Гражданский кодекс часть 1

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мозгалиной И.Н., апелляционную жалобу ФИО2 (№07АП-4940/2020(4))
на определение от 29.04.2021 Арбитражного суда Алтайского края по делу
№ А03-22974/2017 (судья Закакуев И.Н.) о несостоятельности (банкротстве) должника - ФИО3, г. Рубцовск Алтайского края, принятое
по заявлению финансового управляющего ФИО3 ФИО4 о признании сделки недействительной, заинтересованное лицо: ФИО2, г.Рубцовск о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки.

Суд

УСТАНОВИЛ:

дело о банкротстве ФИО3 (далее – ФИО3, должник) возбуждено определением Арбитражного суда Алтайского края
от 11.01.2018.

Решением суда от 27.08.2018 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыта процедура реализации имущества. Финансовым управляющим утвержден ФИО4
(далее – финансовый управляющий ФИО4).

Определением суда от 22.04.2020 принято к производству заявление финансового управляющего ФИО4 к ФИО2 (далее – ФИО2) о признании недействительной сделки, в результате которой 05.08.2015 произошло отчуждение земельного участка, общей площадью 294 кв.м.для магазина со складскими помещениями, расположенный по адресу: <...>, кадастровый номер: 22:70:020705:8., и применении последствий недействительности сделки в виде возврата жилого земельного участка, общей площадью 294 кв.м. для магазина со складскими помещениями, расположенный по адресу: <...>, кадастровый номер: 22:70:020705:8 в конкурсную массу должника.

Определением от 16.06.2020 суд объединил заявления финансового управляющего ФИО4 к ФИО2 о признании недействительной сделки, в результате которой 05.08.2015 года произошло отчуждение земельного участка, общей площадью 294 кв.м. для магазина со складскими помещениями, расположенный по адресу: <...>, кадастровый номер: 22:70:020705:8., и применении последствий недействительности сделки в виде возврата жилого земельного участка, общей площадью 294 кв.м. для магазина со складскими помещениями, расположенный по адресу: <...>
, кадастровый номер: 22:70:020705:8
в конкурсную массу должника и о признании недействительной сделки в результате которой 13.10.2015 произошло отчуждение жилого помещение (квартира), площадью 32,4 кв.м, расположенная по адресу: <...>, кадастровый номер № 22:70:020705:2877, и применении последствий недействительности сделки в виде возврата жилого помещение (квартиры), площадью 32,4 кв.м, расположенная по адресу: <...>, кадастровый номер № 22:70:020705:2877 в конкурсную массу должника – гражданина ФИО3

В соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) финансовый управляющий уточнял заявления.

Согласно уточненным требованиям, финансовый управляющий просил суд признать недействительной сделкой должника, заключенный ФИО3
и ФИО2 договор дарения от 04.08.2015 земельного участка общей площадью 294 кв.м., расположенного по адресу <...> уч. 88, кадастровый номер: 22:70:020705:8 и расположенного на нем здания общей площадью 191,3 кв.м., кадастровый номер: 22:70:020705:103, применить последствия недействительности сделки, обязав ФИО2, вернуть в конкурсную массу ФИО3 земельный участок общей площадью 294 кв.м., расположенный
по адресу <...> уч. 88, кадастровый номер: 22:70:020705:8
и расположенное на нем здание общей площадью 191,3 кв.м., кадастровый номер: 22:70:020705:103, а также признать недействительной сделкой договор дарения
от 13.10.2015 года жилого помещение (квартира), площадью 32,4 кв.м, расположенного по адресу: <...>, кадастровый номер № 22:70:020705:2877, и применении последствий недействительности сделки в виде возврата жилого помещение (квартиры), площадью 32,4 кв.м, расположенная
по адресу: <...>, кадастровый номер
№ 22:70:020705:2877 в конкурсную массу должника - гражданина ФИО3

Заявление мотивировано, тем, что в результате оспариваемых сделок должником было безвозмездно отчуждено ликвидное имущество своему сыну, чем причинен вред кредиторам должника.

Определением от 29.04.2021 (резолютивная часть от 22.04.2021) Арбитражный суд Алтайского края:

- признал недействительной сделкой должника, заключенный ФИО3 и ФИО2 договор дарения от 04.08.2015 земельного участка общей площадью 294 кв.м., расположенного по адресу <...> уч. 88, кадастровый номер: 22:70:020705:8 и расположенного на нем здания общей площадью 191,3 кв.м., кадастровый номер: 22:70:020705:103;

- применил последствия недействительности сделки, обязав ФИО2, вернуть в конкурсную массу ФИО3 земельный участок общей площадью 294 кв.м., расположенный по адресу <...> уч. 88, кадастровый номер: 22:70:020705:8 и расположенное на нем здание общей площадью 191,3 кв.м., кадастровый номер: 22:70:020705:103.

