Гражданский кодекс часть 1

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Сперанской Н.В. с использованием средств аудиозаписи, в режиме веб-конференции, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 (№ 07АП-8581/20 (8)), ФИО3
(№ 07АП-8581/20 (9)) на определение Арбитражного суда Кемеровской области
от 27.04.2022 по делу № А27-5002/2020 (судья Лазарева М.В.) несостоятельности (банкротстве) ФИО2, принятое по заявлению финансового управляющего ФИО4 о признании недействительной сделки, заключенной между ФИО3 и ФИО5,

В судебном заседании приняли участие:

в режиме веб-конференции:

от ФИО2 - ФИО6, доверенность
от 27.07.2010;

от иных лиц – без участия.

У С Т А Н О В И Л:

в деле о банкротстве гражданина – должника ФИО2 финансовый управляющий ФИО4 обратился в суд с заявлением об оспаривании сделки, в соответствии с заявлением финансовый управляющий просит:

- признать гражданско-правовой договор, заключенный между ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) и ФИО5 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) послуживший основанием для регистрации права собственности ФИО5 на автомобиль марки Mersedes Benz G-klasse, гос.номер <***>, VIN <***> – недействительной сделкой должника;

- применить последствия недействительности данной сделки в виде возврата в конкурсную массу должника ФИО2 автомобиля марки Mersedes Benz G-klasse, гос. номер <***>, VIN <***>.

Из заявления финансового управляющего, следует, что договор купли-продажи автотранспортного средства от 03.07.2018, заключенный между ФИО3 и несовершеннолетним (на дату совершения сделки) сыном должника ФИО5 оспаривается в связи с ничтожностью. По мнению финансового управляющего, изложенному в заявлении и дополнениях (л.50-55 т. 18) оспариваемый договор прикрывает приобретение транспортного средства автомобиля марки Mersedes Benz G-klasse, гос.номер <***>, VIN <***> не сыном должника, а самим должником, поскольку сын должника объективно не имеет в пятнадцать лет доходов, достаточных для приобретения транспортного средства и управления им. Кроме того финансовым управляющим указано на систематическое совершение супругой должника действий, направленных на сокрытие общего с должником имущества от реализации в деле о банкротстве.

Также финансовым управляющим заявлено ходатайство о предоставлении отсрочки по оплате госпошлины.

Определением суда от 15 марта 2021 года финансовому управляющему предоставлена отсрочка по оплате государственной пошлины, заявление принято к производству, ввиду того, что сторона сделки ФИО5 является несовершеннолетним к рассмотрению заявления привлечены законный представитель несовершеннолетнего ФИО5 - ФИО7, управление образования Администрации города Кемерово (отдел охраны прав детства), судебное разбирательство назначено на 26 апреля 2021 года.

Определениями от 05.08.2021 и от 28.12.2021 отказано в удовлетворении ходатайств ФИО8 и ФИО3 соответственно о приостановлении рассмотрения настоящего обособленного спора ввиду недоказанности названными лицами оснований, предусмотренных статьей 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 27.04.2022 заявление финансового управляющего удовлетворено. Признан недействительным (ничтожным) договор купли-продажи автотранспортного средства от 03 июля 2018 года, заключенный между ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Применены последствия недействительности сделки. Суд обязал ФИО5 возвратить в конкурсную массу должника ФИО2 транспортное средство автомобиль марки Mersedes Benz Gklasse, 2017 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, VIN <***>.

Не согласившись с данным определением, ФИО2 иФИО3 обратились в суд с апелляционной жалобой, в которой просят определение Арбитражного суда Кемеровской области от 27.04.2022 года по делу №А27-5002/2020, которым удовлетворено заявление финансового управляющего о признании недействительной сделки, отменить полностью, принять новый судебный акт, в удовлетворении заявления отказать в полном объеме.

