Гражданский кодекс часть 1

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Матыскиной В.В., с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Химресурс» (№ 07АП-7061/2018(1)) на определение от 15.06.2018 (судья Поль Е.В.) Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-16824/2017 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Топкинская нефтебаза» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 652303, <...>) по заявлению ООО «Химресурс» об установлении требований кредитора.

В судебном заседании приняли участие:

конкурсный управляющий ФИО2,

от ООО «Химресурс»: ФИО3, доверенность от 15.09.2016.

У С Т А Н О В И Л:

решением Арбитражного суда Кемеровской области от 29.01.2018 должник – общество с ограниченной ответственностью «Топкинская нефтебаза», признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на четыре месяца. Определением суда от этой же даты конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 20 от 03.02.2018.

21.02.2018 в Арбитражный суд Кемеровской области поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Химресурс», ОГРН <***>, ИНН <***>, город Новосибирск (далее-ООО «Химресурс», заявитель, кредитор) об установлении требований кредитора в деле о банкротстве ООО «Топкинская нефтебаза» в размере 46 714 519, 80 рублей.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 15.06.2018 в удовлетворении заявления ООО «Химресурс» об установлении требований кредитора в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Топкинская нефтебаза» отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Химресурс» обратилось в апелляционный суд с жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что выводы суда перовой инстанции о мнимости сделки не соответствует материалам дела и не основан на нормах права. Искусственная задолженность не создавалась, направленность действий сторон на получение контролируемого банкротства не доказана.

В судебном заседании представитель ООО «Химресурс» апелляционную жалобу поддержала по изложенным в ней основаниям.

Конкурсный управляющий ООО «Топкинская нефтебаза» апелляционную жалобу поддержал, указав, что реальность взаимоотношений и наличие задолженности документально подтверждены, противоправных целей не установлено. Сослался также на наличие судебного акта, подтвердившего наличие как договора займа, так и договора уступки права.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о месте и времени судебного заседания, не явились в судебное заседание суда апелляционной инстанции.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, определив на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть дело при имеющейся явке, проверив законность и обоснованность определение арбитражного суда первой инстанции в порядке статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции считает его не подлежащим отмене, исходя из следующего.

Из материалов дела следует и установлено судом, что 07.04.2016 ООО «Химресурс» и ООО «Топкинская нефтебаза» заключен договор уступки права требования №07/04/2016, в соответствии с условиями которого ООО «Химресурс» уступает, а ООО «Топкинская нефтебаза» принимает права требования к ООО «Руснефтехим».

В соответствии с условиями договора уступаемые права требования передаются возмездно, стоимость требования составляет 46 714 519,80 рублей.

Уступаемые права требования возникли из договора займа №20-11/2015ДЗ от 20.11.2015 между ООО «Химресурс» (займодавец) и ООО «Руснефтехим» (заемщик) на сумму 70 335 000 рублей, срок возврата 31.12.2016, процентная ставка 12% годовых.

В обоснование представлены платежные поручения №156 от 24.11.2015 на сумму 10 000 000 рублей, №157 от 25.11.2015 на сумму 10 000 000 рублей, №159 от 27.11.2015 на сумму 4 200 000 рублей, №161 от 27.11.2015 на сумму 4 800 000 рублей, №164 от 30.11.2015 на сумму 4 700 000 рублей, №163 от 30.11.2015 на сумму 5 300 000 рублей, №166 от 01.12.2015 на сумму 7 000 000 рублей, №167 от 01.12.2015 на сумму 3 000 000 рублей, №171 от 02.12.2015 на сумму 3 300 000 рублей, №172 от 02.12.2015 на сумму 3 700 000 рублей, №173 от 03.12.2015 на сумму 3 000 000 рублей, №189 от 15.12.2015 на сумму 2 800 000 рублей, 195 от 16.12.2015 на сумму 1 632 763,87 рубля, №200 от 18.12.2015 на сумму 3 950 000 рублей, №201 от 18.12.2015 на сумму 2 950 000 рублей.

Также представлено письмо ООО «Химресурс» от 29.12.2015 №25 в адрес ООО «Руснефтехим» об изменении назначения платежа по вышеуказанным платежным поручениям, а именно, вместо назначения платежа «оплата по договору поставки нефтепродуктов №01-10/РНХ от 01.10.2015» считать «выдан займ по договору денежного займа №20-11/2015ДЗ от 20.11.2015».

