Гражданский кодекс часть 1

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Волковой Ю.А., судей Волошиной Н.А. и Мосиной Е.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания Бабаевой А.Ю., при участии в судебном заседании: до перерыва, объявленного 16.06.2022, от должника Ягудаева Маркила Ароновича – представителя Костюкова А.А. (паспорт, доверенность от 04.05.2021), от Баталовой М.В. – представителя Костюкова А.А. (доверенность от 16.11.2021), от УФНС России по Брянской области – представителя Назарова С.Н. (доверенность от 28.12.2021), после перерыва в отсутствие заинтересованных лиц, участвующих в обособленном споре, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы финансового управляющего индивидуального предпринимателя Ягудаева Маркила Ароновича Титовой Татьяны Викторовны и УФНС России по Брянской области на определение Арбитражного суда Брянской области от 09.09.2021 по делу № А09-7291/2019 (судья Калмыкова О.В.), вынесенное по результатам рассмотерния заявления финансового управляющего индивидуального предпринимателя Ягудаева Маркила Ароновича Титовой Татьяны Викторовны, к Ягудаеву М.А., Ягудаеву А.М., о признании недействительными сделок и применения последствий недействительности, по делу №А09-7291/2019 (Приложение №9), по заявлению ФНС России в лице УФНС России по Брянской области о признании ИП Ягудаева М.А. несостоятельным должником (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

в производстве Арбитражного суда Брянской области находится дело о признании индивидуального предпринимателя ФИО1 (далее - ИП ФИО1, должник) несостоятельным должником (банкротом).

В Арбитражный суд Брянской области по системе «Мой арбитр» 22.12.2020 поступило заявление финансового управляющего должника (ИП ФИО1) ФИО5 о признании недействительными сделок:

1)договора дарения от 26.09.2018, заключенного между ФИО1 и ФИО6 и применения последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ФИО1 недвижимого имущества:

- универсального цеха технического полотна, назначение: нежилое, одноэтажный, общая площадь: 876,20 м.кв., кадастровый номер: 32:31:0020201:163, адрес объекта: <...>.

2)договора дарения недвижимого имущества от 02 августа 2018 года, заключенного между ФИО1 и ФИО6 и применения последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ФИО1 недвижимого имущества:

-артезианской скважины, площадь: 7,8 м.кв., назначение: нежилое, кадастровый номер, 32:31:0120302:81, адрес: <...>;

--артезианской скважины, площадь: 23 м.кв., назначение: нежилое, кадастровый номер 32:31:0120302:119, адрес: <...>;

-насосно-канализационной станции: 74 м.кв., назначение: нежилое, кадастровый номер, 32:31:0120302:59, адрес: <...>;

-здания отстойника, площадь: 580 м.кв., назначение: нежилое, кадастровый номер 32:31:0120302:114, адрес: <...>;

- овощесушительного цеха, площадь: 1826,2 м.кв., назначение: нежилое, кадастровый номер, 32:31:0120302:50, адрес: <...>;

-цеха костной муки, квасилозасолочного цеха, площадь: 2426,3 м.кв., назначение: нежилое, кадастровый номер, 32:31:0120302:43, адрес: <...>;

-консервного цеха, пристройка к консервному цеху, склад готовой продукции, площадь: 5572,1 м.кв., назначение: нежилое, кадастровый номер, 32:31:0120302:77, адрес: <...>;

- административного здания, площадь: 719,6 м.кв., назначение: нежилое, кадастровый номер, 32:31:0120302:57, адрес: <...>;

-трансформаторной подстанции, площадь:44,2 м.кв., назначение: нежилое, кадастровый номер, 32:31:0120302:56, адрес: <...>;

-овощехранилища, площадь: 996,9 м.кв., назначение: нежилое, кадастровый номер, 32:31:0120302:51, адрес: <...>;

-овощехранилища, площадь: 1084 м.кв., назначение: нежилое, кадастровый номер 32:31:0120302:52, адрес: <...>;

-весовой, проходная, площадь: 100,7 м.кв., назначение: нежилое, кадастровый номер, 32:31:0120302:84, адрес: <...>;

-материально-прирельсового склада, площадь: 655,4 м.кв., назначение: нежилое, кадастровый номер, 32:31:0120302:80, адрес: <...>;

-склада, площадь: 864 м.кв., назначение: нежилое, кадастровый номер, 32:31:0120302:53, адрес: <...>.

