Гражданский кодекс часть 1

от ответчика - общества с ограниченной ответственностью «Бэст»: ФИО2, представителя по доверенности от 01.12.2021, диплом, свидетельство о заключении брака от 02.08.2007, паспорт; ФИО3, представителя по доверенности от 10.11.2019, паспорт; ФИО4, представителя по доверенности от 17.02.2021, диплом, паспорт; ФИО5, представитель по доверенности от 11.01.2022, паспорт, диплом, свидетельство о заключении брака от 11.07.2009,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Бэст»

на решение Арбитражного суда Красноярского края

от «07» октября 2021 года по делу № А33-3133/2021,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Ирбейский разрез» (ИНН <***>, ОГРН <***>, далее – истец, ООО «Ирбейский разрез») обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Бэст» (ИНН <***>, ОГРН <***>, далее – ответчик, ООО «Бэст») о взыскании
2 408 250 рублей неустойки за нарушение сроков выполнения работ за период с 04.07.2020 по 06.10.2020 на основании договора строительного подряда №ИРБ/ДПДИ/2019-220
от 27.11.2019; 5 070 000 рублей неустойки за нарушение конечного срока выполнения работ более чем на 30 дней.

В Арбитражный суд Красноярского края обратилось ООО «Бэст» со встречным иском к ООО «Ирбейский разрез» о признании ничтожными пунктов 8.2 и 8.3 договора строительного подряда №ИРБ/ДПДИ/2019-220 от 27.11.2019.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 07 октября 2021 года первоначальный иск удовлетворен частично: взыскано с ООО «Бэст» в пользу
ООО «Ирбейский разрез» 4 200 000 рублей неустойки, а также 60 391 рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины. В удовлетворении остальной части первоначального иска отказано. В удовлетворении встречного иска отказано.

Не согласившись с данным судебным актом, ответчик обратился в Третий арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

В апелляционной жалобе, с учетом дополнительных пояснений, заявитель указал на то, что изначально заказчиком была предоставлена рабочая документация на 5-ти листах, проектная на 28-ти листах и таких исходных данных было недостаточно для выполнения работ. Полагает, что наличие объективной необходимости изменить проект не является виной подрядчика, а является объективным непредвиденным обстоятельством (основные изменения в проект заняли более 2-х месяцев, земляные работы по повышению отметок дна дамбы не производились до появления официального ответа проектирующей организации). Считает, что работы не приостанавливались, поскольку подрядчик имел возможность выполнять иные виды работ без приостановки. По мнению ответчика, судом не дана оценка иным обстоятельствам, возникшим в ходе строительства объекта, а именно, задержки отгрузки материалов на объект в связи с общей ситуацией распространения коронавирусной инфекции (письма ответчика от 16.04.2020 №16-04/2020, 17.04.2020 №7-04/2020), несмотря на то, что обстоятельства распространения коронавирусной инфекции являются общепризнанными. Указывает на то, что письмом от 20.08.2020 исх. №20-08/2020 подрядчик просил заказчика о продлении срока договора, также сообщил, что поставка оборудования обеззараживания воды DS-140-610 будет произведена в срок до 28.08.2020 через транспортную компанию. Считает, что поведение заказчика, исходя из переписки сторон, способствовало в полной мере нарушению сроков выполнения работ. Как полагает ответчик, судом должен был быть применен пункт 1 статьи 404 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как поведение заказчика также способствовало просрочке исполнения обязательств, неустойка могла быть снижена, исходя из положений указанной статьи. По мнению ответчика, суд первой инстанции неправомерно отказал в проведении экспертизы, которая определила бы достаточность, либо недостаточность исходных данных для выполнения работ, сроки, необходимые для выполнения работ, а также ответила бы на вопрос, мог ли подрядчик выполнить такой объем работ в сроки, заданные заказчиком. Считает, что суд нарушил процессуальные права ответчика, поскольку не привлек ФИО3, не имеющего юридического образования, в качестве представителя ответчика, который соответственно смог бы в заседаниях полноценно принимать участие и пользоваться всеми процессуальными правами в целях объективного рассмотрения спора. Полагает, что судом не исследовался вопрос о несоответствии сроков выполнения работ, указанных в закупочной документации и заключенном договоре. По мнению ответчика, по отношению к заказчику и подрядчику в условиях договора изначально предусмотрена неравная ответственность сторон. Указывает на то, что судом неверно отклонен довод ответчика о двойной мере ответственности. Полагает, что истцом была начислена неустойка без учета надлежащим образом выполненных обязательств.

