Гражданский кодекс часть 1

общество с ограниченной ответственностью «ЕЭС-Гарант» (далее – общество «ЕЭС-Гарант», истец) обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском к Косулинской сельской управе администрации Белоярского городского округа (далее – администрация, ответчик) о взыскании 393 700 руб. неосновательного обогащения.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 05.05.2023 иск удовлетворен в полном объеме.

Ответчиком подана апелляционная жалоба, в которой он просит отменить решение в связи с неполным выяснением обстоятельств, имеющих значение для дела, недоказанностью имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска.

Истцом представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором он просит оставить решение без изменения, жалобу – без удовлетворения.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.06.2023 апелляционная жалоба ответчика принята к производству, судебное разбирательство назначено на 25.07.2023.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.07.2023 судебное разбирательство отложено на 31.08.2023.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, между администрацией (заказчик) и обществом «ЕЭС-Гарант» (исполнитель) заключен энергосервисный контракт от 09.04.2020 № 1 (далее – контракт).

Согласно пункту 2.1 контракта исполнитель осуществляет действия, направленные на энергосбережение и повышение энергетической эффективности использования энергетических ресурсов на объектах заказчика путем реализации перечня ЭЭМ на объектах заказчика, а заказчик оплачивает оказанные исполнителем услуги за счет средств, полученных от экономии расходов заказчика на оплату энергетических ресурсов. Основные сведения об объектах, в отношении которых предполагается осуществить энергоэффективные мероприятия, а также минимально необходимый перечень ЭЭМ, указаны в техническом задании (приложение № 1).

Цена настоящего контракта, определяемая в виде фиксированного процента экономии в денежном выражении соответствующих расходов заказчика на поставки энергетических ресурсов, составляет 6 541 999 руб. 45 коп., что соответствует экономии в натуральном выражении 951 190 кВт/ч, исходя из регулируемых цен (тарифов) на энергетические ресурсы на дату опубликования и (или) размещения извещения о проведении электронного аукциона, указанных в пункте 4.7 настоящего контракта, и определяется исходя из подлежащего исполнителю процента экономии, определенного в пункте 4.2 контракта (пункт 4.1 контракта).

Фиксированный процент экономии, подлежащий уплате исполнителю по настоящему контракту, составляет 100% от минимального размера экономии энергетического ресурса. Дополнительная экономия энергетического ресурса, обеспеченная сверх установленного пунктом 2.2 контракта размера экономии (минимальный размер экономии) распределяется между сторонами в той же пропорции, что минимальная экономия энергетических ресурсов. Данный процент экономии не подлежит изменению в ходе исполнения настоящего контракта (пункт 4.2 контракта).

Исполнитель обязуется реализовать мероприятия по энергосбережению и повышению энергетической эффективности, предусмотренные перечнем ЭЭМ в полном объеме и в сроки, определенные условиями настоящего контракта.

Гарантии на материалы, изделия и оборудование предоставляются в соответствии с условиями заводов-изготовителей, но не менее срока действия контракта, установленного в пункте 2.3.

Гарантийный срок начинает исчисляться с даты подписания сторонами акта сдачи-приемки результатов реализации соответствующего мероприятия (этапа мероприятия) по энергосбережению и повышению энергетической эффективности (пункт 7.1 контракта).

Если в период указанного гарантийного срока обнаружатся недостатки результата реализации мероприятия по энергосбережению и повышению энергетической эффективности, то исполнитель обязан их устранить за свой счет в течение срока, определенного сторонами в акте, фиксирующем недостатки. Гарантийный срок в этом случае продлевается соответственно на период, в течение которого исполнителем производились работы по устранению недостатков (пункт 7.2 договора).

Настоящий контракт вступает в силу с даты его заключения и действует по 31.03.2025 включительно (пункт 12.1 контракта).

В соответствии с пунктом 5.1 технического задания в обязанности исполнителя, в том числе входит замена существующих светильников РКУ-250 на светодиодные в количестве 260 шт.; замена существующих приборов учета э/э на шкафы уличного освещения в количестве 20 шт.

Сторонами оформлен акт сдачи-приемки оказанных услуг по реализации мероприятий по энергосбережению и повышению энергетической эффективности от 07.08.2020, согласно которому исполнителем: проведено энергетическое обследование; заменены существующие осветительные приборы на светодиодные светильники в количестве 260 штук; заменены существующие приборы учета э/э на шкафы уличного освещения в количестве 20 штук; проведены пуско-наладочные работы.

Письмом от 26.07.2021 № 132 заказчик уведомил исполнителя о выявлении сбоев в работе оборудования и просил устранить недостатки согласно гарантийных обязательств – моргание 6 светильников, отключение автомата на ТП 6106 ул. Кузнечная, отсутствие освещения на ул. Патрушева д. Поварня, а также на ул. Солнечная, ул. Озерная, ул. Приозерная п. Растущий.

Сторонами оформлен акт фиксации недостатков от 27.08.2021, согласно которому исполнитель обязался в срок до 31.09.2021 устранить недостатки результата реализации мероприятия по энергосбережению и повышению энергетической эффективности в рамках своих гарантийных обязательств.