3)договора дарения недвижимого имущества от 01.09.2018, заключенного между ФИО1 и ФИО6 и применения последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ФИО1 недвижимого имущества:

- магазина, назначение: нежилое, одноэтажный, общая площадь: 45,9 м.кв., кадастровый номер: 32:31:0020201:155, адрес объекта: <...>;

-склада для пряжи, назначение: нежилое, одноэтажный, общая площадь: 615,4 м.кв., кадастровый номер: 32:31:0020201:154, адрес объекта: <...>;

-красильного цеха, назначение: нежилое, одноэтажный, общая площадь: 2022,70 м.кв., адрес объекта: <...> кадастровый номер: 32:31:0020201:161;

-мотально-вязального цеха, назначение: нежилое, одноэтажный, общая площадь: 1265,30 м.кв.. Адрес объекта: <...> кадастровый номер: 32:31:0020201:162;

-земельного участока, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для иного использования, площадь: 26076 м.кв., кадастровый номер: 32:31:0020201:61, Адрес объекта: <...>;

- подсобного здания, назначение: нежилое, одноэтажное, общая площадь 42,20 м.кв., кадастровый (или условный) номер: 32-32-18/002/2005-594, Адрес объекта: <...>.

Определением Арбитражного суда Брянской области от 09.09.2021заявление финансового управляющего должника ФИО5 о признании недействительными сделок - договора дарения от 26.09.2018 и договора дарения от 02.08.2018, заключенных между ФИО1 и ФИО6 и применении последствий недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу должника недвижимого имущества (Приложение №9) - оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с принятым судебным актом, УФНС России по Брянской области и финансовый управляющий индивидуального предпринимателя ФИО1 ФИО5 обратились с апелляционными жалобами в Двадцатый арбитражный апелляционный суд.

УФНС России по Брянской области в апелляционной жалобе просило обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт.

В жалобе выражает несогласие с выводом суда первой инстанции о том, что финансовый управляющий могла и должна была узнать о совершенных должником сделках из определения о введении процедуры реструктуризации, в котором было указано о том, что по данным заявителя по делу должником отчуждено имущество, в том числе, по оспариваемым договорам.

Полагает, что информация об отчужденном должником по оспариваемым сделкам имуществе, полученная финансовым управляющим из определения Арбитражного суда Брянской области от 18.12.2019 (резолютивная часть объявлена 11.12.2019), не является достаточным, основанием для вывода об осведомленности финансового управляющего о наличии оснований для оспаривания сделки.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ссылается на то, что течение срока исковой давности начинается с того момента, когда финансовый управляющий реально имел возможность узнать не только о самом факте совершения оспариваемых сделок, но и обо всех обстоятельствах, которые в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве являются основанием для признания сделки недействительной.

Указывает, что на дату объявления резолютивной части определения суда о введении процедуры реструктуризации долгов гражданина (11.12.2019), финансовый управляющий не располагал сведениями об оспариваемых сделках. В связи с чем, уполномоченный орган полагает неверной дату начала отсчета срока исковой давности – 11.12.2019, указанной судом первой инстанции в обжалуемом судебном акте.

Приводит доводы о том, что поскольку в компетенцию налогового органа, являющегося заявителем по делу, не входит регистрация объектов недвижимости н регистрация перехода прав на указанные объекты, налоговый орган не является первоисточником информации о правах на данные объекты, следовательно, указанная в заявлении информация о сделках дарения, совершенных ФИО1, не могла являться достаточной информацией для обращения финансового управляющего с заявлением об оспаривании таких сделок.

Считает, что необходимые материалы и сведения о сделках финансовый управляющий мог и должен был получить в рамках реализации полномочий, предусмотренных абзацем 5 пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве и пунктом 9 статьи 213.9 Закона о банкротстве, для чего управляющий направляет соответствующие запросы в адрес компетентных органов и должника.

Настаивает, что начало течения срока исковой давности подлежало исчислению с даты получения финансовым управляющим от представителя ФИО1 документации по оспариваемым сделкам, то есть с 05.10.2020.

Считает необоснованным вывод суда первой инстанции о недоказанности наличия у должника признаков неплатежеспособности на дату совершения сделки.