Истец представил в материалы дела отзыв на апелляционную жалобу с дополнениями, в котором доводы жалобы не признал, настаивая на законности и обоснованности обжалуемого судебного акта. В отзыве на апелляционную жалобу, с учетом дополнительных пояснений, указал, что работы фактически не были приостановлены подрядчиком, а выполнялись в обычном режиме, данный факт также подтверждается документально. Полагает, что подрядчиком ежемесячно в период январь-апрель 2020 года сдавались, а заказчиком принимались работы по актам выполненных работ. Считает, что указанные выше документы, доказывают, что работы по договору были выполнены по имеющейся проектной документации, к результату и качеству работ истец претензий не имел, каких-либо вопросов в ходе выполнения работ к проектной документации, препятствующих дальнейшему выполнению работ подрядчик не озвучивал, не задавал, не поднимал, не ставил перед заказчиком. По мнению истца, предметом судебного разбирательства являлся вопрос длительного невыполнения подрядчиком незначительного оставшегося 15% объема работ, после выполнения подрядчиком 85 % работ по договору, при этом истец пошел навстречу ответчику и продлил срок выполнения работ по договору в добровольном порядке до 03.07.2021, однако, ответчик, несмотря на продление срока, не завершал работы, а выполнял их настолько долго, что объект был возведен и сдан только в октябре 2020 года, спустя более чем 3 месяца от продленного срока работ (03.07.2021). Полагает, что ходатайство о проведении экспертизы ответчика отклонено судом правомерно, экспертиза не затрагивала предмет судебного разбирательства, привела бы к затягиванию сроков рассмотрения дела, дополнительным затратам сторон. По мнению истца, довод ответчика о продлении срока выполнения работ по договору (дополнительное соглашение №1 от 03.07.2020) по причине восполнения срока выполнения работ в конкурсной заявке ООО «БЭСТ» является несостоятельным, в ходе исполнения работ подрядчик никогда не обращался по такому вопросу к заказчику, самостоятельно принял на себя ответственность за выполнение объекта в срок 5 месяцев. Истец считает, что привлечение ФИО3, не имеющего юридического образования, в качестве представителя ответчика являлось нецелесообразным в связи с участием иных представителей ответчика.

В судебном заседании до начала исследования доказательств представители ответчика подержали ранее заявленные ходатайства о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, о вызове в судебное заседание и опросе специалиста ФИО6, о назначении по делу судебной строительно-технической экспертизы.

Представитель истца возразил против удовлетворения ходатайств ответчика о вызове в судебное заседание и опросе специалиста ФИО6,
о назначении по делу судебной строительно-технической экспертизы, о приобщении дополнительных доказательств к материалам дела.

В соответствии с частью 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом апелляционной инстанции отказано в удовлетворении ходатайства ответчика о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, поскольку ответчиком не обоснована невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него.

Рассмотрев ходатайства ответчика о вызове в судебное заседание и опросе специалиста ФИО6 и о назначении по делу судебной строительно-технической экспертизы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения ходатайств ответчика в силу следующего.

В силу части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

На основании части 2 статьи 64, частей 4, 5 статьи 71, части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами. Судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания, а, следовательно, требование одной из сторон о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда ее назначить.

По смыслу названных норм суд может отказать в назначении экспертизы, если у него исходя из оценки уже имеющихся в деле доказательств сложилось убеждение, что имеющиеся доказательства в достаточной мере подтверждают или опровергают то или иное обстоятельство.

Судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания. Если для разрешения спора по существу специальные познания не требуются, суд вправе отказать в назначении экспертизы.

В силу статьи 55.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации специалистом в арбитражном суде является лицо, обладающее необходимыми знаниями по соответствующей специальности, осуществляющее консультации по касающимся рассматриваемого дела вопросам.

Назначение экспертизы либо привлечение специалиста по ходатайству лица, участвующего в деле, является правом суда, а не его обязанностью, и должно быть обусловлено конкретными обстоятельствами рассматриваемого дела.

