Гражданский кодекс часть 1

общество с ограниченной ответственностью «Портофлот» (ИНН <***>) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Портофлот» (ИНН <***>) с требованиями об обязании прекратить незаконное использование фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию истца в отношении аналогичных видов деятельности путем внесения соответствующих изменений в учредительные документы и в ЕГРЮЛ о замене на фирменное наименование, не совпадающее с фирменным наименованием истца.

Решением суд обязал общество с ограниченной ответственностью «Портофлот» (ИНН <***>, ОГРН <***>) прекратить незаконное использование фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию истца - общества с ограниченной ответственностью «Портофлот» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в отношении аналогичных видов деятельности путем внесения соответствующих изменений в учредительные документы и в Единый государственный реестр юридических лиц о замене на фирменное наименование, не совпадающее с фирменным наименованием истца - общества с ограниченной ответственностью «Портофлот» (ИНН <***>, ОГРН <***>). Взыскано с общества с ограниченной ответственностью «Портофлот» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Портофлот» (ИНН <***>, ОГРН <***>) 6 000 руб. в возмещение расходов на оплату государственной пошлины.

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчик обжаловал его в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В апелляционной жалобе заявитель просит решение суда отменить, принять новый судебный акт, в иске отказать. Апелляционная жалоба мотивирована следующим. Реальное осуществление ответчиком видов деятельности, аналогичных видам деятельности истца, возникновение угрозы смешения сторон настоящего процесса в сознании контрагентов, ООО «Портофлот» (ОГРН <***>) в соответствии со сложившимися стандартами доказывания не только надлежаще не подтверждены, но и прямо опровергаются представленными в материалы дела доказательствами.

В судебное заседание ответчик, надлежащим образом уведомленный о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку представителя не обеспечил; через канцелярию суда направлено ходатайство об отложении судебного разбирательства по апелляционной жалобе, в связи с невозможностью обеспечить явку представителя в настоящее судебное заседание.

Представитель истца возражал против удовлетворения ходатайства об отложении судебного разбирательства по апелляционной жалобе.

Ходатайство ответчика об отложении судебного разбирательства по апелляционной жалобе принято судом к рассмотрению; оставлено открытым.

В связи с изложенным апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие ответчика в порядке, предусмотренном статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Представитель истца возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в письменном отзыве. Просил решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. Представленный письменный отзыв судом апелляционной инстанции рассмотрен и приобщен к материалам дела.

Ходатайство ответчика апелляционным судом рассмотрено и отклонено, в связи с отсутствием оснований для отложения судебного разбирательства, предусмотренных статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Законность и обоснованность принятого судебного акта проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы с учетом части 6 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, оценив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, арбитражный суд апелляционной инстанции считает, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, истец ООО «Портофлот» (ОГРН <***>) учреждено 17.11.2000 г., что подтверждается свидетельством о государственной регистрации юридического лица от 04.11.2002 г. Основной вид деятельности общества заключается в осуществлении деятельности внутреннего водного транспорта.

Участниками общества с момента создания до 30.06.2014 являлись ФИО2 и ФИО3 в равных долях.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.07.2014 г. по делу № А53-36279/2012 ФИО2 был исключен из состава участников ООО «Портофлот» (ОГРН <***>) ввиду причинения существенного вреда предприятию.

22.11.2010 г. ФИО2, являвшийся участником и Генеральным директором истца, используя уже узнаваемое и хорошо зарекомендовавшее себя фирменное наименование ООО «Портофлот», зарегистрировал иное одноименное юридическое лицо — ООО «Портофлот» (ОГРН <***>). Директором и единственным участником вновь созданного общества являлся лично ФИО2

При государственной регистрации нового ООО «Портофлот» (ОГРН <***>) ФИО2 были указаны аналогичные виды деятельности общества, ранее уже осуществляемые истцом.

