Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобуобщества с ограниченной ответственностью «ВладВика» (Свято-Троицкий <...>, <...>, ОГРН <***>) на решение Арбитражного суда Белгородской области от 20.11.2020 по делу № А08-7666/2019 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2021 по тому же делу

по первоначальному иску индивидуального предпринимателя ФИО1 (г. Курск, ОГРНИП <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «ВладВика» о взыскании долга по соглашению от 22.09.2018 № 2,

по встречному иску общества с ограниченной ответственностью «ВладВика» к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о признании несостоявшимся перехода исключительных прав
и возмещении убытков.

В соответствии со статьей 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Эксперт Ойл Курск» (ул. Малых, д. 35, <...>, ОГРН <***>).

В судебном заседании приняли участие представители:

от индивидуального предпринимателя ФИО1 – ФИО2 (по доверенности от 08.06.2020);

от общества с ограниченной ответственностью «ВладВика» - ФИО3, ФИО4 (по доверенности от 07.05.2021).

Суд по интеллектуальным правам

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – предприниматель) обратился в Арбитражный суд Белгородской области с первоначальным иском к обществу с ограниченной ответственностью «ВладВика» (далее – общество «ВладВика») о взыскании долга по соглашению о коммерческом сотрудничестве от 22.09.2018 № 2 (далее – соглашение от 22.09.2018 № 2) в размере 401 672 рублей (с учетом принятого судом уточнения исковых требований на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Обществом «ВладВика» предъявлены встречные исковые требования о признании несостоявшимся предоставления предпринимателем в пользу общества исключительных прав по соглашению от 22.09.2018 № 2, взыскании убытков в размере 3 989 983 рублей 89 копеек, в том числе 1 500 000 рублей сумма первоначального платежа по соглашению, 83 855 рублей сумма ежемесячных платежей за период с 22.09.2018 по 31.05.2019, 2 406 128,89 рублей сумма, израсходованная на обустройство центра обслуживания.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Эксперт Ойл Курск».

Решением Арбитражного суда Белгородской области от 20.11.2020, оставленным без изменения постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2021, первоначальные исковые требования удовлетворены. В удовлетворении встречного иска отказано.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, общество «ВладВика» обратилось в Суд по интеллектуальным правам с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, просит отменить решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции и направить дело на новое рассмотрение.

Заявитель кассационной жалобы полагает, что исходя из условий подписанного сторонами соглашения от 22.09.2018 № 2, обязанность по оплате ежемесячного платежа возникает у общества «ВладВика» только при исполнении предпринимателем обязанности по обеспечению определенного количества заездов автомобилей на территорию обслуживания.

По мнению общества «ВладВика», предприниматель неправомерно прекратил ответчику по первоначальному иску доступ к системе ЭВМ с 31.05.2019, не уведомив его заблаговременно за два месяца.

Заявитель кассационной жалобы отмечает, что предприниматель не разработал систему ЭВМ для организации и эксплуатации предприятия, как это предусмотрено пунктом 2.2 соглашения от 22.09.2018 № 2, следовательно, предпринимателем не исполнено договорное обязательство в указанной части.

Общество «ВладВика» в кассационной жалобе указывает на то, что суд первой инстанции не дал правовую оценку доводам истца по встречному иску, изложенным в заявлении об изменении основания иска от 01.10.2020, относительно обязательства предпринимателя передать право использовать коммерческое обозначение как средство индивидуализации. Кассатор полагает, что его доводы о том, что соглашение от 22.09.2018 № 2 содержит в себе элементы договора коммерческой концессии по передаче в пользование комплекса исключительных прав на программу для ЭВМ и коммерческое обозначение, не были оценены судом.

Заявитель кассационной жалобы настаивает на том, что подписанное сторонами соглашение от 22.09.2018 № 2 является договором коммерческой концессии, который подлежит государственной регистрации, а при отсутствии таковой предоставление комплекса исключительных прав признается несостоявшимся.

Представителем предпринимателя в материалы дела представлен отзыв (который зарегистрирован Судом по интеллектуальным правам 11.05.2021), названный процессуальный документ не был заблаговременно направлен заявителю кассационной жалобы, в связи с чем судебная коллегия отказала в приобщении отзыва к материалам дела.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель заявителя кассационной жалобы поддержал доводы кассационной жалобы, просил отменить принятые по делу судебные акты.