Финансовый управляющий индивидуального предпринимателя ФИО1 ФИО5 в апелляционной жалобе просила обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов жалобы финансовый управляющий ссылается на то, что оспариваемые договоры были заключены должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, поскольку сделки были совершены безвозмездно (дарение), а одаряемый является отцом должника.

Обращает внимание на то, что на момент совершения сделок уже имелась непогашенная задолженность перед налоговым органом, ООО «Атлантекс».

Выражает несогласие с выводом суда первой инстанциио пропуске финансовым управляющим срока исковой давности по требованию о признании сделок недействительными, а также, что финансовый управляющий должен был узнать об оспариваемых сделках исходя из определения Арбитражного суда Брянской области от 18.12.2019 о признании должника банкротом.

Считает, что судом первой инстанции не принято во внимание, что 02.12.2020 финансовым управляющим были направлены претензии в адрес должника и ФИО6 (ответчика) с требованием вернуть недвижимое имущество в конкурсную массу должника.

Обращает внимание на то, что исходя из содержания определения Арбитражного суда Брянской области от 18.12.2019 у финансового управляющего отсутствовала возможность оспорить данную сделку, так как полной информации об отчуждении имущества у финансового управляющего не было.

Указывает, что финансовым управляющим были предприняты все меры для получения сведений, относительно данной сделки, в том числе для, получения договоров, на основании которых было отчуждено имущество.

Должник - ФИО1 в отзыве на апелляционные жалобы считает определение Арбитражного суда Брянской области от 09.09.2021 законным и обоснованным, а апелляционные жалобы - не подлежащими удовлетворению.

Выражает несогласие с апелляционными жалобами о том, что годичный срок исковой давности по оспариванию финансовым управляющим должника трех сделок по отчуждению недвижимого имущества последним не был пропущен.

Считает, что финансовый управляющий ФИО5 из определения суда по делу об банкротстве, которым она была назначена финансовым управляющим ФИО1 узнала, что должником был совершен ряд сделок по отчуждению своего имущества.

Соответственно, управляющий, действуя добросовестно, должна была в кратчайшие сроки сделать соответствующий запрос в Росреестр, чего ею сделано не было.

Обращает внимание на то, что в отчете финансового управляющего от 24.04.2020 финансовый управляющий указывает, что запрос в Росреестр был направлен 27.12. 2019 года, а ответ получен — 17.04.2020 года (то есть спустя четыре месяца).

Считает данную информацию неподтвержденной документально, поскольку в материалах дела не содержится информации о направлении управляющим указанного запроса в соответствующую дату, а из списка почтовых отправлений от 27.12.2019 не усматривается информация о направлении запроса в Росреестр.

Отмечает, что согласно материалам дела письмо в Росреестр было направлено финансовым управляющим лишь 23.03. 2020 года, то есть спустя 3 месяца после введения процедуры реструктуризации долгов гражданина в отношении ФИО7.

Считает, что даже при отсутствии в определении о введении процедуры реструктуризации в отношении должника сведений о совершении должником сделок, управляющий должен был в кратчайшие сроки сделать запрос в регистрирующий орган о наличии у должника объектов недвижимого имущества в собственности, а также о действиях, которые совершались должником по распоряжению имуществом (недвижимостью, земельными участками).

Настаивает на том, что финансовым управляющим не представлено доказательств невозможности направления запросов в уполномоченные органы в разумные сроки, а именно с момента утверждения ФИО5 финансовым управляющим ФИО1

Согласен с выводами суда первой инстанции о пропуске финансовым управляющим должника годичного срока для оспаривания сделок должника по отчуждению недвижимого имущества.

Не согласен с доводами апелляционных жалоб о том, что на момент совершения оспариваемых сделок ИП ФИО1 был неплатежеспособен.

Считает, что наличие задолженности перед налоговым органом на момент совершения сделок не может являться безусловным доказательством неплатежеспособности должника, а свидетельствует лишь о неисполнении должником своих обязательств перед конкретным кредитором.

Само по себе наличие просрочки исполнения обязательств не может рассматриваться в качестве обстоятельства, очевидно свидетельствующего о неплатежеспособности должника.

