Гражданский кодекс часть 1

от ответчика, открытого акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала»: ФИО2, доверенность № ПЭ-017-2017 от 30.12.2016, паспорт;

от истца, общества с ограниченной ответственностью "Региональная правовая компания"; от третьего лица, публичного акционерного общества «Пермская энергосбытовая компания» – не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ответчика, открытого акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала»,

на решение Арбитражного суда Пермского края

от 17 июля 2017 года

по делу № А50-4639/2017,

принятое судьей Балякиной О.В.,

по иску общества с ограниченной ответственностью "Региональная правовая компания" (ОГРН <***>, ИНН <***>) (правопредшественник – общество с ограниченной ответственностью «Центральные электрические сети» (ОГРН <***>, ИНН <***>))

к открытому акционерному обществу «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

третье лицо: публичное акционерное общество «Пермская энергосбытовая компания»

о взыскании задолженности по договору оказания услуг по передаче электрической энергии и мощности,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Центральные электрические сети» (далее – ООО «ЦЭС», истец) обратилось в Арбитражный суд Пермского края с иском к открытому акционерному обществу «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала» (далее – ОАО «МРСК Урала», ответчик) о взыскании задолженности за услуги по передаче электрической энергии, оказанные в декабре 2016 года, в сумме 1 806 705 руб. 11 коп. (с учетом удовлетворенных судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ходатайств истца об изменении размера исковых требований).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 02.03.2017 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в соответствии со статьей 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации привлечено публичное акционерное общество «Пермская энергосбытовая компания» (далее - ПАО «Пермэнергосбыт», третье лицо).

В ходе рассмотрения дела общество с ограниченной ответственностью «Региональная правовая компания» (далее – ООО РПК») обратилось в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о процессуальном правопреемстве в связи с заключением договора уступки права от 15.05.2017 в редакции дополнительного соглашения от 06.07.2017, согласно которому ООО «ЦЭС» уступило ООО «РПК» право требования с ОАО «МРСК Урала» 1 806 705 руб. 11 коп. задолженности за услуги по передаче электрической энергии, оказанные в декабре 2016 года, взыскиваемой с ОАО «МРСК Урала» в рамках дела № А50-4639/2017.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 17 июля 2017 года (резолютивная часть решения объявлена 11 июля 2017 года, судья О.В.Балякина) произведена замена истца – ООО «ЦЭС» на правопреемника – ООО «РПК». Исковые требования удовлетворены. С ответчика в пользу ООО «РПК» взыскано 1 806 705 руб. 11 коп. задолженности за услуги по передаче электрической энергии, оказанные в декабре 2016 года, а также 31 067 руб. 00 коп. в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины. ООО «ЦЭС» из федерального бюджета возвращена излишне уплаченная государственная пошлина в размере 1 829 руб. 63 коп.

Ответчик, ОАО «МРСК Урала», не согласившись с решением суда, обратился с апелляционной жалобой. Находя решение незаконным и необоснованным, просит его отменить, принять новый судебный акт, которым в удовлетворении исковых требований отказать.

Заявитель указал, что ООО «ЦЭС» предъявлены требования к ответчику о взыскании задолженности за услуги по передаче электрической энергии, оказанные посредством использования электросетевых объектов, которые не были учтены регулирующим органом при утверждении тарифов для расчетов с ОАО «МРСК Урала». Проанализировав положения статей 23, 23.1, 24 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике», пунктов 2, 15(1), 42 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861; пункта 49 Методических указаний по расчету регулируемых тарифов и цен на электрическую (тепловую) энергию на розничном (потребительском) рынке, утвержденных Приказом ФСТ РФ от 06.08.2004 № 20-э/2, принимая во внимание разъяснения, содержащиеся в письме РСТ Пермского края от 12.01.2016 года № СЭД-46-06-09-4, апеллянт пришел к выводу о том, что такие действия истца направлены на получение дополнительных и необоснованных, не доказанных в ходе проведения тарифной компании доходов.

