Гражданский кодекс часть 1

06.07.2018 кредитор - Банк ВТБ (ПАО) обратился в Арбитражный суд Республики Мордовия с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) должника - общества с ограниченной ответственностью "ЛВЗ Кристалл-Лефортово" (далее - ООО "ЛВЗ Кристалл-Лефортово"). Заявление приято к производству суда определением от 13.07.2018.

Определением Арбитражного суда Республики Мордовия от 19.11.2018 (резолютивная часть объявлена 12.11.2018) по делу № А39-5665/2018 в отношении ООО "ЛВЗ Кристалл-Лефортово" введена процедура наблюдения на срок до 24.04.2019, временным управляющим утвержден ФИО5

Решением Арбитражного суда Республики Мордовия от 08.05.2019 (резолютивная часть объявлена 06.05.2019) по делу № А39-5665/2018 процедура наблюдения в отношении должника прекращена, ООО "ЛВЗ Кристалл-Лефортово" признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство сроком до 30.10.2019, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложено на арбитражного управляющего ФИО5

Сообщение о введении процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 18.05.2019 № 84.

Срок процедуры конкурсного производства продлевался, последним определением суда от 02.12.2020 данный срок продлен до 02.06.2021.

Определением суда от 05.02.2020 на основании личного заявления ФИО5 освобожден с 05.02.2020 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, с указанной даты исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО2, являющегося членом Союза арбитражных управляющих "Возрождение".

21.10.2019 от кредитора – общества с ограниченной ответственностью "Интелпро" (далее - ООО "Интелпро") в арбитражный суд поступило заявление о включении в реестр требований кредиторов должника - ООО "ЛВЗ Кристалл-Лефортово" требования в размере 866 688 814 руб. 40 коп., в том числе 5 706 574 руб. 40 коп. - штрафа за нарушение условий лицензионного договора; 860 822 240 рублей - компенсации за незаконное использование должником товарных знаков в период правообладания ими заявителем (с 13.11.2017 по 01.11.2018).

Уведомление о получении требования кредитора опубликовано в ЕФРСБ 18.10.2019 (сообщение № 4285834).

14.01.2020 от заявителя в материалы дела поступило ходатайство о восстановлении пропущенного срока на включение в реестр требований кредиторов, обоснованное тем, что о нарушении его прав ООО "Интелпро" стало известно только 14.10.2019 - в день составления нотариусом протокола осмотра письменных доказательств.

В судебном заседании 23.07.2020 кредитором представлено заявление об уточнении требований, в соответствии с которым он просит включить в реестр требований кредиторов должника требование в сумме 835 676 561 рубль - компенсацию за незаконное использование товарного знака в период с 13.01.2017 по 01.12.2017.

На вопрос суда представитель кредитора пояснила, что данная компенсация рассчитана за незаконное использование товарного знака по свидетельству № 423101.

Указанные уточнения приняты судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

В обоснование заявленного требования кредитором указано на реализацию должником алкогольной продукции с использованием товарного знака под наименованием "Добрый медведь" по свидетельству № 423101 в отсутствие разрешения правообладателя на такое использование и, как следствие, – возникновение у кредитора права на взыскание компенсации за незаконное использование товарных знаков.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что 29.04.2016 между ООО "Дивинус" (Лицензиаром) и ООО "Статус-групп" (Лицензиатом) был заключен лицензионный договор № 14/04-2016 (далее также - Лицензионный договор), по условиям которого Лицензиар предоставляет Лицензиату на срок до 31.12.2017 неисключительную лицензию на право использования товарных знаков (перечень которых согласован сторонами в Приложении № 1 к данному договору) при производстве и введении продукции в гражданский оборот (товаров 33, 35 классов МКТУ, производимых и/или вводимых в гражданский оборот под товарными знаками в соответствии с договором) на территории Российской Федерации.

Товарные знаки, право на использование которых предоставляется Лицензиату по Лицензионному договору (в соответствии с Приложением № 1 к Лицензионному договору):

1) Комбинированный знак "Добрый медведь" (номер регистрации 434378);

2) "Добрый медведь" (номер регистрации 423325);

3) "Добрый медведь" (номер регистрации 361874).

Согласно пункту 11.1 Лицензионного договора, он вступает в силу с даты его государственной регистрации в Федеральной службе по интеллектуальной собственности и действует до 31.12. 2017.

Государственная регистрация предоставления прав использования по Лицензионному договору осуществлена 25.11.2016.

26.09.2016 ООО "Дивинус" (ОГРН <***> ИНН <***>) было реорганизовано путем разделения, права и обязанности по Лицензионному договору №14/04-2016 перешли к ООО "Интелпро" (ОГРН <***> ИНН <***>).

