Гражданский кодекс часть 1

от заявителя ООО Группа компаний «УралПромСтройИнвест» - ФИО2, предъявлен паспорт, доверенность от 18.07.2017, ФИО3, предъявлен паспорт, доверенность от 09.08.2017 № 6;

от заинтересованного лица Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 24 по Свердловской области - ФИО4, предъявлено удостоверение, доверенность от 25.07.2016 № 05-14/24670, ФИО5 предъявлено удостоверение, доверенность от 02.02.2017;

лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке ст.ст. 121, 123 АПК РФ, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу заявителя, общества с ограниченной ответственностью Группа компаний «УралПромСтройИнвест»

на решение Арбитражного суда Свердловской области от 08 сентября 2017 года

по делу №А60-30306/2017

вынесенное судьей БушуевойЕ.В.,

по заявлению ООО Группа компаний «УралПромСтройИнвест» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 24 по Свердловской области (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о признании недействительным решения,

установил:

ООО Группа компаний «УралПромСтройИнвест» (далее - заявитель, налогоплательщик, общество) обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании недействительным решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 24 по Свердловской области (далее – заинтересованное лицо, инспекция, налоговый орган) о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 10.03.2017 №15-01 в части доначисления налога на добавленную стоимость в сумме 12440160,68 руб., соответствующих сумм пени и штрафа (с учетом принятых уточнений).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 08 сентября 2017 года в удовлетворении требований общества Группа компаний "УралПромСтройИнвест" отказано.

Общество, не согласившись с принятым судебным актом, обратилось с апелляционной жалобой, просит решение отменить, принять по делу новый судебный акт, удовлетворить требования налогоплательщика в части признания не законным доначисления налога на добавленную стоимость в размере 12 440 160,68 руб., начисления пени и штрафа по ч.1 ст.122 НК РФ.

Заявитель настаивает на том, что выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела.

Доводы жалобы и дополнений к ней сводятся к несогласию с выводами инспекции, поддержанными арбитражным судом, о том, что контрагенты общества организации ООО «Континент» и ООО «УралСпецПрофиль» (спорные контрагенты) не осуществляли реальные финансово-хозяйственные операции по поставке товаров, действия спорных контрагентов направлены на создание формального документооборота в целях искусственного создания условий для заявления вычетов по НДС и получения необоснованной налоговой выгоды. Налогоплательщик указывает, что спорные контрагенты в проверяемый период не имели никаких признаков недобросовестности, т.к. являлись плательщиками налогов, сдавили налоговую отчётность; налоговое законодательство не предусматривает возложение на налогоплательщика негативных последствий контрагентов; представленное налоговым органом заключение почерковедческой экспертизы №028/17 от 06.02.2017 не может быть принято в качестве надлежащего доказательства, т.к. получено во внесудебном порядке, специалист не был предупрежден об уголовной ответственности; в материалы проверки представлены документы, свидетельствующие об использовании товаров приобретенных у спорных контрагентов при выпуске продукции, также представлены документы, свидетельствующие о доставке продукции от контрагентов до производства налогоплательщика. Иных поставщиков спорной продукции налоговым органом не установлено.

Заинтересованное лицо представило письменный отзыв на апелляционную жалобу, в соответствии с которым просит решение в обжалуемой части оставить без изменения, доводы жалобы находит несостоятельными.

В заседании суда апелляционной инстанции представители заявителя и заинтересованного лица поддержали доводы жалобы и отзыва на нее соответственно.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №24 по Свердловской области проведена выездная налоговая проверка заявителя по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов и сборов, в том числе налога на добавленную стоимость за период с 01.01.2013 по 31.12.2014.

Результаты выездной налоговой проверки оформлены актом от 11.11.2016 №15-01.

По итогам рассмотрения материалов проверки и возражений на акт проверки заинтересованным лицом вынесено решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 10.03.2017 №15-01.

Согласно решению от 10.03.2017 №15-01 установлена неуплата заявителем налога на добавленную стоимость (далее - НДС) в сумме 12440160 руб. 68 коп., начислены пени по НДС в сумме 4264721,77 руб., заявитель привлечен к налоговой ответственности по п.1 ст.122 Налогового кодекса Российской Федерации в виде штрафа в сумме 1817549,78 руб., начислены пени за несвоевременное перечисление налога на доходы физических лиц (далее – НДФЛ) в сумме 384,61 руб., заявитель привлечен к налоговой ответственности по ст. 123 Налогового кодекса Российской Федерации в виде штрафа в сумме 55900,20 руб.