ФИО3 в качестве доводов к апелляционной жалобе указывает, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что спорный автомобиль приобретался в личное пользование должника или его супруги. Фото фиксация с камер дорожного наблюдения, по мнению апеллянта не свидетельствует о том, что за рулем автомобиля находился должник или его супруга. Спорное транспортное средство приобреталось ФИО3 в личное пользование, сама по себе регистрация на имя сына должника - Сергея Андреевича, произведена по личной просьбе ФИО3 Не доказано противоправного интереса, злонамеренности, а также наличия цели причинения вреда кредиторам должника при совершении сделки купли-продажи без участия должника, не в пользу должника и в отношении имущества, не принадлежащего должнику. Из материалов дела не усматривается доказательства, объективно свидетельствующих о том, что ФИО3 имел намерение произвести отчуждение ТС в пользу должника за плату, а не в порядке безвозмездной передачи его сыну, фактически в результате совершения оспариваемой сделки имущество выбыло из собственности ФИО9, а не должника. Апеллянт указывает, что в материалах дела имеются доказательства, свидетельствующие об отсутствие у должника денежных средств на покупку спорного ТС стоимостью 7 000 000,00 рублей, то обстоятельство, что на имя супруги был приобретен ТС Мерседес БЕНС в феврале 2018 года не свидетельствует о наличие у должника средств необходимых для покупки спорного ТС. Из материалов дела не усматривается обстоятельств, объективно свидетельствующих о том, что ФИО3 имел намерение произвести отчуждение спорного автомобиля в пользу должника за плату, а не в порядке безвозмездной передачи его сыну, фактически в результате совершения оспариваемой сделки имущество выбыло из собственности ФИО3, а не должника. Апеллянт отмечает, что включение в страховку на 5 месяцев не означает владение имуществом как своим собственным. Должник был вписан во все страховки на все ТС, которые находились в собственности ФИО3, поскольку он являются супругом сестры ФИО9.

ФИО2 в качестве доводов к апелляционной жалобе указывает, что в настоящем деле заявителем не доказано противоправного интереса, злонамеренности, а также наличия цели причинении вреда кредиторам, при совершении сделки купли-продажи без участия должника, не в пользу должника и в отношении имущества, никогда не принадлежащего должнику. Апеллянт указывает, что должник не имел финансовую возможность для расчетов за спорное транспортное средство и не подтвержден допустимыми доказательствами. Апеллянт отмечает, что включение в страховку на 5 месяцев не означает владение имуществом как своим собственным. Апеллянт указывает, что вывод суда об отсутствии у ФИО3 финансовой возможности предоставить ззайм ФИО7 сделан без учета расписки от13.02.2018, в соответствии с которой ФИО7 взял в долг у ФИО3 денежные средства на покупку автомобиля. Дополнительно ФИО2 указывает, что материалами дела не доказан факт того, что должник нес бремя содержания ТС, не представлено доказательств пользования, владения автомобилем.

Участвующий в судебном заседании, в режиме веб-конференции, представитель ФИО2 – ФИО6, настаивал на доводах апелляционной жалобы, просит отменить обжалуемого определение.

Представитель ФИО2 заявил ходатайство об отложении судебного заседания. Ходатайство мотивированно поступлением в суд первой инстанции отказов кредиторов от требований, заявления третьего лица о намерении погасить требования ИФНС, в связи с чем возможно прекращение процедуры банкротства. Представитель апеллянта просит отложить судебное заседание до момента рассмотрения данных заявлений.

Суд апелляционной инстанции отказывая в удовлетворении ходатайства об отложении, руководствовался положениями п.19 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 (ред. от 21.12.2017) «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в котором установлено, что, если в рамках дела о банкротстве суд рассмотрел заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, заявление о привлечении лица к субсидиарной ответственности в порядке статьи 10 Закона или требование кредитора в порядке статей 71 или 100 Закона и принял по результатам его рассмотрения определение по существу, то последующее прекращение производства по делу о банкротстве не препятствует рассмотрению апелляционной или кассационной жалобы на указанное определение, а также заявления о пересмотре в порядке надзора этого определения. Если в таком случае суд вышестоящей инстанции отменит ранее принятое определение, то названные заявления подлежат оставлению этим вышестоящим судом без рассмотрения применительно к пункту 4 части 1 статьи 148 АПК РФ.