В рассматриваемой ситуации, исходя из предмета иска и его оснований, обстоятельств, подлежащих установлению в целях рассмотрения дела, суд апелляционной не усматривает оснований для проведения судебной экспертизы по поставленным ответчиком вопросам и привлечения специалиста. В связи с этим апелляционный суд отказывает в удовлетворении заявленных ответчиком ходатайств.

Представители ответчика изложили доводы апелляционной жалобы. Просили отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.

Представитель истца изложил возражения на апелляционную жалобу. Просил суд оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего дела судом установлены следующие обстоятельства.

Между ООО «Ирбейский разрез» (далее – заказчик) и ООО «Бэст» (далее – подрядчик) заключен договор строительного подряда №ИРБ/ДПДИ/2019-220 от 27.11.2019.

Согласно пункту 1.1 договора подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика следующий объект: «Пруд-отстойник карьерных вод №1». В объеме, определенном договором и в соответствии с технической документацией, являющейся его неотъемлемой частью, с соблюдением действующих норм правил и передать результат работ заказчику, а заказчик обязуется принять результат работ и уплатить обусловленную договором цену.

В соответствии с пунктом 1.2 техническая документация к договору включает в себя: Рабочая документация на 5 листах. Техническая документация предоставляется подрядчику по акту приема-передачи в течение 5 рабочих дней с момента заключения настоящего договора (пункт 1.3 договора).

В силу пункта 2.2 договора общая стоимость работ, выполняемых по настоящему договору, согласно локальным сметным расчетам (Приложение № 3), составляет
25 350 000 рублей. Стоимость работ увеличивается на сумму НДС по ставке, предусмотренной действующей редакцией НК РФ.

Согласно пункту 4.1 договора работы должны быть выполнены подрядчиком в срок с даты заключения договора по «20» апреля 2020 года.

Согласно пункту 8.2 договора за нарушение сроков выполнения работ (отдельного этапа работ, работ, выполненных за определенный период времени) заказчик вправе взыскать неустойку в размере 0,1 % от общей стоимости работ, выполняемых по настоящему договору, за каждый день просрочки до фактического исполнения обязательств.

При превышении конечного срока выполнения работ более чем на 30 (тридцать) дней заказчик вправе потребовать, а подрядчик в этом случае обязан уплатить неустойку в размере 20% от общей стоимости работ по настоящему договору (пункт 8.3 договора).

17.06.2020 между сторонами подписано дополнительное соглашение № 1, согласно которому изменен пункт 4.1. договора и изложен в следующей редакции: «4.1.Работы, предусмотренные настоящим договором, должны быть выполнены подрядчиком в срок
с даты заключения настоящего договора по «03» июля 2020 года».

Во исполнение условий договора ООО «Бэст» выполнены работы в рамках договора строительного подряда № ИРБ/ДПДИ/2019-220 от 27.11.2019, что подтверждается следующими документами: справка о стоимости выполненных работ и затрат №1 от 28.01.2020; акт о приемке выполненных работ за январь 2020 г. №1 от 28.01.2020; справка о стоимости выполненных работ и затрат №2 от 28.02.2020; акт о приемке выполненных работ за февраль 2020 г. №2 от 28.02.2020; справка о стоимости выполненных работ и затрат №3/корр от 28.02.2020; акт о приемке выполненных работ за февраль 2020 г. №3/корр от 28.02.2020; справка о стоимости выполненных работ и затрат №5 от 31.03.2020; акт о приемке выполненных работ за март 2020 г. №5 от 31.03.2020; справка о стоимости выполненных работ и затрат №6 от 30.04.2020; акт о приемке выполненных работ за апрель 2020 года №6 от 30.04.2020; справка о стоимости выполненных работ и затрат №7
от 29.05.2020; акт о приемке выполненных работ за май 2020 г. №7 от 29.05.2020; справка о стоимости выполненных работ и затрат №8к от 03.07.2020; акт о приемке выполненных работ за июль 2020 г. №8к от 03.07.2020; справка о стоимости выполненных работ и затрат №9 от 07.10.2020; акт о приемке выполненных работ за октябрь 2020 г. №9 от 07.10.2020.

Ссылаясь на нарушение сроков выполнения работ, на основании пункта 8.2 договора истец начислил ответчику неустойку за период с 04.07.2020 по 06.10.2020 в размере
2 408 250 рублей.

