Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Фирма «Факел» ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 10.02.2014 по делу № А07-14960/2011 об отказе в удовлетворении заявления о признании сделок недействительными (судья Ахметгалиева Д.М.).

В судебном заседании приняли участие представители:

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Фирма «Факел» ФИО1 – ФИО2 (паспорт, доверенность № 1 от 29.12.2013);

общества с ограниченной ответственностью комплексно-технологическое предприятие «Стройтехмонтаж» - ФИО3 (удостоверение, доверенность № 1 от 25.03.2014); ФИО4 (удостоверение, доверенность № 11 от 23.05.2011).

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 12.10.2012 (резолютивная часть от 04.10.2012) общество с ограниченной ответственностью Фирма «Факел» (ИНН <***>, ОГРН <***>, далее – должник) признано несостоятельным (банкротом) с открытием конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО1 (далее - конкурсный управляющий).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 27.02.2013 при банкротстве должника применены правила параграфа 7 главы 1Х Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

14.10.2013 на рассмотрение Арбитражного суда Республики Башкортостан поступило заявление конкурсного управляющего от имени должника о признании недействительными дополнительного соглашения от 5.07.2010 к договору инвестирования от 10.02.2005 № 2И-С, заключенного между должником и обществом с ограниченной ответственностью «Комплексно-технологическое предприятие Стройтехмонтаж» (ИНН <***>, ОГРН <***>, далее - ответчик), а также соглашения о зачете от 5.07.2010, заключенного между должником и ответчиком.

Определением суда от 10.02.2014 (резолютивная часть от 04.02.2014) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

С определением суда от 10.02.2014 не согласился конкурсный управляющий, обратившись с апелляционной жалобой, в которой просил определение отменить, принять новый судебный акт, которым заявление конкурсного управляющего удовлетворить, признать недействительными оспариваемые сделки.

Заявитель жалобы полагает, что отсутствует преюдициальное значение результатов рассмотрения споров по делам № № А07-5035/2011, А07-3425/2011, поскольку при рассмотрении данных споров обстоятельства недействительности сделок по специальным основаниям, предусмотренным законодательством о банкротстве, не проверялись. Решения по указанным делам не препятствуют признанию сделок недействительными в деле о банкротстве. Правовой состав, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, является специальным по отношению к составу правонарушения, предусмотренному статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. В рамках рассмотрения заявлений об оспаривании сделок в процедуре банкротства действуют иные презумпции, иным образом распределяется бремя доказывания, конкурсный управляющий имеет самостоятельный процессуальный статус. При рассмотрении указанных дел установлен ряд юридически значимых обстоятельств, не подлежащих повторному доказыванию – отсутствие индивидуальной цены каждого передаваемого помещения по договору инвестирования от 10.02.2005 и наличие лишь общей последовательно изменявшейся цены сделки: 400 миллионов рублей, 600 миллионов рублей, 791,632 миллионов рублей; несение должником в рамках исполнения агентского договора № А1 от 01.02.2005 за свой счет расходов по расселению граждан, связанному с выполнением поручения ответчика в общей сумме 74 136 275 рублей, возникновение у последнего соответствующей задолженности.

