы свидетельствовали об исполнении ФИО2 трудового договора от 15.01.2014 по месту нахождения должника в г.Лесосибирске.

В то же время, положениями статьи 56 Трудового Кодекса Российской Федерации определено понятие трудового договора: трудовым договором является соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Исходя из условий оспариваемого договора, указанный трудовой договор предусматривает необходимость выполнения работником технических функций (ведение реестра участников, осуществления проверки соответствия действующему законодательству проектов приказов, инструкций, положений и других документов правового характера, разработка проектов договоров, государственная регистрация и нотариальное удостоверение договоров), что предполагает постоянное присутствие ФИО2 в течение рабочего дня на рабочем месте.

Однако, доказательств, подтверждающих нахождение ФИО2 по месту расположения ООО «Майра» в г. Лесосибирске, не представлено.

Представленное в материалы дела соглашение от 20.01.2014 к трудовому договору от 15.01.2014 об определении местом работы юриста ФИО2 <...> (являющейся местом фактического проживания ФИО2 согласно ее пояснениям) не может свидетельствовать об исполнении ФИО2 трудового договора от 15.01.2014 на дому на основании следующего.

Порядок использования труда работников-надомников регулируется главой 49 Трудового кодекса Российской Федерации. Согласно ст. 310 ТК РФ надомники - это лица, которые заключили трудовой договор о выполнении работы на дому из материалов и с использованием инструментов и механизмов, полученных от работодателя либо приобретаемых за свой счет. В соответствии со статьей 311 ТК РФ данная работа должна выполняться в условиях, соответствующих требованиям охраны труда и после проведения соответствующих инструктажей (вводный, первичный и повторный). Также работодатель обязан контролировать состояние условий труда на рабочих местах и проверять правильность использования средств индивидуальной защиты (абз. 10 ч. 2 ст. 212 ТК РФ). Таким образом, об осмотре помещения надомника должен быть составлен соответствующий акт. Необходимы также соответствующие разрешения органов противопожарного и (или) санитарно-эпидемиологического надзора. В тех случаях, когда надомник использует свои инструменты и механизмы, за их амортизацию ему выплачивается компенсация, а также возмещаются и иные расходы, связанные с выполнением для предприятия работ (оплата потребленной электроэнергии, воды и т.п.), порядок такого возмещения должен быть определен трудовым договором. Кроме того, в отношении надомного работника должен вестись табель учета рабочего времени.

Таким образом, законодательство о труде предусматривает включение в трудовой договор особенных условий, определяющих взаимные обязательства сторон (соответствие жилищно-бытовых условий надомника для выполнения конкретного вида работ требованиям и нормам техники безопасности, гигиены и охраны труда; обеспечение надомника инструментами или оборудованием, их замена, ремонт; порядок выплаты и размер компенсации за износ (амортизацию) в случае использования надомником собственного оборудования, инструментов; порядок и сроки обеспечения надомника расходными материалами; возмещение иных расходов, связанных с выполнением работы на дому (стоимости электроэнергии, воды, телефонной связи, Интернета и др.); организация получения работником заданий и оформление конечного результата его труда; организация связи между работодателем (непосредственным руководителем надомника) и надомником (например, посредством электронной почты, телефонной связи); организация доставки результатов работ работодателю и т.д). Все указанные условия, подлежащие отражению в силу действующего законодательства трудовой договор от 15.01.2014 не содержит, необходимые документы, подлежащие составлению при организации надомного труда, отсутствуют.

Таким образом, допустимых и достаточных доказательств фактического исполнения ФИО2 трудового договора от 15.01.2014 как в городе Лесосибирске, так и в городе Уяре, в материалах дела не имеется. Следовательно, довод ответчика о большом объеме работы, подтверждающем обоснованность установления заработной платы в размере 195000 рублей в месяц за внешнее совместительство, документально не подтвержден.

Штатное расписание ООО «Нектар» на 2014 год, а также прайс-листы ООО ЦНП «АФИНА», ООО «Сибирское агентство по сопровождению инвестиционных проектов» отклоняются арбитражным судом в качестве доказательств равнозначного и неравнозначного встречного предоставления по спорному договору, т.к. в данном случае они не отвечают принципу объективности, а отражают собственное усмотрение хозяйствующих субъектов при ценоообразовании стоимости услуг и формировании фонда оплаты труда. В данном случае более объективным критерием определения равнозначности встречного предоставления является справка Территориального органа Федеральной службы государственной статистики по Красноярскому краю от 14.10.2014, т.к. деятельность указанного органа регулируется Федеральным законом от 29.11.2007 № 282-ФЗ «Об официальном статистическом учете и системе государственной статистики в Российской Федерации».