В соответствии с пунктом 2.6 Лицензионного договора Лицензиату разрешается передавать предоставленные Лицензиаром по настоящему договору права на использование товарных знаков третьим лицам только по письменному согласию Лицензиара на основании письма Лицензиата с последующим предоставлением Сублицензионного договора.

15.12.2016 ООО "Статус-групп" (Сублицензиар) заключило с ООО "ЛВЗ Кристалл-Лефортово" (Сублицензиатом) сублицензионный договор № 28/12-2016 (далее также - Сублицензионный договор) на товарные знаки № 434378, 423325 и 361874 для производства водки "Добрый медведь".

Государственная регистрация предоставления прав использования по Сублицензионному договору осуществлена 02.03.2017.

В период с 13.01.2017 до 02.11.2018 ООО "Интелпро" также являлось правообладателем товарного знака с номером регистрации 423101.

Заявителем было установлено, что в период его правообладания товарным знаком №423101 ООО "ЛВЗ Кристалл-Лефортово" производило и реализовывало алкогольную продукцию с использованием данного товарного знака без заключения лицензионного (сублицензионного) договора, что подтверждается протоколом осмотра письменных доказательств от 14.10.2019.

В частности, как указывает заявитель, уведомлением должника № 23 от 19.09.2017 в реестр Росалкогольрегулировния была включена информация об изготовлении ООО "ЛВЗ Кристалл-Лефортово" продукции "Вода особая "ДОБРЫЙ МЕДВЕДЬ ТАЕЖНАЯ"; дата первой поставки 25.10.2017; сведения о товарном знаке: свидетельство на товарный знак "ДОБРЫЙ МЕДВЕДЬ" № 361874. Между тем, изображение используемых этикеток содержит изображение, в том числе, товарного знака № 423101 (с изображением лапы медведя), право использования которого должнику не передавалось.

Полагая, что должник нарушил своими действиями права и интересы правообладателя, заявитель обратился в Арбитражный суд Республики Мордовия с настоящим требованием.

В судебном заседании представитель кредитора требование поддержал, в том числе заявленное ранее ходатайство о восстановлении срока для предъявления в суд рассматриваемого требования.

Представители и.о. конкурсного управляющего и представитель участников должника в судебном заседании возражали против удовлетворения требования кредитора по доводам и основаниям, изложенным в отзывах и письменных пояснениях.

Также в материалы дела поступили возражения по требованию кредитора от уполномоченного органа и конкурсных кредиторов: ПАО Банк "ОФК" (в лице конкурсного управляющего - Государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов") и ООО "Винный Торговый Дом спб".

Выслушав лиц, участвующих в судебном заседании, исследовав материалы требования и представленные участниками спора доказательства, суд считает заявление кредитора не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ предусмотрено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В соответствии со статьей 1447 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) товарным знаком (знаком обслуживания) признается обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, а также для индивидуализации выполняемых юридическими лицами либо индивидуальными предпринимателями работ или оказываемых ими услуг.

Основное предназначение товарного знака - обеспечение потенциальному покупателю возможности отличить маркированный товар одного производителя от аналогичного товара другого производителя.

В силу пункта 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

На территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации (статья 1479 ГК РФ).

Государственная регистрация товарного знака согласно статье 1480 ГК РФ осуществляется федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации (Государственный реестр товарных знаков) в порядке, установленном статьями 1503 и 1505 настоящего Кодекса.

На товарный знак, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков, выдается свидетельство на товарный знак. Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве (пункты 1 и 2 статьи 1481 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).

В силу пункта 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель товарного знака вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Пунктом 4.1 Сублицензионного договора, так же как и пунктом 4.1 Лицензионного договора аналогичного содержания, предусмотрено, что по внешнему виду продукция должна соответствовать утвержденным сторонами картам оформления и эталонам продукции.

ООО "Дивинус" согласовало использование товарных знаков, утвердив "Эталон" продукции до начала ее производства.

Ссылаясь на указанную этикетку, заявитель полагает, что ООО "ЛВЗ Кристалл-Лефортово" незаконно использовало товарный знак № 423101 и что, используя данный товарный знак, производило и реализовывало алкогольную продукцию.

По смыслу статьи 1484 ГК РФ, любое согласие правообладателя на использование товарного знака лишает такое использование знака признака незаконности.

Судом установлено и заявителем не оспорено, что в ходе исполнения Лицензионного и Сублицензионного договоров каких-либо претензий о незаконном использовании товарных знаков не предъявлялось, хотя заявитель имел возможность получать сведения о реализации продукции из общедоступных источников, исходя из того, что использование товарных знаков на этикетках алкогольной продукции и размещение образца этикетки выпускаемой продукции (сведения о внешнем виде алкогольной продукции) производится открыто путем направления уведомления в Федеральный реестр алкогольной продукции (ФРАП).