В порядке статьи 262 АПК РФ отзыв на апелляционную жалобу не поступил.

Лица, участвующие в деле, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции, соответствие выводов, изложенных в определении обстоятельствам дела, применение норм материального права, изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции считает определение суда не подлежащим отмене.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве финансовый управляющий наделен правом оспаривать сделки должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (пункт 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве).

Таким образом, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, относительно того, что вне зависимости от того является ли должник стороной оспариваемой сделки при наличии оснований полагать, что сделка совершена за счет должника такая сделка оспаривается в деле о банкротстве должника, в связи с чем доводы представителя должника об обратном судом отклоняются.

Как следует из материалов дела, между ООО «Омега» (продавец) и ФИО10 (покупатель) 30.01.2018 заключен договор № 6652492066 купли-продажи транспортного средства, по условиям которого продавец передал покупателю автомобиль марки Mersedes Benz G-klasse, 2018 года выпуска, VIN <***> по цене 6 270 000 рублей (л. 49 т. 6).

По условиям договора денежные средства от покупателя получены кассой торгующей организации.

Транспортное средство по акту приема-передачи передано покупателю (л. 50 т.6).

От имени ФИО10 договор и акт подписан ФИО5 по доверенности от 29.12.2017, удостоверенной нотариусом ФИО11 (л. 48 т. 6).

На основании заявления ФИО12 от 06.02.2018 транспортное средство зарегистрировано за ФИО10 В соответствии с выпиской по расчетному счету ООО «Алекс Групп», открытому в ПАО КБ «Авангард» (диск, т. 26), ООО «Алекс Групп» совершены два платежа на расчетный счет ООО «Омега»: платежным поручением №10 от 16.01.2018 оплачено 2 480 000 рубля, платежным поручением №24 от 17.01.2018 оплачено 2 840 000 рублей.

Письмом от 17.01.2018 ООО «Алекс Групп» уточнено назначение платежей, согласно которому ООО «Алекс групп» просит считать верным следующее назначение: «оплата за т/с Mersedes Benz G350d VIN <***>, за ФИО10…» (л. 31 т. 14).

Платежным поручением №5 от 10.01.2018 гражданка ФИО13 оплатила на расчетный счет ООО «Омега» 99 500 рублей с назначением платежа «предоплата за автомобиль за ФИО10» (л. 32 т. 14).

Приходными ордерами от 29.01.2018 и от 04.07.2018 от ФИО10 в кассу ООО «Омега» принято соответственно 200 000 рублей и 650 000 рублей (л. 33-34 т. 14).

Обязательная гражданская ответственность владельца транспортного средства застрахована в АО «СК «Астро-Волга» (л. 137 т. 6), полис ХХХ №0026122088 на период с 01.02.2018 по 31.01.2019, страхователь ФИО12, собственник ФИО10, допущенные к управлению лица – ФИО12 и должник ФИО2

Доказательств того, что ФИО10 лично присутствовала в г. Челябинск при совершении сделки 30.01.2018, при оформлении приходных ордеров 29.01.2018 и 04.07.2018 в материалы дела не предоставлено.

Судом первой инстанции установлено, что между внесением денежных средств в кассу ООО «Омега» 29.01.2018 в сумме 200 000 рублей и подписанием договора 30.01.2018 имеет место разрыв по времени – сутки, что требует пребывания в гостиничном номере, питания и т.д.