Представитель предпринимателя просил оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

Третье лицо, извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку своего представителя не обеспечило, что в силу статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в его отсутствие.

Законность обжалуемых решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе.

При рассмотрении дела в порядке кассационного производства Судом по интеллектуальным правам на основании части 2 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации проверено соблюдение судами норм процессуального права, нарушение которых является в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебного акта в любом случае, и таких нарушений не выявлено.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, между предпринимателем (сторона 1) и обществом «ВладВика» (сторона 2) заключено соглашение от 22.09.2018 № 2, по условиям которого предприниматель принял на себя обязательство предоставитьобществу «ВладВика» за плату систему для оказания обществом на территории предприятия, расположенного по адресу: 308000, г. Белгород, ул. Кирпичный тупик, 2Г, услуг в области технического обслуживания и ремонта транспортных средств, включая мойку автомобилей, государственный технический осмотр автотранспортных средств, продажу запчастей и комплектующих к ним, деятельность по ремонту и диагностике автомобилей, включая слесарный ремонт автомобилей.

В соответствии с разделом 2 соглашения в содержание обязанностей предпринимателя входило обеспечение доступа общества «ВладВика» к единой системе поступления и обработки заказов на услуги по техническому обслуживанию и ремонту транспортных средств, в том числе к программному комплексу автоматизированной системы управления ЭВМ, разработанной предпринимателем непосредственно для организации и эксплуатации предприятия, с предоставлением логина и пароля для работы в системе.

Предприниматель обязался также обеспечить общество «ВладВика» заказами на обслуживание, количество которых определено сторонами следующим образом: не менее 450 заездов автомобилей на территорию обслуживания общества в первый месяц работы, не менее 550 заездов во второй месяц работы и не менее 600 заездов начиная с третьего месяца работы и далее ежемесячно на протяжении девяти месяцев.

Общество «ВладВика», в свою очередь, обязалось оказывать услуги в области технического обслуживания и ремонта транспортных средств в строгом соответствии с требованиями предпринимателя, изложенными в приложении № 1 к соглашению, включая использование определенного фирменного стиля, организацию и оснащение места оказания услуг, требования к оформлению документации и обучению сотрудников.

За предоставленное право использовать комплекс исключительных прав на систему общество «ВладВика» обязалось выплачивать предпринимателю вознаграждение, которое состоит из первоначальной платы и ежемесячных платежей (пункт 3.1 соглашения от 22.09.2018 № 2).

Первоначальная плата, являющаяся вознаграждением предпринимателя за предоставление прав использования комплекса исключительных прав на систему, не подлежащим возврату в случае досрочного расторжения договора, составляет 1 500 000 рублей (пункты 3.4.1, 3.4.3 соглашения).

Ежемесячный платеж, начисляемый по прошествии каждого отчетного периода и выставляемый к оплате на основании счета в течение трех рабочих дней по окончании периода, составляет 5 % от выручки менее 3 000 000 рублей и 2,5% от выручки более 3 000 000 рублей (пункты 4.1-4.2 приложения № 2 к соглашению).

Разделом 2 приложения № 2 к соглашению предусмотрена также оплата первичного и повторного заезда на обслуживание клиентов предприятия.

Пунктом 9.6 предусмотрено расторжение соглашения по истечении двух месяцев со дня направления другой стороне уведомления о прекращении соглашения.

Предприниматель 04.06.2019 направил обществу «ВладВика» уведомление о прекращении соглашения от 22.09.2018 № 2, ссылаясь на нарушение последним достигнутых сторонами договоренностей (в частности, обязательств по оплате, закупке запасных частей, порядку ведения рекламно-информационной деятельности), этим же документом предприниматель предложил произвести расчеты по соглашению.

Неисполнение требований предпринимателя по оплате суммы долга за оказанные услуги послужило основанием для предъявления в арбитражный суд первоначального иска.