Податель жалобы со ссылкой на положения абзацев 33, 34 статьи 2, пункта 2 статьи 3, пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, разъяснения, изложенные в пунктах 5-7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы 3.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63), указал, что конкурсным управляющим доказана совокупность условий, необходимых для признания сделки недействительной. Так, установлено, что размер принятых на себя должником обязательств по дополнительному соглашению превышает 20 % балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением сделки (30.06.2010). На момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества. На момент совершения сделок у должника имелись просроченные обязательства перед обществом с ограниченной ответственностью «БашИнвестБанк» в сумме 14 миллионов рублей, ФИО5 - более 22 миллионов рублей, ФИО6 – 6,3 миллионов рублей, обществом «ТехСтройПласт» - 22 миллионов рублей, ФИО7 – 2,6 миллионов рублей, обществом «Агентство правовой информации «Респект» - 70 тысяч рублей, ФИО8 – 1,044 миллионов рублей, что подтверждается судебными актами о взыскании задолженности и установлении требований в реестр. Общий размер требований кредиторов по реестру - более 138 миллионов рублей. Объем неисполненных должником обязательств существенным образом превышал размер чистых (15,706 миллионов рублей, в предшествующий период - 15,715 миллионов) и общих активов должника на дату совершения сделок. При этом, размер чистой прибыли составил 27 тысяч рублей (в сравнении с предыдущим периодом – 784 тысяч рублей, снижение более чем в 29 раз). Заявитель полагает, что, исходя из буквальных данных бухгалтерского баланса и отчета о прибылях и убытках, усматривается невозможность без ущерба для должника и его кредиторов принять на себя дополнительные обязательства перед ответчиком в сумме 191,632 миллионов рублей. С учетом негативной динамики снижения величины чистых активов и прибыли возможность получения должником прибыли в указанном размере в течении менее чем 2 месяцев отсутствовала. Сделка (соглашение от 05.07.2010) вопреки положениям пункта 3.8 договора инвестирования, пункта 3 статьи 423 Гражданского кодекса Российской Федерации совершена безвозмездно, поскольку из буквального смысла и содержания документа следует, что сопутствующего встречного предоставления со стороны ответчика (дополнительных помещений в связи с увеличением объема финансирования к передаче инвестору) не предполагалось. Соглашение об увеличении стоимости объектов строительства подписано более чем через 2,5 года после ввода объекта в эксплуатацию. К моменту подписания соглашения застройщиком инвестору было передано и оплачено 352 из 363 помещений, подлежащих передаче, следовательно, договор был исполнен сторонами на 97 %. В ходе рассмотрения спора ответчик не представил пояснений и доказательств наличия финансово-экономического обоснования и разумной целесообразности увеличения инвестиций в завершенный строительством объект. В этой связи ссылка суда на нормы о свободе договора необоснованна. Реализация права на свободу договора при рассмотрении требований об оспаривании подозрительных сделок должна рассматриваться через призму необходимости защиты и соблюдения прав и интересов конкурсных кредиторов. Заявитель жалобы указал, что суд необоснованно не принял во внимание показания свидетеля ФИО9, поскольку факт наличия родственных отношений опрошенного свидетеля с ФИО10 (директор и участник должника) не имеет правового значения, показания свидетеля не указывают на поддержку и одобрение им действий своей сестры.

По мнению заявителя, подписание соглашения об увеличении объема инвестиций имело своей единственной целью искусственное, ничем не обусловленное увеличение финансовых обязательств должника перед ответчиком, что достигнуто двумя способами – ответчик освобожден от: погашения задолженности по агентскому договору путем одновременного подписания соглашения о зачете, от исполнения обязанностей по договору инвестирования от 10.02.2005 в виде передачи 11 не переданных к моменту заключения сделки помещений, а также от обязанности возвратить должнику излишне уплаченные по договору денежные средства в сумме 82 215 702,53 рублей. Ни одного платежа во исполнение дополнительного соглашения должником в адрес ответчика не произведено, что также свидетельствует о том, что фактического исполнения со стороны должника не предполагалось. О наличии факта причинения убытков должнику оспариваемыми сделками свидетельствуют результаты рассмотрения вышеназванных дел. Так, в удовлетворении иска должнику отказано исключительно по причине неполной оплаты должником договорной цены, увеличенной в соответствии с условиями спорного соглашения. Единственным основанием для освобождения ответчика от исполнения договорных обязательств перед истцом по агентскому договору послужило соглашение о зачете. Заключение приведенных сделок обусловило не включение причитающегося должнику недвижимого имущества и имущественных прав в конкурсную массу должника, не получение кредиторами должника соразмерного удовлетворения своих требований.