Суд первой инстанции верно отклонил доводы ФИО3 о том, что транспортное средство приобретено им, для чего он и ФИО10 совместно ездили в г. Челябинск, поскольку доказательств данным обстоятельствам ответчиком не предоставлено. В суд апелляционной инстанции данные доказательств подтверждающих данное обстоятельство не представлено.

Изложенные фактические обстоятельства в отсутствие в материалах дела доказательств наличия у ФИО10 денежных средств в сумме как минимум 850 000 рублей наличными, подписание договора ФИО12, приемка транспортного средства в г. Челябинске и постановка на учет в г. Кемерово им же, приобретение полиса ОСАГО ХХХ №0026122088 и состав допущенных к управлению лиц, позволяют суду прийти к выводу о том, что спорное транспортное средство приобретено 30.01.2018 на имя ФИО10 непосредственно ФИО12, являющимся отцом ФИО10 и родным братом должника ФИО2.

Обстоятельства указанного родства участвующими в деле лицами не оспаривается.

Доводы ФИО3 о том, что в счет оплаты спорного транспортного средства им в ООО «Омега» передано транспортное средство марки BMW X5 государственный номер <***> за 2 000 000 рублей судом апелляционной инстанции не принимаются.

Суд первой инстанции, направляя запрос ГУ МВД РФ по Кемеровской области и получив ответ, установил (л. 72 т. 18), что такое транспортное средство до 16.03.2018 было зарегистрировано за ответчиком ФИО3, однако договор купли-продажи между ООО «Омега» и ФИО10 в лице ее отца ФИО12 заключен 30.01.2018, приходные ордера датированы 29.01.2018 и 04.07.2018, их сумма составляет не 2 000 000 рублей, а 850 000 рублей.

Как верно отмечается в обжалуемом определении суд первой инстанции неоднократно предлагал предоставить доказательства о передаче автомобиля BMW X5 в ООО «Омега» в счет оплаты за спорный автомобиль, однако, такие доказательства ФИО3 не предоставлены.

03.07.2018 между ФИО10 (продавец) и ФИО3 (покупатель) подписан договор купли-продажи спорного транспортного средства по цене 1 000 000 рублей в шесть раз меньшей, нежели цена покупки спорного автомобиля 6 270 000 рублей в январе 2018. Той же датой по заявлению ответчика ФИО3 спорное транспортное средство зарегистрировано за ФИО3 с присвоением автомобилю регистрационного знака <***> (л. 54-55 т. 6).

Как следует из материалов дела, ранее до 09.02.2018 указанный регистрационный знак был присвоен автомобилю марки Ниссан Теана, принадлежавшему ФИО3(л. 75 т. 18). Той же датой 03.07.2018, но после постановки спорного автомобиля на учет и присвоения ему регистрационного знака <***>, между ФИО3 (продавец) и ФИО5 (покупатель) – несовершеннолетним сыном должника ФИО2 – подписан договор купли-продажи спорного транспортного средства по цене уже 900 000 рублей (л. 64 т.6) и по заявлению должника ФИО2 автомобиль зарегистрирован за его несовершеннолетним сыном ФИО5 (л. 61-63 т. 6).

Суд апелляционной инстанции отмечает, что материалов дела не установлено, что ФИО3 передал ФИО10 денежные средства в размере 1 000 000 рублей в качестве оплаты цены договора 03.07.2018, равно как не следует, что ФИО3 на указанную дату имел доходы в указанном размере.

Предоставленная в материалы дела выписка по расчетному счету ФИО3, открытому в АО «Альфа-Банк» за период с 20.01.206 по 13.01.2017 таких сведений не подтверждает, поскольку не охватывает период подписания договора от 03.07.2018 с ФИО10 (предоставлена по системе «Мой Арбитр» 24.08.2021 в 06:08 МСК).

Справками о полученном ФИО3 доходе и оплаченных налогах по форме 2-НДФЛ за 2016 -2018 годы подтверждается годовой доход ответчика соответственно 140 400 рублей, 163 800 рублей и 156 958,04 рубля до удержания НДФЛ, что явно недостаточно для приобретения транспортного средства по цене 1 000 000 рублей (л. 31-33 т. 18).