Частичный возврат заемных денежных средств производился заемщиком в феврале- марте 2016 года, что не оспаривается участвующими в деле лицами, в обоснование представлены платежные поручения №102 от 01.02.2016 на сумму 188 814,24 рубля, №112 от 03.02.2016 на сумму 83 805,24 рублей, №115 от 03.02.2016 на сумму 4 305 084 рубля, №131 от 08.02.2016 на сумму 294 525 рублей, №143 от 11.02.2016 на сумму 29 113,18 рублей, №259 от 10.03.2016 на сумму 262 304,73 рубля, №257 от 10.03.2016 на сумму 300 700,51 рублей, №260 от 11.03.2016 на сумму 1 000 000 рублей, №265 от 11.03.2016 на сумму 1 152 542 рубля, №278 от 15.03.2016 на сумму 73 534,35 рубля, №292 от 18.03.2016 на сумму 153 000 рублей, №298 от 21.03.2016 на сумму 51 267,18 рублей, №370 от 07.04.2016 на сумму 308 088,43 рублей, №367 от 06.04.2016 на сумму 54 623 рубля, №353 от 04.04.2016 на сумму 2 700 000 рублей, №354 от 04.04.2016 на сумму 2 436 680 рублей, №231 от 25.03.2016 на сумму 224 161,90 рубль, №305 от 22.03.2016 на сумму 5 000 000 рублей, №306 от 22.03.2016 на сумму 5 000 000 рублей.

07.04.2016 совершена уступка прав требования к ООО «Руснефтехим», которым произведено перечисление денежных средств во исполнение договора займа от 20.11.2015 и договора цессии от 07.04.2016 в размере 40 000 000 рублей.

04.04.2017 возбуждено производство по делу о банкротстве ООО «Руснефтехим» (дело №А67-1384/2017).

Наличие, по мнению кредитора, задолженности по оплате договора уступки права требования, явилось основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим требованием.

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд первой инстанции исходил из отсутствия доказательств реальных правоотношений уступки, а также того, что заключением договора уступки стороны преследовали не только противоправную основам правопорядка цель уклонения от уплаты налогов, но и цель создания искусственной кредиторской задолженности в преддверии банкротства должника, учитывая, что заявителем по делу о банкротстве является ФИО4 - бывший руководитель ООО «Химресурс».

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 6 статьи 16, статей 71, 100 Закона о банкротстве требования кредиторов рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны. Требование кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

С учетом специфики дел о банкротстве, при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Исходя из указанных норм права, арбитражному суду необходимо по существу проверить доказательства возникновения задолженности и применения мер ответственности на основе положений норм материального права.

Судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе равноправия и состязательности. Обязанность по доказыванию обстоятельств, обосновывающих требования и возражения, возлагается на лиц, участвующих в деле (статьи 8, 9, 65 АПК РФ).

Выводы судебных актов по существу рассмотренного спора должны основаться на анализе доказательств, представленных сторонами, и содержать помимо прочего мотивы, по которым отвергнуты доказательства, а также отклонены доводы лиц, участвующих в деле (пункт 4 статьи 15, статья 71, пункты 2, 4 статьи 169, пункт 2 статьи 271, пункт 2 статьи 289 АПК РФ).

Как правило, для подтверждения обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов, интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора ("дружественного" кредитора) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу "дружественного" кредитора.

Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов, к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016)).

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики №4 (2017), утвержденной Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 15.11.2017г., не подлежит удовлетворению заявление аффилированного с должником лица о включении мнимого требования в реестр требований кредиторов, поданное исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, процедуры банкротства носят публично-правовой характер (постановления от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П и др.). Публично-правовой целью института банкротства является обеспечение баланса прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, имеющих различные, зачастую диаметрально противоположные интересы. Эта цель достигается посредством соблюдения закрепленного в части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации принципа, в соответствии с которым осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Включение необоснованной задолженности в реестр требований кредиторов должника в целях влияния на ход дела о банкротстве затрагивает не только частные интересы должника и его кредитора, но и всех иных кредиторов, вовлеченных в процесс банкротства, препятствуя справедливому рассмотрению дела о несостоятельности и окончательному его разрешению (как в части определения судьбы должника и его имущества, так и в части распределения конкурсной массы между добросовестными кредиторами).