Податель жалобы полагает, что им представлены достаточные доказательства и доводы, позволяющие сделать вывод о том, что ответчик знал или должен был знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Так, ответчик наряду с должником являлся ответчиком по делу кредиторов ФИО7, рассмотренного судом общей юрисдикции в 2009-2010 году, следовательно, знал о наличии у должника неисполненных обязательств. Исключение ответчика из числа ответчиков в рамках того дела, правового значения не имеет, поскольку не опровергает факта осведомленности о наличии неисполненных обязательств, учитывая, что именно ответчик как застройщик в силу условий договоров должника с названными лицами обязано было передать указанным лицам квартиру. Ответчик неоднократно давал должнику согласие на залог имущественных прав на недвижимое имущество в пользу банка, о чем свидетельствуют письма ответчика, адресованные банку. Следовательно, ответчик достоверно знал о наличии у должника кредитных обязательств перед банком, в последующем ставшим конкурсным кредитором. Данные доказательства не учтены судом. Из пояснений ответчика, графика платежей, акта сверки следует, что в ходе исполнения договора инвестирования должник неоднократно допускал просрочку. Ответчику с марта 2008 года, начавшему осуществлять передачу помещений в адрес лиц, которым должник уступил свои права на получение объектов недвижимости, было известно о том, что основным источником финансирования деятельности должника являлось привлечение инвестиций со стороны граждан и юридических лиц. Ответчику было известно о расходовании должником средств в сумме более 74 миллионов рублей на расселение граждан. При наличии таких обстоятельств, ответчик, проявляя заботливость и осмотрительность, обязан был проявить интерес к судьбе указанных обязательств должника, проверить финансовое состояние контрагента и удостовериться в том, способен ли должник исполнить обязательства перед третьими лицами после увеличения размера обязательств должника перед ним.

Заявитель указал, что при заключении сделки, имеющей важное хозяйственное значение, действуя разумно, контрагент проверяет наличие у договора признаков крупной сделки и порядка ее одобрения. Применительно к обстоятельствам настоящего дела такая проверка не проводилась. За 5 лет (2005-2010 годы) общий объем перечислений должником по договору инвестирования составил 682 миллиона рублей, тогда как по условиям спорного соглашения должник принял на себя обязательство перечислить застройщику дополнительно 191,632 миллиона рублей в течение всего 2 месяцев, что составляет 28 % от общей суммы. Следовательно, соглашение отличается от стандартных условий аналогичных сделок, а поведение сторон от ожидаемого применительно к добросовестному участнику гражданского оборота. Анализ судебных актов судов общей юрисдикции и арбитражного свидетельствует о том, что подписавшая оспариваемые сделки директор должника ФИО10 в этот же период времени представляла интересы должника по соответствующей доверенности. Данное обстоятельство указывает на то, что ответчик через единоличный исполнительный орган должника способен был оказывать влияние на деятельность должника и принимаемые им решения, что фактически отвечает критериям заинтересованности и аффилированности сторон оспариваемых сделок. Кроме того, оно свидетельствует о наличии длительных, тесных хозяйственных и финансовых связей между сторонами сделки. Следовательно, ответчик не мог не знать о текущем финансовом состоянии должника.

При таких обстоятельствах, заявитель считает, что вывод о недоказанности фактов направленности цели совершения сделок на причинение вреда кредиторам и причинения им вреда оспариваемыми сделками, а также осведомленности ответчика о неблагоприятном финансовом положении не соответствует доказательствам и установленным обстоятельствам, противоречит нормам Закона о банкротстве.

В судебном заседании представитель подателя жалобы доводы последней поддержал в полном объеме.

Ответчик представил отзыв на жалобу с доказательствами его направления в адрес лиц, участвующих в деле. В отзыве выражено несогласие с доводами жалобы со ссылкой на законность и обоснованность принятого судебного акта.