Ссылаясь на пункт 37 Правил государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 1178, на различие методов тарифного регулирования для истца (метод долгосрочной индексации) и ОАО «МРСК Урала» (метод доходности инвестированного капитала), ответчик утверждает, что именно истцу гарантирован учет незапланированных расходов в следующем периоде регулирования, в том время, как для ОАО «МРСК Урала» с учетом применения к нему механизма сглаживания такая перспектива крайне сомнительна. В связи с этим заявитель полагает, что риск предпринимательской деятельности, связанный с получением в аренду электрических сетей и невозможностью получения денежных средств за услуги по передаче электрической энергии с использованием этих сетей, должен лежать на истце.

По мнению апеллянта, в рамках рассматриваемого спора речь идет не о новых точках поставки, ООО «ЦЭС» приняло в аренду большой объем электросетевого хозяйства, затраты на содержание которого не были учтены в единых котловых тарифах, в связи с чем в результате удовлетворения исковых требований ответчику будут причинены убытки.

Также ответчик находит неправомерным удовлетворение судом заявления ООО «РПК» о процессуальном правопреемстве, ссылаясь на пункт 6.30 договора оказания услуг по передаче электрической энергии, согласно которому для осуществления уступки права требования истцу необходимо получить согласие ответчика. Полагает, что истец, уступая право требования по договору не сетевой организации, действует недобросовестно, намеренно выводит активы в виде денежных средств, которые должны быть направлены сетевой организацией прежде всего на содержание электрических сетей. Указал на необоснованный отказ суда в удовлетворении ходатайства о приостановлении производства по настоящему делу до вступления в законную силу судебного акта по делу № А50-29885/2017 по иску ОАО «МРСК Урала» о признании недействительным договора уступки права требования № 2 от 15.05.2017.

В заседании суда апелляционной инстанции 12.10.2017 представитель ответчика на доводах жалобы настаивал, решение суда просил отменить.

Представитель ООО «ЦЭС» в судебном заседании 12.10.2017 доводы жалобы отклонил как несостоятельные по мотивам, изложенным в письменном отзыве. Находя решение законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Заявил ходатайство о замене на основании статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истца, ООО «РПК» (ОГРН <***>, ИНН <***>) на его правопреемника – ООО ЦЭС» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в связи с подписанием ООО «РПК» и ООО «ЦЭС» дополнительного соглашения № 3 от 29.09.2017, которым стороны расторгли договор об уступке права требования (цессии) № 2 от 15.05.2017. С момента подписания указанного дополнительного соглашения между сторонами прекратились все обязательства.

В обоснование заявленного ходатайства представлены: договор об уступке права требования (цессии) № 2 от 15.05.2017; дополнительное соглашение № 3 от 29.09.2017.

ООО «РСК» в суд апелляционной инстанции представителя не направило, представило письменный отзыв на апелляционную жалобу, в котором доводы жалобы отклонило как несостоятельные, а также заявление о процессуальном правопреемстве.

Третье лицо, ПАО «Пермэнергосбыт», явку представителя в суд апелляционной инстанции не обеспечило, письменный отзыв на жалобу не представило.

Ходатайства ООО «ЦЭС» и ООО «РПК» о процессуальном правопреемстве судом апелляционной инстанции рассмотрены и удовлетворены.

В силу статей 382, 384 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Согласно части 1 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Из указанной нормы следует, что замена выбывшей стороны ее правопреемником в арбитражном судебном процессе возможна в том случае, если правопреемство произошло в материальном правоотношении.

В связи с заключением ООО «ЦЭС» и ООО «РПК» договора об уступке права требования (цессии) № 2 от 15.05.2017 в редакции дополнительного соглашения от 06.07.2017, согласно которым ООО «ЦЭС» уступило ООО «РПК» право требования с ОАО «МРСК Урала» 1 806 705 руб. 11 коп. задолженности за услуги по передаче электрической энергии, оказанные в декабре 2016 года, взыскиваемой с ОАО «МРСК Урала» в рамках дела № А50-4639/2017, суд первой инстанции произвел замену истца – ООО «ЦЭС» на правопреемника – ООО «РПК».

29 сентября 2017 года ООО «ЦЭС» и ООО «РПК» заключили дополнительное соглашение № 3 к договору об уступке права требования (цессии) № 2 от 15.05.2017, которым расторгли указанный договор с 29.09.2017. Признали, что все обязательства сторон по договору об уступке права требования (цессии) № 2 от 15.05.2017 прекращены с момента подписания настоящего дополнительного соглашения.

Оценив представленные документы (статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), установив, что в результате расторжения договора об уступке права требования (цессии) № 2 от 15.05.2017 ООО «РПК» выбыло из спорных отношений, перестало быть кредитором по требованию к ОАО «МРСК Урала», являющемуся предметом рассмотрения в рамках настоящего дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии предусмотренных статьей 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для удовлетворения заявления о процессуальном правопреемстве.

Апелляционная жалоба рассмотрена судом в соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие ООО «РПК», третьего лица, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, между ОАО «МРСК Урала» (Заказчик) и ООО «ЦЭС» (Исполнитель) заключен договор оказания услуг по передаче электрической энергии и мощности № 07-376/2014 от 10.11.2014 (далее – договор № 07-376/2014 от 10.11.2014), в соответствии с условиями которого Исполнитель обязался оказывать Заказчику услуги по передаче электрической энергии и мощности от точек приема до точек отпуска путем осуществления комплекса организационно и технически связанных действий, обеспечивающих передачу электрической энергии и мощности через технические устройства электрических сетей, принадлежащих исполнителю, а Заказчик обязался оплачивать эти услуги.

Согласно пункту 8.1 настоящий договор считается заключенным с момента подписания сторонами договорам и Приложений к нему и действует по 31 декабря 2014 года. В случае, если ни одна из сторон не направила другой стороне в срок не менее чем за месяц до окончания срока действия договора уведомление о расторжении договора либо о внесении в него изменений, либо о заключении нового договора, то настоящий договор считается продленным на следующий календарный год на тех же условиях (пункт 8.2 договора № 07-376/2014 от 10.11.2014).

Во исполнение условий данного договора ООО «ЦЭС» в декабре 2016 года оказало ОАО «МРСК Урала» услуги по передаче электрической энергии и направило Заказчику акт об оказании услуг по передаче электрической энергии от 31.12.2016, который ответчиком не подписан.

Стоимость услуг по передаче электрической энергии определена истцом на основании тарифа, утвержденного Постановлением РСТ Пермского края от 24.12.2015 № 113-э «О внесении изменений в постановление Региональной службы по тарифам Пермского края от 25.03.2015 № 4-э «О долгосрочных индивидуальных тарифах на услуги по передаче электрической энергии по сетям ООО «Центральные электрические сети» (г. Пермь)» в размере 0,64128 руб./кВтч.

В нарушение требований действующего законодательства (статьи 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации) и условий договора № 07-376/2014 от 10.11.2014 года предъявленные истцом счет и счет-фактура за спорный период в полном объеме ответчиком не оплачены.

По расчету истца задолженность ответчика на момент рассмотрения дела составляет 1 806 705 руб. 11 коп.

В целях урегулирования спора в досудебном порядке истец направил ответчику претензию с требованием оплатить образовавшуюся задолженность, которая ОАО «МРСК Урала» оставлена без удовлетворения.

Ненадлежащее исполнение ответчиком обязанности по оплате стоимости оказанных в спорный период услуг по передаче электрической энергии; наличие задолженности в указанном размере послужило истцу основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из доказанности истцом факта оказания услуг по передаче электрической энергии в спорный период, их объема и стоимости; отсутствия доказательств оплаты долга в сумме 1 806 705 руб. 11 коп.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, заслушав объяснения представителей ООО «ЦЭС» и ответчика в судебном заседании, оценив представленные доказательства в соответствии с положениями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции оснований для удовлетворения жалобы не установил.

В соответствии со статьей 26 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» оказание услуг по передаче электроэнергии осуществляется на основе договора возмездного оказания услуг, обязательной предпосылкой которого является участие покупателя в оптовом рынке или наличие у покупателя заключенного с поставщиком договора купли-продажи электроэнергии, который исполняется надлежащим образом.

Согласно пункту 34 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее – Правила № 861), по договору между смежными сетевыми организациями одна сторона договора обязуется предоставлять другой стороне услуги по передаче электрической энергии с использованием принадлежащих ей на праве собственности или на ином законном основании объектов электросетевого хозяйства, а другая сторона обязуется оплачивать эти услуги и (или) осуществлять встречное предоставление услуг по передаче электрической энергии. Услуга предоставляется в пределах величины присоединенной (заявленной) мощности в соответствующей точке технологического присоединения объектов электросетевого хозяйства одной сетевой организации к объектам другой сетевой организации.

В соответствии со статьей 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Пунктом 1 статьи 780 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Судом установлено, что ОАО «МРСК Урала» с 01.01.2008 является сетевой организацией, «держателем котла» в Пермском крае. Для потребителей Пермского края постановлением РСТ Пермского края утверждены единые (котловые тарифы) на услуги по передаче электрической энергии.

Все потребители услуг по передаче электрической энергии, в том числе, энергосбытовые организации и гарантирующие поставщики оплачивают ОАО «МРСК Урала» стоимость услуг по передаче электроэнергии по сетям всех сетевых организаций по единым "котловым" тарифам, в которые включены затраты на оплату стоимости услуг по передаче электроэнергии по сетям всех сетевых организаций Пермского края. ОАО «МРСК Урала» заключает договоры оказания услуг по передаче электрической энергии с территориальными сетевыми организациями Пермского края и оплачивает эти услуги.

ООО «ЦЭС» является сетевой организацией, оказывающей услуги по передаче электрической энергии, с использованием принадлежащих ей на законном основании объектов электросетевого хозяйства.

Между ОАО «МРСК Урала» (Заказчик) и ООО «ЦЭС» (Исполнитель) заключен договор № 07-376/2014 от 10.11.2014.

Стоимость услуг исполнителя по передаче электрической энергии определяется путем умножения объема переданной электроэнергии на соответствующем уровне напряжения и группе потребителя на установленный для исполнителя РСТ Пермского края тариф на услуги по передаче электроэнергии для соответствующего уровня напряжения и группы потребителя (при наличии соответствующей дифференциации тарифов).

Факт владения объектами электросетевого хозяйства, посредством которого оказаны услуги по передаче электроэнергии, подтвержден представленными истцом в материалы дела договорами аренды и субаренды электросетевого имущества, а также свидетельствами о государственной регистрации права (т.1 л.д. 53-150, т.2 л.д. 1-72).

Факт оказания услуг и их объем подтверждены представленными в материалы дела ведомостями объема передачи электроэнергии, и ответчиком документально не опровергнуты, в апелляционном порядке не оспорены.

Доводы ответчика об отсутствии у него обязанности по оплате стоимости услуг по передаче электрической энергии, оказанных с использованием объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих в спорный период истцу на праве аренды, поступивших в его пользование в течение текущего периода регулирования, судом первой инстанции надлежащим образом исследованы и правомерно отклонены на основании следующего.

По общему правилу оказание услуг по передаче электрической энергии осуществляется в отношении точек поставки на розничном рынке на основании публичного договора возмездного оказания услуг.

Порядок заключения и исполнения таких договоров, в том числе, между смежными сетевыми организациями, устанавливается Правилами № 861.

В соответствии с абзацем 8 пункта 2 Правил № 861 сетевыми организациями признаются организации, владеющие на праве собственности или на ином установленном федеральными законами основании объектами электросетевого хозяйства, с использованием которых такие организации оказывают услуги по передаче электрической энергии и осуществляют в установленном порядке технологическое присоединение энергопринимающих устройств (энергетических установок) юридических и физических лиц к электрическим сетям.

Суд первой инстанции при разрешении спора обоснованно исходил из того, что статус ООО «ЦЭС» как территориальной сетевой организации, владеющей объектами сетевого хозяйства на законном основании, при наличии утвержденного в установленном законом порядке тарифа оказывающей услуги по передаче электрической энергии потребителям, технологически присоединенным к его электрическим сетям, подтвержден материалами дела, а изменение в течение периода регулирования объектов электросетевого хозяйства, находящихся во владении территориальной сетевой компании, не оказывает влияние на наличие (отсутствие) у нее такого статуса.

В целях обеспечения исполнения своих обязательств перед потребителями услуг сетевая организация заключает договоры с иными сетевыми организациями, имеющими технологическое присоединение к объектам электросетевого хозяйства, с использованием которых данная сетевая организация оказывает услуги по передаче электрической энергии (смежными сетевыми организациями), в соответствии с разделом III Правил № 861.

В силу естественно-монопольной деятельности сетевых организаций их услуги по передаче электроэнергии подлежат государственному ценовому регулированию (пункт 1 статьи 424 ГК РФ, статьи 4, 6 Федерального закона от 17.08.1995 №147-ФЗ «О естественных монополиях», пункт 4 статьи 23.1 Закона об электроэнергетике, пункты 6, 46-48 Правил № 861, подпункт 3 пункт 3 Основ № 1178).

Цены (тарифы) применяются в соответствии с решениями регулирующих органов, в том числе с учетом особенностей, предусмотренных нормативными правовыми актами в области электроэнергетики (пункт 35 Правил государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 1178, далее - Правила № 1178).

В соответствии с Информационным письмом Федеральной службы по тарифам от 04.09.2007 № ЕЯ-5133/12 «О введении котлового метода расчета тарифов на услуги по передаче электрической энергии», в целях обеспечения каждой сетевой организации средствами в размере ее необходимой валовой выручки необходимо обеспечить перераспределение полученных по единому (котловому) тарифу средств между сетевыми организациями в соответствии с Методическими указаниями по расчету регулируемых тарифов и цен на электрическую (тепловую) энергию на розничном (потребительском) рынке (далее - Методические указания № 20-э/2), утвержденными Приказом ФСТ России от 06.08.2004 № 20-э/2.

Конечные потребители оплачивают услуги по передаче электроэнергии по единому «котловому» тарифу, который гарантирует равенство тарифов для всех потребителей услуг, расположенных на территории субъекта Российской Федерации и принадлежащих к одной группе, и обеспечивает совокупную необходимую валовую выручку всех сетевых организаций региона, входящих в «котел». Ввиду того, что фактические затраты сетевых организаций в регионе различны, для получения положенной им экономически обоснованной необходимой валовой выручки (далее - НВВ) каждой паре сетевых организаций утверждается индивидуальный тариф взаиморасчетов, по которому одна сетевая организация должна передать другой дополнительно полученные денежные средства (подпункт 3 пункта 3 Основ № 1178, пункты 49, 52 Методических указаний № 20-э/2).

Как следует из Правил № 1178, принципов и методов расчета цен (тарифов), установленных в разделе III Основ № 1178, а также пунктов 43, 44, 47-49, 52 Методических указаний № 20-э/2, тариф устанавливается так, чтобы обеспечить сетевой организации экономически обоснованный объем финансовых средств, необходимых для осуществления регулируемой деятельности в течение расчетного периода регулирования, то есть объем НВВ. При этом базовые величины для расчета ставок тарифов рассчитываются исходя из характеристик объектов электросетевого хозяйства, находившихся в законном владении сетевой организации на момент принятия тарифного решения. Инициатором принятия тарифного решения является регулируемая организация, которая представляет в регулирующий орган исходные сведения для установления тарифа.

Из указанных правовых норм следует, что в основе тарифа лежит экономическое обоснование НВВ регулируемой организации. Распределение совокупной НВВ всех сетевых организаций региона посредством применения индивидуальных тарифов для смежных пар объективно обусловлено составом электросетевого хозяйства сетевых организаций и объемом перетока электроэнергии через объекты электросетевого хозяйства.

По общему правилу, сетевые организации получают плату за услуги по передаче электроэнергии по установленным им тарифам по тем объектам электросетевого хозяйства, которые учитывались регулирующим органом при принятии тарифного решения. Такой порядок распределения совокупной НВВ экономически обоснован и обеспечивает баланс интересов сетевых организаций.

Вместе с тем, применение котловой модели не исключает риски, связанные с отклонением фактических величин от прогнозных, что может быть связано, в том числе с использованием объектов электросетевого хозяйства, поступивших в законное владение сетевой организации в течение периода регулирования, а также с появлением дополнительных или изменением существующих точек поставки.