Так, для реализации основных целей юридического лица, в частности извлечения прибыли, истец ООО «Портофлот» осуществляет такие виды деятельности как:

- деятельность внутреннего водного транспорта,

- перевозка грузов, пассажиров морским и внутренним водным транспортом,

- деятельность по осуществлению фрахтовых операций по перевозке грузов и пассажиров в морских сообщениях и на внутреннем водном транспорте,

- буксировка судов и иных плавучих судов и т. д. (п. 2.2 Устава ООО «Портофлот», утвержденного ФИО2 и ФИО3, 29.09.2009 г.).

Вместе с тем, ФИО2, зная о существовании ООО «Портофлот», а также об осуществляемых им видах деятельности, в качестве основного вида деятельности нового одноименного юридического лица указывает также деятельность внутреннего водного транспорта, в качестве дополнительных - деятельность внутреннего водного пассажирского транспорта, вспомогательная деятельность внутреннего водного транспорта и т. д. Из прямого сопоставления сведений, содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц, следует, что оба ООО «Портофлот» осуществляют деятельность внутреннего водного грузового транспорта (ОКВЭД 61.20.2).

Более того, в целях реализации своей предпринимательской деятельности ответчиком контрагентам прежнего общества было направлено письмо, которым сторонние организации вводились в заблуждение относительно изменения реквизитов общества и оказания услуг иной организацией. Истец заявляет, что в адрес ООО «Палмали» было направлено письмо от имени нового одноименного общества с приложением текста договора об оказании услуг. Такое письмо оформляется на официальном бланке истца, содержащем логотип, разработанный истцом (идентичность официальных бланков обоих юридических лиц можно оценить по письму нового общества, направленному контрагенту ООО «Палмали» и отзыву, представленному старым обществом по арбитражному делу № А53-36279/2012).

Однако в ответ на обращение участника ООО «Портфолот» ФИО3 контрагенты ООО «Палмали», ООО «Трансоптимал-Ростов», ООО «Навигатор Агент», ООО «Донмастер», ООО «АзовТрансТерминал» в своих письмах пояснили, что не планировали менять истца на иного контрагента, поскольку услуги всегда были надлежащего качества.

Таким образом, 22.11.2010 г. создано новое юридическое лицо — ООО «Портофлот» (ОГРН <***>), незаконно использующее фирменное наименование истца, вводящее в заблуждение контрагентов и оказывающее аналогичные виды услуг в области внутреннего водного транспорта.

Преследуя цель осуществления предпринимательской деятельности в аналогичной сфере, ответчик, незаконно используя фирменное наименование истца, вводя в заблуждение иных лиц, заключил договоры об оказании услуг по комплексному обслуживанию флота со следующими контрагентами истца:

ООО «Палмали» - договор № 25К от 01.10.2012 г. аналогичен ранее заключенному истцом договору № 1У от 12.12.2011 г.;

ООО «Трансоптимал-Ростов» - договор № 22К от 01.10.2012 г. аналогичен ранее заключенному истцом договору № ЗУ от 01.01.2012 г.;

ООО «Навигатор Агент» - договор № 19К от 01.10.2012 г. аналогичен ранее заключенному истцом договору № 31У от 01.04.2012 г.;

ООО «АзовТрансТерминал» - договор № ЗК от 01.10.2012 г. аналогичен ранее заключенному истцом договору № 23У от 01.02.2012 г.

В данном случае для доказательства факта осуществления ответчиком аналогичных видов деятельности истец указывает лишь нескольких контрагентов, с которыми были заключены договоры от имени нового одноименного общества. Вместе с тем истец располагает данными, представленными самим ответчиком в материалы иного арбитражного дела № А53-36279/12, в соответствии с которыми установлено заключение аналогичных договоров со многими контрагентами истца.