Поскольку по расчету истца срок просрочки выполнения работ превысил 30 дней 03.08.2020, на основании пункта 8.3 договора истцом начислена неустойка в размере
5 070 000 рублей.

18.11.2020 ООО «Ирбейский разрез» обратилось в адрес ООО «Бэст»
с претензионным письмом об оплате неустойки в общей сумме 7 478 250 рублей (исх. №ИРБ/П-ИСХ/2020-1020 от 18.11.2020)

Требование истца (претензию) об оплате неустойки за превышение промежуточных и конечного сроков выполнения работ по договору строительного подряда
№ ИРБ/ДПДИ/2019-220 от 27.11.2019 в общей сумме 7 478 250 рублей, ответчик добровольно не удовлетворил, считая требование истца необоснованным, о чем направил ответ исх. №23-11 /2020 от 23.11.2020.

Вышеуказанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд с исковым заявлением.

Оспаривая исковые требования, ответчик указал, что предъявленные требования являются необоснованными, поскольку пункты 8.2 и 8.3 договора строительного подряда №ИРБ/ДПДИ/2019-220 от 27.11.2019, заключенного между истцом и ответчиком, являются ничтожными. Ссылаясь на вышеуказанные обстоятельства, ООО «Бэст» обратилось со встречным исковым заявлением.

Частично удовлетворяя первоначальные исковые требования, суд первой инстанции исходил из доказанности факта ненадлежащего исполнения ответчиком своих обязательств, выразившегося в нарушении ответчиком сроков выполнения работ по контракту, а также наличия оснований для снижения начисленной истцом неустойки по договору в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Отказывая в удовлетворении встречных исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что условия договора согласованы в соответствии со свободным волеизъявлением сторон; предусмотренные пунктом 8.2 и 8.3 договора порядок исчисления неустойки от общей стоимости работ (а не от стоимости невыполненных в срок обязательств) является результатом совместного волеизъявления сторон, достигнутого при заключении договора, поэтому такое соглашение о неустойке не может быть признано несправедливым, нарушающим баланс интересов сторон.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в порядке статей 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов суда имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, исследовав доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения жалобы в силу следующего.

Между сторонами подписан договор, являющийся по своей правовой природе договором подряда, отношения по которому регулируются главой 37 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

По договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену (пункт 1 статьи 740 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 708 Гражданского кодекса Российской Федерации в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки). Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 329, пунктом 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой (штрафом, пеней), то есть определенной законом или договором денежной суммой, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

На основании пункта 8.2 договора истцом начислена неустойка за период с 04.07.2020 по 06.10.2020 в размере 2 408 250 рублей.

Поскольку по расчету истца срок просрочки выполнения работ превысил 30 дней 03.08.2020, последним на основании пункта 8.3 договора начислена неустойка в размере
5 070 000 рублей.

Расчет неустойки повторно проверен судом апелляционной инстанции и признан верным, соответствующим условиям договора.

Оценив доводы ответчика о наличии вины истца в нарушении срока производства работ, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункты 1 и 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника. Суд также вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению (пункт 1 статьи 404 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора (пункт 3 статьи 405 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из материалов дела, в соответствии с пунктом 1.2 техническая документация к договору включает в себя: рабочая документация на 5 листах. Техническая документация предоставляется подрядчику по акту приема-передачи в течение 5 рабочих дней с момента заключения договора (пункт 1.3 договора).

В материалы дела представлен акт приема-передачи от 02.12.2019, согласно которому ФИО7 (мастеру строительно-монтажных работ) была передана: рабочая документация в количестве 5 листов, проектная документация, состоящая из разделов: насосная станция для заправки поливомоечных машин в количестве 5 листов, архитектурная часть в количестве 4 листов, линейная документация «автодороги» в количестве 28 листов.