Доказательств того, что несовершеннолетний ФИО5 передал ФИО3 900 000 рублей в оплату цены оспариваемого договора от 03.07.2018 в материалах дела также не имеется.

В следствии вышесказанного, суд апелляционной инстанции отклоняет доводы апеллянтов в данной части.

Как следует из договоров обязательного страхования гражданской ответственности АО «Согаз» (полис ХХХ 0047175479 от 02.07.2018) и АО СК «Астро-Волга» (полис ХХХ №0047327200 от 03.07.2018), ответственность ФИО3 как собственника и лица, допущенного к управлению транспортным средством, была застрахована лишь один день до 03.07.2018.

Начиная с 03.07.2018 по 02.07.2019 по заявлению ФИО12 (родного брата должника) застрахована гражданская ответственность собственника транспортного средства ФИО5 (сына должника), допущенным к управлению лицом в указанный период является ФИО12.

Доказательств того, что в период с 30.01.2018 по 02.07.2018 включительно ФИО3 управлял спорным транспортным средством, владел и пользовался им как своим собственным в материалы дела не предоставлено.

Учитывая указанные обстоятельства Арбитражный суд Кемеровской области приходит к верному выводу о том, что реальной целью договора купли-продажи от 03.07.2018, заключенного между ФИО10 и ФИО3 не приобретение транспортного средства в свою собственность, а необходимость присвоения транспортному средству ранее сохраненного регистрационного знака <***>, срок сохранения которого составлял 180 суток, т.е. 6 месяцев (пункт 42 действовавших до августа 2018 года Правил регистрации автотранспортных средств и прицепов к ним, утв. приказом МВД России от 24.11.2008 N 1001 (зарегистрирован в Минюсте России за N 13051 от 30.12.2008)).

По смыслу названного пункта сохраненный по заявлению собственника транспортного средства регистрационный знак не может быть до истечения 180 суток выдан иному лицу.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, отклоняет доводы ФИО3 о том, что регистрация спорного транспортного средства за несовершеннолетним сыном должника ФИО5 совершена формально, а сам ФИО3 владел имуществом как своим собственным, управлял транспортным средством, нес расходы на его содержание, ремонт, суд исходит из того, что указанные судом ранее чек-ордера на оплату административных штрафов, заказнаряды датированы 2021 годом (в период с июля по сентябрь), т.е. составлены уже в ходе судебного разбирательства по настоящему обособленному спору, что позволяет суду критически оценить такие доказательства.

Кроме того, сами по себе указанные ответчиком расходы, а также случаи управления транспортным средством не означают, что ответчик ФИО3 обладал всеми правомочиями собственника в отношении спорного автомобиля.

Таким образом, с учетом совокупности следующих обстоятельств:

а) формальная регистрация транспортного средства 06.02.2018 за ФИО10,

б) отсутствие указания на ФИО10 в полисе ОСАГО ХХХ №0026122088 как на лицо, допущенное к управлению спорным автомобилем;

в) совершение ФИО12 (братом должника) всех действий, связанных с подписанием договора от 30.01.2018 с ООО «Омега», получением автомобиля, его страхованием и регистрацией;

г) указание в полисе ОСАГО ХХХ №0026122088 в качестве лиц, допущенных к управлению спорным автомобилем братьев ФИО12 и ФИО2;

д) подписание ФИО10 и ФИО3 договора от 03.07.2018 через пять месяцев после приобретения спорного автомобиля с указанием цены в шесть раз меньше цены приобретения;

е) отсутствие доказательств передачи ФИО3 денежных средств в оплату цены указанного договора и в отсутствие достоверных доказательств наличия у него соответствующего дохода;

ж) подписание данного договора с ФИО3 как с лицом, за которым был сохранен регистрационный знак с редким цифровым сочетанием;

ж) последующее в тот же день подписание спорного договора купли-продажи между самим ФИО3 и сыном должника ФИО5,

суд первой инстанции приходит к верному выводу о том, что ФИО3 является формальным контрагентом, указание которого в качестве покупателя было необходимо для сохранения регистрационного знака транспортного средства с редким цифровым сочетанием.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума №25), для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок.

