Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Орловской области в составе судьи И.В. Нефёдовой, при ведении протокола судебного заседания помощником судьи А.С. Дощечниковым, рассмотрев в открытом судебном заседании заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ТрансИнвестСервис» (303023, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>) ФИО1 к ФИО2 (Орловская область, Мценский район, с. Отрадинское) о признании сделки должника недействительной и применении последствий ее недействительности, третье лицо: финансовый управляющий ФИО3 (номер в реестре арбитражных управляющих 282, ИНН <***>, почтовый адрес: 302010, г. Орёл, г. Орёл, а/я 1), при участии в судебном заседании: конкурсный управляющий, ответчик, третье лицо в судебное заседание не явились, извещены надлежаще, установил:

Конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «ТрансИнвестСервис» (далее – ООО «ТрансИнвестСервис», должник) обратился в Арбитражный суд Орловской области с заявлением к ФИО2 (далее ответчик), в котором просит признать недействительными взаимосвязанные сделки по выплате ответчику дивидендов в размере 2 401 214,00 руб., применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в пользу должника денежных средств в размере 2 401 214,00 руб.

Ответчик представил письменный отзыв на заявление, в котором возражал относительно удовлетворения заявленных требований, указал, что по состоянию на даты перечисления денежных средств не обладал информацией о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, поскольку согласно бухгалтерской отчетности должник за 2017 год получил прибыль в сумме более 17 000 000,00 руб., а также продолжал осуществлять расчеты с другими кредиторами.

Уполномоченный орган в представленном отзыве поддержал позицию конкурсного управляющего, считал, что заявленные требования подлежат удовлетворению.

Конкурсный кредитор АО «Орелагроюг» направил в арбитражный суд письменный отзыв, в котором сослался на ничтожность принято участниками общества решения о распределении чистой прибыли.

Финансовый управляющий ФИО3 письменного отзыва не представил.

Конкурсный управляющий, ответчик, иные лица, участвующие в деле, в судебном заседание не явились, извещены о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Часть 1 статьи 153 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что разбирательство дела осуществляется в судебном заседании арбитражного суда с обязательным извещением лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного заседания.

Согласно части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, извещаются арбитражным судом о времени и месте судебного заседания путем направления копии судебного акта.

Согласно пункту 1 части 4 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если к началу судебного заседания, совершения отдельного процессуального действия арбитражный суд располагает сведениями о получении адресатом копии определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, направленной ему в порядке, установленном настоящим Кодексом, или иными доказательствами получения лицами, участвующими в деле, информации о начавшемся судебном процессе.

Кроме того, в соответствии с абзацем вторым 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о принятии заявления к производству, о времени и месте слушания дела опубликована на сайте kad.arbitr.ru,

В соответствии с частью 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при неявке в судебное заседание надлежащим образом извещенных лиц, участвующих в деле, арбитражный суд рассматривает дело в их отсутствие.

В соответствии с частью 4 статьи 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае если в установленный срок должник не представит отзыв на заявление, арбитражный суд вправе рассмотреть дело по имеющимся в деле доказательствам.

Рассмотрев представленные по делу доказательства, арбитражный суд считает установленными следующие обстоятельства.

Общество с ограниченной ответственностью «ФИНАЛЬЯНС» 26 февраля 2019 года обратилось в Арбитражный суд Орловской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «ТРАНСИНВЕСТСЕРВИС» (далее должник, ООО «ТРАНСИНВЕСТСЕРВИС») несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Орловской области от 05 марта 2019 года по делу № А48-2102/2019 было возбуждено производство.

Решением Арбитражного суда Орловской области от 30.04.2019 г. по делу №А48- 2102/2019 должник – общество с ограниченной ответственностью «ТРАНСИНВЕСТСЕРВИС» (303023, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>) признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре, применяемой в деле о банкротстве к ликвидируемому должнику, в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО1 (ИНН <***>, регистрационный номер в сводном государственном реестре арбитражных управляющих 17906, адрес для направления корреспонденции: 302028, <...>), являющуюся членом Некоммерческого партнерства «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса».