Согласно части 1 статьи 1 указанного Закона целью нормативно-правового акта является создание правовых основ для реализации единой государственной политики в сфере официального статистического учета, направленной на обеспечение информационных потребностей государства и общества в полной, достоверной, научно обоснованной и своевременно предоставляемой официальной статистической информации о социальных, об экономических, о демографических, об экологических и о других общественных процессах в Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 3 статьи 2 Федерального закона от 29.11.2007 № 282-ФЗ «Об официальном статистическом учете и системе государственной статистики в Российской Федерации» официальная статистическая информация – это сводная агрегированная документированная информация о количественной стороне массовых социальных, экономических, демографических, экологических и других общественных процессов в Российской Федерации, формируемая субъектами официального статистического учета в соответствии с официальной статистической методологией.

Как следует из справки Территориального органа Федеральной службы государственной статистики по Красноярскому краю от 14.10.2014, среднемесячное номинальное начисление заработной платы работников организаций Красноярского края с видом экономической деятельности «Деятельность в области права» в «январе-июне 2014 года» составляло 30 931,70 руб., что в 6,3 раза ниже суммы, установленной трудовым договором от 15.01.2014. При этом, в справке Территориального органа Федеральной службы государственной статистики по Красноярскому краю нет оговорки о том, что сведения предоставлены в отношении начисления заработной платы на условиях внешнего совместительства. Следовательно, учитывая, что по трудовому договору от 15.01.2014 предполагалось выполнение ФИО2 трудовой функции на условиях внешнего совместительства (4 часа в неделю), то неравнозначость встречного предоставления составляет не 6,3 раза, а 12,6 раз.

Оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства в совокупности, арбитражный суд приходит к выводу о том, что трудовой договор от 15.01.2014, заключенный после принятия заявления о признании должника банкротом с существенным завышением размера заработной платы, условия которого свидетельствуют о неравноценности встречного предоставления, и при отсутствии в материалах дела равнозначного встречного предоставления, подлежит признанию недействительным на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, т.к. цена этой сделки и иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

В отношении доводов конкурсного управляющего о признании трудового договора недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве арбитражный суд приходит к следующим выводам.

При оспаривании сделки по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве конкурсным управляющим должна быть доказана цель должника на причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Наличие у должника такой цели предполагается, если одновременно имеются два следующих условия:

- недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника;

- неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Обосновывая довод о том, что трудовой договор от 15.01.2014 с ФИО2 заключен должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий указывает, что на дату заключения договора у должника имелась задолженность перед ОАО «Сбербанк России», установленная решением арбитражного суда от 15.10.2013 №А33-13908/2013 в размере 1 206 369,55 руб., которая впоследствии послужила основанием для признания должника банкротом.

Так, из материалов дела следует и подтверждено вступившими в силу судебными актами по делам №А33-13908/2013, №А33-17931-2/2013, №А33-17931-7/2013, что на дату заключения трудового договора (15.01.2014) у должника имелась задолженность перед следующими кредиторами:

- ОАО «Сбербанк России» в размере 1 206 369,55 руб. (задолженность по кредитному договору от 28.06.2012 №2081 возникла с 29.04.2013);

- ОАО «Национальный резервный банк» в размере 7 711 157,22 руб. (задолженность по кредитному договору №018/29-11-РКЛ1 от 21.10.2011 возникла с 20.12.2012);

- ФНС России в размере 333 587,43 руб. (задолженность по налогам и обязательным платежам за 2012-2013 годы).

Кроме того, из решения арбитражного суда от 15.10.2013 по делу №А33-13908/2013 следует, что последние платежи в счет исполнения кредитных обязательств были произведены заемщиком (ООО «Майра») – 29.04.2013. Из определения арбитражного суда от 24.07.2014 по делу №А33-17931-7/2013 следует, что с 20.12.2012 погашение кредита не производилось. Из определения арбитражного суда от 24.06.2014 по делу №А33-17931-2/2013 следует, что ООО «Майра» начислены пени за несвоевременную уплату налогов и страховых взносов, в частности, за период с 16.08.2013 по 14.04.2014. Указанные суммы пени, а также недоимки включены в реестр требований кредиторов ООО «Майра», а следовательно, являются непогашенными, как минимум, с 16.08.2013.