Из этого следует логичный вывод, что ООО "Интелпро" не могло не знать о выпуске данной продукции с использованием спорного товарного знака, однако не возражало против выпуска продукции.

Данный вывод суд основывает на том, что основным видом экономической деятельности заявителя по ОКВЭД является аренда интеллектуальной собственности и подобной продукции, кроме авторских прав, и именно получение роялти - платы за использование товарных знаков - является основным источником дохода ООО "Интелпро".

В то же время, как следует из пояснений представителя кредитора, ООО "Интелпро" не проверяло факт использования товарного знака в рамках Сублицензионного договора.

Между тем, поведение правообладателя, якобы никак не проверявшего использование товарного знака в рамках Сублицензионного договора в течение срока его действия, не соответствует поведению обычного предпринимателя - владельца интеллектуальных прав.

В подтверждения установленного факта нарушения его прав, как правообладателя, заявитель представляет данные об использовании товарного знака для производства продукции в определенном объеме не в рамках исполнения Сублицензионного договора.

Однако согласно данным открытого реестра, доступного на сайте Федерального института промышленной собственности (www.fips.ru), с даты регистрации товарного знака № 423101 по настоящее время такой знак никогда и никому не передавался для производства продукции, равно как и не производилась какая-либо продукция под данным товарным знаком самим правообладателем.

Между тем товарный знак служит для индивидуализации товара (статьи 1477, 1481 ГК РФ), являясь одним из средств охраны промышленной собственности, направленным на охрану результата производства.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 23.07.2015 № 310-ЭС15-2555 по делу № А08-8802/2013, суд вправе отказать лицу в защите его права на товарный знак на основании статьи 10 Гражданского кодекса, статьи 10 bis Парижской конвенции об охране промышленной собственности от 20.03.1883), если исходя из фактических обстоятельств конкретного спора установит злоупотребление правом со стороны правообладателя товарного знака (факт недобросовестной конкуренции). С учетом установленного Гражданским кодексом общего требования о необходимости использования зарегистрированного товарного знака являются недобросовестными и не подлежат судебной защите такие действия обладателя права на товарный знак, которые направлены на создание препятствий к использованию даже тождественных или сходных с ним до степени смешения обозначений, в случае отсутствия фактического его использования самим правообладателем, поскольку у истца, не приложившего в установленный законом период времени усилий для использования товарного знака, отсутствует нарушенное право. Попытка получить такую защиту при отсутствии достойного защиты интереса (например, при имитации нарушения права) является злоупотреблением правом со стороны истца. Проверяя наличие факта злоупотребления правом со стороны истца в подобных случаях, суд, кроме факта неиспользования товарного знака правообладателем, должен также учесть цель регистрации товарного знака, реальное намерение правообладателя его использовать, причины неиспользования. В случае же установления того, что правообладателем был зарегистрирован товарный знак не с целью его использования самостоятельно или с привлечением третьих лиц, а лишь с целью запрещения третьим лицам использовать соответствующее обозначение, в защите такого права указанному лицу судом может быть отказано.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

При этом в соответствии с пунктом 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Для признания действий по приобретению исключительного права на средство индивидуализации, использованию определенных способов защиты исключительного права злоупотреблением правом должна быть установлена цель совершения соответствующих действий. На необходимость учета цели действий при анализе добросовестности поведения обращено внимание, в частности, в пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 11 "О некоторых вопросах применения Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях".

Критериями недобросовестности действий лица, приобретающего исключительное право на товарный знак, могут быть широкое использование другими лицами тождественного или сходного до степени смешения обозначения для индивидуализации однородных товаров и услуг, получение обозначением известности среди потребителей в результате его использования иными лицами без регистрации в качестве товарного знака.

При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер и вывод о нем не может являться следствием предположений.

В пункте 154 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что суд вправе отказать лицу в защите его права на товарный знак на основании статьи 10 ГК РФ, если по материалам дела, исходя из конкретных фактических обстоятельств, действия по приобретению соответствующего товарного знака (по государственной регистрации товарного знака (в том числе по подаче заявки на товарный знак), по приобретению исключительного права на товарный знак на основании договора об отчуждении исключительного права) или действия по применению конкретных мер защиты могут быть квалифицированы как злоупотребление правом.

Согласно пункту 2 статьи 19 Соглашения по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности (ТРИПС/TRIPS) (заключено в г. Марракеше 15.04.1994, вступило в силу для Российской Федерации 22.08.2012 (далее - Соглашение ТРИПС) использование товарного знака другим лицом под контролем владельца знака признается для целей сохранения в силе регистрации использованием товарного знака.

