Гражданский кодекс часть 1

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы кредитора ФИО4, кредитора ФИО2, финансового управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 28 августа 2017 года

о результатах рассмотрения заявления ФИО4 о включении его требования в размере 6 334 807 руб. 24 коп. в реестр требований кредиторов должника,

вынесенное судьей Ильиных М.С.

в рамках дела № А60-6324/2016

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО6 третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО7,

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.02.2016 принято к производству заявление о признании гражданина ФИО6 банкротом, возбуждено настоящее дело о банкротстве.

Решением арбитражного суда от 02.04.2016 в отношении ФИО6 введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО8, о чём официальное сообщение опубликовано в газете «КоммерсантЪ» № 61 от 09.04.2016.

Постановлением Семнадцатого арбитражного суда от 06.07.2016, которым решение от 02.04.2016 отменено, в отношении должника ФИО6 введена процедура реструктуризации долга, финансовым управляющим утвержден ФИО8

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 19.01.2017 (резолютивная часть объявлена 12.01.2017) в отношении должника введена процедура реализации имущества. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО1.

ФИО4 30.06.2017 обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 6 334 807 руб. 24 коп. долга в виде денежных средств, уплаченных заявителем за должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.08.2017 (резолютивная часть объявлена 25.08.2017) требования ФИО4 в размере 3 216 300 руб. основного долга включено в третью очередь в реестр требований кредиторов ФИО6. В удовлетворении остальной части отказано.

Не согласившись с вынесенным определением от 28.08.2017 c апелляционными жалобами обратились финансовый управляющий ФИО6 ФИО1, кредитор ФИО2, кредитор ФИО4

В апелляционных жалобах финансовый управляющий ФИО1, кредитор ФИО2 ссылаются на недобросовестное поведение должника и кредитора при оплате обязательств должника по кредитному договору с Банком. Указывают, что в соответствии с п.2 ст.1 Гражданского кодекса, граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. ФИО4 является дееспособным лицом, действовал без принуждения добровольно и в своих интересах. Длительное время, осуществляя значительные платежи (около 71 000 рублей ежемесячно), ФИО4 не мог не знать, что в отношении платежей, совершенных более 3 лет назад он утрачивает право на взыскание. За период с 2007 по 2017(более 9 лет) заявитель ни разу не обратится к ФИО6 с требованием о возврате денежных средств; стороны ни разу не осуществили частичные взаиморасчеты, либо заключили письменно документы о намерениях такого возврата. Полагают, что данный факт свидетельствует об отсутствии права и намерения у ФИО4 по возврату указанных денежных средств.

В апелляционной жалобе кредитор ФИО9 не согласен с выводами суда первой инстанции о переложении на него бремени доказывания наличия задолженности должника. Оригиналы платежных документов представлены на обозрение суда ФИО4, а ни кем-либо иным; в ходе опроса ФИО4 в заседания 21.08.2017 им было подтверждено, что на платежных документах содержится именно его подпись; должник пояснил, что давал ФИО4 устное поручение о внесении за него платежей по кредиту (абз. 2 стр. 3 определения, абз. 4 стр. 5 определения). Кроме того ФИО4 и должник пояснили о причинах дачи такого поручения (абз. 5 стр. 5 определения). К тому же ФИО4 в материалы дела представлены документы, подтверждающие у него наличие реальной возможности осуществлять платежи по кредитному договору в период с 2007 по 2016 год. Кроме того, из материалов дела не следует, что должник имел возможность самостоятельно осуществлять платежи по указанному кредиту. При этом ходатайство ФИО4 об истребовании доказательств от Межрайонного отдела ФНС России № 31 по Свердловской области документов, подтверждающих размер доходов должника за спорный период, было оставлено без удовлетворения.

Представитель ФИО4 на доводах апелляционной инстанции настаивает, считает определение суда незаконным и обоснованным, просит включить в реестр кредиторов должника всю сумму задолженности. Возражает против доводов апелляционных жалоб финансового управляющего и кредитора ФИО2, представил отзыв.