Согласно сведениям налогового органа от 07.05.2014 у ООО «Майра» с 08.06.2013 открыт только один расчетный счет, иные счета закрыты. Представленная банковская выписка ОАО «Сбербанк России» по расчетному счету ООО «МАЙРА» за период с 01.01.2011 по 26.05.2014 подтверждает осуществление последней операции по счету – 28.02.2013, после чего движение денежных средств по расчетному счету не осуществлялось. Согласно информационному реестру ОАО «Сбербанк России» к расчетному счету ООО «Майра» выставлены инкассовые поручения и платежные требования за период с 12.03.2013 по 03.06.2014.

В соответствии с постановлениями отдела судебных приставов по г. Лесосибирску от 25.10.2013, на денежные средства, находящиеся на счете должника, наложен арест, а также ограничено проведение расходных операций по кассе с целью обращения взыскания на наличные денежные средства.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность – это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Совокупность представленных в материалы дела доказательств и судебных актов, вступивших в законную силу, подтверждают факт неплатежеспособности ООО «Майра» на момент заключения оспариваемого договора (15.01.2014). Доказательств обратного суду не представлено.

Довод ФИО2 о том, что доказательством отсутствия факта неплатежеспособности ООО «Майра» является определение арбитражного суда от 08.05.2014 по делу №А33-13908/2013 об отказе в рассрочке исполнения судебного акта отклоняется арбитражным судом, т.к. при рассмотрении вопроса о предоставлении рассрочки исполнения судебного акта суд выясняет наличие обстоятельств, затрудняющих исполнение судебного акта, а не факт неплатежеспособности, под которой согласно статье 2 Закона о банкротстве понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Довод ФИО2 о наличии у ООО «Майра» имущества рыночной стоимостью 21 503 000 рублей не опровергает факта неплатежеспособности на дату совершения спорной сделки, поскольку неплатежеспособность и недостаточность имущества являются разными терминами, в соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве. Конкурсный управляющий вправе доказывать любой факт по выбору, как неплатежеспособность, так и недостаточность имущества должника. Кроме того, превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника подтверждается реестром требований кредиторов ООО «Майра», представленным в материалы дела 01.12.2014, из которого следует, что совокупный размер требований кредиторов к ООО «Майра» составляет 67 493 516,91 руб.

Как указано выше, пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что наличие у должника цели на причинение вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если одновременно имеются два условия:

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Между тем, закрепленные в Законе о банкротстве презумпции о направленности действий должника на причинение вреда кредиторам (абзацы 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2) и об осведомленности другой стороны сделки об этой цели (абзац 1 пункта 2 статьи 61.2) являются опровержимыми: контрагент вправе доказать обратное.

В соответствии с трудовым договором от 15.01.2014 ФИО2 принята на должность заместителя директора по правовым вопросам на условиях внешнего совместительства, размер заработной платы составляет 195 000 рублей в месяц. Согласно исковому заявлению, поданному в Лесосибирский городской суд Красноярского края, ФИО2 предъявила к ООО «Майра» требование о взыскании задолженности по заработной плате за период с 15.01.2014 по 01.06.2014 в размере 774 490 рублей. При этом, согласно уточненному исковому заявлению, представленному 02.12.2014 в арбитражный суд к настоящему судебному заседанию, ФИО2 просит Лесосибирский городской суд Красноярского края взыскать заработную плату за период с 15.01.2014 по 12.10.2014 в сумме 1640030 рублей.

По данным бухгалтерского баланса за 2013 год стоимость активов должника составляла 1 697 000 руб. Таким образом, размер принятых ООО «Майра» обязательств в результате совершения оспариваемой сделки составляет более двадцати процентов балансовой стоимости активов должника (20% от 1 697 000 руб. составляют 339 400 рублей), что в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 является одним из признаков наличия у должника цели на причинение вреда имущественным правам кредиторов. Доказательств обратного суду не представлено.

Кроме того, должник уничтожил документы бухгалтерской и иной отчетности, а также учетные документы, что подтверждается актом от 26.11.2014

Далее, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении должником сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как следует из материалов дела между ООО «Майра» и ФИО2 подписан трудовой договор от 15.01.2014, в соответствии с которым работник принимается на должность заместителя директора по правовым вопросам.