В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.07.2017 N 305-ЭС15-11230, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю.

В отношении прикрывающей сделки ее стороны, как правило, изготавливают документы так, что у внешнего лица создается впечатление, будто бы стороны действительно следуют условиям притворного договора. Однако существенное значение для правильного рассмотрения обособленного спора имеют обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом, якобы передаваемым по последовательным притворным сделкам.

Исследовав и оценив в совокупности указанные ранее доказательства и обстоятельства в их совокупности, в рассматриваемом случае имеет место отчуждение спорного транспортного средства от ФИО10 (дочери ФИО12, который приходится родным братом должнику) к ФИО5 (сыну должника).

Такая купля-продажа в свою очередь прикрывает куплю-продажу с реальным субъектным составом, а именно, от ФИО12 должнику ФИО2

Из материалов дела о банкротстве должника следует, что Советским районным судом г. Томска 30 января 2012 года принято решение по делу №2-278/12 о взыскании солидарно с должника и привлеченного к участию в деле о банкротстве в качестве третьего лица ФИО12 в пользу кредитора ФИО14 задолженности по договору займа от 01.03.2011 в размере 4 501 200 рублей, расходы по оплате госпошлины в размере 30 706 рублей, по 15 353 рубля с каждого. Решение вступило в законную силу 17 апреля 2012 года, выдан исполнительный лист, исполнительный лист предъявлен к исполнению.

Определением Советского районного суда г. Томска от 05.02.2013 по делу №13-90/13 проиндексирована сумма задолженности по договору займа от 01.03.2011 перед ФИО14 по решению Советского районного суда г. Томска от 30.01.2012 по состоянию на 31.01.2013, взыскана сумма индексации в размере 341 133 рубля 01 копейка солидарно с ФИО2, ФИО12 в пользу ФИО14 Определение вступило в законную силу 27 февраля 2013 года, выдан исполнительный лист, который предъявлен к исполнению.

Формальное указание в договорах купли-продажи ФИО10 как первого покупателя транспортного средства и ФИО5 как последнего покупателя, по убеждению суда обусловлено необходимостью сокрыть имущество от обращения на него взыскания по солидарным обязательствам ФИО2 и его брата ФИО12

Как ранее указано судом и следует из разъяснений высшей судебной инстанции, приведенных в Постановлении Пленума №25, к прикрываемой сделке применяются относящиеся к ней правила.

В соответствии с пунктом 1 статьи 454 ГК РФ, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Из вышесказанного следует, что, спорное транспортное средство должно было поступить в собственность должника ФИО2, который в свою очередь обязан оплатить за него денежные средства.

Удовлетворяя заявление финансового управляющего, суд первой инстанции исходил из того, что целью процедуры банкротства является наиболее полное и справедливое удовлетворение требований кредиторов, получение максимального экономического эффекта в условиях, когда имущества должника для полного удовлетворения требований не хватает (Определения ВС РФ от 01.07.2016 N 306-ЭС16-3230, от 22.10.2014 N 306-ЭС14-60, Постановление Президиума ВАС РФ от 15.04.2014 N 18346/13). Если возможно восстановление платежеспособности должника, эта цель достигается путем проведения реабилитационных процедур (финансового оздоровления, внешнего управления, реструктуризации долгов гражданина), а в случае отсутствия такой возможности - через ликвидацию должника - юридического лица (реализацию имущества гражданина). В этой связи высшая судебная инстанция последовательно занимает позицию о необходимости детального исследования имущественного комплекса несостоятельного гражданина, в том числе для целей выявления сделок, совершенных должником с противоправной целью (определение от 29.04.2021 N 307-ЭС20-22954).