Конкурсным управляющим в соответствии с требованиями статей 28, 128 Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту - Закон о банкротстве) 08 мая 2019 года опубликовано сообщение о введении процедуры конкурсного производства в отношении должника в газете «Коммерсантъ» № 79

Полагая, что выплата участнику ФИО4 дивидендов в размере 2 401 214,00 руб. совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, подпадает под признаки подозрительности, предусмотренные пунктами 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту – Закон о банкротстве), конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, пришел к выводу о том, что требования заявителя подлежат удовлетворению на основании следующего.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), в том числе Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)».

В соответствии с п.1 ст. 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Частью 1 статьи 4 АПК РФ предусмотрено, что каждое заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Как следует из положений статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, в том числе из сделок.

В соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункта 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно п. 3 ст. 61.1 Закона о банкротстве правила главы III.1. могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

По результатам рассмотрения заявления об оспаривании сделки должника суд выносит одно из следующих определений: о признании сделки должника недействительной и (или) применении последствий недействительности ничтожной сделки; об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки должника недействительной (п. 6 ст. 61.8.).

Статьями 61.9, 129 Закона о банкротстве предусмотрено право подачи конкурсным управляющим от имени должника, в том числе по своей инициативе, заявления об оспаривании сделки должника в арбитражный суд.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества. При этом права и обязанности конкурсного управляющего обусловлены целями конкурсного производства, которое применяется к должнику с целью соразмерного удовлетворения требований кредиторов (статья 2 Закона о банкротстве). Достижению этой цели служит, в том числе, необходимость пополнения конкурсной массы посредством возврата ликвидного имущества, переданного должником по сделкам.

Поскольку ФИО1 была утверждена конкурсным управляющим должника решением Арбитражного суда Орловской области от 30.04.2019 по делу №А48-2102/2019, она правомерно обратилась в суд с настоящим заявлением.

Наличие правовой возможности оспорить сделку, а также то обстоятельство, что в случае признания ее недействительной и применения последствий недействительности в конкурсную массу должника может поступить имущество (денежные средства), в рамках настоящего дела не оспаривается.

Оспариваемая выплата дивидендов в сумме 2 401 214,00 руб. осуществлена в период с 04.09.2017 по 12.10.2018, то есть в пределах трехгодичного срока, предшествующего возбуждению производства по делу о банкротства должника (05.03.2019). В связи с чем, оспариваемая сделка по исполнению обязательств в отношении отдельного кредитора может обладать признаками подозрительной сделки, предусмотренными п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательств и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно п. 5 Постановления Пленума №63 пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (абзац введен Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 июля 2013 года № 59).

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с абзацем 4 пункта 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как следует из представленных в материалы дела доказательств, ФИО2 являлась участником ООО «ТрансИнвестСервис» с момента создания общества до 01.08.2018, когда принадлежащая ей доля в размере 40% была продана ФИО5 на основании договора купли-продажи доли в уставном капитале.

В период с 04.09.2017 по 12.02.2018 должником ФИО2 были выплачены денежные средства в общем размере 863 562,00 руб., в том числе

- 515 562,00 руб. с назначением платежа «Перечисление дивидендов согласно Протокола общего собрания №3 от 26 июня 2017 года для зачисления на карту ФИО2…»

- 348 000,00 руб. с назначением платежа «Перечисление дивидендов согласно Протокола общего собрания №4 от 29 мая 2017 года для зачисления на карту ФИО2 …»

Кроме того, 24 апреля 2018 года на общем внеочередном собрании участников ООО «ТрансИнвестСервис» участником ФИО2, владеющей 40 % доли в уставном капитале, и участником ФИО6, владеющей 60 % доли в уставном капитале, принято решение, оформленное протоколом №5 от 24.04.2018, о распределении между участниками части чистой прибыли в размере 7 000 000,00 руб. пропорционально их долям в уставном капитале и выплатить дивиденды: ФИО2 – 2 800 000,00 руб., ФИО6 – 4 200 000,00 руб. Выплату осуществить до 31 августа 2018 года.