Письмом от 25.10.2021 № 196 заказчик уведомил исполнителя о выходе из строя 29 светильников, просил заменить светильники в рамках гарантийных обязательств.

Письмами от 03.11.2021 № 80006/02096, от 07.11.2021 № 80006/02097 исполнитель уведомил заказчика о замене вышедших из строя светильников в количестве 82 и 29 штук, указав на то, что вышедшие из строя светильники направлены на экспертизу в адрес производителя для выявления причин выхода их из строя.

Исполнитель направил в адрес заказчика письмо от 10.11.2021 № 80006/02126, в котором указал, что в соответствии с техническим заключением производителя светильников от 09.11.2021 причиной выхода из строя 82 светильников явилось нарушение условий эксплуатации светильников (превышение входного напряжения питающей сети при эксплуатации во время грозы в летний период).

Полагая, что причина выхода светильников из строя не относится к гарантийному случаю, исполнитель потребовал заказчика возместить ему стоимость замены светильников в размере 283 500 руб.

В ответ заказчик в письме от 19.11.2021 № 221 отказался от возмещения затрат на сумму 283 500 руб., ссылаясь на недостатки технического заключения от 09.11.2021 и отсутствие возможности идентифицировать исследованные производителем светильники.

Исполнитель в письме от 01.12.2021 № 80006/02314 выразил готовность предоставить заказчику драйвера от вышедших из строя светильников в количестве 81 штуки.

Письмом от 21.06.2022 № 80017-01-01-07/00797 исполнитель уведомил заказчика о получении 25.01.2022 от производителя светильников технического заключения о причинах выхода из строя 29 светильников.

Заказчику направлена претензия от 21.07.2022 № 80017-01-01-07/00979 с требованием о возмещении 393 700 руб. затрат исполнителя на замену вышедших из строя 81 и 29 штук светильников.

Неисполнение заказчиком указанного требования послужило основанием для обращения исполнителя с настоящим иском в арбитражный суд.

Удовлетворяя иск, суд первой инстанции руководствовался статьями 15, 393, 401, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходил из наличия причинно-следственной связи между наступившим не гарантийным случаем, в результате которого истец понес убытки в размере взыскиваемой суммы с действиями ответчика, выразившимися в нарушении условий контракта в части эксплуатации электроосветительного оборудования в летний период.

При этом судом первой инстанции сделан вывод о необходимости применения к правоотношениям сторон принципа эстоппель, предусматривающий запрет противоречивого поведения. В частности, судом учтено, что до проведения экспертизы ответчик подписывал документы, передавал истцу на экспертизу светодиодное оборудование, поручая ему определение причин выхода светильников из строя. Однако, получив результаты экспертизы, поведение ответчика изменилось и он стал ссылаться на отсутствие двусторонне подписанных документов, от передачи оборудования для производства собственной независимой экспертизы отказался. В письме от 25.10.2021 № 196 ответчик прямо указывает на зафиксированное короткое замыкание.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что у администрации не было сомнений в том, где, в каком объеме вышло из строя светодиодное оборудование в соответствующий период, пока ответчик полагал случай гарантийным. Вместе с тем, получив результаты экспертизы, администрация свою линию поведения изменила.

Поскольку истцом доказан факт несения убытков на сумму 393 700 руб., наличие причинно-следственной связи между убытками и поведением ответчика подтверждено, судом первой иск удовлетворен в полном объеме.

Исследовав материалы дела, доводы, изложенные в апелляционной жалобе и отзыве на нее, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для отмены решения суда в связи со следующим.

Если договором подряда предусмотрен гарантийный срок, то результат работы должен в течение всего гарантийного срока соответствовать условиям договора о качестве (пункт 1 статьи 722 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Распространяя свое действие на период после приемки выполненных работ, гарантийное обязательство превращает отношения сторон по договору подряда в длящиеся. Презюмируется, что при обычной надлежащей эксплуатации предмета, явившегося результатом работ, недостаток, появившийся в течение гарантийного срока, возникает в связи с ненадлежащим исполнением подрядчиком своих обязательств.

Аналогичная позиция содержится в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 25.08.2016 № 305-ЭС16-4427, от 25.08.2016 № 305-ЭС16-4838.

В силу пункта 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской федерации отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Подрядчик несет ответственность за недостатки (дефекты), обнаруженные в пределах гарантийного срока, если не докажет, что они произошли вследствие нормального износа объекта или его частей, неправильной его эксплуатации или неправильности инструкций по его эксплуатации, разработанных самим заказчиком или привлеченными им третьими лицами, ненадлежащего ремонта объекта, произведенного самим заказчиком или привлеченными им третьими лицами (пункт 2 статьи 755 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, поскольку неисправность светодиодного оборудования возникла в пределах гарантийного срока, бремя доказывания причин ее возникновения, исключающую ответственность общества «ЕЭС-Гарант» за недостатки, возлагается на последнего.

Между тем истцом вопреки положениям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено надлежащих доказательств, свидетельствующих об отсутствии его вины в возникновении недостатков.