Как отмечено в пункте 1 статьи 1 Соглашения ТРИПС члены Всемирной торговой организации могут, но не обязаны, предоставлять в своих национальных законах более широкую охрану, чем требуется по названному Соглашению при условии, что такая охрана не противоречит положениям этого Соглашения.

Соответственно, более широкий объем охраны предусмотрен пунктом 2 статьи 1486 ГК РФ, согласно которому использованием товарного знака признается его использование правообладателем или лицом, которому такое право предоставлено на основании лицензионного договора в соответствии со статьей 1489 Кодекса, либо другим лицом, осуществляющим использование товарного знака под контролем правообладателя.

Таким образом, ГК РФ выделяет случаи использования товарного знака самим правообладателем (в том числе ставшим таковым на основании договора об отчуждении исключительного права), лицензиатом по лицензионному договору либо другим лицом под контролем правообладателя. При этом по смыслу пункта 2 статьи 1486 ГК РФ использование товарного знака лицом под контролем правообладателя - это использование такого знака при отсутствии заключенного между правообладателем и лицом, фактически использующим товарный знак, лицензионного договора.

В ходе рассмотрения настоящего спора судом первой инстанции установлено, что ООО "ЛВЗ Кристалл-Лефортово" впервые начало производство водки "Добрый медведь" в 2017 году.

При этом на этикетке выпускаемой ООО "ЛВЗ Кристалл-Лефортово" продукции также содержался и спорный товарный знак № 423101. Более того, внешний вид водки "Добрый медведь" (форма бутылки, дизайн этикеток, оформление) не изменялся с 2013 года. С указанной даты производство водки "Добрый медведь" осуществлялось более чем на 20 производственных предприятиях. Дизайн водки оставался неизменен.

Кроме того, представленный протокол осмотра письменных доказательств от 14.10.2019, учитывая тот факт, что использование товарных знаков на этикетках алкогольной продукции производится открыто путем направления уведомления в ФРАП, также подтверждает легитимность производства должником продукции под группой товарных знаков "Добрый медведь".

Как было указано выше и следует из материалов дел, на товарный знак № 423101 с момента его регистрации лицензионные и сублицензионные соглашения с его правообладателями вообще никем не заключались.

Наличие в открытом доступе информации о правообладателе, на которую ссылается заявитель, не исключало проверку заявителем заключения лицензионных и сублицензионных соглашений на указанный товарный знак. В материалы дела не представлено доказательств обращения к заявителю о заключении указанных договоров со стороны третьих лиц и предложений к третьим лицам - производителям товаров и услуг 33 и 35 класса МКТУ со стороны заявителя.

ООО "Интелпро" не осуществлялось использование спорного товарного знака ни одним из способов, предусмотренных вышеприведенными положениями закона.

Так, согласно правовой позиции, изложенной в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В настоящем случае ожидаемым поведением заявителя являлся бы запрет использования спорного товарного знака и предложение ответчику (ООО "ЛВЗ Кристалл-Лефортово") оформить право использования спорного товарного знака.

При этом никаких препятствий к своевременному обращению в суд за защитой якобы нарушенных прав у ООО "Интелпро" не было.

По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 10 ГК РФ для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

На основании данной нормы и с учетом обстоятельств настоящего дела судом установлено, что умысел заявителя направлен на причинение вреда должнику и его кредиторам путем включения в реестр требований кредиторов должника требования в виде значительного размера компенсации без предупреждения о необходимости прекращения использования товарного знака либо предложения о предоставлении права использования товарного знака в период правообладания.

В данном случае суд считает такие действия заявителя недобросовестными, совершенными с намерением причинить вред другому лицу.

В силу статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Суд считает, что в ходе судебного разбирательства не нашел подтверждения факт незаконного использования спорного товарного знака; использование товарного знака имело место при наличии согласия правообладателя (в форме конклюдентных действий) и длительное непредъявление претензий вплоть до открытия конкурсного производства в отношении должника также свидетельствует о том, что между сторонами спора об использовании товарного знака № 423101 не было.

Исходя из вышеизложенного, оценив представленные доказательства, учитывая, что представленные кредитором документы и сведения недостаточны для признания обоснованным заявленного требования, суд отказывает кредитору в удовлетворении требования.

Поскольку рассмотрение вопроса о восстановлении пропущенного срока на предъявление требования возможно только при условии установления судом обоснованности данного требования, суд оставляет данный вопрос без правовой оценки.

Руководствуясь статьями 16, 32, 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 176, 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

о п р е д е л и л:

Отказать обществу с ограниченной ответственностью "Интелпро" во включении требования в реестр требований кредиторов должника - общества с ограниченной ответственностью "ЛВЗ Кристалл-Лефортово".

Определение подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Республики Мордовия в течение десяти дней со дня вынесения определения.

Судья Т.Н. Хващевская