При этом поиск активов должника становится затруднительным, когда имущество для вида оформляется гражданином на иное лицо, с которым у должника имеются доверительные отношения.

В такой ситуации лицо, которому формально принадлежит имущество, является его мнимым собственником (пункт 1 статьи 170 ГК РФ), в то время как действительный собственник - должник - получает возможность владения, пользования и распоряжения имуществом без угрозы обращения на него взыскания по долгам со стороны кредиторов. Чем выше степень доверия между должником и третьим лицом, тем больше вероятность осуществления последним функций мнимого собственника.

Также на выбор мнимого собственника в существенной степени влияет имущественная зависимость третьего лица от должника.

В рассматриваемом случае на момент оформления спорного транспортного средства на сына должника ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, последний являлся несовершеннолетним (15 лет), в материалы дела не предоставлено доказательств наличия у ФИО5 достаточного доходов, что позволяет суду прийти к выводу об имущественной зависимости ФИО5 от должника и его супруги.

Доказательств того, что ФИО5 имел самостоятельный источник дохода и возможность оплатить цену договора купли-продажи в размере не менее 900 000 рублей, в материалы дела не предоставлено.

Тогда как должник и его супруга, вопреки доводам апеллянта, имели такую финансовую возможность.

Действительно, как следует из предоставленных представителем должника выписок по счету должника, открытому в ПАО Банк «ФК Открытие» и справок о состоянии вкладов, имевшихся у должника в ПАО «Сбербанк России», денежных средств на расчетном счете и во вкладах у должника не имелось. Вместе с тем, судом первой инстанции верно отмечено, что оценка финансовых возможностей должника не может и не должна ограничиваться проверкой состояния его счетов и вкладов.

Так, из материалов настоящего дела следует, что на дату совершения спорной сделки в общей собственности должника и его супруги имелась двухэтажная квартира, кадастровый номер: 42:24:0201010:8779, площадь 179,4 кв. м, этаж № 14, этаж № 15, адрес: Кемеровская область, г. Кемерово, пр-кт Комсомольский, д. 13, кв. 48 (ЖК «Изумрудная долина»). Названная квартира приобретена супругами за счет кредитных средств ПАО «Сбербанк России» по договору № 41294 от 22.12.2008. Как следует из предоставленных ПАО «Сбербанк» сведений о погашении ФИО2 кредитных обязательств, ежемесячная сумма кредитного платежа составляла от 65 000 до 83 000 рублей, ежемесячные кредитные платежи оплачивались должником своевременно на протяжении длительного периода времени с 2008 года по август 2020 года (л. 59-63 т. 5).

Помимо обязательных кредитных платежей должник и его супруга обязаны нести бремя содержания указанной квартиры, оплачивая коммунальные платежи, расходы на содержание общего имущества.

Суд первой инстанции правомерно отклонил доводы должника о погашении кредитных обязательств третьими лицами, а именно матерью должника ФИО15 и ООО «Актив».

Так, в материалах настоящего спора имеются указанные ранее судом платежные поручения о погашении за должника его кредитных обязательств названными лицами. Однако предоставленные платежные документы охватывают период с апреля 2016 года по август 2017, тогда как спорная сделка совершена в июле 2018 года.

Также из материалов дела о банкротстве следует, что супруги Л-ны имели в общей собственности транспортное средство Мерседес Бенц GLK220 GDI (2013 года 10 выпуска, VIN <***>, номерной знак <***>), который в процедуре банкротства должника передан в залог, а впоследствии отчужден супругой должника в пользу ФИО8, приходящейся супругой ответчику ФИО3, который в свою очередь является родным братом супруги должника ФИО7

Договор залога от 14.09.2020 № 14/09/20-1, заключенный между супругой должника и ФИО8 оспорен в настоящем деле о банкротстве.