Учитывая изложенные выше обстоятельства, истец считает, что фирменные наименования сторон тождественны, и истец и ответчик осуществляют аналогичные виды деятельности. Вместе с тем фирменное наименование истца было включено в единый государственный реестр юридических лиц ранее (04.11.2002 г.), чем произведена государственная регистрация ответчика (22.11.2010 г.), то есть право на фирменное наименование общество с ограниченной ответственностью «Портофлот» у истца возникло ранее, чем у ответчика.

Указанные обстоятельства послужили истцу основанием для обращения в арбитражный суд с рассматриваемыми исковыми требованиями.

Суд первой инстанции, проанализировав доказательства по делу в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к обоснованному выводу об удовлетворении исковых требований, руководствуясь следующим

Согласно статье 54 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс ) юридическое лицо имеет свое наименование, содержащее указание на его организационно-правовую форму. Наименование и место нахождения юридического лица указываются в его учредительных документах. Юридическое лицо, являющееся коммерческой организацией, должно иметь фирменное наименование. В предусмотренных законом случаях наименования коммерческих организаций должны содержать указание на характер деятельности. Требования к фирменному наименованию устанавливаются Кодексом и другими законами. Права на фирменное наименование определяются в соответствии с правилами раздела VII Кодекса.

С учетом положений статьи 1473 Кодекса каждое юридическое лицо, действующее в организационно-правовой форме коммерческой организации, должно иметь одно полное фирменное наименование и может иметь одно сокращенное фирменное наименование. При этом согласно пункту 1 статьи 1473 и пункту 2 статьи 1475 Кодекса фирменное наименование подлежит охране со дня государственной регистрации юридического лица. Какой-либо специальной регистрации фирменного наименования, указанного в учредительных документах юридического лица, законодательство не предполагает.

В силу статьей 54, 1473 Кодекса право на фирменное наименование возникает у коммерческой организации, которая выступает в гражданском обороте под наименованием, определяемым в его учредительных документах и включаемым в единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ).

В соответствии со статьей 8 Парижской Конвенции по охране промышленной собственности от 20.03.1983 (далее - Конвенция) фирменное наименование охраняется во всех странах Союза по охране промышленной собственности без обязательной подачи заявки или регистрации и независимо от того, является ли оно частью товарного знака.

В соответствии с пунктами 1, 3, 4 статьи 1474 Кодекса юридическому лицу принадлежит исключительное право использования своего фирменного наименования в качестве средства индивидуализации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на фирменное наименование), в том числе путем его указания на вывесках, бланках, в счетах и иной документации, в объявлениях и рекламе, на товарах или их упаковках.

Не допускается использование юридическим лицом фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию другого юридического лица или сходного с ним до степени смешения, если указанные юридические лица осуществляют аналогичную деятельность и фирменное наименование второго юридического лица было включено в ЕГРЮЛ ранее, чем фирменное наименование первого юридического лица, вне зависимости от того, какое из юридических лиц раньше приступило к соответствующей деятельности.

Юридическое лицо, нарушившее указанное правило, обязано по требованию правообладателя прекратить использование фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию правообладателя или сходного с ним до степени смешения (статья 1474 Кодекса).

Фирменное наименование состоит из обязательной части (указания на организационно-правовую форму) и произвольной части (собственно наименование юридического лица). Согласно пункту 2 статьи 1473 Кодекса собственно наименование юридического лица не может состоять только из слов, обозначающих род деятельности.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1475 Кодекса исключительное право на фирменное наименование возникает с момента включения его в ЕГРЮЛ, что происходит либо при государственной регистрации юридического лица, либо при изменении фирменного наименования. С момента исключения фирменного наименования из ЕГРЮЛ исключительное право прекращается.

В случае спора, вызванного столкновением зарегистрированного фирменного наименования и используемого обозначения, для признания использования незаконным в арбитражном суде подлежит определению степень их сходства, сравнению сферы фактической деятельности сторон (деловой и территориальной), проверке – привели ли действия ответчика к реальному смешению или введению в заблуждение потребителей относительно того, какое лицо оказывает им услуги, а также допущены ли ответчиком иные акты недобросовестной конкуренции.