По смыслу норм Закона о банкротстве, единственной надлежащей целью обращения кредитора в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) должно являться получение от должника удовлетворения своих требований в результате производства по делу о банкротстве. Для кредитора реальное получение денежных средств в счет уплаты соответствующей задолженности должно являться достаточным, при условии, что кредитор полагает себя добросовестным.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", положения Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 Гражданского кодекса Российской Федерации), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Материалами дела установлено, что в результате мероприятий налогового контроля в отношении ООО «Химресурс» налоговым органом установлено, что юридический адрес налогоплательщика (г. Новосибирск) и фактический адрес не соответствуют, налогоплательщик осуществляет деятельность в г. Топки Кемеровской области, имущество отсутствует, численность работников – 1 человек, основной вид деятельности – оптовая торговля твердым, жидким и газообразным топливом. Руководителем и учредителем является ФИО4 в период с 08.05.2015г. по 11.07.2016г., ФИО5 в период с 12.07.2016г.

Налоговым органом проведен анализ выписки по операциям на счетах ООО «Химресурс», установлено отсутствие номенклатуры расходов организаций, осуществляющих реальную экономическую деятельность, а именно, не перечисляются обязательные платежи в бюджет, платежи за аренду помещений, транспортных средств, электроэнергию, коммунальные услуги, телефон, интернет, охрану, канцелярские услуги и т.д.

Из содержания протокола допроса ФИО5 от 15.08.2016 следует, что он является номинальным руководителем ООО «Химресурс», фактически не осуществляет финансово-хозяйственную деятельность должника, установлена подконтрольность данного лица ФИО6, являющегося заинтересованным лицом по отношению к ФИО4

Налоговым органом по результатам мероприятий налогового контроля установлено, что договор уступки права требования №07/04/2016 от 07.04.2016г. по договору денежного займа №20-1/2015ДЗ от 20.11.2015г. между ООО «Химресурс» и ООО «Топкинская нефтебаза» подписан с единственной целью создания условий перевода денежных средств от ООО «Руснефтехим» на расчетный счет ООО «Топкинская нефтебаза» вместо ООО «Химресурс». Далее стороны договора уступки условия не выполнили и не имели намерения их выполнять. Как полагает налоговый орган, сделка является мнимой, совершенной без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, лишь для вида, что влечет ее ничтожность.

Налоговый орган также пришел к выводу, что вышеуказанные действия являются схемой, направленной на получение проверяемым налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды, поскольку ООО «Топкинская нефтебаза» не произведена и не будет произведена оплата в адрес ООО «Химресурс» за приобретаемое право требования в сумме 46 714 519,80 рублей.

Указанные операции не отражены сторонами в бухгалтерском учете.

Так, в бухгалтерском балансе ООО «Топкинская нефтебаза» за 2016 год (срок уплаты за уступленные права 31.12.2016) не отражены приобретенные права в составе финансовых вложений в нарушение п.3 Положения по бухгалтерскому учету «Учет финансовых вложений» ПБУ 19/02, утв.Приказом Минфина России от 10.12.2002 №126н.

У ООО «Топкинская нефтебаза» отсутствовали активы для оплаты приобретенного права требования, поскольку балансовая стоимость чистых активов на 01.01.2016 (перед подписанием договора уступки) составляла 10 000 рублей, на 01.01.2017 – 1 189 000 рублей.

За 6 месяцев 2017 года представлена декларация по налогу на прибыль с нулевой суммой выручки, что свидетельствует о прекращении деятельности. Движение денежных средств по расчетным счетам прекращено с 16.03.2017, остаток денежных средств нулевой.

ООО «Химресурс» не принимались меры по взысканию задолженности с ООО «Топкинская нефтебаза» по договору уступки права требования со сроком исполнения обязательств 31.12.2016.

Заявителем по настоящему делу о банкротстве ООО «Топкинская нефтебаза» является физическое лицо ФИО4 – бывший руководитель ООО «Химресурс», обязательства перед которым установлены судебным приказом от 22.06.2017, сумма требований – 430 000 рублей.

Налоговым органом установлено и в судебном заседании подтверждено, что безвозмездно полученные денежные средства на расчетный счет ООО «Топкинская нефтебаза» под видом договора уступки прав требования, направлены не на деятельность должника, а израсходованы в пользу выгодоприобретателя ФИО7

Так, согласно выписке по расчетному счету ООО «Топкинская нефтебаза» в Кемеровском отделении ПАО «Сбербанк России», перечисленные ООО «Руснефтехим» денежные средства были направлены на счета контрагентов в счет оплаты приобретения строительных материалов, ландшафтного дизайна, за сантехнику и ее установку. Указанные товары и услуги не перепродавались, у ООО «Топкинская нефтебаза» отсутствуют объекты незавершенного строительства, основных средств.