Отзыв приобщен к материалам дела в порядке, предусмотренном статьей 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Представители ответчика в судебном заседании поддержали доводы отзыва на жалобу в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили, отзывы не представили.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривалось судом апелляционной инстанции в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, их представителей.

Арбитражный суд апелляционной инстанции проверил законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 01.02.2005 года между ответчиком (принципал) и должником (агент) заключен агентский договор №А-1, по условиям которого агент за вознаграждение совершает по поручению принципала и от имени и за счет принципала юридические и фактические действия по расселению граждан, зарегистрированных и являющихся собственниками жилых домов по адресу: <...> в Кировском районе г.Уфы. Пунктом 2.2. агентского договора определено, что принципал обязан обеспечить агента денежными средствами, необходимыми для исполнения поручения, принять от агента все полученное по сделкам, совершенным во исполнение поручения, уплатить агенту установленное договором вознаграждение. 19.01.2007 между сторонами договора подписан акт выполненных работ по агентскому договору, согласно которому агент произвел расселение жилых домов № № 2, 4 по ул.Крупской г.Уфы, фактически израсходованные денежные средства составляют 74 136 275 рублей.

Между ответчиком (застройщик) и должником (инвестор) 10.02.2005 на основании Градостроительного заключения от 16.07.2004 № Г303550/с, выданного Главным управлением архитектуры и градостроительства Администрации г. Уфы, протокола заседания комиссии по застройке г. Уфы от 18.11.2004, подписан договор № 2И-С об инвестировании в строительство жилого дома (далее – договор инвестирования), по условиям которого инвестор принимает участие в финансировании многоэтажного жилого дома с предприятиями обслуживания населения и подземной автостоянкой по ул. Баязита Бикбая в микрорайоне «Сипайлово-6» в Октябрьском районе г. Уфы (пункт 1.1, 1.2 договора).

Пунктом 1.3. договора инвестирования оговорено условие, согласно которому инвестор производит инвестирование в строительство 20 000 кв. м. общей площади объекта. Перечень помещений и их технические характеристики стороны договорились согласовать в будущем путем составления дополнительного соглашения.

В силу пункта 2.1 договора инвестирования стороны пришли к согласию о том, что объем инвестиций, направляемых инвестором на строительство в соответствии с условиями договора, будет определен во взаимосогласованные сторонами сроки, исходя из суммы вложений, необходимых для производства строительных работ, с оформлением соглашения к названному договору. Объем инвестиций на момент заключения договора сторонами определен в размере 400 000 000 рублей. График финансирования предполагал оплату в период с 01.01.2006 по 01.01.2008.

В пункте 2.3 договора инвестирования сторонами определено, что в случае нарушения порядка и сроков инвестирования инвестором застройщик имеет право по окончании строительства объекта уменьшить долю инвестора, зафиксированную в договоре; предоставить инвестору по окончании строительства возможность внести в полном объеме сумму инвестиций.

Согласно пункту 3.8 договора инвестирования в редакции соглашения от 05.04.2005 об изменении договора инвестирования застройщик передает инвестору по акту приема-передачи долю объекта пропорционально фактическому объему финансирования инвестора после приемки государственной приемочной комиссией законченного строительством объекта, подписания разрешения на ввод в эксплуатацию, разрешения на заселение жилого дома, выданного Администрацией города Уфы и подписания между сторонами акта сверки расчетов по финансированию объекта.

Впоследствии сторонами был согласован график финансирования к договору инвестирования, согласно которому объем инвестиций составил 600 000 000 рублей, дата внесения последней суммы инвестиционных средств – 01.01.2008.

В приложении № 1 к договору инвестирования согласован перечень квартир и нежилых помещений, право на которые принадлежит должнику. В перечне определены № квартир строительные и по техническому паспорту, их этажность, проектная и жилая площадь посекционно, а также номера, этажность и площадь нежилых помещений посекционно. Всего подлежало передаче 22548,012 кв.м, из которых 21325,952 кв.м жилых помещений, 1222,060 кв.м нежилых помещений.