Во исполнение решения собрания участников, оформленного протоколом №5 от 24.04.2018, ФИО2 перечислены денежные средства в общем размере 1 537 652,00 руб., в том числе 25.04.2018 - 180 090,00 руб., 12.07.2018 - 70 000,00 руб., 25.07.2018 - 33 060,00 руб., 02.08.2018 - 100 002,00 руб., 08.08.2018 - 150 000,00 руб., 23.08.2018 - 100 000,00 руб., 28.08.2018 - 100 000,00 руб., 05.09.2018 - 120 000,00 руб., 06.09.2018 - 150 000,00 руб., 19.09.2018 - 220 000,00 руб., 01.10.2018 - 111 000,00 руб., 02.10.2018 - 160 000,00 руб., 12.10.2018 - 43 500,00 руб.

Статьей 28 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее – Закон об Обществах) установлено, что общество вправе ежеквартально, раз в полгода или раз в год принимать решение о распределении своей чистой прибыли между участниками общества. Решение об определении части прибыли общества, распределяемой между участниками общества, принимается общим собранием участников общества.

Часть прибыли общества, предназначенная для распределения между его участниками, распределяется пропорционально их долям в уставном капитале общества.

Уставом общества при его учреждении или путем внесения в устав общества изменений по решению общего собрания участников общества, принятому всеми участниками общества единогласно, может быть установлен иной порядок распределения прибыли между участниками общества. Изменение и исключение положений устава общества, устанавливающих такой порядок, осуществляются по решению общего собрания участников общества, принятому всеми участниками общества единогласно.

В силу части 3 статьи 67.1 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) принятие общим собранием участников хозяйственного общества решения и состав участников общества, присутствовавших при его принятии, подтверждаются в отношении общества с ограниченной ответственностью путем нотариального удостоверения, если иной способ (подписание протокола всеми участниками или частью участников; с использованием технических средств, позволяющих достоверно установить факт принятия решения; иным способом, не противоречащим закону) не предусмотрен уставом такого общества либо решением общего собрания участников общества, принятым участниками общества единогласно.

Как следует из Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 г. N 25 (п. 107) решения очных собраний участников хозяйственных обществ, не удостоверенные нотариусом или лицом, осуществляющим ведение реестра акционеров и выполняющим функции счетной комиссии в порядке, установленном подпунктами 1 - 3 пункта 3 статьи 67.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иной способ удостоверения не предусмотрен уставом общества с ограниченной ответственностью либо решением общего собрания участников такого общества, принятым участниками общества единогласно, являются ничтожными применительно к пункту 3 статьи 163 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, применительно к обществу с ограниченной ответственностью принятие общим собранием его участников решения может быть подтверждено нотариальным удостоверением или альтернативными способами, перечень которых сформулирован в статье в качестве примерного (подписание протокола всеми участниками или частью из них, использование технических средств, позволяющих достоверно установить факт принятия решения). Однако использование указанных способов возможно только в силу закрепления в уставе общества либо единогласно принятого его участниками решения.

Из представленных в материалы дела доказательств не усматривается, что в устав общества вносились изменения в соответствии с изменениями действующего законодательства, согласно которым участники общества единогласно утвердили иные, отличные от закона (нотариальное удостоверение) способы удостоверения решений общего собрания участников.

При этом, на внеочередном собрании участников в повестку дня не включался вопрос способ подтверждения принятия общим собранием решений и состава участников общества, присутствующих при его принятии, и решение по нему не принималось.

В связи с чем, по общему правилу с 01.09.2014 протокол общего собрания участников обществ с ограниченной ответственностью подлежал обязательному нотариальному удостоверению.

Однако протокол № 5 от 24 апреля 2018 года не был удостоверен нотариусом, что влечет его ничтожность в силу пункта 3 статьи 163 ГК РФ и абзаца 3 пункта 107 Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" от 23.06.2015 № 25.

Кроме того, в материалы дела не были представлены протоколы общего собрания №4 от 29.05.2017 и №3 от 26.06.2017, указанные в качестве основания получения ответчиком дивидендов за период с 04.09.2017 по 12.02.2018, в связи с чем, невозможно оценить как соблюдение вышеуказанных требований закона к оформлению протоколов общего собрания №4 от 29.05.2017 и №3 от 26.06.2017, так и подлежащую выплате ответчику сумму дивидендов, а также период, за который она выплачивается.