Как верно установлено судом первой инстанции, данный факт ответчиком не оспаривался, ФИО7 фактически являлся руководителем работ на объекте, представлял интересы подрядчика перед заказчиком по всем вопросам, возникающим в ходе производства подрядных работ. Кроме того, подрядчиком в письме исх. № 02-03-/20
от 02.03.2020 выражена воля на уполномочивание именно ФИО7 на получение проекта.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 716 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении: непригодности или недоброкачественности предоставленных заказчиком материала, оборудования, технической документации или переданной для переработки (обработки) вещи; возможных неблагоприятных для заказчика последствий выполнения его указаний о способе исполнения работы; иных не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность ее завершения в срок. Подрядчик, не предупредивший заказчика об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, либо продолживший работу, не дожидаясь истечения указанного в договоре срока, а при его отсутствии разумного срока для ответа на предупреждение или несмотря на своевременное указание заказчика о прекращении работы, не вправе при предъявлении к нему или им к заказчику соответствующих требований ссылаться на указанные обстоятельства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 719 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядчик вправе не приступать к работе, а начатую работу приостановить в случаях, когда нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, в частности непредоставление материала, оборудования, технической документации или подлежащей переработке (обработке) вещи, препятствует исполнению договора подрядчиком, а также при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что исполнение указанных обязанностей не будет произведено в установленный срок (статья 328).

Вопреки положениям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в суде первой инстанции ответчик не представил в материалы дела доказательства, свидетельствующие о своевременном приостановлении им работ с учетом положений пункта 1 статьи 719 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием необходимых для надлежащего исполнения им обязательств исходных данных.

Ответчиком не представлены доказательства, свидетельствующие о невозможности выполнения работ по причине отсутствия ответов заказчика на его обращения.

Из норм действующего гражданского законодательства следует, что подрядчик, не предупредивший заказчика об обстоятельствах, создающих невозможность завершения работы в срок, не вправе при предъявлении к нему соответствующих требований ссылаться на указанные обстоятельства.

Кроме того, как следует из материалов дела, стороны вели переписку относительно возможности корректировки проектной документации по исключению подземных вод в связи с выявленным при производстве работ несоответствием проектных отметок дна дамбы (письма заказчика № ИРБ/П-ИСХ/2020-280 о 19.03.2020, № ИРБ/П-ИСХ/2020-290
от 23.03.2020, письма подрядчика № 10-01/20 от 10.01.2020).

Выполнение работ ответчиком не приостанавливалось, при этом сторонами 17.06.2020 подписано дополнительное соглашение № 1, которым был изменен окончательный срок выполнения работ с 20.04.2020 на 03.07.2020 в связи с невыполнением ответчиком работ по договору в установленный срок.

Ответчик обращался в адрес заказчика с письмами №11-08-2020 от 11.08.2020
и № 20-08/2020 от 20.08.2020, в которых просил продлить срок исполнения договора.

С учетом вышеизложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что действия подрядчика по обращению к заказчику с просьбами о продлении срока выполнения работ не отвечают требованиям заблаговременности и своевременности, суд апелляционной инстанции также учитывает, что дополнительным соглашением № 1 от 17.06.2020 был продлен срок выполнения работ более чем на два месяца, что соответствует длительности рассмотрения вопроса о необходимости внесения изменений в проектную документацию.

Вопреки доводам ответчика, установление обстоятельств, связанных с нарушением подрядчиком сроков выполнения, не требует применения специальных познаний, в связи с чем, поскольку назначение экспертизы является правом суда, а не его обязанностью, и должно быть обусловлено конкретными обстоятельствами рассматриваемого дела, судом первой инстанции правомерно отказано в удовлетворении ходатайства ответчика и назначении экспертизы.

Помимо прочего, вышеизложенные обстоятельства были учтены судом первой инстанции при рассмотрении ходатайства ответчика о снижении неустойки в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, судом первой инстанции снижена неустойка, начисленная истцом, до 4 200 000 рублей.

В случае если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении. Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды (пункт 2 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 77 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 снижение размера договорной неустойки допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Гражданский кодекс Российской Федерации предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Признание несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства является правом суда, принимающего решение.

При этом в каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения санкций с учетом конкретных обстоятельств дела и взаимоотношений сторон.

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела, как того требуют положения статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Рассмотрев ходатайство ответчика об уменьшении неустойки, суд, руководствуясь принципами разумности и соразмерности, соблюдая баланс интересов сторон, учитывая конкретные обстоятельства дела, отсутствие в деле доказательств о размере убытков заказчика, а также то, что начисленная сумма неустойки является значительной, принимая во внимание, что работы ответчиком выполнены, суд пришел к верному выводу о возможности удовлетворения ходатайства ответчика о применении положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и снижения размера предъявленной ко взысканию неустойки до 4 200 000 рублей.