В соответствии с бухгалтерским балансом должника на 30.06.2010 активы должника составили 40 996 тысяч рублей, которые включали основные средства – 1 863 тысяч рублей, налог на добавленную стоимость – 27 тысяч рублей, дебиторская задолженность – 39 068 тысяч рублей, денежные средства – 38 тысяч рублей. В пассивах отражены кредитные обязательства на сумму 25 100 тысяч рублей, кредиторская задолженность на сумму 181 тысяча рублей.

05.07.2010 между ответчиком и должником подписано соглашение к договору инвестирования о внесении изменений в пункты 2.1 и 2.2 договора, в соответствии с которыми объем инвестиций, направляемых на строительство объекта, увеличен до 791 632 000 рублей, инвестирование средств на строительство объекта предусмотрено осуществлять путем перечисления денежных средств на счет застройщика в срок до 01.09.2010.

05.07.2010 между ответчиком и должником подписан акт о проведении зачета взаимной задолженности, согласно которому ответчик погашает свою задолженность перед должником по агентскому договору на общую сумму 74 136 275 рублей, а должник погашает свою задолженность перед ответчиком по договору инвестирования на ту же сумму.

В акте сверки на 06.07.2010 отражен факт наличия задолженности должника перед ответчиком на сумму 35 280 022,47 рублей, указано, что обороты по дебету ответчика составили 791 632 000 рублей, по кредиту ответчика – 756 351 977,53 рублей. В акте отражено, что операции по оплате должником осуществлены в периоды 2005-2010 годов, при сверке учтен акт зачета на сумму 74 136 275 рублей.

14.02.2011 сторонами договора инвестирования составлен реестр жилых и нежилых помещений к договору инвестирования, переданных ответчиком должнику и лицам, приобретшим жилые, нежилые помещения по договорам уступки у должника. В реестре приведен перечень лиц, номера и площади помещений, даты акта приема-передачи, составленные в 2008-2010 годах. Общий объем переданных помещений определен в размере 21524,49 кв.м.

19.09.2011 возбуждено дело о банкротстве должника, 12.10.2012 должник признан банкротом.

В рамках рассмотрения дела Арбитражного суда Республики Башкортостан № А07-3425/2011 (по иску должника к ответчику об обязании передать квартиру № 182 и помещения бутиков № № 6-9, взыскания убытков в виде стоимости подлежащих передаче, но не переданных помещений (квартир 54, 173, 207 и бутиков № № 3-5, в размере 33 400 000 рублей, неосновательного обогащения в размере 82 215 702,53 рублей, по встречному иску ответчика к должнику о взыскании задолженности по договору инвестирования в сумме 35 280 022,47 рублей) установлено следующее.

Правоотношения между сторонами по договору инвестирования являются договором купли-продажи будущей недвижимой вещи.

В приложении № 1 к договору инвестирования ошибочно включены квартиры 113, 121, 122 по секции В.

Постановлением главы администрации городского округа «Город Уфа» от 26.12.2007 № 8202 принят в эксплуатацию многоэтажный жилой дом с предприятиями обслуживания населения с подземной автостоянкой по улице Баязита Бикбая в микрорайоне «Сипайлово-6», разрешение на ввод в эксплуатацию объекта выдано застройщику 27.12.2007.

Подписанным сторонами 14.02.2011 реестром передачи жилых и нежилых помещений по договору инвестирования подтверждено исполнение застройщиком обязательств по передаче инвестору и физическим лицам, приобретшим жилые и нежилые помещения по договорам уступки у инвестора 352 квартиры (с указанием их номера и площади) и одного нежилого помещения. Размер общей площади переданных помещений составил 21 524,49 кв.м. Право собственности на переданные помещения зарегистрировано за получившими их по актам приема-передачи физическими и юридическими лицами.