- в остальной части заявленные требования оставил без удовлетворения.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился
с апелляционной жалобой, в которой просит отменить его в части удовлетворения судом первой инстанции заявления финансового управляющего, ссылаясь
на несоответствие выводов суда первой инстанции обстоятельствам дела, неправильное применение норм материального и процессуального права.

В апелляционной жалобе ФИО2 считает, что суд первой инстанции самостоятельно изменил требования финансового управляющего, так как требования относительно признания сделки по отчуждению объекта недвижимости по адресу
<...> уч. 88. финансовым не заявлялось. Не установлено признаков недействительности договора дарения, и отсутствовала цель на причинения вреда кредиторам. По убеждению заявителя, финансовым управляющим пропущен срок исковой давности для обращения с заявлением.

Лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания
на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи
с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

При рассмотрении апелляционных жалоб суд апелляционной инстанции руководствуется пунктом 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ
от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», согласно которому, если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, при непредставлении лицами, участвующими в деле, возражений до начала судебного разбирательства арбитражный суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Возражений против проверки судебного акта в обжалуемой части к началу рассмотрения апелляционных жалоб не поступило.

Поэтому в порядке, предусмотренном частью 5 статьи 268 АПК РФ, с учетом вышеуказанных разъяснений обжалуемое определение проверено лишь в части удовлетворения судом первой инстанции заявления финансового управляющего.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены в обжалуемой части.

Как установил суд первой инстанции, в процессе исполнения своих обязанностей финансовому управляющему стало известно об отчуждении должником ФИО2 по договору дарения от 04.08.2015 земельного участка общей площадью 294 кв.м., расположенного по адресу <...> уч. 88, кадастровый номер: 22:70:020705:8 и расположенного на нем здания общей площадью 191,3 кв.м., кадастровый номер: 22:70:020705:103, а также по договору дарения
от 13.10.2015 жилого помещения (квартира), площадью 32,4 кв.м, расположенного по адресу: <...>, кадастровый номер
№ 22:70:020705:2877.

Финансовый управляющий полагал, что данные сделки совершены во вред кредиторам. В качестве правового обоснования финансовый управляющий ссылается на положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ
«О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), статью
10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Суд первой инстанции, удовлетворяя в части признания недействительным договора дарения от 04.08.2015, исходил из того, что должник намеренно произвел отчуждение в пользу сына ликвидного имущества, фактически без соразмерного встречного предоставления, за счет которого могли быть удовлетворены денежные требования кредиторов.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев обособленный спор
и оценив представленные в дело доказательства по правилам главы 7 АПК РФ, пришел следующим выводам.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ, пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом
по правилам АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии абзацем вторым пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий либо кредитор вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление
об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу статьи 13 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ
«Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве применяются
к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

Оспариваемый договор дарения заключен 04.08.2015, дело о банкротстве возбуждено 11.01.2018.

Вопреки доводу ФИО2 о том, что суд первой инстанции самостоятельно изменил требования финансового управляющего, из материалов дела следует иное.

Так, 02.07.2020 в суд первой инстанции поступило уточнение от финансового управляющего, в котором просит признать недействительным договор дарения
от 04.08.2015, договор дарения от 06.10.2015, заключенный между ФИО3
и ФИО2, возвратить имущество по данным договорам в конкурсную массу должника (т.2, л.д.41-46).

В последующем, 03.09.2020 поступило второе уточнение, согласно которому финансовый управляющий просил признать недействительными (т.3, л.д. 16-18):

1) договор дарения от 04.08.2015, договор дарения от 06.10.2015, заключенные между ФИО3 и ФИО2;

2) вернуть имущество, отчужденное по договору дарения от 04.08.2015,
по договору дарения от 06.10.2015 в конкурсную массу должника, а именно:

- жилое помещение (квартира), площадью 32,4 кв.м, расположенного по адресу: <...>, кадастровый номер
№ 22:70:020705:2877 (отчуждено по договору дарения от 06.10.2015);

- земельный участок общей площадью 294 кв.м., расположенного по адресу
<...> уч. 88, кадастровый номер: 22:70:020705:8
и расположенного на нем здания общей площадью 191,3 кв.м., кадастровый номер: 22:70:020705:103 (отчуждено по договору дарения от 04.08.2015).