Общество «ВладВика», ссылаясь на ненадлежащее исполнение соглашения от 22.09.2018 № 2 со стороны предпринимателя, предъявило встречные исковые требования. Истец по встречному иску указывал на встречное неисполнение предпринимателем установленных соглашением обязанностей, выраженное в досрочном прекращении доступа к системе поступления и обработки заказов, отпуску запчастей, необходимых для обслуживания и ремонта, необеспечении запланированного количества заездов автомобилей. Кроме того, общество «ВладВика» отмечало, что истец по первоначальному иску не обладал правами на программу для ЭВМ, используемую для поступления и обработки заказов, приобрел право на знак обслуживания лишь после заключения спорного соглашения. Поскольку на основании подписанного сторонами соглашения переданы права на программу для ЭВМ и коммерческое обозначение, то соответствующее соглашение, по мнению истца по встречному иску, является по своей правовой природе договором коммерческой концессии, передачу права использования исключительных прав по которому следует считать несостоявшейся ввиду отсутствия его государственной регистрации.

Общество «ВладВика» полагает, что затраты в размере 3 989 983 рублей 89 копеек, понесенные по требованию предпринимателя при обустройстве и оформлении места оказания услуг, внесении первоначального и ежемесячных платежей, являются для него убытками.

Суд первой инстанции квалифицировал заключенное между сторонами соглашение от 22.09.2018 № 2 как договор возмездного оказания услуг, связанных с организацией и предоставлением истцом ответчику заездов автомобилей для их технического обслуживания, в целях обеспечения совместного развития предпринимательской деятельности.

При этом суд, установив факт оказания услуг предпринимателем и отсутствие доказательств их оплаты со стороны общества «ВладВика», удовлетворил первоначальный иск. Правовых оснований для удовлетворения встречного иска судом первой инстанции не установлено.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассматривая дело на основании статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласился с выводами суда первой инстанции относительно удовлетворения первоначального иска и необоснованности встречных исковых требований.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции произвел иную правовую квалификацию заключенного сторонами соглашения от 22.09.2018 № 2.

Руководствуясь положениями статей 421, 431 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что заключенное сторонами соглашение является по существу смешанным договором, содержит в себе как элементы лицензионного договора в части предоставления права использования результатов интеллектуальной деятельности (программа для ЭВМ, логотип, элементы фирменного стиля), так и элементы договора возмездного оказания консультационных и иных услуг. При этом в части положений о лицензии договор регулирует правоотношения сторон, касающиеся передачи предпринимателю прав на использование объектов интеллектуальной собственности, не подлежащих государственной регистрации, в связи с чем такой договор также не подлежит государственной регистрации (пункт 2 статьи 1232, статья 1235 ГК РФ).

Согласно части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено данным Кодексом.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы, изложенные
в кассационной жалобе, проверив в соответствии со статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов судов имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, Суд по интеллектуальным правам приходит выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Суд по интеллектуальным правам полагает основанными на действующем законодательстве выводы суда апелляционной инстанции о правовой квалификации заключенного сторонами соглашения от 22.09.2018 № 2.

Доводы заявителя кассационной жалобы о том, что заключенное сторонами соглашение от 22.09.2018 № 2 является договором коммерческой концессии и подлежит государственной регистрации, основаны на неправильном толковании норм материального права.

В соответствии со статьей 1027 ГК РФ по договору коммерческой концессии одна сторона (правообладатель) обязуется предоставить другой стороне (пользователю) за вознаграждение на срок или без указания срока право использовать в предпринимательской деятельности пользователя комплекс принадлежащих правообладателю исключительных прав, включающий право на товарный знак, знак обслуживания, а также права на другие предусмотренные договором объекты исключительных прав, в частности на коммерческое обозначение, секрет производства (ноу-хау).

По смыслу статьи 1027 ГК РФ по договору коммерческой концессии в предоставляемый комплекс принадлежащих правообладателю исключительных прав должно быть в обязательном порядке включено право на товарный знак.

Иными словами, согласно статье 1027 ГК РФ обязательным условием договора коммерческой концессии является передача в составе комплекса исключительных прав права на товарный знак или знак обслуживания, что и обусловливает необходимость государственной регистрации договора в федеральном органе исполнительной власти по интеллектуальной собственности. Договор, по которому предоставляется право на использование коммерческого обозначения (на чем настаивает истец по встречному иску), право на использование программы для ЭВМ, и не предоставляется право на использование товарного знака, не может рассматриваться как договор коммерческой концессии и не подлежит регистрации в Роспатенте.