Схожесть до степени смешения определяется на основе формального сопоставления фирменных наименований спорящих сторон. Совпадение территориальных сфер деятельности как условие запрещения использования фирменного наименования в законе не оговорено.

Действие исключительного права на фирменное наименование на территории России обусловлено фактом его включения в ЕГРЮЛ. Пункт 1 статьи 51 Кодекса предусматривает обязательную государственную регистрацию юридических лиц, которая состоит во внесении сведений о возникших юридических лицах в ЕГРЮЛ, открытый для всеобщего ознакомления, который ведется Федеральной налоговой службой (ФНС) и ее территориальными органами. Сведения, содержащиеся в ЕГРЮЛ и предназначенные для публикации, размещаются в сети Интернет на сайте ФНС России. К таким сведениям относятся полное наименование юридического лица; идентификационный номер налогоплательщика; код причины постановки на учет; основной государственный регистрационный номер записи и дата внесения ее в реестр; наименование и адрес органа, осуществившего государственную регистрацию юридического лица; адрес юридического лица.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо, обладающие исключительным правом на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.

В силу пункта 6 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним.

Если различные средства индивидуализации (фирменное наименование, товарный знак, знак обслуживания, коммерческое обозначение) оказываются тождественными или сходными до степени смешения и в результате такого тождества или сходства могут быть введены в заблуждение потребители и (или) контрагенты, преимущество имеет средство индивидуализации, исключительное право на которое возникло ранее. Обладатель такого исключительного права может в порядке, установленном настоящим Кодексом, требовать признания недействительным предоставления правовой охраны товарному знаку (знаку обслуживания) либо полного или частичного запрета на использование фирменного наименования или коммерческого обозначения.

В силу пункта 3 статьи 1474 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается использование юридическим лицом фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию другого юридического лица или сходного с ним до степени смешения, если указанные юридические лица осуществляют аналогичную деятельность и фирменное наименование второго юридического лица было включено в единый государственный реестр юридических лиц ранее, чем фирменное наименование первого юридического лица.

В пункте 59 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 N 5/29 "О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при применении данной нормы судам необходимо учитывать, что фирменное наименование подлежит охране со дня государственной регистрации юридического лица, а также защите подлежит исключительное право на фирменное наименование юридического лица, раньше другого включенного в Реестр, вне зависимости от того, какое из юридических лиц раньше приступило к соответствующей деятельности.

В силу пункта 3 статьи 1474 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет на использование тождественного фирменного наименования возможен в случае осуществления лицом аналогичных видов деятельности. Данная правовая позиция подтверждена в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2010 N 4819/2010.

В соответствии с разъяснениями, данными в пунктах 59 и 60 Постановления совместного Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26 марта 2009 года N 5/29 "О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление N 5/29), согласно пункту 3 статьи 1474 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается использование юридическим лицом фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию другого юридического лица или сходного с ним до степени смешения, если указанные юридические лица осуществляют аналогичную деятельность и фирменное наименование второго юридического лица было включено в единый государственный реестр юридических лиц ранее, чем фирменное наименование первого юридического лица.

Судам следует иметь в виду, что в силу пункта 4 статьи 1474 Гражданского кодекса Российской Федерации требование прекратить использование фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию правообладателя или сходного с ним до степени смешения, в отношении видов деятельности, аналогичных видам деятельности, осуществляемым правообладателем, и возместить правообладателю причиненные убытки может заявить только правообладатель. Таким образом, правообладатель фирменного наименования вправе предъявить к нарушителю требование прекратить использование фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию правообладателя или сходного с ним до степени смешения, в отношении видов деятельности, аналогичным видам деятельности, осуществляемыми правообладателем, и возместить правообладателю причиненные убытки.

Для удовлетворения иска о защите права на фирменное наименование необходимо реальное осуществление ответчиком совпадающих с истцом видов деятельности, на что прямо указывает пункт 3 статьи 1474 Гражданского кодекса Российской.

Более того, по смыслу приведенной выше статьи 1473 Гражданского кодекса Российской Федерации, назначением фирменного наименования является идентификация юридического лица в гражданском обороте, последний подразумевает под собой активные действия его участников по установлению, изменению или прекращению гражданских прав и обязанностей.

Как следует из содержания пункта 6 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, основанием применения предусмотренного данной частью способа защиты является тождественность или сходство до степени смешения фирменных наименований двух юридических лиц, когда в результате такого тождества или сходства могут быть введены в заблуждение потребители и (или) контрагенты.

Таким образом, предусмотренная законом защита права на фирменное наименование представляет собой защиту от активных действий иного участника гражданского оборота и препятствует получению последним преимуществ в предпринимательской деятельности в случае производства лицами однородных товаров, выполнении однородных услуг при совпадении идентифицирующих признаков лиц.

Согласно статье 10.bis Парижской конвенции об охране промышленной собственности актом недобросовестной конкуренции считается всякий акт конкуренции, противоречащий честным обычаям в промышленных и торговых делах. В частности, подлежат запрету все действия, способные каким бы то ни было способом вызвать смешение в отношении предприятия, продуктов или промышленной или торговой деятельности конкурента.

В соответствии со ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований.

В соответствии со ст. 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Согласно ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

В силу части 3.1 статьи 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Судом установлено, что согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ ООО «Портофлот» (ОГРН <***>) осуществляет следующие виды деятельности:

основной - деятельность внутреннего водного транспорта (61.2),

дополнительные — деятельность внутреннего водного пассажирского транспорта (61.20.1), аренда морских транспортных средств с экипажем; предоставление маневровых услуг (61.10.3), аренда внутренних водных транспортных средств с экипажем; предоставление маневровых услуг (61.20.3), транспортная обработка грузов (63.11), хранение и складирование прочих грузов (63.12.4), прочая вспомогательная деятельность водного транспорта (63.22), прочая вспомогательная деятельность морского транспорта (63.22.1), прочая вспомогательная деятельность внутреннего водного транспорта (63.22.2), организация перевозок грузов (63.4), покупка и продажа земельных участков (70.12.3), предоставление посреднических услуг при покупке, продаже и аренде недвижимого имущества (70.31.1), консультирование по вопросам коммерческой деятельности и управления (74.14), найм рабочей силы и подбор персонала (74.5), предоставление различных видов услуг (74.8), прочая оптовая торговля (51.7), прочая розничная торговля вне магазинов (52.63), деятельность внутреннего водного грузового транспорта (61.20.2).

При этом истец - ООО «Портофлот» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в свою очередь также осуществляет все указанные виды деятельности.

Так например, постановлением Суда по интеллектуальным правам от 29.07.2015 г. по делу № А40-47060/2014 судебные акты нижестоящих инстанций были отменены, дело направлено на новое рассмотрение, поскольку судами не был исследован вопрос о фактически осуществленных юридическими лицами видах деятельности. При этом суд кассационной инстанции указал на то, что из буквального толкования, а также с учетом целевой направленности нормы пункта 3 статьи 1474 ГК РФ, обеспечивающей защиту действительного экономического и правового интереса обладателя права на фирменное наименование, следует, что обстоятельством, имеющим юридическое значение при разрешении спора о защите права на данное средство индивидуализации, является именно фактическое осуществление спорящими сторонами аналогичных видов деятельности, а не совпадение содержащихся в ЕГРЮЛ (заявленных) видов деятельности, на которые указали юридические лица при внесении сведений в этот реестр.