Таким образом, суд первой инстанции рассмотрел требования финансового управляющего в соответствии с заявленными уточнениями, не выходя за пределы своей компетенции.

Довод ФИО2 о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности отклоняется, как основанный на неверном толковании норм права.

Согласно пункту 1 статьи 181 ГК РФ (в редакции Федерального закона
от 07.05.2013 № 100-ФЗ) срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года.

Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом,
не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица,
не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет
со дня начала исполнения сделки.

Указанная редакция закона действовала на момент заключения договора дарения и связывает начало течения срока исковой давности с субъективным фактором
- осведомленностью ФИО2 о нарушении его прав.

В соответствии с пунктом 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных
с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом
«О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная
до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная
на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная
на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исковая давность по такому требованию в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Вместе с тем, стороны договора, действуя с целью причинить вред кредиторам, не имели намерения обращаться в суд за защитой своих нарушенных имущественных прав, это стало возможным только после введения в отношении должника процедуры реализации.

Следовательно, учитывая появившуюся возможность обращения с настоящим требованием только после наступления указанных обстоятельств (введения
в отношении должника процедуры реализации), исковая давность по договору дарения не подлежит применению на основании пункта 2 статьи 10 ГК РФ.

Указанная позиция согласуется с позицией, изложенной в пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 ГК РФ».

Требование о признании сделок должника недействительными заявлено финансовым управляющим в течение трехлетнего срока с момента введения первой процедуры банкротства – реализации имущества (20.08.2018) и с момента
его утверждения (20.08.2018).

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что заявление о признании сделки должника недействительной и о применении последствий ее недействительности по основаниям статьи 10 ГК РФ, было подано
в арбитражный суд до истечения срока исковой давности.

Также, с учетом принятого судом 20.08.2018 решения о признании ФИО3 банкротом, 28.08.2018 в адрес должника финансовым управляющим направлено уведомление-запрос с требованием предоставить сведения: об открытых расчетных счетах, сведения о вкладах, заключенных кредитных договорах, договорах ипотеке
и иные сведения; о составе своего имущества, месте нахождения этого имущества,
а также представить к осмотру указанное имущество; о составе своих обязательств, кредиторах; паспортные данные, данные СНИЛС; о наличии или отсутствии загранпаспорта гражданина РФ (при наличии приложить копию); иные сведения, имеющие отношение к делу о банкротстве гражданина.

Ответ на указанное выше уведомление-запрос, запрошенные сведения в адрес финансового управляющего не поступили.

Согласно подпунктам 1 и 2 пункта 15 Приказа от 23.12.2015. № 968 Министерства Экономического развития Российской Федерации сведения СНИЛС являются обязательными для предоставления при формировании запроса в органы Росреестра при получении сведений ЕГРН.

В связи с тем, что данные СНИЛС необходимы для формирования запроса
в органы Росреестра, финансовым управляющим был направлен запрос в орган ПФР. 10.10.2018 в адрес финансового управляющего поступил ответ органа ПФР
с предоставлением СНИЛС.

13.11.2018 арбитражным управляющим был направлен запрос в орган Росреестра о предоставлении сведений о зарегистрированном за должником недвижимом имуществе, как на момент введения в отношении должника соответствующей процедуры банкротства, так и за период три года до момента введения соответствующей процедуры.

Ответ в адрес финансового управляющего не поступил в предусмотренный Законом о банкротстве срок.

Впоследствии в адрес органа Росреестра был направлен повторный запрос
в электронной форме о зарегистрированном за должником недвижимом имуществе как на момент введения в отношении должника соответствующей процедуры банкротства, так и за период три года момента введения соответствующей процедуры.

25.03.2019 в адрес финансового управляющего поступили запрошенные
у Росреестра сведения.

С заявлением в суд финансовый управляющий обратился 18.03.2020.

В случае надлежащего исполнения своих обязанностей должником
по предоставлению финансовому управляющему соответствующих сведений, управляющий мог получить информацию о сделках должника в более ранний срок.

Таким образом, оснований для вывода о пропуске финансовым управляющим срока на обращение в суд с рассматриваемым заявлением не имеется.

Давая оценку доводу апелляционной жалобы о совершении оспариваемой сделки не во вред кредиторам должника, судебная коллегия исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

По смыслу статьи 10 ГК РФ злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц.

В пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная
до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная
на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная
на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

В абзаце четвертом пункта 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных
с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление
№ 25), оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока
не доказано иное.

Таким образом, презумпция добросовестности является опровержимой. Основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу.

Для установления оснований применения положений статьи 10 ГК РФ и пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве подлежат установлению одни
и те же обстоятельства.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам
по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069).

В пункте 7 Постановления № 25 указано, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве вред, причиненный имущественным правам кредиторов - это уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований
к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований
по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена
в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В пункте 5 Постановления № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

- сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом в силу положений абзацев первого и второго пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве заинтересованность другой стороны сделки предполагает наличие цели причинения вреда и осведомленность стороны о такой цели.

Договор дарения был заключен 04.08.2015 при наличии у должника статуса индивидуального предпринимателя.

Таким образом, оспариваемый договор дарения заключен в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве,
и подлежит оценке применительно к указанной норме.

Предполагается, что другая сторона знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника в случае, когда она является заинтересованным лицом по отношению к должнику.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или
в отношении заинтересованного лица.

В пункте 6 Постановления № 63 указано, что при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить
из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Согласно абзацу 34 статьи 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств
или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Из материалов дела следует, что решением Арбитражного суда Алтайского края от 28.07.2015 по делу № А03-12294/2015 с индивидуального предпринимателя главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО3 в пользу ООО «Агро-Сибирь» взыскана задолженность по договору на поставку продукции № АС 2014/058
от 07.05.2014, в том числе, основной долг в размере 1 865 010 рублей, неустойка
в размере 548 170 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере
35 066 рублей.

Согласно указанному решению суда ФИО3 прекратил расчеты
не позднее 15.09.2014, в результате чего и сформировалась указанная выше задолженность. Решение суда вступило в законную силу, однако, не исполнено должником.

Данные обстоятельства явились основанием для обращения 27.12.2017
ООО «Агро-Сибирь» в суд с заявлением о признании ФИО3 банкротом.

Решением от 27.08.2018 суд признал заявление обоснованным и включил требование ООО «Агро Сибирь» в реестр требований кредиторов ФИО3

Кроме того, определением от 25.02.2019 по данному делу установлено наличие задолженности должника по страховым взносам, подлежащим уплате до 01.01.2017: ОСП в размере 80 649,01 рублей – основной долг, 15 192,19 рублей пени, ОМС
в размере 17 778,35 рублей основного долга, 3 353,11 рубля пени, транспортному налогу с физических лиц за 2014 год – 2017 год в размере 13 212 рублей – налог,
5 030,77 рублей пени, земельный налог за 2014 год в размере 12 864 рубля, пени
– 3 403,02 рубля, налог на имущество – 16 630 рублей, 17 133,52 рублей пени.

В материалах дела имеются налоговые декларации по налогу на доходы физических лиц (форма 3-НДФЛ) за 2014, 2015 годы.

Так, за 2014 год сумма дохода должника составила 16 943 049 рублей. При этом, расходы составили 16 943 049 руб. Таким образом, фактически доход должника за 2014 год составил 0 рублей.

За 2015 год сумма дохода должника составила 13 514 676 рублей. При этом, расходы должника составили 13 429 706 рублей. Таким образом, фактический доход должника за 2015 год составил 84 970 рублей.

С учетом того, что на даты совершения сделок должник перестал исполнять принятые на себя обязательства по договору на поставку продукции № АС 2014/058
от 07.05.2014, вследствие чего образовалась задолженность в размере 1 865 010 рублей. основного долга, 548 170 рублей неустойки, оснований для вывода об отсутствии
у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения оспариваемых сделок не имеется.

То, что должник в спорный период производил перечисления денежных средств в адрес других лиц, не опровергает наличие признаков неплатежеспособности,
как до совершения оспариваемой сделки, так и тем более по её результатам.

Кроме того, определением от 07.09.2018 включена в реестр требований задолженность перед ПАО «Сбербанк России» в лице Алтайского отделения № 8644
в сумме 7 285 340,49 рублей.

Основанием включения указанной задолженности в частности послужило,
то, что 15.03.2017 Третейским судом при Автономной некоммерческой организации «Независимая арбитражная палата» Территориальная коллегия Третейского суда
НАП в городе Новосибирске вынесено решение о взыскании указанной задолженности с ИП ФИО5, ФИО3, ООО «Новороссийский-Агро» в пользу Банка.

В силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами
по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники
по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники
по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

При этом, осведомленность контрагента должника может носить реальный характер (контрагент точно знал о злоупотреблении) или быть презюмируемой (контрагент должен был знать о злоупотреблении, действуя добросовестно и разумно
(в том числе случаи, если контрагент является заинтересованным лицом).

Из материалов дела следует, что в соответствии с решением арбитражного суда по делу № А03-12294/2015 неисполненные обязательства должника образовались
за период с 15.09.2014.

Таким образом, осознавая, что имеется значительная задолженность, действуя недобросовестно (в целях сокрытия имеющегося имущества от кредиторов), должник совершил оспариваемые сделки в отношении заинтересованного лица – сына.

При этом, оспариваемая сделка совершалась должником безвозмездно
и не являлась единственной сделкой по безвозмездному отчуждению имущества.

Так, должник помимо оспариваемых сделок с сыном, совершил аналогичные сделки с дочерью по отчуждению недвижимого имущества (признаны недействительными определением от 30.09.2020, оставленным без изменения постановлением от 14.12.2020 Седьмого арбитражного апелляционного суда
и постановлением от 19.04.2021 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа)
и сделку по дарению автомобиля сыну (признана недействительной определением Арбитражного суда Алтайского края от 27.02.2019).

Ссылка ФИО2 о совершении обычной внутрисемейной сделки
не подтверждены.

Как обратила внимание Судебная коллегия Верховного Суда РФ в определении от 22.07.2019 № 308-ЭС19-4372, с точки зрения принципа добросовестности в ситуации существования долговых обязательств, указывающих на возникновение у гражданина-должника признака недостаточности имущества, его стремление одарить родственника не может иметь приоритет над необходимостью удовлетворения интересов кредиторов за счет имущества должника.

Таким образом, в действиях контрагентов при заключении договора дарения
от 04.08.2015 имеются признаки злоупотребления правом с целью причинения вреда кредиторам, поскольку действия заинтересованных сторон сделки были направлены
на вывод имущества из состава конкурсной массы, что свидетельствует
о недействительности договора дарения от 04.08.2015 земельного участка общей площадью 294 кв.м., расположенного по адресу <...> уч. 88, кадастровый номер: 22:70:020705:8 и расположенного на нем здания общей площадью 191,3 кв.м., кадастровый номер: 22:70:020705:103 на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Решением от 28.07.2015 Арбитражного суда Алтайского края по делу
№ А03-12294/2015 взыскан с ФИО3 в пользу ООО «Агро-Сибирь» основной долг в размере 1 865 000 рублей, неустойка в размере 548 170 рублей, расходы
по уплате госпошлины в размере 35 066 рублей, решение вступило в законную силу 13.10.2015.

При указанных обстоятельствах ФИО3 и ФИО2 совершена оспариваемая сделка по дарению последнего ликвидного имущества земельного участка общей площадью 294 кв.м., расположенного по адресу <...> уч. 88, кадастровый номер: 22:70:020705:8 и расположенного
на нем здания общей площадью 191,3 кв.м., кадастровый номер: 22:70:020705:103.

При этом, ФИО3, действуя разумно и добросовестно, должен был исходя из принятых на себя обязательств, осознавать возможность наступления собственной неплатежеспособности.

Однако должник намеренно произвел отчуждение в пользу сына ликвидного имущества, фактически без соразмерного встречного предоставления, за счет которого могли быть удовлетворены денежные требования кредиторов.

Таким образом, с учетом того, что последствием совершения сделки по дарению имущества должником явилось отсутствие имущества для погашения требований кредиторов, то такое поведение участников сделки нельзя признать отвечающим стандартам добросовестного и разумного осуществления гражданских прав. Поэтому суд первой инстанции обоснованно признал договор дарения от 04.08.2015 недействительной сделкой, правильно применив последствия недействительности сделки в виде возвращения имущества в конкурсную массу должника.

Выводы, содержащиеся в обжалуемом судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

С учетом изложенного, оснований для отмены определения в обжалуемой части
у суда апелляционной инстанции не имеется.

Руководствуясь статьями 110, 258, 268, 271, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 29.04.2021 Арбитражного суда Алтайского края по делу
№ А03-22974/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства
в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Алтайского края.

Председательствующий Е.В. Кудряшева

Судьи А.П. Иващенко

ФИО1