Часть 2 статьи 9, часть 1 статьи 65, часть 1 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ предусматривают, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые ссылается в обоснование своих требований и возражений, и несет риск непредставления доказательств.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд приходит к выводу о том, что выплата ФИО2 дивидендов за период с 04.09.2017 по 12.02.2018 и за 2017 год была осуществлена в отсутствии к тому законных оснований.

Между тем, проанализировав представленную конкурсным управляющим отчетную документацию должника за 2017 года, арбитражным судом установлено следующее.

Действительно, согласно отчету о финансовых результатах за 2017 год чистая прибыль ООО «ТрансИнвестСервис» составила 14 754 000,00 руб. Нераспределенная прибыль по состоянию на 31.12.2017 в соответствии с данными бухгалтерского баланса составила 17 469 000,00 руб.

Вместе с тем, согласно п. 1 и 2 статьи 29 Закона об Обществах общество не вправе принимать решение о распределении своей прибыли между участниками общества, а при принятии такого решения, не вправе выплачивать прибыль если на момент принятия такого решения или на момент выплаты общество отвечает признакам несостоятельности (банкротства) в соответствии с федеральным законом о несостоятельности (банкротстве) или если указанные признаки появятся у общества в результате принятия такого решения или в результате выплаты.

Таким образом, несмотря на декларирование должником получения по итогам 2017 года чистой прибыли в сумме более 14 000 000,00 руб., при принятии решения о распределении полученной прибыли необходимо установить наличие у Общества финансовой возможности осуществить такую выплату в предусмотренные сроки без возникновения в результате такой выплаты у должника признаков банкротства.

В этой связи, более информативными показателями, позволяющими установить наличие (либо отсутствие) у Общества достаточных для выплаты дивидендов свободных средств, являются показатели денежного потока от операционной и инвестиционной деятельности, которые показывают величину реально располагаемых организацией денежных средств до осуществления выплатам по кредитам и дивидендам.

Согласно представленному в материалы дела отчету о движении денежных средств за 2017 год денежный поток от осуществления операционной (текущей) деятельности составил 6 097 000,00 руб., в то время как денежный поток от инвестиционной деятельности показал отрицательный результат в сумме 3 900 000,00 руб.

В этой связи, по результатам 2017 года сальдо денежного потока от операционной и инвестиционной деятельности составило 2 197 000,00 руб. (6 097 000,00 – 3 900 000,00)

При таких обстоятельствах, на момент принятия участниками решения о выплате дивидендов за 2017 год в размере 7 000 000,00 руб. ими не было учтено отсутствие у должника достаточного для этого резерва денежных средств. А потому выплата дивидендов могла быть осуществлена за счет поступающей от текущей деятельности выручки, подлежащей в обычной ситуации направлению на погашение текущих расходов, что повысило бы риск наращивания должником кредиторской задолженности.

Тем самым, принимая во внимание показатели деятельности должника, принятие по итогам 2017 года решения о выплате дивидендов являлось экономически необоснованным.

Также, по мнению арбитражного суда, выплата дивидендов в период с 04.09.2017 по 12.02.2018, осуществленная по протоколам №3 от 26.05.2017, №4 от 29.05.2017 и №3 от 26.06.2017, а также за 2017 год на основании протокола №5 от 24.04.2018 противоречит п. 3 ст. 28 Закона об Обществах, поскольку срок выплаты не должен был превышать шестьдесят дней со дня принятия решения о распределении прибыли между участниками общества.

Помимо этого, арбитражным судом установлено, что в период фактической выплаты ответчику денежных средств, а также на дату принятия решения о выплате дивидендов (24.04.2018) у должника имелись непогашенные требования перед иными конкурсными кредиторами третьей очереди, возникшие ранее совершения оспариваемых сделки: перед ООО «Партнер Агро» (158 256,64 руб. за поставку, осуществленную в период с 24.08.2017), перед ИП ФИО7 (761 139,71 руб. за поставку, осуществленную в период с 31.07.2017), перед ООО «Русский ячмень» (2 018 023,51 руб. за поставку, осуществленную в период 10.03.2018), перед ЗАО «Заря» (2 660 518,58 руб. за поставку, осуществленную в период с 15.11.2017 по 26.12.2017).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710, сама по себе недоказанность одной из составляющих презумпции цели причинения вреда не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).