Стоимость реализованных должником третьим лицам объектов составляет 527 927 109 рублей, стоимость приобретенных помещений самим должником составляет 277 089 725 рублей, что в совокупности составляет 805 016 834 рублей.

Право требования передачи помещений (бутики № № 3-5) и взыскания убытков в размере 33 400 000 рублей (в виде стоимости подлежащих передаче, но не переданных помещений – квартир № 54, 173, 207 и бутиков № 3, 4, 5), а также неосновательного обогащения у должника не возникло в связи с отсутствием доказательств перечисления денежных средств в полном объеме в соответствии с договором инвестирования с учетом дополнительного соглашения от 05.07.2010.

Каждое помещение не продавалось по индивидуальной цене. Из соглашения сторон не следует, что стороны согласовывали индивидуальные цены каждого переданного по сводному акту приема-передачи объекта недвижимости. Сторонами при заключении договора, дальнейшем подписании дополнительных соглашений согласована цена подлежащих передаче помещений путем определения общей стоимости выкупаемых площадей.

Обязательства, предусмотренные пунктом 2.2 договора инвестирования о предварительной оплате, не могут быть выполнены должником в установленный срок в связи с введением процедуры конкурсного производства. Истец лишен возможности в случае оплаты требовать передачи части имущества.

Ответчик должен передать должнику помещения общей площадью 22 421,65 кв. м. (общая площадь помещений, утвержденных приложением № 1 к договору инвестирования – 22548,012 кв.м, за вычетом площади помещений ошибочно включенных в указанный перечень – квартиры: № № 113, 121, 122 площадью 42,12 кв.м. каждая – всего площадью 126,36 кв.м).

Ответчик, исходя из данных о переданных помещениях (21524,49 кв.м), не передал должнику помещения общей площадью 897,16 кв.м., стоимостью 31 675 651,31 рублей (стоимость кв.м., определенная как сумма по договору инвестирования (791 632 000 рублей) / общую площадь помещений, подлежащих передаче ответчиком должнику (22 421,65 кв.м.) и составила 35 306,58 рублей за кв.м.).

Сумма задолженности должника перед ответчиком составила 3 555 924,52 рублей (35 280 022,47 – 31 675 651,31 рублей).

Суд не усмотрел нарушений в виде злоупотребления правом при заключении сторонами дополнительного соглашения от 05.07.2010, причинения вреда кредиторам.

В рамках рассмотрения дела Арбитражного суда республики Башкортостан № А07-5035/2011 должнику отказано в иске к ответчику о взыскании 54 136 275 рублей расходов агента по агентскому договору, в том числе с учетом наличия акта зачета от 05.07.2010 на сумму 74 136 275 рублей.

В соответствии с пунктом 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Конкурсный управляющий полагая, что дополнительное соглашение от 05.07.2010 к договору инвестирования и акт от 05.07.2010 о проведении зачета являются подозрительными сделками, совершенными в целях причинения вреда кредиторам должника оспорил их в рамках настоящего дела о банкротстве.

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из отсутствия совокупности условий для признания оспариваемых сделок недействительными.

Оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется в силу следующего.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Полномочия на оспаривание сделок должника предоставлены конкурсному управляющему статьями 61.9, 129 Закона о банкротстве.

В силу пунктов 1, 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе.

Исходя из части 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

При этом, исходя из части 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве, правила настоящей главы могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, в том числе возникающих в соответствии гражданским законодательством.

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (часть 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве).

Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пунктах 5-7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Оспариваемые сделки совершены в период подозрительности, что следует из материалов дела и лицами, участвующими в деле, не оспаривается.