Если возникновение новых точек поставки вызвано объективными причинами (подключение новых объектов электроснабжения, изменение схемы энергоснабжения, ликвидация предыдущих сетевых организаций и т.п.) в связи с обычной хозяйственной деятельностью территориальных сетевых организаций и это повлекло увеличение объема котловой выручки, то сетевые организации, оказывавшие услуги по данным точкам, вправе претендовать на получение дополнительного дохода, который может быть распределен в течение этого же периода регулирования с применением индивидуальных тарифов с последующей корректировкой мерами тарифного регулирования.

Так, нормами законодательства о тарифообразовании установлен механизм корректировки выручки, который предусматривает экспертную оценку обоснованности незапланированных расходов (пункт 7 Основ ценообразования № 1178, пункты 19, 20 Методических указаний № 20-э/2).

Иной подход, с одной стороны, не обеспечивал бы возможности учета особенностей экономического оборота объектов электросетевого хозяйства, который происходит непрерывно, и, с другой стороны, означал бы нарушение баланса интересов сетевых организаций при распределении котловой выручки в пользу держателя котла.

Законодательство гарантирует субъектам электроэнергетики соблюдение их экономических интересов в случае осуществления ими деятельности разумно и добросовестно и не запрещает сетевой организации получать плату за услуги по передаче электроэнергии с использованием объектов электросетевого хозяйства, поступивших в ее законное владение в течение периода регулирования. Объективно возникающий в этом случае дисбаланс корректируется впоследствии мерами тарифного регулирования, которыми предусмотрено возмещение убытков регулируемым организациям в последующих периодах регулирования при наличии неучтенных расходов, понесенных по не зависящим от этих организаций причинам.

При этом само по себе отсутствие при установлении тарифа тех или иных потребителей либо точек поставки автоматически не означает невозможность оплаты услуг по передаче электроэнергии во всех случаях. При рассмотрении спора об оплате услуг по передаче электроэнергии решающее правовое значение приобретают конкретные фактические обстоятельства дела. В частности, необходимо принимать во внимание, по каким причинам и вследствие каких обстоятельств в договоре на оказание услуг по передаче электроэнергии и (или) в индивидуальном тарифе отсутствуют конкретные потребители или точки поставки. При этом при рассмотрении конкретных споров необходимо учитывать схему договорных правоотношений, конкретные условия договора, а также добросовестность поведения сторон, как при его заключении, так и при его исполнении, а также добросовестность поведения сторон на рынке энергоснабжения при оказании услуг по передаче электроэнергии.

Действия сетевой организации могут квалифицироваться как злоупотребление правом, если они направлены исключительно на обход правовых норм о государственном регулировании цен и подрыв баланса интересов потребителей услуг и иных сетевых организаций.

Приведенная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2015 № 304-ЭС15-5139.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Согласно пункту 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 настоящей статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены Кодексом.

Если злоупотребление правом повлекло нарушение права другого лица, такое лицо вправе требовать возмещения причиненных этим убытков (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд первой инстанции, применительно к рассматриваемой ситуации, с учетом представленных в дело истцом документов и пояснений, обоснованно не усмотрел в действиях ООО «ЦЭС» признаков злоупотребления правом как и недобросовестного поведения со стороны ООО «ЦЭС».

Ответчиком не опровергнуто то, что заключение владельцами электросетевых объектов договоров аренды с сетевыми организациями вызвано установленным законодательством запретом препятствовать перетоку электрической энергии; необходимостью получения доходов от сдачи в аренду объектов сетей; существенным снижением расходов по оплате за потребленную электрическую энергию, поскольку обязательство по оплате потерь переходит к арендатору; снижением расходов на текущее содержание и эксплуатацию объектов сетей.

Договоры аренды подписаны сторонами без разногласий, электросетевое имущество фактически передано ООО «ЦЭС» по актам приема-передачи; сделки реально исполняются сторонами; иное суду не доказано (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Заключенные ООО «ЦЭС» договоры в судебном порядке не оспорены, недействительными не признаны. Ответчик не представил доказательств оказания услуг по передаче энергии с использованием электросетевого имущества в спорный период иной сетевой организацией.

В рассматриваемом случае в результате действий истца по аренде спорных сетей новые участки сетей не возникли, изменение тарифа на услуги по передаче электрической энергии (тарифного уровня напряжения) для потребителей и «котлодержателя» не произошло, определение объемов переданной (потребленной) электрической энергии осуществляется по тем же приборам учета, что подтверждается актами разграничения, актами электропотребления, подписанными потребителями.

Вследствие изменения границ балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности и точек поставки по договорам энергоснабжения, ООО «ЦЭС» приобрело обязательство по покупке электрической энергии в целях компенсации потерь у гарантирующего поставщика.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что приобретение истцом объектов электросетевого хозяйства в течение тарифного периода не носило формальный характер, а преследовало цель реального использования данного имущества для оказания услуг по передаче электрической энергии.

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком не представлено доказательств возникновения убытков либо несения затрат, превышающих размер тарифа, установленного для расчетов между парой смежных сетевых организаций - ООО «ЦЭС» и ОАО «МРСК Урала».

Кроме того, действующее законодательство не содержит запрета для организации, осуществляющей регулируемый вид деятельности, увеличивать вследствие совершаемых сделок состав электросетевого оборудования для осуществления своей хозяйственной деятельности по оказанию услуг по передаче электрической энергии в текущем периоде тарифного регулирования.

Поскольку спорное имущество перешло к ООО «ЦЭС» на основании реально совершенных сделок от иных владельцев сетей, спорные точки поставки согласованы между исполнителем услуг и потребителями, у суда отсутствовали основания для вывода о манипуляции истцом объектами электросетевого хозяйства, совершенной с целью перераспределения котловой валовой выручки, свидетельствующими, в свою очередь, о злоупотреблении правом со стороны ООО «ЦЭС».

Объективно возникающий дисбаланс корректируется впоследствии мерами тарифного регулирования, предусматривающими как возмещение, так и исключение экономически обоснованных расходов, не учтенных при установлении тарифов.

В силу пункта 37 Основ ценообразования от 29.11.2011 № 1178 в течение долгосрочного периода регулирования регулирующие органы ежегодно осуществляют корректировку необходимой валовой выручки и (или) цен (тарифов), установленных на долгосрочный период регулирования, с учетом, в том числе, изменения не учтенного при установлении тарифов состава активов, используемых для осуществления регулируемой деятельности.

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается (статья 310 Гражданского кодекса Российской Федерации). В силу статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации надлежащее исполнение прекращает обязательство.

Принимая во внимание, что факт оказания услуг по передаче электрической энергии (мощности) и их объемы подтверждены материалами дела, доказательства оплаты стоимости услуг ответчиком не представлены (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), суд первой инстанции правомерно признал требования истца о взыскании с ответчика задолженности в сумме 1 806 705 руб. 11 коп. обоснованными и удовлетворил их.

В связи с расторжением сторонами договора об уступке права требования (цессии) № 2 15.05.2017 доводы жалобы о неправомерном удовлетворении судом заявления ООО «РПК» о процессуальном правопреемстве, о необоснованном отказе суда в удовлетворении ходатайства об приостановлении производства по настоящему делу до вступления в законную силу судебного акта по делу № А50-29885/2017 по иску ОАО «МРСК Урала» о признании недействительным договора уступки права требования № 2 от 15.05.2017, о незаконности или необоснованности оспариваемого решения не свидетельствуют и ОАО «МРСК Урала» в заседании суда апелляционной инстанции не поддержаны.

С учетом изложенного решение Арбитражного суда Пермского края от 17 июля 2017 года является законным и обоснованным. Оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для отмены (изменения) судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. Апелляционная жалоба ответчика удовлетворению не подлежит.

Государственная пошлина по апелляционной жалобе относится на заявителя в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 48, 176, 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Произвести замену истца по делу № А50-4639/2017 общество с ограниченной ответственностью "Региональная правовая компания" (ОГРН <***>, ИНН <***>) на его процессуального правопреемника общество с ограниченной ответственностью «Центральные электрические сети» (ОГРН <***>, ИНН <***>).

Решение Арбитражного суда Пермского края от 17 июля 2017 года по делу № А50-4639/2017 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

Председательствующий

Н.Г. Масальская

Судьи

О.Г. Власова

С.А. Яринский