Таким образом, по мнению арбитражного суда, совокупность установленных им обстоятельств, а именно ничтожность решения о выплате дивидендов, отсутствие достаточных для выплаты свободных денежных средств, превышение ограниченного законом срока выплаты дивидендов, отсутствие каких-либо законных оснований для выплаты дивидендов в период 04.09.2017 по 12.02.2018, наличие неисполненных обязательств перед частью кредиторов, свидетельствуют о том, что оспариваемые сделки были совершены с целью причинить вред кредиторам должника, фактически были направлены на создание законных оснований для возможности изъятия из владения должника свободных денежных средств под видом выплаты дивидендов.

При этом, поскольку выбытие в отсутствие соответствующих законных оснований из владения должника денежных средств в размере 2 401 214,00 руб. привело к негативным для кредиторов последствиям в виде невозможности получения удовлетворения своих требований за счет указанного имущества должника, то совершение оспариваемых сделок привело к причинению вреда имущественным правам кредиторов.

Между тем, как уже указывалось выше, как в период выплаты денежных средств с 04.09.2017 по 12.02.2018, так и на момент принятия решения о выплате дивидендов за 2017 год ФИО2 являлась участником должника, владеющим 40% доли в уставном капитале, пока не продала на основании договора купли-продажи свою долю ФИО5, являющегося ее супругом.

Согласно статье 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:

лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 N 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также:

руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве;

лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи;

лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Следовательно, в силу положений ст. 19 Закона о банкротстве на момент совершения оспариваемых сделок ФИО2 относилась к числу заинтересованных по отношению к должнику лиц.

Таким образом, как по состоянию на дату принятия решения о выплате дивидендов, так и в последующем при получении от должника денежных средств ФИО2 не могла не знать об отсутствии законных оснований для получения денежных средств от должника в период с 04.09.2017 по 12.02.2019, о порочности протокола №5 от 24.04.2018 (в виде отсутствия его нотариального удостоверения), о показателях бухгалтерской и финансовой отчетности должника за 2017 года и отсутствии у должника достаточных для выплаты дивидендов свободных денежных средств, а также о наличии неисполненных обязательств перед вышеуказанными кредиторами.

В связи с чем, даже после продажи своей доли в уставном капитале (после 01.08.2018), ФИО2, осведомленная об вышеуказанных обстоятельствах, принимая с 01.08.2018 от должника поступающие в оплату дивидендов денежные средства, действуя разумно и добросовестно, должна была удостовериться, что продолжающаяся ей выплата дивидендов не приведет к нарушению прав кредиторов, перед которыми должник имеет неисполненные обязательства.

Тем самым, представленными доказательствами подтверждается осведомленность ФИО2 о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения оспариваемой сделки.

При таких обстоятельствах, учитывая, что оспариваемая сделка совершена в период подозрительности между заинтересованными лицами, при наличии у должника неисполненных денежных обязательств перед кредиторами, в результате ее совершения произошло фактическое безосновательное выбытие из владения должника денежных средств, повлекшее уменьшение размера его имущества на сумму 2 401 214,00 руб. и, соответственно, причинение вреда имущественным правам кредиторов, арбитражный суд приходит к выводу о том, что оспариваемая сделка подлежит признанию недействительной по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 61.2. Закона о банкротстве.

Арбитражный суд, рассматривая настоящий спор, принимает во внимание разъяснения, содержащиеся в пункте 29 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года № 63, согласно которым если сделка, признанная в порядке главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (п. 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 1 ст. 61.6 и абз. 2 п. 6 ст. 61.8 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)») независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

Согласно ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

По смыслу данной нормы права при недействительности сделки обязанность возвратить все полученное по ней должна быть возложена на сторону по сделке. Названной нормой установлен способ приведения сторон в первоначальное состояние и восстановления нарушенных прав сторон при недействительности сделки.

В силу пунктов 1, 2 ст. 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

Таким образом, общим последствием недействительности сделки в соответствии с нормами ГК РФ и Закона о банкротстве является двусторонняя реституция (восстановление прежнего состояния).