Суд первой инстанции, исследовав представленные в дело доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что действия сторон договора цессии от 07.04.2016 №07/04/2016 совершены с иными целями, не направленными на фактическое достижение целей уступки прав требования, сделка является мнимой, совершенной лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, законно и обоснованно принял обжалуемое определение.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 по делу №305-ЭС16-2411, №А41-48518/2014 в соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о включении в реестр требований кредиторов).

Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требований ответчика в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по поставке. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников). При наличии убедительных доказательств невозможности поставки бремя доказывания обратного возлагается на ответчика. Указанная правовая позиция изложена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда от 18.10.2012 № 7204/12 по делу №А70-5326/2011.

Учитывая правовую позицию, изложенную в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.10.2012 №7204/12 по делу №А70-5326/2011, определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 №305-ЭС16- 2411 по делу №А41-48518/2014, исходя из доводов о том, что сделка имеет признаки мнимой, направлена на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по договору. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Во избежание необоснованных требований к должнику и нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой, по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле. Для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора.

Исследование разумных версий происхождения задолженности, её погашения, выдвинутых лицами, участвующими в деле, отвечает задачам судопроизводства в арбитражных судах (статья 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) и позволяет не допустить включение в реестр необоснованных требований.

Понятие повышенного стандарта доказывания раскрыто применительно к различным правоотношениям, из которых возник долг, в периодических и тематических обзорах судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации (пункт 15 Обзора № 1 (2017) от 16.02.2017; пункт 20 Обзора № 5 (2017) от 27.12.2017, пункт 17 Обзора № 2 (2018) от 04.07.2018, пункт 13 Обзора от 20.12.2016), а также в судебных актах Верховного Суда Российской Федерации по конкретным делам (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС16-20992(3), № 305-ЭС16-10852, № 305-ЭС16-10308, № 305-ЭС16-2411, № 309-ЭС17-344, № 305-ЭС17-14948, № 308-ЭС18-2197, № 305-ЭС18-3009, № 310-ЭС17-20671).

В связи с чем, апелляционный суд отклоняет ссылки конкурсного управляющего и апеллянта на наличие вступившего в законную силу судебного акта, поскольку в определении Арбитражного суда Томской области от 26.06.2018 по делу №А67-1384/2017 вопросы о мнимости и реальности договора цессии, наличии заинтересованности и противоправной цели при заключении указанной сделки не исследовались, обстоятельства, установленные при рассмотрении настоящего обособленного спора, не обсуждались.

Представленные конкурсным управляющим в апелляционный суд дополнительные доказательства – платежные поручения, налоговые декларации, выводов суда первой инстанции не опровергают и обоснованных сомнений в правомерности заявленного требования не устраняют.

Кроме того, представленные декларации поданы в налоговый орган после принятия судом первой инстанции оспариваемого решения, и каким-либо образом повлиять на правильные выводы суда не могут.

Доводы подателя жалобы о том, что судом первой инстанции не полностью выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела, не нашли своего подтверждения.

Доводов, основанных на доказательственной базе, опровергающих установленные судом первой инстанции обстоятельств и его выводы, в апелляционной жалобе не приведено.

Оценивая изложенные в апелляционной жалобе доводы, суд апелляционной инстанции установил, что в них отсутствуют ссылки на факты, которые имели бы юридическое значение и могли бы повлиять в той или иной степени на принятие законного и обоснованного судебного акта при рассмотрении заявленного требования по существу.

Суд апелляционной инстанции полагает, что, исходя из заявленных требований, с учетом обстоятельств, входящих в предмет доказывания и установленных судом, оценив все имеющиеся в материалах дела доказательства, доводы сторон и оценив все в совокупности по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления.

Суд апелляционной инстанции считает, что судом первой инстанции нарушений норм материального и норм процессуального права не допущено.

Оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены определения у суда апелляционной инстанции не имеется. Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 15.06.2018 Арбитражного суда Кемеровской области по делу №А27-16824/2017 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ООО «Химресурс» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства
в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца
со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

Председательствующий К.Д. Логачев

Е.В. Кудряшева

ФИО1