Судами первой и апелляционной инстанций установлено, что на основании соглашения от 22.09.2018 № 2 права на какой-либо товарный знак не передавались, следовательно, названное соглашение не подпадает под признаки договора коммерческой концессии, поскольку право использования товарного знака (знака обслуживания) не являлись его предметом; на момент заключения соглашения предприниматель не обладал правом на товарный знак; впоследствии на основании пункта 9.3 соглашения стороны не достигли договоренности относительно предоставления права на товарный знак.

Судебная коллегия Суда по интеллектуальным правам отмечает также, что судом апелляционной инстанции обоснованно учтено, что последующими действиями по исполнению соглашения от 22.09.2018 № 2 (подписанием актов, перечислением денежных средств на банковский счет предпринимателя) общество «ВладВика» подтвердило существование спорного обязательства между сторонами.

Как разъяснено в пункте 6 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», если сторона приняла от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердила действие договора, она не вправе недобросовестно ссылаться на то, что договор является незаключенным (пункт 3 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного Суд по интеллектуальным правам признает обоснованными выводы судов первой и апелляционной инстанции о том, что соглашение от 22.09.2018 является заключенным, в связи с чем правовых оснований для удовлетворения встречных исковых требований о признании несостоявшимся предоставления исключительных прав по названному соглашению у судов не имелось.

Как следствие, суды первой и апелляционной инстанций правомерно отказали в удовлетворении встречного иска о взыскании убытков в виде уплаченных во исполнение соглашения от 22.09.2018 № 2 первоначального платежа, ежемесячных платежей, а также денежных средств, израсходованных на обустройство центра обслуживания. Ответчиком не доказано наступление обстоятельств, с которыми законом или соглашением сторон связывается возникновение обязанности возврата исполненного по спорному договору и возмещения расходов, понесенных обществом на свой риск.

Удовлетворяя первоначальные исковые требования, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

В подтверждение факта оказания услуг по договору предпринимателем в материалы дела представлены акты на общую сумму 525 722 рубля, в том числе:

от 28.02.2019 № 333 на сумму 112 800 рублей (подписан обеими сторонами соглашения);

от 31.03.2019 № 514 на сумму 89 600 рублей (подписан обеими сторонами соглашения);

от 30.04.2019 № 706 на сумму 76 800 рублей (подписан обеими сторонами соглашения);

от 31.01.2019 № 229 на сумму 133 400 рублей (не подписан ответчиком, был частично им оплачен);

а также подписанные предпринимателем в одностороннем порядке акты от 31.05.2019 № 842 на сумму 28 322 рублей и № 843 на сумму 84 800 рублей.

Факт оказания предпринимателем указанных в актах услуг обществу «ВладВика» подтверждается отчетами автоматизированной системы управления «1С Предприятие - Альфа-Авто», доступ к которой был предоставлен обществу по спорному соглашению. Мотивированные отказы от подписания названных актов в материалы дела ответчиком по первоначальному иску не представлены.

Доказательства исполнения обязательства по оплате указанных актов в материалы дела не представлены, размер долга не оспорен.

При таких обстоятельствах суды правомерно на основании статей 779, 781 ГК РФ взыскали с общества «ВладВика» в пользу предпринимателя долг по соглашению по оплате ежемесячных платежей и услуг по обеспечению заездов на обслуживание клиентов.

Доводы заявителя кассационной жалобы о том, что с 31.05.2019 предпринимателем был прекращен доступ к автоматизированной системе управления, не опровергают вывод суда об обязанности общества «ВладВика» вносить платежи, начисленные истцом в период с января по май 2019 года.

Судом по интеллектуальным правам рассмотрены и отклонены доводы общества «ВладВика» о том, что его обязанность вносить ежемесячные платежи по соглашению от 22.09.2018 № 2 является встречной по отношению к обязанности предпринимателя обеспечить его минимальным количеством заказов.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 328 ГК РФ признается исполнение обязательства одной из сторон, которое обусловлено исполнением другой стороной своих обязательств.