Протоколом судебного заседания Железнодорожного районного суда от 09.12.2013 по рассмотрению иска о разделе имущества между супругами А-выми, подтверждается, что ФИО2, участвовавшая в судебном заседании, знала о наличии задолженности ООО «Майра» перед ОАО «Сбербанк России», поскольку ОАО «Сбербанк России» привлекался к участию в деле в качестве третьего лица в связи с наличием кредитной задолженности, в ходе рассмотрения дела возражал против заявленных требований о разделе имущества супругов.

Кроме того, из решения арбитражного суда от 15.10.2013 по делу №А33-13908/2013 следует, что последние платежи в счет исполнения кредитных обязательств перед ОАО «Сбербанк России» были произведены заемщиком (ООО «Майра») – 29.04.2013. Довод ФИО2 о том, что она не участвовала в судебных заседаниях по делу №А33-13908/2013 и не могла знать об указанных обстоятельствах подлежит отклонению, т.к. в силу предлагаемых ей директором ООО «Майра» к выполнению обязанностей заместителя директора по правовым вопросам, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, ФИО2 могла и должна была установить наличие этих обстоятельств. При этом, согласно общедоступной картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru) решение арбитражного суда от 15.10.2013 по делу №А33-13908/2013 размещено в картотеке 16.10.2013 г. 11:43:56 МСК.

Довод ФИО2 о том, что она не знала о неплатежеспособности ООО «Майра» опровергается совокупностью доказательств, в том числе, представленных самой ФИО2. В частности, из соглашения от 01.12.2012 к трудовому договору от 01.10.2012 следует, что: «1. В связи с тяжелым финансовым положением ООО «Майра» ежемесячно выплачивает директору ООО «Майра» ФИО3 аванс в сумме 10000 рублей, начиная с 01 декабря 2012 года по 01 мая 2014 года. 2. Стороны по трудовому договору договорились о сроках погашения задолженности по заработной плате директору ООО «Майра» ФИО3 за период с 01 декабря 2012 года по 01 мая 2014 года – 10 мая 2014 года».

В отзыве на заявленные исковые требования по делу №А33-3921/2014 представитель ООО «Майра» ФИО2 указывает на 4 странице: «…обслуживание деятельности предприятия на сегодняшний день в месяц примерно обходится за март 2014 года в 135000 рублей. Прибыль предприятия составляет 160000 рублей. У предприятия остается только 25000 рублей, которые расходуются на погашение долговых обязательств общества».

При этом, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что ФИО2 с 15.01.2014 хотя бы раз выплачивалась ООО «Майра» заработная плата или иное вознаграждение. Напротив, в материалы дела представлен договор займа (беспроцентного) №4 от 01.02.2014, подписанный между ФИО2 (займодавец) и ООО «Майра» (заемщик) на сумму 152000 руб. Какое-либо обоснование такой докапитализации общества при одновременном доводе ФИО2 о стабильном финансовом положении ООО «Майра», суду не представлено.

Учитывая вышеуказанные обстоятельства и доказательства, участие ФИО2 в судебных заседаниях, в которых представлялись интересы ФИО3 (ФИО9) и ФИО6 (ФИО2) где предметом рассмотрения судом являлись споры о разделе имущества супругов А-вых, споры по договорам поручительства, по предоставлению рассрочки исполнения судебных актов о взыскании кредитной задолженности, а также, учитывая общедоступность сведений и положения пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 о возможности установления вышеуказанных фактов, если действовать разумно и осмотрительно с учетом служебных обязанностей заместителя директора по правовым вопросам, арбитражный суд приходит к выводу, что ФИО2 должна была знать при подписания трудового договора от 15.01.2014 об ущемлении интересов кредиторов должника, а также о признаках неплатежеспособности и недостаточности имущества ООО «Майра».

На основании вышеизложенного суд пришел к выводу об обоснованности доводов конкурсного управляющего о недействительности сделки по основаниям, указанным в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Кроме того, согласно разъяснениям Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, данным в абзаце четвертом пункта 4 Постановления от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах, не допускаются.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в названной статьей пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Из смысла пункта 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что на основании презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений, а также общего принципа доказывания в арбитражном процессе лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное.

Согласно разъяснениям Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, данным в пункте 10 Постановления от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

На возможность признания недействительной сделки, противоречащей статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, указано в пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации".