Таким образом, полагает, что у суда первой инстанции отсутствовали основания для удовлетворения требований финансового управляющего, оспариваемое определение является законным и обоснованным, апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

Заинтересованные лица, участвующие в настоящем обособленном споре, извещенные до перерыва о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, после перерыва в суд апелляционной инстанции не явились, своих представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации жалобы после перерыва рассмотрены в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса, их представителей, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены апелляционной инстанцией в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционных жалоб.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб и изложенные в отзыве возражения, заслушав пояснения лиц, участвующих до перерыва в судебном заседании, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены судебного акта в силу следующего.

Как следует из заявления финансового управляющего ФИО1 ФИО5 в ходе осуществления ею своих обязанностей по выявлению имущества должника установлено, что 26.09.2018 между ФИО1 (далее по тексту - должник, даритель) и ФИО6 (одаряемый) был заключен договор дарения недвижимого имущества, по условиям которого Должник подарил, а одаряемый принял следующее недвижимое имущество:

- Универсальный цех технического полотна, назначение: нежилое, одноэтажный, общая площадь: 876,20 м.кв., кадастровый номер: 32:31:0020201:163, адрес объекта: <...>.

02.08.2018 между ФИО1 (должник, даритель) и ФИО6 (одаряемый) был заключен договор дарения недвижимого имущества, по условиям которого Должник подарил, а одаряемый принял следующее недвижимое имущество:

- Артезианская скважина, площадь: 7,8 м.кв., назначение: нежилое, кадастровый номер, 32:31:0120302:81, адрес: <...>;

- Артезианская скважина, площадь: 23 м.кв., назначение: нежилое, кадастровый номер 32:31:0120302:119, адрес: <...>;

- Насосно-канализационная станция: 74 м.кв., назначение: нежилое, кадастровый номер, 32:31:0120302:59, адрес: <...>;

- Здание отстойника, площадь: 580 м.кв., назначение: нежилое, кадастровый номер 32:31:0120302:114, адрес: <...>;

- Овощесушительный цех, площадь: 1826,2 м.кв., назначение: нежилое, кадастровый номер, 32:31:0120302:50, адрес: <...>;

- Цех костной муки, квасилозасолочный цех, площадь: 2426,3 м.кв., назначение: нежилое, кадастровый номер, 32:31:0120302:43, адрес: <...>;

- Консервный цех, пристройка к консервному цеху, склад готовой продукции, площадь: 5572,1 м.кв., назначение: нежилое, кадастровый номер, 32:31:0120302:77, адрес: <...>;

- Административное здание, площадь: 719,6 м.кв., назначение: нежилое, кадастровый номер, 32:31:0120302:57, адрес: <...>;

- Трансформаторная подстанция, площадь: 44,2 м.кв., назначение: нежилое, кадастровый номер, 32:31:0120302:56, адрес: <...>;

- Овощехранилище, площадь: 996,9 м.кв., назначение: нежилое, кадастровый номер, 32:31:0120302:51, адрес: <...>;

- Овощехранилище, площадь: 1084 м.кв., назначение: нежилое, кадастровый номер 32:31:0120302:52, адрес: <...>;

- Весовая, проходная, площадь: 100,7 м.кв., назначение: нежилое, кадастровый номер, 32:31:0120302:84, адрес: <...>;

- Материально-прирельсовый склад, площадь: 655,4 м.кв., назначение: нежилое, кадастровый номер, 32:31:0120302:80, адрес: <...>;

- Склад, площадь: 864 м.кв., назначение: нежилое, кадастровый номер, 32:31:0120302:53, адрес: <...>;

01.09.2018 между ФИО1 (должник, даритель) и ФИО6 (одаряемый) был заключен договор дарения недвижимого имущества, по условиям которого Должник подарил, а одаряемый принял следующее недвижимое имущество:

- Магазин, назначение: нежилое, одноэтажный, общая площадь: 45,9 м.кв., кадастровый номер: 32:31:0020201:155, адрес объекта: <...>;

- Склад для пряжи, назначение: нежилое, одноэтажный, общая площадь: 615,4 м.кв., кадастровый номер: 32:31:0020201:154, адрес объекта: <...>;

- Красильный цех, назначение: нежилое, одноэтажный, общая площадь: 2022,70 м.кв., адрес объекта: <...> кадастровый номер: 32:31:0020201:161;

- Мотально-вязальный цех, назначение: нежилое, одноэтажный, общая площадь: 1265,30 м.кв.. Адрес объекта: <...> кадастровый номер: 32:31:0020201:162;

- Земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для иного использования, площадь: 26076 м.кв., кадастровый номер: 32:31:0020201:61, Адрес объекта: <...>;

- Подсобное здание, назначение: нежилое, одноэтажное, общая площадь 42,20 м.кв., кадастровый (или условный) номер: 32-32-18/002/2005-594, Адрес объекта: <...>.