Из буквального толкования условий заключенного сторонами соглашения (пункт 3.1 и пункт 4 приложения № 2 к соглашению) обязанность общества «ВладВика» выплачивать вознаграждение в виде первоначальной платы и ежемесячных платежей обусловлена предоставлением предпринимателем обществу права использовать комплекс исключительных прав на систему, под которой в силу пунктов 1.1, 2.1 - 2.3 соглашения понимается единая система поступления и обработки заказов на услуги по техническому обслуживанию и ремонту транспортных средств, в том числе, программный комплекс автоматизированной системы управления.

По смыслу пункта 5 статьи 1235 Гражданского кодекса Российской Федерации в его взаимосвязи с пунктом 4 статьи 1237 того же Кодекса вознаграждение по возмездному лицензионному договору уплачивается за предоставление права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.

Представленные в материалы дела акты и данные автоматической системы управления подтверждают факт использования обществом «ВладВика» объектов исключительных прав, что исключает его освобождение от уплаты платежей по договору.

Из условий заключенного сторонами соглашения от 22.09.2018 № 2 не следует, что исполнение денежного обязательства общества «ВладВика» по внесению платежей по соглашению обусловлено достижением определенных экономических показателей при использовании предоставленных ему исключительных прав.

В силу пункта 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринимательской является осуществляемая самостоятельно и на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг, которая лицом, зарегистрированным в установленном законом порядке в качестве индивидуального предпринимателя.

В связи с изложенным неполучение истцом по встречному иску определенной имущественной выгоды от заключения соглашения от 22.09.2018 является риском его предпринимательской деятельности.

Доводы заявителя кассационной жалобы о том, что предприниматель не разработал систему ЭВМ для организации и эксплуатации предприятия, как это предусмотрено пунктом 2.2 соглашения от 22.09.2018 № 2, следовательно, им не исполнено договорное обязательство в указанной части, проверены судом кассационной инстанции.

Судом первой инстанции установлено и по существу не оспаривается лицами, участвующими в деле, что в целях исполнения принятых на себя обязательств предпринимателем использовалась программа ЭВМ «1С-Битрикс-24», права на которую были переуступлены ему третьим лицом. В правоотношениях сторон предприниматель выступал в качестве администратора портала, а общество «ВладВика» как авторизированный пользователь. Из материалов дела не усматривается, что в период действия соглашения от 22.09.2018 № 2 общество «ВладВика» ссылалось на предоставление ему доступа к ненадлежащей программе для ЭВМ, из доводов ответчика не следует, что названная программа не отвечала целям соглашения. Напротив, ответчиком по первоначальному иску подписывались акты, составленные истцом во исполнение соглашения, факт прекращения доступа к данной системе с 31.05.2019 указывается заявителем кассационной жалобы как нарушение договорного обязательства.

Кроме того, доводы заявителя кассационной жалобы относительно ненадлежащего исполнения обязательств по соглашению от 28.02.2018 № 2 заявлены без учета компетенции суда кассационной инстанции (часть 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Установление данных обстоятельств, являющихся вопросами факта, относится к компетенции судов, рассматривающих спор по существу (определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308), и выходит за пределы компетенции суда кассационной инстанции.

По сути, доводы общества «ВладВика» свидетельствуют о его несогласии с установленными по делу фактическими обстоятельствами, с оценкой доказательств судами первой и апелляционной инстанций и не свидетельствуют о судебной ошибке, которая может быть исправлена в суде кассационной инстанции.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», с учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 Кодекса), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 АПК РФ), не допускается.

Судом кассационной инстанции также принимается во внимание правовая позиция, содержащаяся в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, согласно которой из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, Суд по интеллектуальным правам приходит к выводу о том, что фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судами первой и апелляционной инстанций на основании объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом доводов и возражений участвующих в деле лиц, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права.

С учетом изложенного суд кассационной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции.

Судебные расходы по рассмотрению кассационной жалобы в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отнесению на предпринимателя.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Белгородской области от 20.11.2020 по делу № А08-7666/2019 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ВладВика» - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

Председательствующий судья		Ю.М. Сидорская
Судья		В.В. Голофаев
Судья		И.В. Лапшина