Конкурсный управляющий и представитель кредитора ФИО2 на доводах апелляционных жалоб настаивают, считают определение суда незаконным и необоснованным, просят апелляционные жалобы удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в заседание суда представителей не направили, в силу ч.3 ст. 156, ст. 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 15.08.2007 между ФИО4 и ФИО6 заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, по условиям которого ФИО4 продал, а ФИО6 купил в частную собственность недвижимое имущество, находящееся в городе Сысерти Свердловской области, по улице Свердлова под номером 48, состоящее из жилого дома и земельного участка.

Согласно п. 1.5 указанного договора стоимость недвижимого имущества составила 7 200 000 руб.

Исходя из п. 2.1 договора недвижимое имущество приобретается покупателем за счет собственных и кредитных средств, предоставляемых Сбербанком РФ.

Соответствующий кредитный договор от 15.08.2007 № 07696 (далее – кредитный договор) на сумму 6 000 000 руб., а также закладная от 15.08.2007 представлены в материалы дела.

Ссылаясь на то, что внесение платежей по кредитному договору от 15.08.2007 № 07696 осуществлялось лично ФИО10 и за счет собственных денежных, последний обратился в суд с заявлением о включении требования в реестр кредиторов должника в сумме 6 334 807 руб. 28 коп.

В подтверждение ФИО10 представлены платежные документы ПАО «Сбербанк России» на 71 000 руб. (без даты), от 30.11.2007, от 30.01.2008, от 29.02.2008, от 31.03.2008, от 30.04.2008, от 31.05.2008, от 30.06.2008, от 31.07.2008, от 30.08.2008, от 30.08.2008 от 30.09.2008, от 30.09.2008, от 31.10.2008, , от 29.11.2008, от 31.12.2008, от 31.01.2009, от 28.02.2009, от 31.03.2009, от 30.04.2009, от 01.06.2009, от 30.06.2009, от 31.07.2009, от 31.08.2009, от 30.09.2009, от 29.10.2009, от 30.11.2009, от 30.12.2009, от 30.01.2010, от 29.04.2010, от 31.05.2010, от 30.07.2010, 28.02.2011, от 30.03.2011, от 30.04.2011, от 09.02.2011, от 11.03.2012, от 10.04.2012, от 10.05.2012, от 29.06.2012, от 09.07.2012, от 10.08.2012, от 10.09.2012, от 10.10.2012, от 10.11.2012, от 10.12.2012, от 10.01.2013, от 09.02.2013, от 11.03.2013, от 10.06.2013, от 10.07.2013, от 09.08.2013, от 09.09.2013, от 09.10.2013, от 09.11.2013, от 10.12.2013, от 09.01.2014, от 10.02.2014, от 14.03.2014, от 10.04.2014, от 12.05.2014, от 10.06.0214, от 10.07.2014, от 11.08.2014, от 10.09.2014, от 10.10.2014, от 10.11.2014, от 18.11.2014, от 10.12.2014, от 10.01.2015, от 10.02.2015, от 10.03.2015, от 10.04.2015, от 08.05.2015, от 13.05.2015, от 10.06.2015, от 10.07.2015, от 10.08.2015, от 10.09.2015, от 10.10.2015, от 10.11.2015, от 10.12.2015, от 09.01.2016, от 10.02.2016.

В судебном заседании ФИО6 пояснил, что возложение обязательства по внесению за него платежей по кредитному договору на ФИО4 произведено им в устной форме.

Как пояснили ФИО4 и ФИО6 внесение ФИО4 платежей по кредитному договору было также обусловлено тем, что после оформления договора купли-продажи от 15.08.2007 ФИО6 утратил интерес в приобретении указанного недвижимого имущества.