Как указано судом первой инстанции в обжалуемом судебном акте, заявление финансового управляющего должника основано на пункте 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», (далее - Закон о банкротстве) и мотивировано тем, что спорные сделки совершены должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, поскольку были совершены безвозмездно (дарение), одаряемый является отцом должника, а на момент совершения сделки у ФИО1 уже имелась непогашенная задолженность перед налоговым органом в размере 2 378 929 руб. 79 коп., возникшая за 2016, 2017, 2018 годы, у ООО «Атлантекс» в размере 750 000 возникла 22.05.2018.

Судом первой инстанции установлено, что заявление о признании должника (ИП ФИО1) банкротом подано в Арбитражный суд Брянской области ФНС России в лице УФНС России по Брянской области 15.07.2019, оставлено без движения, после устранения допущенных нарушений данное заявление определением суда от 09.08.2019 было принято к принято к производству.

Определением арбитражного суда от 18.12.2019 (резолютивная часть объявлена 11.12.2019) требования ФНС России в лице УФНС России по Брянской области признаны обоснованными, в отношении ИП ФИО1, ведена процедура реструктуризации долгов гражданина, решением Арбитражного суда Брянской области от 03.06.2020 (резолютивная часть решения объявлена 28.05.2020) ИП ФИО1 признан несостоятельным (банкротом).

Судом первой инстанции установлено, что оспариваемые финансовым управляющим должника договоры дарения совершены должником: 02.08.2018; 01.09.2018, 26.09.2018, т.е. в течение периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в пользу близкого родственника – отца, что не оспаривалось должником и ответчиком в ходе судебного разбирательства суде первой инстанции.

Отказывая в удовлетворении требований финансового управляющего должника, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что на момент отчуждения спорного имущества должник (ИП ФИО1) в 2018 году, не был признан банкротом в судебном порядке, а финансовым управляющим не представлены достаточные доказательства наличия у должника признаков неплатежеспособности и/или недостаточности имущества должника на дату совершения сделки.

Как указано судом первой инстанции в обжалуемом судебном акте, само по себе наличие у должника неисполненного денежного обязательства перед налоговым органом, ООО «Атлантекс», не может служить основанием для вывода о наличии признаков неплатежеспособности на момент совершения спорной сделки.

С учетом изложенных обстоятельств, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что заявителем не доказана совокупность обстоятельств, которые в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве являются основанием для признания сделки недействительной.

Суд первой инстанции также согласился с позицией должника и ответчика о пропуске финансовым должника управляющим годичного срока исковой давности для признания оспариваемых сделок недействительными на основании части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Финансовый управляющий в суде первой инстанции указывал, на то, что срок для подачи заявления об оспаривании сделок Должника недействительными начинает течь с даты введения процедуры реализации имущества.

Суд первой инстанции не согласился с позицией финансового управляющего должника.

Суд первой инстанции принял во внимание, что процедура реструктуризации имущества гражданина в отношении ИП ФИО1 определением суда введена 18.12.2019 (резолютивная часть объявлена 11.12.2019), тогда же финансовым управляющим должника утверждена ФИО5.

Судом первой инстанции установлено, что в данном определении было указано о том, что по данным заявителя по делу должником отчуждено имущество, в том числе, по оспариваемым договорам.

С учетом изложенного, судом первой инстанции сделан вывод о том, что финансовый управляющий могла и должна была узнать о совершенных должником сделках из определения, которым она назначена в качестве финансового управляющего.

В связи с этим, по мнению суда первой инстанции, годичный срок исковой давности с учетом утверждения финансового управляющего должника ИП ФИО8 (11.12.2020) считается пропущенным, т.к. с заявлением об оспаривании сделок финансовый управляющий должника ФИО5 обратилась по системе «Мой арбитр» только 22.12.2020.