Принимая во внимание представленные сторонами доказательства, суд установил, что в материалах дела отсутствуют какие-либо бесспорные доказательства, кроме самого трудового договора от 15.01.2014, подтверждающие как определение работнику его рабочего места, оборудованного работодателем в соответствии с требованиями, установленными трудовым законодательством, так и порядок (время, место, акты приема-передачи документов, их возврата на предприятие и т.д.) передачи ФИО2 документов ООО «Майра» для ежедневного осуществления определенных договором трудовых функций, необходимых в частности, для составления договоров, претензий, исков, приказов, внутренних документов общества и т.д., а также порядок предоставления ФИО2 результатов выполненной работы. Таким образом, доказательства, подтверждающие осуществление сторонами организационных мероприятий, необходимых для исполнения трудового договора, отсутствуют.

Кроме того, согласно представленному в материалы дела штатному расписанию ООО «Майра» на 2014 год, заместителю директора по правовым вопросам ФИО2 определена заработная плата в размере 195 000 рублей. Между тем, в материалах дела также имеются штатные расписания ООО «Майра» на 2012 и 2013 годы, согласно которым в штате предприятия в 2012-2013 годах находились лишь должности директора и двух администраторов. Таким образом, должность заместителя директора по правовым вопросам в штатном расписании до 2014 года отсутствовала, и была введена только в 2014 году.

Между тем, из материалов дела и объяснений лиц, участвующих в деле, не усматривается необходимость введения в штатное расписание ООО «Майра» должности заместителя директора по правовым вопросам, именно с 2014 года, поскольку об осуществлении ООО «Майра» дополнительных видов деятельности с 2014 года, требующих юридической помощи, сведений не представлено.

Согласно представленной в материалы дела книге учета приказов ООО «Майра» за 2014 год следует, что приказы в отношении ФИО2 вынесены по вопросам заработной платы в соответствии со штатным расписанием (приказ № 2 от 15.01.2014), предоставления очередного отпуска (приказ № 5 от 12.07.2014), о предоставлении отгулов (приказ № 8 от 12.07.2014). Таким образом, данные приказы не содержат сведений о том, что ФИО2 поручалось выполнение какой-либо работы от имени ООО «Майра» (например, направление в командировку для участия в судебном заседании), при этом расчеты размера оплат заработной платы за отработанное время, за время отгулов, отпусков – не представлены.

Согласно положениям статьи 136 ТК РФ, работодатель должен выплачивать зарплату каждые полмесяца в дни, определенные правилами внутреннего трудового распорядка, трудовым или коллективным договором. Иной срок выплаты заработной платы может быть установлен для отдельных категорий работников только федеральным законом. Работодатель не вправе задерживать выплату заработной платы работникам. Это следует из абзаца 7 части 2 статьи 22, части 6 статьи 136 ТК РФ. В противном случае работодатель в силу части 1 статьи 142 ТК РФ может быть привлечен к материальной (статьи 236 ТК РФ), административной (статьи 5.27 КоАП РФ), уголовной (статьи 145.1 УК РФ) ответственности.

Представленное в материалы дела соглашение сторон от 15.03.2014 о погашении 01.06.2014 задолженности по заработной плате заместителю директора ФИО2 за период работы с 15.01.2014 по 15.03.2014 правового обоснования не содержит, противоречит положениям законодательства Российской Федерации о труде и, учитывая обстоятельства настоящего дела, подтверждает только то, что заработная плата ФИО2 по трудовому договору от 15.01.2014 ни разу не выплачивалась.

Представленные в материалы дела конкурсным управляющим расчеты по начисленным и уплаченным ООО «Майра» страховым взносам за первый квартал 2014 года сведений об отчислениях предприятия за ФИО2 не содержат. Расчеты по начисленным и уплаченным ООО «Майра» страховым взносам за полугодие 2014 года, содержащие сведения об отчислениях в размерах отличающихся от предыдущих периодов, не могут быть признаны достаточными доказательствами факта исполнения трудового договора от 15.01.2014, поскольку первичные документы, на основании которых они составлены, суду не представлены. Проверить содержание указанных расчетов невозможно. Кроме того, расчеты за полугодие 2014 года сданы директором ООО «Майра» ФИО3 - 07.08.2014. Однако, 21.07.2014 решением арбитражного суда (резолютивная часть от 14.07.2014) ООО «Майра» признано банкротом, конкурсным управляющим обществом утвержден ФИО1. В силу пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника. Указанные полномочия выполняет конкурсный управляющий должником.