В указанной части судом отклоняются доводы должника о том, что его супруга приобрела транспортное средство за счет заемных средств, полученных от ФИО3, поскольку в ходе судебного разбирательства судом не установлено у ФИО3 денежных средств, достаточных для предоставления займа супруге должника.

Доводы апеллянтов о передачи денежных средств, которая подтверждается распиской отклоняется судом апелляционной инстанции. Так, в силу близкого родства участников, составить расписку для лиц представляется возможным в любое время и на любых условиях.

Доводы о продаже ФИО3 автомобиля марки «Субару Легаси» для предоставления займа ФИО7 не подтверждены доказательствами, в материалы дела одновременно с указанными пояснениями должником предоставлен только договор купли-продажи, по условиям которого ФИО3 является покупателем, а не продавцом.

Также из предоставленных в материалы дела о банкротстве сведений на иждивении должника и его супруги находились трое несовершеннолетних детей, для выполнения обязанности по содержанию которых требуются денежные средства.

В условиях многолетнего сокрытия должником и его супругой активов изложенные обстоятельства позволяют суду прийти к выводу о том, что должник имел финансовые возможности для расчетов за спорное транспортное средство. При таких обстоятельствах, доказательств получения или снятия должником со счетов конкретной денежной суммы не требуется, тем более, что должник заинтересован в нераскрытии таких обстоятельств. При этом, сын ФИО5, будучи на момент совершения сделки несовершеннолетним и находясь в имущественной зависимости от должника, является фиктивным (мнимым) покупателем.

Признавая недействительным (ничтожным) договор купли - продажи автотранспортного средства от 03.07.2018, заключенный между ФИО3 и ФИО5, как звено цепи притворных сделок, суд правомерно счел необходимым, в порядке применения последствий недействительности сделки, обязать ФИО5 возвратить в конкурсную массу транспортное средство автомобиль марки Mersedes Benz G-klasse, 2018 года выпуска, VIN <***>, цвет черный.

Судом при рассмотрении заявления верно отмечено, что ничтожная сделка недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 167 ГК РФ), а на момент ее совершения должник состоял в браке с ФИО7 (брак заключен 27.11.2001, расторгнут решением от 19.07.2021 по делу 2-1948/1-2021) в силу чего, суд счел необходимым указать на то, что в рассматриваемом случае в результате применения последствий недействительности сделки восстанавливается право совместной собственности ФИО2 И ФИО7 на автомобиль марки Mersedes Benz Gklasse, 2018 года выпуска, VIN <***>, цвет черный.

Доводы апеллянтов, изложенные в апелляционных жалобах не основаны на доказательной базе. Вопреки положениям статьи 65 АПК РФ в материалы дела не представлены доказательства на основе которых суд апелляционной инстанции может без сомнений сделать иные выводы.

Таким образом доводы апеллянтов не подтверждаются какими-либо доказательствами и носят декларативный характер.

При указанных обстоятельствах доводы подателей апелляционных жалоб оцениваются судом апелляционной инстанции критически, отклоняются в силу их необоснованности.

С учетом изложенного, по убеждению апелляционной коллегии, выводы суда первой инстанции является правильными, нарушений норм материального и процессуального права не допущено, имеющимся в деле доказательствам дана надлежащая правовая оценка. Доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению по приведенным выше мотивам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

При указанных обстоятельствах определение арбитражного суда первой инстанции не подлежит отмене или изменению, а апелляционная жалоба - удовлетворению.

Руководствуясь частью 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Кемеровской области от 27.04.2022 по делу
№ А27-5002/2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3 – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в федеральный бюджет государственную пошлину за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 2850 рублей.

Взыскать с ФИО3 в федеральный бюджет государственную пошлину за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 3000 рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Председательствующий Л.Н. Апциаури

Судьи Е.В. Кудряшева

ФИО1