Установив данные обстоятельства, суд первой инстанции признал требования финансового управляющего должника о признании недействительными сделок: договоров дарения от 02.08.2018; от 01.09.2018, от 26.09.2018, заключенных между ФИО1 и ФИО6 и применении последствий недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу должника недвижимого имущества, не обоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Основание для признания сделки недействительной установлено в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Из материалов настоящего дела следует, что оспариваемые сделки совершены должником в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, т.е. в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно пункту 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

В соответствии с указанными нормами под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В пункте 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что в силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с судом первой инстанции о том, что поскольку на момент отчуждения спорного имущества должник (ИП ФИО1) в 2018 году не был признан банкротом в судебном порядке, финансовым управляющим не доказано наличие у должника признаков неплатежеспособности и/или недостаточности имущества должника на дату совершения сделок исходя из следующего.

Судом апелляционной инстанции установлено, что на момент совершения оспариваемых сделок ФИО1 имел просроченную задолженность по налогам в размере 1 159 801,16 рублей по следующим налогам:

- налог на имущество за 2016 год 2 272,00 руб., за 2017 год - 453 962,26 руб.;

- земельный налог за 2017 год - 210 282.14 руб.;

- транспортный налог за 2016 год - 10 499,19 руб., за 2017 год - 9 529,35 руб.;

- налог, взимаемый с налогоплательщиков, выбравших в качестве объекта налогообложения доходы, за 2018 год - 473 256,22 руб.

Вышеприведенные обстоятельства (сумма задолженности, свидетельствующая о наличии у должника признаков неплатежеспособности, а также факт возникновения указанной задолженности должника в период с 2016 по 2017 годы) были установлены определением Арбитражного суда Брянской области от 11.12.2019 по делу №А09-7291/2019 о включении требований Федеральной налоговой службы в лице УФНС но Брянской области в размере 2 378 929 руб. 79 коп. в реестр требований кредиторов должника. В связи с чем данные обстоятельства в силу ст. 69 АПК РФ имеют преюдициальное значение для настоящего обособленного спора и не должны были повторно доказываться заявителем для признания сделок недействительными.

Кроме того, судом апелляционной инстанции установлено, что определением Арбитражного суда Брянской области от 02.09.2021 по делу № А09-7291/2019 в реестр требований должника ИП ФИО1 включены требования ООО «Сафи Стиль» в размере 1 755 000 рублей.

Из данного судебного акта следует, что согласно договору беспроцентного займа № 10-01/2018 от 10.01.2018 ИП ФИО1 ООО «Сафи Стиль» был выдан займ на сумму 1 755 000 рублей.

Судом первой инстанции установлено, что факт выдачи займа подтверждается выпиской по онлайн Сбербанка, погашение по договору займа ИП ФИО1 не производилось, в связи с чем задолженность перед ООО «Сафи Стиль» составила 1 755 000 рублей.

Таким образом, данное требование возникло на основании договора беспроцентного займа № 10-01/2018 от 10.01.2018, т.е. существовало уже на момент совершения должником спорных договоров дарения недвижимого имущества в пользу своего близкого родственника: 02.08.2018, 01.09.2018 и 26.09.2018.

Также определением Арбитражного суд Брянской области от 02.09.2021 в реестр требований должника ИП ФИО1 включены требования ООО «Сафи Стиль» в размере 1 641 400 рублей.

Из данного судебного акта усматривается, что согласно договору беспроцентного займа № 20/09-2017 от 20.09.2017 ИП ФИО1 выдан займ на сумму 4 422 000 рублей. Данный факт подтверждает выписка онлайн Сбербанка, погашение по договору займа ИП ФИО1 произведено частями в общей сумме 2 780 600 рублей, иного погашения не было. Таким образом, задолженность перед ООО «Сафи Стиль» составила 1 641 400 рублей.

Таким образом, при рассмотрении обособленных споров в рамках дела о банкротстве должника ИП ФИО1 Арбитражным судом Брянской области установлено, что начиная с 20.09.2017 должник перестал исполнять принятые на себя обязательства в совокупном размере 5 775 329, 79 рублей.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что на момент совершения оспариваемых сделок дарения должник обладал признаками неплатежеспособности, поскольку спорные сделки осуществлялись ИП ФИО1 в условиях наличия неисполненных денежных обязательств перед кредиторами и в пользу близкого родственника – отца должника, который не мог не знать о наличии у ИП ФИО1 указанных обязательств.

При этом при доказанности обстоятельств, составляющих презумпции, закрепленные в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. В свою очередь, в абзаце первом пункта 2 статьи 61.2 Закона названы обстоятельства, при доказанности которых предполагается, что контрагент должника знал о противоправной цели совершения сделки. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункты 6 и 7 постановления № 63).