Решением Управления Федеральной налоговой службы России по Свердловской области от 29.05.2017 №729/17 решение от 10.03.2017 №15-01 оставлено без изменения и утверждено.

Полагая, что решение Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №24 по Свердловской области от 10.03.2017 №15-01 в оспариваемой части не соответствует положениям Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ, Кодекс), нарушает права и интересы заявителя, последний обратился в Арбитражный суд Свердловской области.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных Обществом требований, согласился с выводами налогового органа, положенными в основу оспариваемого акта.

Заявитель по доводам, изложенным в апелляционной жалобе, считает, что решение суда подлежит отмене.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзыва на апелляционную жалобу, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в соответствии со ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд приходит к следующим выводам.

Согласно п. 1, 2 ст. 171 Кодекса налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со ст. 166 Кодекса, на установленные налоговые вычеты. Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации в таможенных режимах выпуска для внутреннего потребления, временного ввоза и переработки вне таможенной территории либо при ввозе товаров, перемещаемых через таможенную границу Российской Федерации без таможенного контроля и таможенного оформления, в отношении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав, приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с гл. 21 Кодекса и в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

В п. 1 ст. 172 Кодекса установлено, что налоговые вычеты, предусмотренные ст. 171 Кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, документов, подтверждающих уплату сумм налога, удержанного налоговыми агентами, либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных п. 3, 6-8 ст. 171 Кодекса.

Вычетам подлежат, если иное не установлено ст. 172 Кодекса, суммы налога, предъявленные налогоплательщику, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг) с учетом особенностей, предусмотренных данной статьей, и при наличии соответствующих первичных документов.

Требования к счетам-фактурам, которые могут служить основанием для принятия покупателями к вычету сумм НДС, уплаченных за товары (работы, услуги), определены ст. 169 Кодекса.

Согласно Постановлению Пленума ВАС РФ № 53 от 12.10.2006 г. «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики.

В соответствии с позицией Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 1, 3, 4, 5, 9 постановления от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера). О необоснованности налоговой выгоды могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии, в частности, следующих обстоятельств: невозможности реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг; отсутствия необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств. Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Установление судом наличия разумных или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (п. 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды»).

Если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды при отсутствии намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Возможность возмещения налогов из бюджета обуславливается наличием реального осуществления хозяйственных операций. Налоговый орган вправе отказать в возмещении налога, уплаченного поставщику, в случае, если факт реального совершения хозяйственных операций не подтвержден надлежащими документами, либо выявлена недобросовестность налогоплательщика, допущенная при совершении указанных операций.

В силу ст. 65, 200 АПК РФ, на налоговый орган возлагается бремя доказывания, что сведения, содержащиеся в представленных налогоплательщиком документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы, налоговая выгода получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности, налогоплательщиком учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

Как следует из материалов дела Обществом по итогам хозяйственной деятельности, в частности в связи с приобретением продукции (товаров) применены налоговые вычеты НДС и учтены в составе затрат по сделкам с обществами ООО «Континент» и ООО «УралСпецПрофиль».

В подтверждение взаимоотношений с обществами «ООО «Континент» и ООО «УралСпецПрофиль» по поставке продукции (товара) налогоплательщиком представлены договоры заключенные между ООО ГК «УралПромСтройИнвест» (покупатель) и ООО «Континент» (поставщик) от 25.03.2013 №53; и между ООО ГК «УралПромСтройИнвест» (покупатель) и ООО «УралСпецПрофиль» (поставщик) от 27.08.2012 №33

Цена поставляемой продукции согласно условиям п.п. 3.1, 3.2 договора от 25.03.2013 №53 определяется в счете на оплату и в соответствующих счетах - фактурах, форма оплаты: 100%-оплата в течение 14 календарных дней с момента поставки продукции Покупателю.

Согласно п.п. 3, 4 договора поставки от 27.08.2012 №33 оплата продукции (товара) производится по ценам, согласованным в счетах на оплату. поставка продукции (товара) производится в сроки, согласованные сторонами.

Исходя из представленных документов, поставляемый товар по данным сделкам представлял собой изделия из металла (трубы, балки, уголки и др.).