Необходимым условием применения последствий недействительности сделки в виде возврата полученного по ней имущества в натуре является правовая и фактическая возможность такого возврата, определяемая нахождением объекта сделки на момент применения реституции в имущественной сфере одной из сторон по такой сделке.

В силу пункта 3 статьи 61.6 Закона о банкротстве кредиторы и иные лица, которым передано имущество или перед которыми должник исполнял обязательства или обязанности по сделке, признанной недействительной на основании пункта 1 ст. 61.2, пункта 2 ст. 61.3 настоящего Федерального закона и Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае возврата в конкурсную массу полученного по недействительной сделке имущества приобретают право требования к должнику, которое подлежит удовлетворению в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Согласно п. 4 ст. 61.6 Закона о банкротстве, п. 25 Постановления Пленума от 23.12.2010 № 63, в случае признания на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действий должника по уплате денег, передаче вещей или иному исполнению обязательства, обязательство должника перед соответствующим кредитором считается восстановленным с момента совершения недействительной сделки, а право требования кредитора по этому обязательству к должнику считается существовавшим независимо от совершения этой сделки (абз. 1 п. 4 ст. 61.6 Закона о банкротстве).

При таких обстоятельствах, учитывая отсутствие законных оснований для выплаты ответчику дивидендов, арбитражный суд приходит к выводу о применении односторонней реституции и взыскании с ФИО2 полученных денежных средств в конкурсную массу ООО «ТрансИнвестСервис» в размере 2 401 214,00 руб.

Часть 1 ст. 110 АПК РФ предусматривает, что судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации в п. 19 Постановления Пленума от 23.12.2010 №63 обращено внимание судов на то, что заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (пп. 2 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации), т.е. в размере 6 000 руб.

Таким образом, поскольку исковые требования конкурсного управляющего удовлетворены и при подаче заявления об оспаривании сделки им была уплачена госпошлина, то государственная пошлина в соответствии со ст. 110 АПК РФ подлежит взысканию с ответчика в пользу должника.

При изготовлении определения суда по делу №А48-2102/2019(Б) в полном объеме суд установил, что при изготовлении резолютивной части определения от 13.11.2020 по делу № А48-2102/2019 (Б) судом была допущена опечатка в вводной части, а именно ошибочно указано «…при ведении протокола судебного заседания секретарем С.А. Викторовой…», в то время как следовало указать «…при ведении протокола судебного заседания помощником судьи А.С. Дощечниковым…».

В соответствии п.3. ст. 179 Арбитражного процессуального кодекса РФ арбитражный суд, принявший решение, по заявлению лица, участвующего в деле, или по своей инициативе вправе исправить допущенные в решении описки, опечатки и арифметические ошибки без изменения его содержания.

Поскольку Арбитражным процессуальным кодексом РФ не предусмотрен порядок исправления ошибок, описок и арифметических ошибок, допущенных при изготовлении определений, по аналогии в данном случае применяется статья 179 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

При таких обстоятельствах, учитывая, что допущенная опечатка не затрагивает существа судебного акта и не изменяет содержание определения, арбитражный суд, руководствуясь ст. 179 Арбитражного процессуального кодекса РФ, считает возможным исправить допущенную опечатку.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 60, 61, 61.1, 61.2, 61.8 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», ст.ст. 110, 112, 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ОПРЕДЕЛИЛ:

Заявление конкурсного управляющего удовлетворить.

Признать недействительными взаимосвязанные сделки по выплате ФИО2 (Орловская область, Мценский район, с. Отрадинское) дивидендов в размере 2 401 214,00 руб.

Применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 (Орловская область, Мценский район, с. Отрадинское) денежных средств в размере 2 401 214,00 руб.

Взыскать с ФИО2 (Орловская область, Мценский район, с. Отрадинское) в пользу ООО «ТрансИнвестСервис» (ОГРН <***>, ИНН <***>) расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 000,00 руб.

Выдать исполнительный лист после вступления определения в законную силу

Определение может быть обжаловано в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд (г. Воронеж) в течение десяти дней со дня его вынесения через Арбитражный суд Орловской области.

Судья И.В. Нефедова