Согласно пункту 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Как следует из материалов дела и не оспаривается ни должником, ни ответчиком ФИО6 является отцом должника - ИП ФИО1.

Таким образом, оспариваемые сделки дарения совершены должником – ИП ФИО1 в отношении заинтересованного лица - своего отца.

Судом апелляционной инстанции установлено, что финансовый управляющий должника в заявлении и в уточнениях о признании сделок дарения недействительными, помимо основания для признания сделок недействительными на основании части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, указывала на то, что сделки дарения между близкими родственниками совершены при наличии злоупотребления правами как со стороны должника, так и со стороны ответчика, ссылалась на статью 10 ГК РФ.

Суд первой инстанции в оспариваемом судебном акте никакой оценки по требованию финансового управляющего по данному основанию не дает, что является нарушением требований части 4 статьи 170 АПК РФ, поскольку в мотивировочной части решения должны быть указаны доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения; мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле.

Оспариваемый судебный акт не содержит мотивы, по которым суд признал позицию финансового управляющего должника о наличии в оспариваемых сделках дарения между близкими родственниками признаков злоупотребления сторонами сделок своими правами в ущерб интересам кредиторов должника - ИП ФИО1.

В данном случае, отчуждение ИП ФИО1 в пользу своего отца недвижимого имущества суд апелляционной инстанции расценивает в качестве действий, совершенных с превышением принадлежащими должником правами, с учетом обстоятельств того, что начиная с 20.09.2017 должник перестал исполнять принятые на себя обязательства перед налоговым органом, ООО «Сафи Стиль» в совокупном размере 5 775 329, 79 рублей.

Его отец - ФИО6, являясь близким родственником, не мог не знать об обстоятельствах, при которых заключались сделки дарения от 02.08.2018, от 01.09.2018, от 26.09.2018, в связи с чем при совершении им оспариваемых сделок он также действовал со злоупотреблением принадлежащими ему правами.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что при совершении сделок дарения от 02.08.2018, от 01.09.2018, от 26.09.2018 ее стороны: даритель (должник) и одаряемый (ответчик, отец), злоупотребили своими правами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускается заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу прямого указания в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При этом на основании пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Таким образом, в отношении сторон спорных сделок дарения от 02.08.2018, от 01.09.2018, от 26.09.2018, совершенных между близкими родственниками, действует презумпция их осведомленности о всех обстоятельствах, при которых заключались сделки.

Данная презумпция должником и ответчиком не опровергнута.

Таким образом, совершение спорных сделок дарения от 02.08.2018, от 01.09.2018, от 26.09.2018 между близкими родственниками за период три года до принятия заявления о признании должника банкротом, носило характер сокрытия недвижимого имущества, принадлежащего должнику, выведение ликвидного имущества и предотвращения возможного обращения на него взыскания по неисполненным обязательствам перед кредиторами.

В результате совершения сделок дарения от 02.08.2018, от 01.09.2018, от 26.09.2018 собственником спорного имущества в конечном итоге стал отец должника - ФИО6. Учитывая, что ответчик является заинтересованным по отношению к должнику лицом (отцом), его осведомленность о наличии у должника на дату совершения сделки неисполненных обязательств перед кредиторами презюмируется и, как следствие, предполагается наличие цели причинения вреда кредиторам путем исключения из состава имущества должника, на которое может быть обращено взыскание по требованиям кредиторов.

Суд апелляционной инстанции учитывает, что сторонами оспариваемых сделок не раскрыта экономическая целесообразность совершения спорных сделок в отношении имущества, которое использовалось должником, являющегося индивидуальным предпринимателем, в его коммерческой деятельности, близкому родственнику, который не обладал статусом индивидуального предпринимателя, не даны аргументированные пояснения о реальной цели совершенных сделок.