Налоговый орган полагает, что заявителем в нарушение статей 169. 171, 172, Кодекса неправомерно учтены в составе налоговых вычетов по НДС суммы налога по взаимоотношениям с контрагентами ООО «Континент» за 2-4 кв. 2013 года и 2, 3 кв. 2014 года в размере 9 465 511.99 руб. с ООО «УралСпецПрофиль» за 1-2 кв. 2013 года и 2 кв. 2014 года в размере 2 974 648.69 руб.

Основанием для доначисления заявителю НДС, начисления соответствующих сумм пеней, и штрафа, явились выводы налогового органа о необоснованном применении заявителем вычетов НДС по сделкам с обществами ООО «Континент» и ООО «УралСпецПрофиль».

Суд первой инстанции огласился с позицией налогового органа, посчитав, что спорные контрагенты не осуществляли реальные финансово-хозяйственные операции, взаимодействие указанных спорных контрагентов с заявителем, путем создания формального документооборота, направлено на искусственное увеличение входного НДС с целью получения необоснованной налоговой выгоды в отсутствие реальных хозяйственных операций.

При этом суд исходил из того, что договоры на поставку продукции, заключенные заявителем со спорными контрагентами, первичные документы, счета-фактуры подписаны неустановленными лицами (заключения эксперта от 06.02.2017 № 028/17), руководители контрагентов фактически являлись «номинальными»; создание обществ ООО «Континент» и ООО «УралСпецПрофиль» незадолго до заключения договоров; инспекцией установлена невозможность осуществления обществами «Континент» и «УралСпецПрофиль» реализации продукции/товаров в силу отсутствия основных средств и трудовых ресурсов; а также из того обстоятельства, что налоговым органом установлены обстоятельства, свидетельствующие о подконтрольности контрагентов налогоплательщику (налогоплательщик является основным покупателем ООО «Континент», ООО «УралСпецПрофиль»; финансовые платежи контрагентов носят «транзитный» характер, совпадают IP-адреса, расчетные счета контрагентов открыты в одном банке.

Суд первой инстанции согласился с выводами налогового органа, указав, что общества «Континент» и «УралСпецПрофиль» в хозяйственных операциях по поставке товаровзаявителю участвовали лишь формально (документы по взаимоотношениям с названными контрагентами содержат недостоверную, неполную, противоречивую информацию, оформление пакета документов носило недобросовестный характер), реальных действий, подтверждающих совершение операций, отраженных в первичных документах, не осуществляли, оформление документов с этими контрагентами в целях искусственного создания условий для заявления вычетов по НДС и получения необоснованной налоговой выгоды.

Кроме того, суд согласился с выводами инспекции о том, что налогоплательщик не проявил должную степень осмотрительности при выборе спорного контрагента.

Между тем, суд апелляционной инстанции приходит к иным выводам.

Как следует из материалов дела фактически налоговым органом ставится под сомнение факт поставки продукции/товара именно обществами «Континент» ООО «УралСпецПрофиль».

Следуя принципу единообразия в применении и толковании судами норм права, с учетом разъяснений, адресованных налоговым органам, приведенных в письме Федеральной налоговой службы России от 23.03.2017 г. № ЕД-5-9/547 «О выявлении обстоятельств необоснованной налоговой выгоды» при осуществлении мероприятий налогового контроля для подтверждения факта получения проверяемым налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды налоговым органам при проведении налоговой проверки следует исходить из того, что об умышленных действиях налогоплательщика, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды путем совершения операции с проблемным контрагентом или путем создания формального документооборота с использованием цепочки контрагентов, могут свидетельствовать установленные факты юридической, экономической и иной подконтрольности, в том числе на основании взаимозависимости спорных контрагентов проверяемому налогоплательщику, обстоятельства, свидетельствующие о согласованности действий участников сделки (сделок), а также (или) доказательства нереальности хозяйственной операции (операций) по поставке товаров (выполнению работ, оказанию услуг).

Налоговым органом в акте налоговой проверки должны быть отражены соответствующие доказательства, свидетельствующие о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

При отсутствии доказательств подконтрольности спорных контрагентов проверяемому налогоплательщику налоговым органам необходимо исследовать и доказывать недобросовестность действий самого налогоплательщика по выбору контрагентов и обстоятельств, свидетельствующих о невыполнении соответствующей хозяйственной операции контрагентом налогоплательщика (по первому звену). В этом случае в качестве самостоятельного основания для возложения негативных последствий на налогоплательщика не могут приводиться признаки недобросовестности контрагентов второго и последующих звеньев цепочки перечисления денежных средств по выпискам банков.

Данный вывод следует также из пункта 31 Обзора судебной практики Верховного суда Российской Федерации № 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017, в котором указано, что факт неисполнения поставщиком обязанности по уплате налогов сам по себе не может являться основанием для возложения негативных последствий на налогоплательщика, проявившего должную осмотрительность при выборе контрагента, при условии реального исполнения заключенной сделки.

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, рассматривая аналогичные споры, сделала общий вывод о том, что противоречия в доказательствах, подтверждающих последовательность движения товара от изготовителя к налогоплательщику, но не опровергающих сам факт поступления товара налогоплательщику, равно как и факты неисполнения соответствующими участниками сделок (поставщиками первого, второго и других звеньев по отношению к налогоплательщику) обязанности по уплате налогов сами по себе не могут являться основанием для возложения соответствующих негативных последствий на налогоплательщика, выступившего покупателем товаров. Законодательство о налогах и сборах не возлагает на налогоплательщика осуществление контрольных функций по уплате НДС за его контрагентами и субконтрагентами, поскольку эти действия относятся к деятельности налогового органа (аналогичные выводы изложены в определениях Верховного суда Российской Федерации от 29.11.2016 № 305-КГ16-10399 по делу № А40-71125/2015, от 6 февраля 2017 г. № 305-КК16-14921 по делу № А40-120736/2015).

Все эти обстоятельства также нашли отражение во вновь введенной в Налоговый кодекс Российской Федерации статье 54.1, которая устанавливает, что в случае реальности хозяйственной операции и отсутствии у налогоплательщика цели неуплаты (неполной уплаты) и (или) зачета (возврата) суммы налога выявленные налоговым органом нарушения налогового законодательства у контрагента налогоплательщика не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

В соответствии с ч. 2 ст. 54 Конституции Российской Федерации указанная норма подлежит применению в настоящем деле, поскольку она трактует в пользу налогоплательщика обстоятельства, связанные с выявлением и установлением необоснованной налоговой выгоды.

Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика.

На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Иными словами, налоговым органом при вменении налогоплательщику создание формального документооборота (п. 9 постановления) должно быть доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности, либо спорный товар (работы, услуги) хотя и был получен налогоплательщиком, но фактически поставлен иными лицами (с установлением таких лиц) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2016 № 305-КГ16-4155).

Как установлено судом апелляционной инстанции, реальность выполнения хозяйственных операций подтверждается представленными в дело документами (договорами, счетами-фактурами, товарными накладными, регистрами бухгалтерского учета), оприходованием спорной продукции. Претензий у инспекции к оформлению первичных документов нет, и, следовательно, они могут быть приняты к учету в силу пункта 2 статьи 9 Федерального закона «О бухгалтерском учете».

Товар - изделия из металла (трубы, балки, уголки и др.), приобретенный обществом по вышеперечисленным договорам поставки, предназначался для дальнейшей реализации.

Товар (металлопрокат) в адрес общества фактически поставлен, материалы проверки доказательств обратного не содержат, факт приобретения обществом металлопродукции и ее использования при выпуске продукции налоговым органом не опровергнут.

Как следует из пояснений налогоплательщика взятые на себя обязательства перед Обществом спорные контрагенты на протяжении длительного времени выполняли в полном объеме, в срок, в соответствии с требованиями договора; цена поставки соответствовала рыночному уровню; поставляемая продукция соответствовала качеству, что подтверждается сертификатом качества на продукцию, выданную производителем.

При этом инспекцией не доказано, что товар поставлен налогоплательщику иными лицами.

Выводы инспекции, поддержанные судом первой инстанции о том, что спорные контрагенты (ООО «Континент» и ООО «УралСпецПрофиль») обладают признаками «анонимной» структуры, в том числе, что руководители организаций являлись «номинальными»; анализ движения денежных средств показал, что у контрагента отсутствуют операции, свидетельствующие об обычной хозяйственной деятельности, отклоняется на основании следующего.

Согласно позиций высших судебных инстанции, сформулированных в Постановлении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, Постановлении Президиума от 03.07.2012 № 2341/12, а также в определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-КГ16-10399 от 29.11.2016, установление налоговым органом в отношении спорного контрагента негативных признаков, характеризующих его как номинальную структуру (отсутствие управленческого, технического персонала, основных средств, производственных активов и транспортных средств; подписание подтверждающих документов неустановленными документами) само по себе не может быть положено в основу вывода о нереальности рассматриваемой хозяйственной операции.

Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды как по налогу на прибыль, так и по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика.

Иными словами, налоговым органом при вменении налогоплательщику создание формального документооборота (п. 9 постановления) должно быть доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности, либо спорный товар (работы, услуги) хотя и был получен налогоплательщиком, но фактически поставлен иными лицами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2016 № 305-КГ16-4155).

Напротив, как установлено ранее, в настоящем деле инспекция факт получения заявителем соответствующей продукции, равно как и ее использование налогоплательщиком, не оспаривала. Доказательств того, что данный товар был поставлен иными лицами, а не спорным контрагентами, в ходе проверки не было получено.

Как разъяснено в п. 10 постановления Пленума ВАС РФ № 53, налоговая выгода может быть признана необоснованной в том случае, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности, и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом.

В целях постановки такого вывода следует устанавливать также, что деятельность налогоплательщика, его взаимозависимых или аффилированных лиц направлена на совершение операций, связанных с налоговой выгодой, преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязанностей.

Вместе с тем налоговым органом не предоставлено доказательств наличия фактов взаимозависимости, аффилированности налогоплательщика со спорными контрагентами, а также применения налогоплательщиком схемы расчетов, свидетельствующей о возврате денежных средств самому налогоплательщику или лицам, имеющим к нему отношение.

Вывод инспекции о подконтрольности обществу спорных контрагентов и о согласованности их действий, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды в связи с открытием расчетных счетов в одном банке, является необоснованным.

Открытие расчетных счетов спорных контрагентов в одном банке не может свидетельствовать о согласованности их действий, а реализация обществами продукции/товара только в адрес налогоплательщика не может свидетельствовать об отсутствии деловой цели в деятельности организаций «Континент» и «УралСпецПрофиль» и Общества, а также о подконтрольности и согласованности действий.

Также не может служить доказательством нереальности хозяйственных операций то обстоятельство, что общество являлось единственным лицом, перечислявшим денежные средства в адрес организаций «Континент» и «УралСпецПрофиль», поскольку ни один нормативно-правовой акт не устанавливает каких бы то ни было ограничений в части количества контрагентов субъекта хозяйственного оборота. Более того, ситуация, когда какая-либо организация сотрудничает исключительно с одни контрагентом является обычной практикой.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводами налогового органа поддержанными судом первой инстанции о подконтрольности со ссылками на совпадение IP-адресов, поскольку совпадение IP-адреса общества и его контрагента, не может само по себе свидетельствовать о получении налогоплательщиком налоговой выгоды, такие сведения как IP-адрес, не носят характер индивидуальных и не являются идентификационными данными клиента, так как вход в программу банковского обслуживания может быть осуществлен из общих точек доступа интернет (Wi-Fi в гостиницах, аэропортах и другое); при этом совпадение IP-адресов может свидетельствовать только о совпадении территории (адреса), причиной совпадения IP-адресов может являться использование организациями доступ к сети интернет посредством одного и того же интернет-шлюза.

Доказательства подконтрольности и согласованности действий заявителя и поставщиков, направленных на искусственное увеличение входного НДС с целью получения необоснованной налоговой выгоды в отсутствие реальных хозяйственных операций, не представлено.

Материалами дела подтверждается, что налогоплательщик учитывал хозяйственные операции с указанными контрагентами, реальность исполнения которых подтверждена первичными документами, тогда как налоговым органом не представлено в порядке статьи 65 АПК РФ доказательств совершения заявителем и его контрагентами согласованных действий, направленных на искусственное создание условий для неправомерного получения налоговых вычетов, и отсутствия сделок по поставке товара. Обстоятельства, на которые ссылается Инспекция, не свидетельствуют о фиктивности представленных Обществом документов, и не могут быть признаны безусловными доказательствами недобросовестности заявителя, как налогоплательщика.

Следовательно, эти обстоятельства не могут влиять на возникновение у заявителя права на применение налоговых вычетов при условии соблюдения требований вышеприведенных норм Налогового кодекса РФ.

Апелляционная коллегия отмечает, что сами по себе факты не исполнения контрагентами заявителя налоговых обязательств, отсутствие сведений о наличии имущества и основных средств, отсутствие численности персонала, не могут свидетельствовать об отсутствии предпринимательской деятельности между заявителем и контрагентом, и о согласованности и направленности действий налогоплательщика на получение необоснованной налоговой выгоды, следовательно, не является основанием для отказа налогового органа в непринятии налоговых вычетов по НДС.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что при отсутствии факта перечисления денежных средств налогоплательщиком иным лицам за поставленный товар, выполненные работы, или обналичивания денежных средств с целью проведения неучтенных платежей, вывод налогового органа о направленности действий налогоплательщика на получение необоснованной налоговой выгоды экономического обоснования не имеет.

В рассматриваемом случае выводы налогового органа, основанные только на том, что руководители спорных контрагентов фактически являлись «номинальными», общества не имели ресурсов для поставки товара; сами по себе при наличии вышеприведенных обстоятельств не могут явиться основанием для признания полученной налогоплательщиком налоговой выгоды необоснованной, учитывая, что налоговым органом не доказано, что приобретение товаров налогоплательщиком не имело места в действительности, либо спорный товар хотя и был получен налогоплательщиком, но фактически поставлен иными лицами (с установлением таких лиц).

С учетом презумпции добросовестности вменение налогоплательщику получения необоснованной налоговой выгоды должно базироваться на логической цепочке, построенной на оценке непротиворечивых друг другу доказательствах, что отсутствует в рассматриваемом деле.

При таких обстоятельствах имеющиеся в деле доказательства в совокупности свидетельствуют о наличии хозяйственных операций со спорными контрагентами (ООО «Континент» и ООО «УралСпецПрофиль») и опровергают выводы налогового органа и суда первой инстанции об их нереальности.

Суд апелляционной инстанции, повторно исследовав представленные в материалы дела документы руководствуясь положениями статьями 169, 171, 172 НК РФ, учитывая разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - постановление № 53), пункте 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017, приходит к выводу о том, что заявителем соблюдены все требования, установленные налоговым законодательством, и представлены все документы подтверждающие реальность хозяйственных операций со спорными контрагентами, что дает право налогоплательщику на применение налоговых вычетов по НДС.

В соответствии с частью 2 статьи 201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о неубедительности правовой позиции налогового органа, изложенной в оспариваемом решении, а также о правомерности принятия обществом сумм НДС к вычету по сделкам с обществами ООО «Континент» и ООО «УралСпецПрофиль».

На основании изложенного выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания решения инспекции недействительным по правилам, предусмотренным ч.2 ст. 201 АПК РФ, нельзя признать обоснованными и правомерными.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции подлежит отмене, жалоба налогоплательщика - удовлетворению.

В силу пункта 3 ч. 4 ст. 201 АПК РФ на Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 24 по Свердловской области возлагается обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов общества с ограниченной ответственностью Группа компаний «УралПромСтройИнвест».

В соответствии со ст. 110 АПК РФ расходы, понесенные заявителем по уплате государственной пошлины по заявлению и апелляционной жалобе, относятся на налоговый орган.

Поскольку заявителем при подаче заявления и апелляционной жалобы государственная пошлина уплачена в размере 6000 руб. и 3 000 руб., излишне уплаченная государственная пошлина в размере 3 000 руб. и 1 500 руб. подлежит возврату из федерального бюджета в силу статьи 333.40 НК РФ.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 08 сентября 2017 года по делу №А60-30306/2017 отменить.

Заявленные требования удовлетворить.

Признать недействительным решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 24 по Свердловской области о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 10.03.2017 №15-01в части доначисления налога на добавленную стоимость в сумме 12440160,68 руб., соответствующих сумм пени и штрафа, как несоответствующее НК РФ и обязать налоговый орган устранить допущенные нарушения прав и законных интересов налогоплательщика.

Взыскать с Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 24 по Свердловской области (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью Группа компаний «УралПромСтройИнвест» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в возмещение расходов по оплате госпошлины по иску и апелляционной жалобе в размере 4 500 (Четыре тысячи пятьсот) руб.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью Группа компаний «УралПромСтройИнвест» (ИНН <***>, ОГРН <***>) из федерального бюджета госпошлину в размере 1 500 (Одна тысяча пятьсот) руб. излишне оплаченную по чеку-ордеру от 04.10.2017 операция № 90; а также государственную пошлину в сумме 3000 руб. излишне оплаченную по чеку-ордеру от 15.06.2017 операция № 119.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

Судьи

В.Г.Голубцов

И.В.Борзенкова

Е.В.Васильева