Учитывая пояснения, данные кредитором и должником, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ФИО4 заявленное требование обоснованно предъявлено на основании ст. 313 Гражданского кодекса Российской Федерации и соответственно подлежит включению в реестр кредиторов частичнов сумме 3 216 300 руб. только по тем платежным документам, которые обладают всеми необходимыми реквизитами, а именно – указание на ФИО4 и его паспортные данные в качестве в носителя, позволяющие безусловно сделать вывод о том, что по данным платежным документам денежные средства вносились кредитором.

Суд апелляционной инстанции, исследовав имеющиеся в деле доказательства в их совокупности в порядке ст. 71 АПК РФ, обсудив доводы жалоб, отзыва на нее, проанализировав нормы материального и процессуального права, пришел к следующим выводам.

Согласно п. 1 ст. 213.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные соответствующей главой (т.е. главой X «Банкротство граждан»), регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

Согласно п. 4 ст. 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона.

В силу п.п. 3-5 ст. 71 и п.п. 3-5 ст. 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности (п. 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»)

Из пояснений кредитора ФИО10 и материалов дела следует, что с 30.11.2007 по 10.02.2016 ФИО10 оплачивал ежемесячно за должника обязательства по кредитному договору от 15.08.2007 № 07696, заключенному между ФИО6 и ПАО «Сбербанк России» на общую сумму 6 334 807 руб. 28 коп.

Помимо приходно-кассовых ордеров ПАО «Сбербанк России», которые в части в графе «от кого» не содержат указание на ФИО6 или в графе от «кого» содержат указание на ФИО11, каких-либо иных доказательств, которые могли бы способствовать установлению существа правоотношений между ФИО4 и ФИО6 не представлено. При том, ФИО4 и ФИО6 имеют общую прописку, фактически проживают в соседних домах, получают корреспонденцию и передают ее друг другу.

В соответствии с п. 2 ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определение предмета доказывания, то есть совокупности обстоятельств, которые необходимо установить для вынесения законного и обоснованного судебного акта, является компетенцией суда, рассматривающего дело.

Соответственно, общие правила доказывания при рассмотрении обособленного спора по включению в реестр требований кредиторов предполагают, что заявитель, обратившийся с требованием о включении в реестр, обязан представить первичные документы в подтверждение факта передачи кредитором должнику какого-либо имущества (в том числе и денежных средств), иные участники процесса при наличии возражений обязаны подтвердить их документально (например, представить доказательства встречного предоставления со стороны должника по рассматриваемому обязательству).

Однако в ситуации предъявления к должнику требований когда такие требования основаны на поведении и стандартах отличающихся от обычного хозяйственного оборота, сложившейся судебной практикой, выработаны иные критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед кредитором, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства; судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Указанное распределение бремени доказывания обусловлено необходимостью установления обоснованности и размера спорного долга, возникшего из договора, и недопущением включения в реестр необоснованных требований (созданных формально с целью искусственного формирования задолженности с целью контролируемого банкротства либо имевшихся в действительности, но фактически погашенных (в ситуации объективного отсутствия у арбитражного управляющего документации должника и непредставлении такой документации аффилированным лицом)), поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

При рассмотрении настоящего требования кредитор ФИО2 и финансовый управляющий должника возражали против требований кредитора ФИО4 исходя из поведения ФИО6 и кредитора ФИО4

Как было указано выше, ФИО4 оплачивал обязательства должника по кредитному договору от 15.08.2007 № 07696, заключенному между ФИО6 и ПАО «Сбербанк России» на сумму 6 000 000 руб.

С учетом изложенного, при рассмотрении настоящего обособленного спора возражения независимых кредиторов и финансового управляющего должника относительно создания искусственной задолженности и экономической нецелесообразности заключения договора должны были быть опровергнуты кредитором ФИО10

Кредитором ФИО4 не раскрыты в суде первой инстанции и суде апелляционной инстанции мотивы, по которым между кредитором и должником заключен договор купли-продажи недвижимого имущества от 15.08.2007, по которому ФИО4 продал ФИО6 жилое помещение, для покупки которого должником был получен кредит в ПАО «Сбербанк России» и в дальнейшем кредитор на протяжении девяти лет оплачивал обязательства должника по кредитному договору без предъявления последнему.