Истцом в процессе рассмотрения настоящего спора были представлены доказательства фактического осуществления сторонами по делу аналогичных видов деятельности, в частности, деятельности в области внутреннего водного транспорта. Так, в соответствии с заключенными с одними и теми же контрагентами договорами об оказании услуг и общество истца, и общество ответчика оказывают услуги по комплексному (или портовому) обслуживанию флота, под которым понимается совершение таких действий как сбор с теплоходов сухого мусора и фекальных вод, предоставление услуг рейдо-маневрового и служебно-вспомогательного флота, опломбировка, бункеровка водой, прием подсланевых вод, отработанного масла, нефтешлама с теплоходов, осуществление иных действий, необходимых для оказания услуг.

В материалы дела представлены договоры ответчика, заключенные им в 2012, 2013 г.г., соглашения о продлении действия указанных договоров на 2014 г. Копии указанных соглашений были представлены ответчиком в материалы иного арбитражного дела № А53-17226/2015.

Вместе с тем, в своем отзыве ответчик не оспаривает осуществление деятельности в области внутреннего водного транспорта и в настоящее время, в частности представляет доказательства оказания аналогичных услуг по буксировке флота, бункеровке теплоходов питьевой водой, сбора с судов сухого мусора и фекальных и подсланевых вод, а также оказания иных услуг.

При этом, оказание данных видов услуг сопряжено с приемом соответствующих заявок от заказчика. Абсолютное тождество в фирменных наименованиях истца и ответчика неминуемо ведет к смешению данных юридических лиц контрагентами и нарушению прав истца на фирменное наименование.

То есть ответчиком осуществляются совпадающие с истцом виды деятельности.

Кроме того, согласно разъяснениям, изложенным в п. 13 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 г. N 122 Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности вопрос о степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

Доводы ответчика о том, что он не осуществляет аналогичные виды деятельности, в том числе в связи с отсутствием соответствующих лицензий судом отклоняются.

Приведенная правовая позиция СИП в постановлении от 29.07.2015 г. по делу № А40-47060/2014 предлагает толкование и применение нормы п. 3 ст. 1476 ГК РФ не в ограничительном критерии наличия ОКВЭД, а в критерии факта реального нарушения прав, то есть осуществления аналогичной деятельности, независимо от наличия совпадения или несовпадения ОКВЭД.

При этом, ни из самой указанной нормы, ни из постановления не следует вывод о том, что основанием возникновения и сохранения права на иск является исключительно только факт реального осуществления хозяйственной деятельности оппонентами.

В указанной норме содержатся условия об осуществлении деятельности этими лицами, то есть, в данном случае, как истцом, так и ответчиком.

Требование заявляется относительно института индивидуализации юридического лица, который не предполагает необходимости исследования реального осуществления деятельности, как последующей вероятной реализации правоспособности.

Такой спор вытекает из соотношения категорий индивидуализации как атрибута статуса субъекта права, а не его реализации.

В указанных обстоятельствах судом было рассмотрено и обоснованно признано не подлежащим удовлетворению ходатайство ответчика об истребовании сведений о движении денежных средств по расчетному счету истца.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что требования истца - ООО «Портофлот» (ИНН <***>, ОГРН <***>) об обязании общество с ограниченной ответственностью «Портофлот» (ИНН <***>, ОГРН <***>) прекратить незаконное использование фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию истца - общества с ограниченной ответственностью «Портофлот» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в отношении аналогичных видов деятельности путем внесения соответствующих изменений в учредительные документы и в Единый государственный реестр юридических лиц о замене на фирменное наименование, не совпадающее с фирменным наименованием истца - общества с ограниченной ответственностью «Портофлот» (ИНН <***>, ОГРН <***>) подлежат удовлетворению.