Между тем, спорное дополнительное соглашение следует рассматривать в совокупности с договором инвестирования и действиями сторон по его исполнению. Исходя из условий пунктов 1.3, 2.1, 3.8 договора следует признать, что в редакции спорного дополнительного соглашения сторонами согласован общий объем инвестиций должника и цена подлежащих передаче помещений путем определения общей стоимости выкупаемых площадей без индивидуализации цены в отношении каждого переданного объекта недвижимости, что соответствует требованиям пункта 3 статьи 555 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Принимая во внимание условия договора, площадь подлежащих передаче ответчиком должнику во исполнение договора инвестирования помещений 22 421,65 кв.м, размер инвестирования 791 632 000 рублей с учетом условий дополнительного соглашения, цену кв.м, исходя из данных показателей - 35 306,58 рублей (постановление апелляционной инстанции от 13.05.2013 по делу № А07-3425/2011), площадь переданных должнику помещений 21 524,49 кв.м, размер исполненных обязательств по инвестированию 756 351 977,53 рублей, остаток задолженности должника по договору инвестирования – 3 555 924,52 рублей перед ответчиком оснований полагать, что дополнительное соглашение заключено на условиях безвозмездности, не имеется. Дополнительное соглашение не может рассматриваться отдельно от иных действий сторон по исполнению договора инвестирования и отсутствие в нем сведений о передаче дополнительных площадей, по мнению апелляционной инстанции, о безвозмездном характере оспариваемой сделки не свидетельствует.

При этом, апелляционная инстанция отмечает, что в дело не представлено доказательств того, что цена кв.м в сумме 35 306,58 рублей, рассчитанная исходя из данных показателей, не соответствует рыночным условиям, является завышенной (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Кроме того, из отзыва ответчика следует, что строительство объекта с учетом наличия на стороне должника просрочки с марта 2007 года осуществлялось силами застройщика с привлечением кредитных средств, увеличение размера инвестиционных средств по дополнительному соглашению было обусловлено договоренностью сторон о компенсации банковских процентов, уплаченных в связи с просрочкой платежа. В подтверждение данных доводов представлены кредитные договоры на общую сумму кредитов 55 миллионов рублей. Данные обстоятельства не опровергнуты.

Учитывая изложенное, доводы подателя жалобы о том, что в ходе рассмотрения спора ответчик не представил пояснений и доказательств наличия финансово-экономического обоснования и разумной целесообразности увеличения инвестиций в завершенный строительством объект, не соответствуют фактическим обстоятельствам.

Заявителем жалобы не учтено, что должник произвел инвестирование денежных средств в размере, превышающем 600 миллионов рублей задолго до подписания спорного соглашения (2008-2009 годы, что следует из акта сверки), не требуя возврата неосновательно полученного (если полагал его таковым) в течение длительного периода времени (иск подан лишь в 2011 году, в удовлетворении которого отказано).

Суд апелляционной инстанции учитывает, что на момент подписания дополнительного соглашения должником перечислено денежных средств по договору инвестирования на сумму 682 215 702,53 рублей (без учета акта зачета от 05.07.2010), а размер исполненных должником обязательств с учетом акта зачета от 05.07.2010 на сумму 74 136 275 рублей составил 756 351 977,53 рублей. Принимая во внимание изложенное, доводы о том, что должник, исходя из данных бухгалтерской отчетности, не имел возможности исполнить обязательства, принятые по спорному дополнительному соглашению, в течение 2 месяцев (до 01.09.2010), а также о том, что ни одного платежа во исполнение дополнительного соглашения должником в адрес ответчика не произведено, судом апелляционной инстанции не могут быть приняты во внимание, поскольку опровергаются вышеуказанным.

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание и стоимость реализованных должником третьим лицам и приобретенных самим должником объектов всего на общую сумму 805 016 834 рублей.

Таким образом, по мнению апелляционной инстанции, уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, не произошло, иных последствий совершенной должником сделки, приведших или могущих привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества, не наступило.

Следовательно, исходя из совокупности изложенных обстоятельств и представленных доказательств, суд первой инстанции обоснованно посчитал, что факт причинения вреда кредиторам заключением дополнительного соглашения не доказан.