Вопреки доводам ответчика, признание распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы не может быть универсальным для всех категорий должников, независимо от типа их деятельности, условий ее осуществления, в том числе региона, в котором действует организация, в силу чего существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учетом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника и т.д.).

Применительно к нормам статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации обстоятельства, вызванные угрозой распространения новой коронавирусной инфекции, а также принимаемые органами государственной власти и местного самоуправления меры по ограничению ее распространения, в частности, установление обязательных правил поведения при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации, запрет на передвижение транспортных средств, ограничение передвижения физических лиц, приостановление деятельности предприятий и учреждений, отмена и перенос массовых мероприятий, введение режима самоизоляции граждан и т.п., могут быть признаны обстоятельствами непреодолимой силы, если будет установлено их соответствие названным выше критериям таких обстоятельств и причинная связь между этими обстоятельствами и неисполнением обязательства.

Следовательно, сам по себе факт наличия введенных ограничений в связи пандемией коронавируса не свидетельствует о наличии уважительных оснований для освобождения от уплаты неустойки.

В судебном заседании 08.12.2021 в суде апелляционной инстанции судом допущен представитель ФИО3 к участию в судебном заседании для дачи пояснений по делу. Представитель ФИО3 дал пояснения, касающиеся выполнения работ подрядчиком, расхождений в проектно-сметной документации.

Как установлено судом, пояснения представителя ФИО3, данные суду апелляционной инстанции, соответствуют по своему содержанию пояснениям ответчика, представленным ранее в материалы дела.

Согласно части 3 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения арбитражного суда первой инстанции, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения.

Ссылка ответчика на нарушение его процессуальных прав тем, что суд не привлек ФИО3, не имеющего юридического образования, к участию в деле в качестве представителя ответчика, не может быть принята во внимание, поскольку данное обстоятельство не свидетельствует о нарушении судом норм процессуального права, приведшем к принятию неправильного решения.

Рассмотрев встречное исковое требование, суд первой инстанции правомерно признал встречный иск не подлежащим удовлетворению.

В соответствии с пунктом 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Согласно пункту 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

Условие о договорной неустойке определено по свободному усмотрению сторон, ответчик в соответствии со статьей 2 ГК РФ осуществляет предпринимательскую деятельность на свой риск, а, следовательно, должен был и мог предположить и оценить возможность отрицательных последствий такой деятельности, в том числе связанных с неисполнением или ненадлежащим исполнением принятых по договору обязательств.

Истолковав вышеуказанные нормы применительно к рассматриваемому спору и условиям заключенного между сторонами договора, а также исследовав и оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства, суд верно установил, что условия договора согласованы в соответствии со свободным волеизъявлением сторон в порядке статьи 421 ГК РФ; предусмотренные пунктом 8.2 и 8.3 договора порядок исчисления неустойки от общей стоимости работ (а не от стоимости невыполненных в срок обязательств) является результатом совместного волеизъявления сторон, достигнутого при заключении договора, поэтому такое соглашение о неустойке не может быть признано несправедливым, нарушающим баланс интересов сторон.

Утверждения заявителя апелляционной жалобы о возложении на него двойной меры ответственности отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку меры ответственности в виде штрафа и пени применены к ответчику за разные нарушения, имеют отличную друг от друга природу и предусмотрены разными положениями контракта.

Установление в договоре по соглашению сторон неустойки в виде сочетания единовременного штрафа и пени не противоречит действующему законодательству и не свидетельствует о применении двойной меры ответственности за одно правонарушение.

С учетом вышеизложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для признания пунктов 8.2 и 8.3 договора подряда ничтожными, в удовлетворении встречного иска правомерно отказано судом.

Иные доводы апелляционной жалобы проверены судом в полном объёме и не содержат фактов, которые не были учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются необоснованными и не могут служить основанием для отмены судебного акта.

Материалы дела исследованы судом полно, всесторонне и объективно, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от «07» октября 2021 года по делу № А33-3133/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший решение.

Председательствующий

Е.В. Белоглазова

Судьи:

О.В. Петровская

Н.А. Морозова