Ситуация, в которой ФИО6 получил кредит, получил дом, а ФИО4 еще и оплачивал кредит ФИО6 указывает на то, что денежные средства по кредитному договору были фактически использованы самим ФИО4 с договоренностью ежемесячно производить выплаты по кредиту должника. Если бы ФИО4 не исполнял обязательства по кредитному договору, то ФИО6 фактически ничем не рисковал, так как его обязательства были обеспечены договором залога объекта недвижимости.

Какие отношения имели место быть между ФИО4 И ФИО6 суду не раскрыты. При том согласно реквизитам заявления ФИО4 фактически проживает (продолжал проживать) по ул. Свердлова, д. 48, но был зарегистрирован по адресу ул. Свердлова, д. 41 вместе с ФИО6, то есть продолжал проживать в доме, который был продан кредитору ФИО4

В соответствии с п. 2 ст. 1 Гражданского кодекса, граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В п. 1 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I Гражданского кодекса Российской Федерации», обращено внимание судов на то, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участниковгражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

ФИО4 не лишен дееспособности, не ограничен в ней, действовал без принуждения, добровольно продал свое имущество ФИО6 и в последующем производил платежи на протяжении почти девяти и лет за ФИО6, не предъявляя должнику.

Исходя из недопустимости необоснованного увеличения размера денежных обязательств должника (как подлежащих включению в реестр требований кредиторов так и текущих), анализа финансового состояния должника и совокупных активов - само по себе представление документов кредиторов свидетельствующих об исполнении обязательств должника не может являться безусловным доказательством наличия имеющейся у должника задолженности.

Поведение ФИО4 по оплате задолженности должника по кредитному договору в течение девяти лет без предъявления требования о возврате денежных средств не может быть объяснено с точки зрения нормальных стандартов деятельности физических лиц, когда они вступают в гражданско-правовые отношения по заключению сделок; выбор участниками такой модели поведения позволяет создать подконтрольную искусственную кредиторскую задолженность должника – банкрота для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве должника и распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора (должник и кредитор зарегистрированы по одному адресу) , в связи с чем подобные факты могут свидетельствовать о подаче кредитором заявления о включении требований в реестр исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абз. 4 п. 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Опровержение указанных обстоятельств в силу существующего стандарта доказывания и распределения бремени доказывания возложено именно на кредитора должника, заявившего требование о включении в реестр. Таких доказательств или пояснений, которые обосновывали ли бы такое нестандартное поведение сторон не представлено.

В связи с тем, что в рамках данного обособленного спора суд первой инстанции не установил каких-либо обстоятельств, позволяющих опровергнуть возражения кредиторов о создании подконтрольной задолженности, не обосновал свой вывод об отсутствии в действиях сторон по заключению договора купли-продажи недвижимого имущества, оплаты за должника денежных средств по кредитному договору в течении длительного времени признаков злоупотребления правом, следовательно, оснований для включения требования ФИО4 в реестр кредиторов должника не имеется.

С учетом изложенных обстоятельств определение суда первой инстанции от 28.08.2017 подлежит отмене в связи с неполным выяснением судом обстоятельств имеющих значения для разрешения настоящего спора (ч. 1 п. 1 ст. 270 АПК РФ), апелляционные жалобы финансового управляющего ФИО1, кредитора ФИО2 надлежит удовлетворить.

При подаче апелляционной жалобы на обжалуемое определение уплата государственной пошлины налоговым законодательством не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 28 августа 2017 года по делу № А60-6324/2016 отменить.

В удовлетворении требований ФИО4 во включении задолженности реестр требований кредиторов ФИО6 отказать.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий И.П. Данилова

Судьи С.И. Мармазова

В.А. Романов