Факт подписания дополнительного соглашения в период после введения объекта в эксплуатацию, когда договор инвестирования был исполнен на 97 %, правового значения не имеет, поскольку определение объема инвестиций произведено в соответствии с вышеназванными условиями договора.

Следовательно, доводы о том, что подписание соглашения об увеличении объема инвестиций имело своей единственной целью искусственное, ничем не обусловленное увеличение финансовых обязательств должника перед ответчиком, не соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам.

Само по себе обстоятельство того, что стоимость принятых (191 632 000) должником по оспариваемой сделке обязательств превышает 20 % балансовой стоимости активов должника на последнюю отчетную дату перед ее совершением (30.06.2010), принимая во внимание установленные обстоятельства о направленности сторон сделки на цели причинения вреда кредиторам и должнику не свидетельствует.

На момент совершения оспариваемых сделок у должника имелись неисполненные свыше 3 месяцев обязательства перед кредиторами, превышающие размер 100 тысяч рублей, что подтверждается судебными актами. Между тем, указанного обстоятельства недостаточно для признания сделки недействительной.

Ответчик не является заинтересованным лицом по отношению к должнику. Просрочка исполнения обязательств со стороны должника при наличии факта последующего длительного исполнения обязательств на значительную сумму и информированность ответчика о каких-либо обязательствах должника перед иными кредиторами (банком, физическими лицами) само по себе об осведомленности ответчика, исходя из представленных в отношении таких обязательств документов, об осведомленности ответчика о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника не свидетельствует. Доводы в указанной части основаны на предположении.

Доводы о том, что ответчик через единоличный исполнительный орган должника (в связи с представлением руководителем должника интересов ответчика по доверенности) способен был оказывать влияние на деятельность должника и принимаемые им решения, носят предположительный характер и не указывают на наличие признаков заинтересованности и аффилированности по смыслу действующего законодательства.

Таким образом, факт направленности сделки на цели причинения вреда кредиторам и осведомленности ответчика о такой цели не доказан.

Относительно акта зачета суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

В соответствии со статьей 410 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. Для зачета достаточно заявления одной стороны.

Зачет является одним из оснований прекращения обязательств (статья 407 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из акта от 19.01.2007, у ответчика имелись обязательства перед должником, вытекающие из агентского договора, на сумму 74 136 275 рублей, что лицами, участвующими в деле, не оспаривается.

Принимая во внимание условия договора инвестирования в редакции дополнительного соглашения от 05.07.2010, у должника имелись обязательства по инвестированию на сумму, превышающую 74 136 275 рублей.

Срок исполнения обязательств, исходя из условий договоров агентского и инвестирования, наступил.

В результате совершения оспариваемой сделки, данные обязательства сторон прекращены.

Доказательств того, что данная сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов, а другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки, не представлено.

Так, по мнению апелляционной инстанции, уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, не произошло, иных последствий совершенной должником сделки, приведших или могущих привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества, не наступило.

По вопросу о направленности сделки на цели причинения вреда кредиторам и осведомленности ответчика об указанной цели суд апелляционной инстанции исходит из тех же обстоятельств и доказательств, что и в отношении дополнительного соглашения.

Таким образом, совокупность условий, необходимых для признания оспариваемых сделок недействительными по признакам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве не доказана. Доводы жалобы не опровергают выводов суда, сделанных с четом правильно установленных обстоятельств, исходя из представленных доказательств, направлены на их переоценку, оснований для которой суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции считает, что основания для отмены определения суда, удовлетворения апелляционной жалобы - отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Поскольку жалоба не подлежит удовлетворению, государственная пошлина относится на заявителя в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 10.02.2014 по делу № А07-14960/2011 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Фирма «Факел» ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Федеральный арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Башкортостан.

Председательствующий судья Л.В. Забутырина

Судьи: Г.М. Столяренко

М.Н. Хоронеко