Доводы ответчика о том, что истцом и ответчиком осуществляются разные виды деятельности опровергается представленными в материалы дела доказательствами. Судом первой инстанции сделан верный вывод о том, что оппонентами по настоящему делу осуществляются абсолютно аналогичные виды деятельности. Данное обстоятельство следует их анализа уставов одноименных организаций, совпадении видов деятельности, указанных при государственной регистрации, а также подтверждается заключением ответчиком аналогичных договоров с контрагентами истца. В силу пункта 2.2 уставов истца и ответчика оба юридических лица для реализации собственных целей осуществляют абсолютно аналогичные виды деятельности: деятельность внутреннего водного транспорта; перевозка грузов, пассажиров морским и внутренним водным транспортом; деятельность по осуществлению фрахтовых операций по перевозке грузов и пассажиров в морских сообщениях и на внутреннем водном транспорте; буксировка судов и иных плавучих судов; агентское обслуживание судов в морских портах и на внутреннем водном транспорте; сюрвейерское обслуживание судов в морских портах и на внутреннем водном транспорте; шипчандлерское обслуживание судов в морских портах и на внутреннем водном транспорте; техническое обслуживание судов в морских портах и на внутреннем водном транспорте; навигационное обслуживание судов в морских портах и на внутреннем водном транспорте; водолазные работы по обслуживанию судов в морских портах и на внутреннем водном транспорте; лоцманская проводка судов на морских участках и на внутренних водных путях; сбор судовых подсланевых (лъяльных) вод и нефтепродуктов, их очистка на акваториях морских портов и на внутреннем водном транспорте; транспортно-экпедщионное обслуживание (в т. ч, бункеровка судов ГСМ); погрузочно-разгрузочная деятельность в морских портах и на внутреннем водном транспорте; складские операции в морских портах и на внутреннем водном транспорте.

Сведения, содержащиеся в ЕГРЮЛ, в отношении видов деятельности, осуществляемых сторонами, также аналогичны. И истцом, и ответчиком ведется деятельности в области водного транспорта, что не оспаривается и самим ответчиком.

При государственной регистрации истца в качестве основного вида деятельности была указана деятельность внутреннего водного транспорта (что совпадает с ОКВЭД ответчика). В процессе рассмотрения настоящего спора, данные сведения ЕГРЮЛ были дополнены также иными видами деятельности.

На момент вынесения решения перечень ОКВЭДов истца и ответчика совпадал по 18 позициям.

В материалы дела представлены аналогичные договоры истца и ответчика с более чем 40 контрагентами.

Довод апелляционной жалобы о том, что в настоящее время он оказывает также услуги по бункеровке питьевой водой и буксировке флота, которыми общество истца, по мнению ответчика, никогда не занималось, опровергается имеющимися в материалах дела доказательствами о том, что истец оказывал услуги как по бункеровке питьевой водой (платежные поручения ООО «Донмастер» № 776, № 859, № 938, № 900, № 784, № 736, № 649, № 735, № 625, № 513, № 476, № 296, № 44, № 310525, № 754, № 770, № 778, № 828, № 854, платежное поручение ООО «МА Река-Море» № 460 от 03.06.2011 года), так и по буксировке судов (договор № 1-6 на оказание услуг по буксировке от 03.05.2012 года, заключенного между истцом и ООО «Донмастер», а также акт № 1375 от 04.05.2012 года, договор № 1-6 на оказание услуг по буксировке с «УК «Река-Море»).

Необоснована и ссылка ответчика на то, что оказание услуг по буксировке флота возможно только на основании лицензии по буксировке морским транспортом. Лицензионное законодательство не предусматривает обязательного лицензирования деятельности по буксировке флота на внутреннем водном транспорте.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, являлись предметом исследования арбитражного суда первой инстанции, который дал им надлежащую правовую оценку. Арбитражный суд апелляционной инстанции не находит оснований для переоценки выводов арбитражного суда первой инстанции.

При указанных обстоятельствах отсутствуют предусмотренные статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания для изменения или отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции.

Расходы по уплате государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 23.11.2015 по делу № А53-18491/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Портофлот» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход федерального бюджета 3000 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Суд по интеллектуальным правам.

Председательствующий И.В. Пономарева

Судьи О.А. Еремина

Б.Т. Чотчаев