Из материалов дела усматривается, что двусторонний акт фиксации недостатков оформлялся сторонами только в отношении неисправностей, поименованных заказчиком в письме от 26.07.2021 № 132.

В отношении требования об устранении неисправности в виде 82 светильников, заявленного в письме от 25.10.2021 № 196, двусторонний акт фиксации недостатков сторонами не составлялся. При этом письмо от 25.10.2021 № 196 не содержит поручения заказчика исполнителю о направлении светильников на экспертизу с целью выявления причин возникновения неисправности.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции находит не соответствующим обстоятельствам дела вывод суда первой инстанции о том, что ответчиком поручалось истцу проведение экспертизы 82 светильников.

В связи с тем, что сторонами акт, фиксирующий недостатки по письму от 25.10.2021 № 196, не составлялся, истцом технические паспорта на спорные светильники не представлены, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что соотнести или иным образом идентифицировать светильники, снятые исполнителем с территории Косулинской сельской управы и светильники, направленные истцом на экспертизу производителю, не представляется возможным.

Кроме того, в акте фиксации недостатков от 27.08.2021 идентификационные признаки вышедшего из строя оборудования также не указаны.

Отсутствие идентификации установленного оборудования, неисправного оборудования и замененного оборудования в данном случае объективно не позволяет определить относимость представленной в дело документации к предмету спора, соответственно, отсутствует возможность установить связь между заявленными и понесенными расходами по замене светильников.

Полагая, что случай выхода оборудования из строя не является гарантийным, истец ссылается на выводы завода-производителя светильников, изложенные в технических заключениях от 09.11.2021, от 25.01.2022.

Однако в заключениях производителем буквально указано следующее: «Анализируя все указанные неисправности можно предположить, что в результате превышения допустимого напряжения сети переменного тока (воздействия грозового разряда) произошло короткое замыкание между проводниками печатного монтажа и выход из строя компонентов электрической схемы, данные случаи не являются гарантийными».

Таким образом, выводы о причинах выхода оборудования из строя носят предположительный и вероятностный характер.

Помимо этого заказчик информацией о превышения допустимого напряжения сети переменного тока располагал и в момент направления исполнителю претензии от 25.10.2021 № 196, где прямо указывал на то, что светильники вышли из строя из-за короткого замыкания.

Между тем в соответствии с условиями энергосервисного контракта (пункт 2.1) и технического задания к нему (приложение № 2) исполнитель должен обеспечить установку светильников с функцией защиты от перенапряжения и короткого замыкания. В соответствии с условиями технического задания: при превышении рабочего напряжения или короткого замыкания светильник отключается; после снижения напряжения до рабочего, светильник восстанавливает свою работу автоматически.

В данном случае из формулировок выводов технических заключений 09.11.2021, от 25.01.2022 не следует, что причина выхода оборудования из строя определена заводом-изготовителем с учетом наличия вышеуказанной функции защиты светильников от перенапряжения и короткого замыкания.

Тот факт, что оборудование вышло из строя по причине короткого замыкания, был известен и до составления технических заключений. При этом оставались не выясненными причины выхода оборудования из строя в связи с коротким замыканием с учетом наличия в нем функции защиты от таких неполадок.

Из представленных истцом в материалы дела документов вышеуказанную причину выхода оборудования из строя не представляется возможным определить. Технические заключения каких-либо исследований или выводов по данному вопросу не содержат.

С ходатайством о назначении судебной экспертизы истец не обращался и, как верно отмечено судом первой инстанции, в связи с уничтожением неисправного оборудования в настоящий момент не представляется возможным проведение такой экспертизы.

В то же время бремя представления доказательств, свидетельствующих о том, что спорный случай возникновения неисправности оборудования не относится к гарантийному, лежит на обществе «ЕЭС-Гарант» (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Однако достаточных доказательств, позволяющих прийти к выводу о том, что на заказчике лежит обязанность возместить подрядчику стоимость устранения неисправностей оборудования, выявленных в гарантийный период, материалы дела не содержат.

Ссылки истца на нарушение заказчиком порядка эксплуатации оборудования документально не подтверждены, в связи с чем они не могут служить основанием для освобождения общества «ЕЭС-Гарант» от гарантийных обязательств.

Итак, обжалуемое решение подлежит отмене на основании пунктов 3, 4 части 1, пункта 1 части 2 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В удовлетворении иска надлежит отказать в полном объеме.

В силу части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы на уплату государственной пошлины в сумме 10 874 руб., понесенные при подаче искового заявления, относятся на истца.

Поскольку ответчик в силу подпункта 1.1 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации освобожден от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым арбитражными судами, настоящее постановление принято в его пользу, однако истец подателем апелляционной жалобы не являлся, государственная пошлина по апелляционной жалобе взысканию с него не подлежит.

Руководствуясь статьями 266, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 05.05.2023 по делу № А60-59331/2022 отменить.

В удовлетворении иска отказать.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного
производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

О.В. Суслова

Судьи

Р.А. Балдин

И.С. Пепеляева