Таким образом, по результатам совокупности вышеуказанных обстоятельств судом установлено, что действия ФИО2 по подписанию трудового договора от 15.01.2014 после принятия судом заявления о признании должника банкротом и последующая подача ФИО2 исковых заявлений в Лесосибирский городской суд Красноярского края о взыскании заработной платы фактически направлены на искусственное создание задолженности ООО «Майра» в ущерб другим кредиторам общества. При этом, искусственно создается текущая задолженность ООО «Майра», подлежащая погашению в силу пункта 1 статьи 134 Закона о банкротстве вне очереди за счет конкурсной массы преимущественно перед кредиторами, требования которых возникли до принятия заявления о признании должника банкротом. Указанные действия ФИО2 квалифицируются судом как злоупотребление правом, что в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является основанием для отказа в защите таких прав и признания трудового договора от 15.01.2014 ничтожной сделкой.

Согласно пункту 29 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

Вместе с тем, применение арбитражным судом последствий недействительности трудового договора от 15.01.2014 по настоящему делу невозможно в силу следующего.

Характер правоотношений, из которых возникают индивидуальные трудовые споры, включая споры о взыскании заработной платы, исключает возможность отнесения таких споров к ведению арбитражных судов, в том числе и при рассмотрении дел о банкротстве.

Таким образом, в случае введения арбитражным судом по делу о банкротстве наблюдения или принятия решения о банкротстве и открытии конкурсного производства в отношении работодателя (организации-должника) дела по требованиям работников о взыскании заработной платы с такого работодателя относятся к подведомственности судов общей юрисдикции («Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за третий квартал 2010 года» утв. Постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 08.12.2010).

Доказательства того, что заработная плата ООО «Майра» по трудовому договору от 15.01.2014 выплачивалась ФИО2, суду не представлены. Более того, лица, участвующие в деле не оспаривали факт того, что заработная плата по указанному договору ни разу не выплачивалась.

Согласно части 1 статьи 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вопросы распределения судебных расходов, отнесения судебных расходов на лицо, злоупотребляющее своими процессуальными правами, и другие вопросы о судебных расходах разрешаются арбитражным судом соответствующей судебной инстанции в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, или в определении.

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом (статья 101 АПК РФ).

В пункте 24 постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах» разъяснено, что при применении подпункта 2 пункта 1 статьи 333.21 НК РФ следует иметь в виду, что использованное в нем для целей исчисления государственной пошлины понятие спора о признании сделки недействительной охватывает как совместное предъявление истцом требований о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, так и предъявление истцом любого из данных требований в отдельности. С учетом этого размер государственной пошлины при обращении в арбитражный суд с исковым заявлением о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности составляет 4000 рублей.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Согласно пункту 24 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» судебные расходы арбитражного управляющего, связанные с рассмотрением заявления об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, осуществляются за счет средств должника (пункты 1 и 2 статьи 20.7 Закона о банкротстве).

Такие судебные расходы, понесенные арбитражным управляющим из собственных средств, подлежат возмещению ему в последующем за счет средств должника.

При удовлетворении судом заявления арбитражного управляющего об оспаривании сделки понесенные судебные расходы взыскиваются с другой стороны оспариваемой сделки в пользу должника, а в случае отказа в удовлетворении заявления - с должника в пользу другой стороны оспариваемой сделки.

При подаче заявления о признании сделки недействительной конкурсным управляющим уплачена государственная пошлина в размере 4 000 руб. по чеку-ордеру от 20.08.2014. Поскольку заявление конкурсного управляющего удовлетворено, то расходы по уплате государственной пошлины относятся на ФИО2.

На основании изложенного суд приходит к выводу о взыскании с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Майра» судебных расходов, связанных с оплатой государственной пошлины в размере 4 000 рублей.

Руководствуясь статьями 32, 61.1, 61.8, 61.9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 110, 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края

ОПРЕДЕЛИЛ:

Заявление конкурсного управляющего удовлетворить.

Признать недействительной сделкой трудовой договор от 15.01.2014, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Майра» и ФИО2.

Взыскать с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Майра» судебные расходы, связанные с оплатой государственной пошлины в размере 4 000 рублей.

Разъяснить, что настоящее определение может быть обжаловано в Третий арбитражный апелляционный суд в течение десяти дней со дня его вынесения, жалоба подается через Арбитражный суд Красноярского края. 11 декабря 2014 года

Судья

М.С. Шальмин