С точки зрения принципа добросовестности в ситуации существования значительных долговых обязательств, указывающих на возникновение у гражданина- должника признака недостаточности имущества, его стремление одарить родственника или свойственника не может иметь приоритет над необходимостью удовлетворения интересов кредиторов за счет имущества должника.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что сделка имеет все признаки для признания ее недействительной на основании статьи 10 ГК РФ, поскольку должник на момент совершения платежей отвечал признакам неплатежеспособности, должник передал безвозмездно заинтересованному лицу большое количество недвижимого имущества, заинтересованное лицо не могло не знать о неплатежеспособности должника, указанными действиями причинен вред имущественным правам кредиторов.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что в действиях должника и ответчика имелись признаки злоупотребления правом, так как при наличии неисполненных обязательств в значительном размере ИП ФИО1 предпринял меры по выводу собственных активов путем отчуждения имущества по сделкам дарения большого количества недвижимого имущества заинтересованному лицу (ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Доказательств того, что на момент совершения оспариваемых сделок у должника имелись денежные средства либо иные активы в размере, достаточном для исполнения обязательств перед кредиторами в материалы дела не представлено.

Кроме того, с учетом изложенных обстоятельств нельзя признать дарение имущества в пользу близкого родственника соответствующим обычным условиям гражданского оборота. Судом первой инстанции данные обстоятельства не были приняты во внимание.

Принимая во внимание вышеизложенное, исследовав и оценив в совокупности в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в материалах дела доказательства, учитывая, что вследствие безвозмездной передачи спорного недвижимого имущества в пользу отца (заинтересованного лица) был причинен вред имущественным интересам кредиторов, поскольку они лишились возможности получить удовлетворение за счет безвозмездно отчужденного имущества, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для признания оспариваемых сделок дарения недействительными сделками и применении последствий признания сделок недействительными.

Между тем, как было указано выше в пункте 10 разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 N 32 (ред. от 30.07.2013) "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов. Исковая давность по такому требованию в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было узнать, то есть имело юридическую возможность узнать о нарушении права.

По вопросу пропуска срока исковой давности по основаниям ничтожности сделки (статьи 10, 168 ГК РФ), срок исковой давности составляет три года.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса (в редакции, действующей до внесения изменений Федеральным законом от 07.05.2013 N 100-ФЗ "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации" срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 названного Кодекса) составляет три года.

Как указано в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

В пункте 101 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 разъяснено, что для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения (пункт 1 статьи 181 ГК РФ). Течение срока исковой давности по названным требованиям, предъявленным лицом, не являющимся стороной сделки, начинается со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала ее исполнения.

Из материалов дела усматривается, что финансовый управляющий должника, оспаривая спорные платежи, ссылался, в том числе, на то, что сделка совершена с допущением злоупотребления правом со стороны должника и его отца (ст. 10 ГК РФ).

Суд апелляционной инстанции с учетом выше изложенных обстоятельств позицию финансового управляющего должника считает правильной.

Поскольку оспариваемые сделки являются ничтожными, как нарушающие положения статьи 10 ГК РФ, а право финансового управляющего должника на обжалование спорных сделок наступило не ранее его утверждения финансовым управляющим должника ИП ФИО1 (11.12.2019), а с заявлением об оспаривании сделок финансовый управляющий должника ФИО5 обратилась по системе «Мой арбитр» 22.12.2020, то трехлетний срок исковой давности на предъявление требования о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок заканчивается 11.12.2022.

Таким образом, трехлетний срок исковой давности на предъявление требования о признании сделок недействительными и применения последствий недействительности сделок финансовым управляющим ИП ФИО1 не пропущен.

Судебная коллегия считает, что обстоятельства дела исследованы судом неполно и не всесторонне, спор разрешен в не соответствии с требованиями действующего законодательства, что привело к неправильному решению о полном отказе в требованиях финансового управляющего должника.

В силу пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», подлежит возврату в конкурсную массу.

Судом апелляционной инстанции при рассмотрении апелляционных жалоб установлено, что финансовым управляющим при подаче заявления об оспаривании сделок должника в суде первой инстанции в материалы дела не были представлены выписки из ЕГРП на спорные объекты недвижимого имущества.

С учетом данных обстоятельств, 28.01.2022 суд апелляционной инстанции определением истребовал в филиале ФГБУ «ФКП Росреестра» по Брянской области дополнительные доказательств, а именно: копии регистрационных дел в отношении спорных объектов недвижимого имущества.

Из полученных от ФГБУ «ФКП Росреестра» по Брянской области сведений суду апелляционной инстанции стало известно, что некоторые объекты недвижимости, отчужденные ФИО1 по договору дарения от 02.08.2018, снесены, вследствие чего сняты с регистрационного учета в августе-сентябре 2020 года, а именно: