Постановление № А36-28/2021 от 20.07.2022 Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда

ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

22 июля 2022 года дело №А36-28/2021

город Воронеж

Резолютивная часть постановления объявлена 20 июля 2022 года

Постановление в полном объеме изготовлено 22 июля 2022 года

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ботвинникова В.В.,

судей Семенюта Е.А.,

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Офицеровой А.В.,

при участии:

от ЗАО «Коксохиммонтаж»: ФИО2, представитель по доверенности б/н от 25.10.2021, паспорт РФ;

от ЗАО «Липецк Коксохиммонтаж»: ФИО3, представитель по доверенности № 39 от 03.11.2020, паспорт РФ;

от ООО «Липецк Коксохиммонтаж»: ФИО3, представитель по доверенности б/н от 17.12.2019, паспорт РФ;

от ООО «Колос»: ФИО3, представитель по доверенности б/н от 29.03.2021, паспорт РФ;

от ФИО4: ФИО3, представитель по доверенности № 48 АА 1769568 от 06.04.2021, паспорт РФ;

от ФИО5: представитель не явился, доказательства надлежащего извещения имеются в материалах дела;

от ФИО6: ФИО3, представитель по доверенности № 48 АА 1769514 от 02.04.2021, паспорт РФ;

от ФИО7: ФИО3, представитель по доверенности № 48 АА 1769571 от 06.04.2021, паспорт РФ;

от ФИО8: ФИО3, представитель по доверенности № 48 АА 1759528 от 29.03.2021, паспорт РФ;

от ФИО9: ФИО3, представитель по доверенности № 48 АА 1715919 от 29.03.2021, паспорт РФ;

от ФИО10: ФИО3, представитель по доверенности № 48 АА 1715921 от 29.03.2021, паспорт РФ;

от ООО Фирма «Юриссервис»: ФИО3, представитель по доверенности № б/н от 29.03.2021, паспорт РФ;

от ФИО11: представитель не явился, доказательства надлежащего извещения имеются в материалах дела;

от ФИО12: представитель не явился, доказательства надлежащего извещения имеются в материалах дела;

от ФИО13: представитель не явился, доказательства надлежащего извещения имеются в материалах дела;

от ФИО14: представитель не явился, доказательства надлежащего извещения имеются в материалах дела;

от ФИО15: представитель не явился, доказательства надлежащего извещения имеются в материалах дела;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу закрытого акционерного общества «Коксохиммонтаж» на решение Арбитражного суда Липецкой области от 29.04.2022 по делу №А36-28/2021

по исковому заявлению 1) закрытого акционерного общества «Коксохиммонтаж» (ОГРН <***>, ИНН <***>) 2) закрытого акционерного общества «Липецк Коксохиммонтаж» (ОГРН <***>, ИНН <***>) к 1) обществу с ограниченной ответственностью «Липецк Коксохиммонтаж» (ОГРН <***>, ИНН <***>), 2) обществу с ограниченной ответственностью «Колос» (ОГРН <***>, ИНН <***>), 3) ФИО15, 4) ФИО4 5) ФИО5, 6) ФИО6, 7) ФИО7, 8) ФИО8, 9) ФИО13, 10) ФИО14, 11) ФИО9, 12) ФИО10, 13) ФИО11, 14) ФИО12, с участием в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора - общества с ограниченной ответственностью Фирма «Юриссервис» (ОГРН <***>, ИНН <***>) о признании договоров недействительными, о признании сделок ничтожными, о взыскании солидарно 42 251 780,48 руб.,

УСТАНОВИЛ:

закрытое акционерное общество «Коксохиммонтаж» (далее - ЗАО «Коксохиммонтаж», истец), закрытое акционерное общество «Липецк Коксохиммонтаж» (далее - ЗАО «Липецк Коксохиммонтаж», соистец) обратились в арбитражный суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Липецк Коксохиммонтаж», обществу с ограниченной ответственностью «Колос», ФИО15, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО13, ФИО14, ФИО16, ФИО10, ФИО9, ФИО11, ФИО12:

1. о признании недействительным агентского договора, заключенного 03.08.2010 между ЗАО «Липецк Коксохиммонтаж» и ИП ФИО15 и о применении последствия недействительности ничтожной сделки в виде взыскания с ФИО15 денежных средств в размере 51 165 000 руб.;

2. о признании недействительным договора купли-продажи ценных бумаг, заключенного 20.05.2011 между ЗАО «Липецк Коксохиммонтаж» и ООО «Липецк Коксохиммонтаж»;

3. о признании ничтожной сделки, совершенной между ЗАО «Липецк Коксохиммонтаж» и ООО «Колос» (ОГРН <***>) в форме приобретения ЗАО «Липецк Коксохиммонтаж» в доли в уставном капитале ООО «Колос» номинальной стоимостью 122 руб. и составляющую 1,2 % уставного капитала ООО «Колос» и применении последствия недействительности ничтожной сделки в виде признания отсутствующим у ЗАО «Липецк Коксохиммонтаж» права на долю в уставном капитале ООО «Колос» номинальной стоимостью 122 руб. и составляющую 1,2 % уставного капитала;

4. о признании ничтожной сделки, совершенной между ООО «Липецк Коксохиммонтаж» и ООО «Колос» (ОГРН <***>) в форме приобретения ООО «Липецк Коксохиммонтаж» в доли в уставном капитале ООО «Колос» номинальной стоимостью 83 руб. и составляющую 0,8 % уставного капитала ООО «Колос»;

5. о взыскании солидарно с ФИО7, ФИО5, ФИО6 в пользу ЗАО «Липецк Коксохиммонтаж» (ОГРН <***>) убытков, причиненные обесценением денежных средств за период с 21.09.2010 по 30.09.2011 в размере 3 028 144,32 руб. (уточнение л.д. 53 том 11);

6. о взыскании солидарно с ФИО5, ФИО7, ФИО8, ФИО14 в пользу ЗАО «Липецк Коксохиммонтаж» (ОГРН <***>) убытков, причиненные обесценением денежных средств за период с 14.07.2011 по 06.06.2012 в размере 3 747 310,57 руб.;

7. о взыскании солидарно с ФИО13, ФИО7, ФИО8, ФИО14, ФИО5 в пользу ЗАО «Липецк Коксохиммонтаж» (ОГРН <***>) убытков, причиненных обесценением денежных средств за период с 07.06.2012 по 27.06.2012 в размере 235 499,17 руб.;

8. о взыскании солидарно с ФИО13, ФИО7, ФИО8, ФИО4, ФИО14 в пользу ЗАО «Липецк Коксохиммонтаж» (ОГРН <***>) убытков, причиненных обесценением денежных средств за период с 28.06.2012 по 20.04.2014 в размере 7 293 115,16 руб.;

9. о взыскании солидарно с ФИО7, ФИО13, ФИО8, ФИО4, ФИО14 в пользу ЗАО «Липецк Коксохиммонтаж» (ОГРН <***>) убытков, причиненных обесценением денежных средств за период с 21.04.2014 по 24.06.2015 в размере 4 972 817,46 руб.;

10. о взыскании солидарно с ФИО7, ФИО13, ФИО8, ФИО4, ФИО14 в пользу ЗАО «Липецк Коксохиммонтаж» (ОГРН <***>) убытков, причиненных обесценением денежных средств за период с 25.06.2015 по 22.05.2016 в размере 4 402 292,66 руб.;

11. о взыскании солидарно с ФИО7, ФИО8, ФИО14, ФИО9, ФИО10 в пользу ЗАО «Липецк Коксохиммонтаж» (ОГРН <***>) убытков, причиненных обесценением денежных средств за период с 23.05.2016 по 15.04.2018 в размере 9 909 245,28 руб. (с учетом утонения в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации);

12. о взыскании солидарно с ФИО7, ФИО8, ФИО14, ФИО9, ФИО10 в пользу ЗАО «Липецк Коксохиммонтаж» (ОГРН <***>) убытков, причиненных обесценением денежных средств за период с 16.04.2018 по 25.06.2019 в размере 4 593 635,73 руб.;

13. о взыскании солидарно с ФИО7, ФИО9, ФИО12, ФИО11 в пользу ЗАО «Липецк Коксохиммонтаж» (ОГРН <***>) убытков, причиненных обесценением денежных средств за период с 26.06.2019 по 31.10.2020 в размере 4 069 720,13 руб.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью Фирма «Юрис-сервис» (далее - ООО Фирма «Юрис-сервис», третье лицо).

Определением от 31.03.2021 производство по настоящему делу в части требования закрытого акционерного общества «Коксохиммонтаж» к ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20 о взыскании убытков, причиненных обесценением денежных средств за период с 21.09.2010 по 30.09.2011 в размере 3 028 144,32 руб. прекращено в связи с отказом истца от исковых требований (л.д.53 том 11).

Решением Арбитражного суда Липецкой области от 29.04.2022 по настоящему делу в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с указанным решением суда, полагая его незаконным и необоснованным, истец обратился в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт.

На основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) апелляционная жалоба рассматривалась в отсутствие ответчика, извещенного о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом.

В судебном заседании представитель истца поддержал доводы апелляционной жалобы.

Представитель ЗАО «Липецк Коксохиммонтаж», ООО «Липецк Коксохиммонтаж», ООО «Колос», ФИО4, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10,ООО Фирма «Юриссервис» против доводов жалобы возражал.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ЗАО «Коксохиммонтаж» является акционером ЗАО «Липецк Коксохиммонтаж» и владеет акциями в количестве 170 штук (или 25,26% уставного капитала), что подтверждается выпиской из реестра акционеров и не оспаривалось в ходе рассмотрения дела.

Иск заявлен в пользу ЗАО «Липецк Коксохиммонтаж» в соответствии с положениями части 2 статьи 53, части 1 статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

В период с 2010 года по 2013 год ЗАО «Липецк КХМ» заключило ряд сделок.

30.08.2010 между ЗАО «Липецк КХМ» и индивидуальным предпринимателем ФИО15 заключен агентский договор. По мнению истца, данная сделка является мнимой.

20.05.2011 ЗАО «Липецк КХМ» и ООО «Липецк КХМ» заключен договор купли-продажи ценных бумаг, по которому ЗАО «Липецк КХМ» продало, а ООО «Липецк КХМ» купило часть акций ОАО «Ясенецкий» - 12825 штук (28,5% уставного капитала).

15.04.2012 ЗАО «Липецк КХМ» внесло в уставный капитал ООО «Колос» 17 952 акций (39,89% уставного капитала) ОАО «Ясенецкий» оцененных в 29 555 050 рублей.

15.08.2012 ООО «Колос» продало часть акций ФИО21, ФИО22.

05.09.2012 общим собранием акционеров ОАО «Ясенецкий» было принято решение о ликвидации общества.

Истец указал на то, что акции ОАО «Ясенецкий» с 03.08.2010 по 01.02.2013 фактически не выбывали из владения ООО Фирма «Юрис-сервис», в связи с чем, ни одна из сторон не имела намерений исполнять агентский договор (и прочие сделки); ЗАО «Липецк КХМ» и ИП ФИО15, «мнимо» исполнив агентский договор от 03.08.2010, причинили убытки ЗАО «Липецк КХМ» на сумму 51 165 000 руб., остальные сделки по продаже акций и внесению их в уставный капитал «имитировали» осуществление финансовых вложений и были направлены на сокрытие факта убыточности агентского договора от акционеров ЗАО «Липецк КХМ»; ликвидация ОАО «Ясенецкий» была направлена на сокрытие факта «фиктивности» финансовых вложений и убыточности агентского договора от акционеров ЗАО «Липецк КХМ». В результате чего ЗАО «Липецк КХМ» получило убытки в виде обесценения выплаченных в пользу ФИО15 денежных средств в размере 51 165 000 руб.

Истец полагает, что лица, входившие в состав органов управления ЗАО «Липецк КХМ» в период с 21.09.2010 по 31.10.2020, обязаны возместить убытки, причиненные ЗАО «Липецк КХМ», поскольку спорные сделки были совершены в период исполнения ими своих полномочий.

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

Принимая обжалуемый судебный акт и отказывая в удовлетворении заявленных исковых требований, арбитражный суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 65.2 ГК РФ участники корпорации (участники, члены, акционеры и т.п.) вправе требовать, действуя от имени корпорации (часть 1 статьи 182 ГК РФ), возмещения причиненных корпорации убытков (статья 53.1 ГК РФ); оспаривать, действуя от имени корпорации (часть 1 статьи 182 ГК РФ), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 настоящего Кодекса или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

Частью 1 статьи 174 ГК РФ предусмотрено, что если полномочия лица на совершение сделки ограничены договором или положением о филиале или представительстве юридического лица либо полномочия действующего от имени юридического лица без доверенности органа юридического лица ограничены учредительными документами юридического лица или иными регулирующими его деятельность документами по сравнению с тем, как они определены в доверенности, в законе либо как они могут считаться очевидными из обстановки, в которой совершается сделка, и при ее совершении такое лицо или такой орган вышли за пределы этих ограничений, сделка может быть признана судом недействительной по иску лица, в интересах которого установлены ограничения, лишь в случаях, когда доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об этих ограничениях.

В части 2 статьи 174 ГК РФ указано, что сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

В соответствии с пунктом 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 ГК РФ), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (часть 2 статьи 53 ГК РФ, часть 1 статьи 65.2 ГК РФ).

Порядок обращения участника корпорации в суд с такими требованиями определяется, в том числе с учетом ограничений, установленных законодательством о юридических лицах.

Лицо, уполномоченное выступать от имени корпорации, также является представителем корпорации при рассмотрении названных требований наряду с предъявившим их участником корпорации.

Ответчиком по требованию о возмещении причиненных корпорации убытков выступает соответственно причинившее убытки лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, члены коллегиальных органов юридического лица, лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица (части 1 - 4 статьи 53.1 ГК РФ).

В случае оспаривания участником заключенных корпорацией сделок, предъявления им требований о применении последствий их недействительности или о применении последствий недействительности ничтожных сделок ответчиком является контрагент корпорации по спорной сделке.

По смыслу статьи 65.2 ГК РФ корпорация в лице соответствующего органа и присоединившиеся к иску участники не имеют права без согласия участника, предъявившего иск, полностью или частично отказаться от иска, изменить основание или предмет иска, заключить мировое соглашение и соглашение по фактическим обстоятельствам. Обратившийся в суд с требованием участник корпорации в случае присоединения к иску иных участников также не имеет права совершать указанные действия без согласия всех таких участников.

Иные участники корпорации, несогласные с заявленными требованиями, вправе вступить в дело на стороне ответчика в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований.

В силу части 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (часть 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу части 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (часть 2 статьи 401 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В соответствии с частью 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Пунктом 1 статьи 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее - Федеральный закон «Об акционерных обществах») также предусмотрено, что члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор) при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор) несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами (пункт 2 Федерального закона «Об акционерных обществах»).

В пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» указано, что в силу части 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Пунктом 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 предусмотрено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.) (пункт 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62).

В пункте 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» указано, что по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (часть 2 статьи 15 ГК РФ).

Согласно пункту 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62»О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» не несут ответственность за убытки, причиненные юридическому лицу, те члены коллегиальных органов юридического лица, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение убытков, или, действуя добросовестно (статья 1 ГК РФ), не принимал участия в голосовании (часть 3 статьи 53 ГК РФ, часть 2 статьи 71 Закона об акционерных обществах).

В соответствии со статьей 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (часть 3 статьи 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Ответственность, предусмотренную пунктом 1 настоящей статьи, несут также члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции ответчиками заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Удовлетворяя данное заявление по требованиям 1-3, суд области обоснованно руководствовался следующим.

Согласно положениям статей 196, 200 ГК РФ срок исковой давности составляет три года, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как разъяснено в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй части 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

К требованию о признании мнимой сделки недействительной применим трехлетний срок исковой давности.

В соответствии с частью 1 статьи 181 ГК РФ (в редакции ГК РФ № 41 от 27.12.2009, действовавшей на момент заключения сделок (действие редакции части 1 статьи 181 ГК РФ - с 31.12.2009 по 31.08.2013) срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года, течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Частью 1 статьи 181 ГК РФ (в действующей редакции ГК РФ (действие с 01.09.2013) предусмотрено, что срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (часть 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Переходными положениями Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ (пункт 9 статьи 3) предусмотрено, что новые сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01.09.2013 Десятилетние сроки, предусмотренные частью 1 статьи 181 ГК РФ, начинают течь не ранее 01.09.2013.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 69 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» положения пункта 9 статьи 3 Закона № 100-ФЗ распространяются, в том числе, на правила, установленные статьей 181 ГК РФ.

Из пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» следует, что положения Гражданского кодекса о сроках исковой давности и правилах их исчисления в редакции Закона №100-ФЗ, в том числе закрепленных в статьях 181, 181.4, части 2 статьи 196 и части 2 статьи 200 ГК РФ, применяются к требованиям, возникшим после вступления в силу указанного закона, а также к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01.09.2013 (пункт 9 статьи 3 Закона № 100-ФЗ).

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 15.02.2016 №3-П разъяснено, что институт исковой давности имеет целью упорядочить, стабилизировать гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, обеспечить своевременную защиту прав и интересов всех субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению прав и интересов иных участников, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов. Применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от притязаний за пределами срока исковой давности и одновременно побуждает лиц, считающих свои права нарушенными, своевременно заботиться об их защите.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что иной подход противоречил бы основным началам гражданского законодательства, установленным статьей 1 ГК РФ, а именно: равенству участников регулируемых Кодексом отношений; обеспечению восстановления нарушенных прав, их судебной защиты; предусмотренному законом правилу о недопущении действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, злоупотребления правом в иных формах.

Как установлено судом первой инстанции, с учетом положений статьи 69 АПК РФ, вступившими в законную силу судебными актами по делам №А36-8381/2016, №А36-8382/2016 установлено, что ЗАО «Коксохиммонтаж» присутствовало на ежегодных годовых собраниях ЗАО «Липецк КХМ» за период 2010-2012 годы.

Из решения Арбитражного суда Липецкой области от 13.09.2019 по делу №АЗ6-8381/2016, оставленного без изменения постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2019 и постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 23.10.2020, следует, что с учетом проведения ежегодных годовых собраний ЗАО «Липецк КХМ», и участия в них, в период с 2010-2012 годов ЗАО «Коксохиммонтаж» знало о совершенных обществом сделках и, соответственно, о лицах их совершивших, а также о составе органов управления ЗАО «Липецк КХМ».

Арбитражный суд Центрального округа в постановлении от 23.10.2020 по делу №АЗ6-8381/2016 согласился с подходами нижестоящих судов, указал: «Как правильно установили суды, поскольку годовое общее собрание акционеров ЗАО «Липецк Коксохиммонтаж» по итогам 2009, 2010, 2011, 2012 годов, на котором утверждаются годовые результаты деятельности общества, в соответствии со статьей 47 Закона об акционерных обществах должно было быть проведено не позднее, чем через шесть месяцев после окончания отчетного года, то о нарушении своих прав истец, действуя добросовестно и разумно, мог узнать не позднее 30.06.2009, 30.06.2011, 30.06.2012 соответственно, так как сведения обо всех сделках общества отражаются в бухгалтерской отчетности».

В постановлении Арбитражного суда Центрального округа от 15.10.2020 по делу №А36-8382/2016 также указано, что в рассматриваемом случае срок исковой давности подлежит исчислению с момента, когда ЗАО «Липецк Коксохиммонтаж» получило реальную возможность узнать о нарушении прав общества (протоколы годовых общих собраний акционеров «Липецк КХМ» №10/05/11 от 10.05.2011 по итогам 2010 года, №28/06/2012 от 28.06.2012 по итогам 2011 года, №16/05/13 от 16.05.2013 по итогам 2012 года).

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что утверждение истца о сокрытии от акционеров информации об оспариваемых сделках противоречит обстоятельствам, установленным вступившими в законную силу судебными актами.

Исковое требование о признании недействительным агентского договора и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО15 денежных средств сумме 51 165 000 руб., истец основывал на том, что 03.08.2010 между ЗАО «Липецк КХМ» и ИП ФИО3 был заключен агентский договор, по которому последняя приобрела именные бездокументарные акции ОАО «Ясенецкий» стоимостью 50 665 600 руб. По мнению истца, данный договор является мнимой сделкой, поскольку был создан для вывода денежных средств из общества.

Отказывая в удовлетворении данного искового требования, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Согласно материалам дела, 03.08.2010 между ЗАО «Липецк КХМ» (принципал) и ИП ФИО15 (агент) заключен агентский договор, в соответствии с которым принципал поручил, а агент взял на себя обязательства за вознаграждение совершить от имени и за счет принципала юридические и иные действия, указанные в пункте 1.1. агентского договора, а именно: провести комплекс действий, направленных на приобретение акций ОАО «Ясенецкий» у юридических и физических лиц - владельцев акций, для дальнейшей передачи принципалу в максимальном количестве 45000 штук по цене не более 2 000 руб. за акцию на общую сумму в пределах 50 000 000 руб. плюс минус 2 %. При этом минимальный пакет купленных акций не должен быть менее 50,1 % от общего количества акций ОАО «Ясенецкий».

Согласно акту приемки-передачи ценных бумаг и передаточному распоряжению 01.09.2010 ИП ФИО15 передала ЗАО «Липецк КХМ» акции ОАО «Ясенецкий» в количестве 30 777 штук - 68,39 % уставного капитала.

27.10.2010 ИП ФИО15 представила отчет о выполнении агентского договора, в соответствии с которым сумма затрат на приобретение акций составила 50 665 000 руб.

27.10.2010 между сторонами подписан акт приема-передачи выполненных работ и ИП ФИО15 выставлен счет №195 от 27.10.2010 на оплату вознаграждения по агентскому договору.

Платежным поручением № 121 от 28.10.2010 ЗАО «Липецк КХМ» перечислило ИП ФИО15 агентское вознаграждение по агентскому договору от 03.08.2010 в размере 500 000 руб.

Из материалов дела следует, что об оспариваемой сделке (агентский договор от 03.08.2010) и о начале ее исполнения, равно как и о приобретении ЗАО «Липецк КХМ» акций ОАО «Ясенецкий», ЗАО «Коксохиммонтаж» узнало в 2010-2013 годах путем ознакомления с документами (агентским договором от 03.08.2010, актом приемки-передачи ценных бумаг от 01.09.2010, передаточным распоряжением, отчетом ИП ФИО15 от 27.10.2020 о выполнении агентского договора, актом приемки-передачи выполненных работ по агентскому договору от 27.10.2010, счетом на оплату вознаграждения по агентскому договору, бухгалтерским балансом).

Суд области правомерно исходил из того, что факт направления в адрес ЗАО «Коксохиммонтаж» указанных документов подтверждается описью документов от 06.11.2012 и почтовой квитанцией.

Из бухгалтерского баланса, отчета о движении денежных средств и приложения к бухгалтерскому балансу (финансовые вложения) за 2010 год, утвержденных решением очередного общего собрания акционеров ЗАО «Липецк КХМ» от 10.05.2011 (на указанном собрании присутствовало и ЗАО «Коксохиммонтаж»), усматривается, что у общества имеются финансовые вложения (приобретены ценные бумаги) в сумме 50 665 000 руб.

Как верно указал суд первой инстанции, о перечислении ЗАО «Липецк КХМ» ИП ФИО15 агентского вознаграждения в размере 500 000 руб. ЗАО «Коксохиммонтаж» узнало в июне 2011 года из оборотно-сальдовой ведомости по счету бухгалтерского учета №51 по расчетам за период с 30.09.2009 по 07.06.2011, переданной истцу 15.06.2011 согласно реестру копий документов ЗАО «Липецк КХМ», предоставляемых по требованию ЗАО «Коксохиммонтаж» от 08.06.2011 Получение ЗАО «Коксохиммонтаж» в 2011 году названной оборотно-сальдовой ведомости также подтверждается решением Арбитражного суда Липецкой области от 29.11.2011 по делу №А36-2936/201, вступившим в законную силу.

Кроме того, факт получения ЗАО «Коксохиммонтаж» от ЗАО «Липецк КХМ» документов, отражающих ведение бухгалтерского учета за период с 01.10.2009 по 25.09.2012, подтверждается судебными актами по делу №А36-8017/2015 и письмом от 11.09.2014 №01-596 с описью и почтовой квитанцией, а также подтверждается истцом в таблице об источниках и датах получения документов от 13.04.2021 (раздел 1 пункты 1-5, раздел 31 пункт 94), (даты ознакомления и получения документов по данной сделке - 2010-2013), представленной в материалы дела.

С учетом вышеизложенного, а также исходя из обстоятельств, установленных по делу №А36-8381/2016, судебная коллегия соглашается с позицией суда первой инстанции о том, что об оспариваемой сделке (агентский договор от 03.08.2010) и начале ее исполнения ЗАО «Коксохиммонтаж» узнало не позднее: 2010-2013 - ознакомление истца с документами по сделке и бухгалтерским балансом; 10.05.2011, 28.06.2012 - даты проведений общих собраний акционеров ЗАО «Липецк КХМ» за 2010, 2011 годы, что также установлено судебным актом по делу №А36-8382/2016.

Таким образом, начиная с 10.05.2010 истцу было известно о приобретении ЗАО «Липецк КХМ» акций ОАО «Ясенецкий». В этой связи, поскольку оспариваемая сделка заключена 03.08.2010, то трехлетний срок исковой давности, исчисляемый по правилам, предусмотренным ранее действовавшим законодательством, истек 03.08.2013. Истец обратился в суд с настоящим иском 11.01.2021, то есть с пропуском срока исковой давности.

Более того, из материалов дела следует, что 10.05.2010 состоялось годовое общее собрание акционеров ЗАО «Липецк КХМ», итоги которого оформлены протоколом № 10/05/10 (л.д. 132 - 141 том 11). В указанном собрании приняли участие акционеры общества, обладающие 668 обыкновенных (голосующих) акций, что составляет 99,26 % от общего количества обыкновенных (голосующих) акций общества (общее количество акций, в том числе обыкновенных (голосующих) акций - 673 штуки).

Истец, владеющий акциями ЗАО «Липецк КХМ» в количестве 170 штук (25,26% уставного капитала), также принимал участие в указанном годовом общем собрании акционеров.

Согласно протоколу №10/05/10 годового общего собрания акционеров ЗАО «Липецк КХМ» от 10.05.2010 по четвертому вопросу повестки дня собрание приняло следующее решение:

- часть прибыли, оставшейся после налогообложения, в том числе прибыли прошлых лет, направить на приобретение контрольного пакета акций открытого акционерного общества «Ясенецкий» (ОАО «Ясенецкий») (в количестве не менее 22 950 штук, что составит 51 % уставного капитала ОАО «Ясенецкий»). На приобретение акций указанного предприятия выделить денежные средства в пределах 50 000 000 руб. В случае приобретения указанного пакета акций оказать финансовую помощь предприятию в размере, не превышающем 30 000 000 (тридцати миллионов) руб. Оставшуюся часть прибыли направить на развитие общества.

Также из протокола №10/05/10 годового общего собрания акционеров ЗАО «Липецк КХМ» следует, что по четвертому вопросу повестки дня все присутствующие (668 голосов или 100% от числа голосов присутствовавших на собрании и принимавших участие в голосовании акционеров (представителей акционеров) общества) единогласно проголосовали «за» принятие указанного решения.

Указанные обстоятельства установлены судом при рассмотрении дела №А36-7305/2012 (л.д. 142-147 том 11).

Таким образом, суд области пришел к правомерному выводу о том, что ЗАО «Коксохиммонтаж» не только знало о планируемом приобретении контрольного пакета акций ОАО «Ясенецкий» и выделении ЗАО «Липецк КХМ» на это 50 000 000 руб., но и голосовало за указанные решения. Вышеуказанные выводы суда и фактические обстоятельства не опровергнуты истцом, что исключает наличие оснований для их переоценки со стороны суда апелляционной инстанции.

Кроме того, заявляя исковое требование о признании недействительным договора купли-продажи ценных бумаг, заключенного 20.05.2011 между ЗАО «Липецк Коксохиммонтаж» и ООО «Липецк Коксохиммонтаж», истец указал, что данная сделка является мнимой, поскольку была заключена с целью имитации безубыточного отчуждения ранее купленных акций.

В соответствии и Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (часть 1 статьи 200 ГК РФ).

Как установлено судом первой инстанции, 20.05.2011 между
ЗАО «Липецк КХМ» (продавец) и ООО «ЛКХМ» (покупатель) заключен договор купли-продажи ценных бумаг, по условиям которого продавец продает, а покупатель приобретает ценные бумаги (акции) ОАО «Ясенецкий» в количестве 12 825 штук. Общая сумма сделки составляет 21 109 950 руб.

Платежными поручениями №117 от 26.05.2011, №119 от 01.06.2011, №122 от 03.06.2011, №123 от 08.06.2011, №127 от 10.06.2011, №128 от 14.06.2011, №150 от 28.06.2011 ООО «ЛКХМ» перечислило ЗАО «Липецк КХМ» денежные средства в размере 21 109 950 руб. в качестве оплаты стоимости акции.

Акции в количестве 12 825 шт. переданы от ЗАО «Липецк КХМ» к ООО «Липецк ЛКХМ» передаточным распоряжением.

Об оспариваемой сделке и о начале ее исполнения ЗАО «Коксохиммонтаж» узнало в 2012-2013 годах путем ознакомления с документами (договором купли-продажи от 20.05.2011, передаточным распоряжением, платежными поручениями №117 от 26.05.2011, №119 от 01.06.2011, №122 от 03.06.2011, №123 от 08.06.2011, №127 от 10.06.2011, №128 от 14.06.2011, №150 от 28.06.2011).

Факт направления в адрес ЗАО «Коксохиммонтаж» данных документов подтверждается описью документов от 06.11.2012 и почтовой квитанцией.

О перечислении ООО «ЛКХМ» в пользу ЗАО «Липецк КХМ» денежных средств в размере 21 109 950 руб. ЗАО «Коксохиммонтаж» узнало в 2011 году из оборотно-сальдовой ведомости по счету бухгалтерского учета №51 по расчетам за период с 30.09.2009 по 07.06.2011, переданной истцу, как было указано выше, в июне 2011 года (решение Арбитражного суда Липецкой области от 29.11.2011 по делу №А36-2936/2011, реестр копий документов ЗАО «Липецк КХМ, предоставляемых по требованию ЗАО «Коксохиммонтаж» от 08.06.2011).

Кроме того, в таблице об источниках и датах получения документов от 13.04.2021 (раздел 24 пункт 71, раздел 25 пункт 72, раздел 26 пункты 73-77), ЗАО «Коксохиммонтаж» подтверждает указанные обстоятельства (даты ознакомления и получения документов по сделке - 2012-2013).

С учетом вышеизложенного, а также исходя из обстоятельств, установленных по делу №А36-8381/2016, суд апелляционной инстанции исходит из правомерности позиции суда области, что об оспариваемой сделке (договор купли-продажи ценных бумаг от 20.05.2011) и начале её исполнения ЗАО «Коксохиммонтаж» узнало: в 2012-2013 годах при ознакомлении с документами по сделке; и не позднее 28.06.2012 - дата проведения общего собрания акционеров ЗАО «Липецк КХМ» за 2011 год, что также установлено судебным актом по делу № А36-8382/2016.

Поскольку иск подан в суд 11.01.2021, то трехлетний срок исковой давности по данному требованию истек 28.06.2015.

В соответствии с пунктом 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» участник корпорации имеет право предъявлять от имени корпорации в суд требования об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

В данном случае ЗАО «Коксохиммонтаж» заявляя требование о признании спорной сделки недействительной, не указало о применении последствий недействительности сделки. Признание следки недействительной должно быть направлено, в первую очередь, на защиту нарушенного права, которое может быть восстановлено судом в результате приведения сторон в первоначальное положение. Предъявление иска о недействительной исполненной сделки без предъявления требования о применении последствий недействительности такой сделки как правило, свидетельствует об отсутствии у лица, предъявившего иск, реального интереса в оспаривании сделки. В свою очередь, отсутствие правового интереса должно служить основанием для отказа в иске. Аналогичный подход применен судами при рассмотрении дела № А36-8382/2016.

Обосновывая позицию по следующему исковому требованию, истец указал, что сделка, совершенная между ЗАО «Липецк Коксохиммонтаж» и ООО «Колос» (ОГРН <***>) в форме приобретения ЗАО «Липецк Коксохиммонтаж» доли в уставном капитале ООО «Колос» номинальной стоимостью 122 руб. и составляющую 1,2% уставного капитала ООО «Колос», также является мнимой, в связи с чем следует признать ее ничтожной и применить последствия недействительности ничтожной сделки в виде признания отсутствующим у ЗАО «Липецк Коксохиммонтаж» права на долю в уставном капитале ООО «Колос» номинальной стоимостью 122 руб. и составляющую 1,2% уставного капитала.

Из материалов дела следует, что 10.04.2012 ЗАО «Липецк КХМ» обратилось в ООО «Колос» с заявлением о принятии его в качестве участника.

15.04.2012 участником ООО «Колос» было принято решение №15/04/12 о принятии ЗАО «Липецк КХМ» в ООО «Колос» в качестве участника.

15.04.2012 ЗАО «Липецк КХМ» оплатило долю в уставном капитале ООО «Колос» путем передачи ценных бумаг ОАО «Ясенецкий» по акту приема-передачи.

С целью определения рыночной стоимости акций ОАО «Ясенецкий» для внесения их в качестве вклада в уставный капитал ООО «Колос» ИП ФИО15 было подготовлено заключение №6/04 от 09.04.2012, в соответствии с которым рыночная стоимость акций ОАО «Ясенецкий» в количестве 17 952 штук составляет 29 555 050 руб.

Как установлено судом области, решением единственного участника ООО «Колос» №14/05/12 от 12.05.2012 были утверждены итоги внесения ЗАО «Липецк КХМ» дополнительного вклада в уставный капитал ООО «Колос», а также принят Устав в новой редакции (в связи с увеличением уставного капитала). Указанные изменения были зарегистрированы в Межрайонной ИФНС №6 России по Липецкой области 13.06.2012 (ГРН 2124823117516).

О принятии ЗАО «Липецк КХМ» в качестве участника в ООО «Колос» и внесении ЗАО «Липецк КХМ» вклада в размере 29 555 050 руб. в уставный капитал ООО «Колос» (исполнении сделки) ЗАО «Коксохиммонтаж» узнало в 2013 году путем ознакомления с документами (бухгалтерским балансом, пояснительной запиской к годовому отчету).

Из бухгалтерского баланса за 2012 год и пояснительной записки к годовому отчету за 2012 год, усматривается, что у ЗАО «Липецк КХМ» имеются финансовые вложения в виде вклада в уставный капитал ООО «Колос» в размере 29 555 050 руб.

Факт ознакомления в 2013 году с бухгалтерским балансом за 2012 год ЗАО «Коксохиммонтаж» подтверждается представленной в материалы дела таблицой об источниках и датах получения документов от 13.04.2021 (раздел 31 пункт 96).

С учетом вышеизложенного, а также исходя из обстоятельств, установленных по делу №А36-8381/2016, судебная коллегия находит верным вывод суда первой инстанции о том, что о сделке (приобретение ЗАО «Липецк КХМ» доли в уставном капитале ООО «Колос» номинальной стоимостью 122 руб. и составляющую 1,2% уставного капитала ООО «Колос») и начале ее исполнении (внесение вклада в уставный капитал ООО «Колос») ЗАО «Коксохиммонтаж» узнало: в 2013 году при ознакомлении с бухгалтерским балансом; не позднее 16.05.2013 (дата проведения общего собрания акционеров ЗАО «Липецк КХМ» за 2012 год, что также установлено судебным актом по делу №А36-8382/2016). Поскольку иск подан в суд 11.01.2021, то трехлетний срок исковой давности по данному требованию истек 16.05.2016.

Учитывая отсутствие в апелляционной жалобе доводов в опровержение вышеуказанных выводов суда первой инстанции, судебная коллегия находит неправомерными ссылки истца на то, что срок давности по указанным сделкам неприменим в силу следующего.

Как разъяснено в пункте 101 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу части 1 статьи 181 ГК РФ если ничтожная сделка не исполнялась, срок исковой давности по требованию о признании ее недействительной не течет.

Из материалов дела видно и не оспаривалось истцом, что оспариваемые сделки были исполнены сторонами: заключение и исполнение агентского договора от 03.08.2010 (покупка акций, подписание акта приема передачи и передаточного распоряжения акций, предоставление агентом отчета, подписание акта-приема передачи выполненных работ, выплата вознаграждения); заключение и исполнение договора купли-продажи от 20 мая 2011 года (передача акций по передаточному распоряжению, оплата стоимости акций; заключение и исполнение сделки в форме приобретения доли в уставном капитале ООО «Колос» (направление заявления о принятии в качестве участника, принятие в качестве участника, внесение вклада, регистрация соответствующих изменений в ЕГРЮЛ), то соответственно срок исковой давности по указанным сделкам пропущен.

Факт исполнения данных сделок не позволяет признать их мнимыми, так как в силу части 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Указанные положения гражданского законодательства свидетельствуют о том, что сделка может быть признана ничтожной по признаку мнимости, если обе стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения, то есть при ее совершении их воля не была направлена на возникновение соответствующих правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки. Такая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон договора.

Аналогичные подходы также применены судами при рассмотрении дел №А36-8381/2016, №А36-8382/2016.

Таким образом, судебная коллегия отклоняет доводы апелляционной жалобы истца, что суд первой инстанции не привел доводов относительно возможности или невозможности признания сделок мнимыми, не исследовал доказательства аффилированности сторон сделок, поскольку согласно абзацу 4 пункта 3 части 4 статьи 170 АПК РФ в случае отказа в иске в связи с признанием неуважительными причин пропуска срока исковой давности или срока обращения в суд в мотивировочной части решения суда указывается только на установление судом данных обстоятельств.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса РФ об исковой давности», истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй части 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Обстоятельства, на основании которых суд области пришел к выводу об истечении срока исковой давности по вышеуказанным исковым требованиям, в полном объеме отражены в мотивировочной части решения суда и основаны на нормах действующего законодательства.

Отказывая в удовлетворении следующего искового требования о признании ничтожной сделки, совершенной между ООО «Липецк Коксохиммонтаж» и ООО «Колос» (ОГРН <***>) в форме приобретения ООО «Липецк Коксохиммонтаж» доли в уставном капитале ООО «Колос» номинальной стоимостью 83 руб. и составляющую 0,8% уставного капитала ООО «Колос», суд области правомерно исходил из положений норм статей 53, 53.1, 65.2, 84, 174, 181, 182 ГК РФ.

В пункте Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 ГК РФ), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (часть 2 статьи 53 ГК РФ, часть 1 статьи 65.2 ГК РФ).

Судебная коллегия соглашается с выводом суда области о том, что поскольку в данном случае ЗАО «Коксохиммонтаж» не является участником ни ООО «Липецк Коксохиммонтаж», ни ООО «Колос», а ЗАО «Липецк КХМ» не является стороной сделки, то у ЗАО «Коксохиммонтаж» отсутствуют правовые основания для оспаривания вышеуказанной сделки.

Кроме того, истец, заявляя исковые требования о взыскании в пользу ЗАО «Липецк Коксохиммонтаж» убытков, причиненных обесцениванием денежных средств за период с 21.09.2010 по 31.10.2020, полагал, что денежные средства в размере 51 165 000 руб. были изъяты из оборота действующего предприятия, которое было лишено возможности (на соответствующую часть) вести предпринимательскую деятельность, инвестировать в собственный бизнес и извлекать соответствующие своей рентабельности доходы, либо извлекать прибыль в иных формах, а также то, что в период с 2012 года по настоящее время ЗАО «Липецк КХМ» свободные денежные средства размещало на депозитных счетах в банках, в связи с чем, перечисленные в пользу ИП ФИО15 денежные средства могли быть переданы в депозит и приносить доход, если бы не были перечислены.

При этом, истец просил учесть инфляционный фактор как часть материального требования о взыскании убытков.

Отказывая в удовлетворении данных требований, суд области правомерно исходил из положений статей 15, 53, 401, 1064, 1079 ГК РФ, пункта 1 статьи 71 Федерального закона «Об акционерных обществах», пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»,

Из пункта 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» следует, что в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Пунктом 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» предусмотрено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Как правомерно указал суд первой инстанции, под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда области о том, что при определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (часть 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.). Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу.

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п. (пункт 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора (пункт 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

В пункте 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (часть 2 статьи 15 ГК РФ).

В соответствии со статьей 53.1 ГК РФ (введена Федеральным законом от 05.05.2014 № 99-ФЗ) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (часть 3 статьи 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Ответственность, предусмотренную пунктом 1 настоящей статьи, несут также члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании.

Как верно указал суд области, для привлечения к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков лицо, требующее возмещения убытков, обязано доказать совокупность следующих необходимых элементов: наличие и размер убытков, противоправность поведения их причинителя, а также наличие причинно-следственной связи между соответствующим противоправным поведением и убытками.

Таким образом, судебная коллегия полагает, что оснований для взыскания денежных средств по вышеперечисленным исковым требованиям не имеется, поскольку в качестве убытка (упущенной выгоды) в виде обесценения денежных средств в рамках настоящего дела предъявлены требования о взыскании возможного дохода истца, в том числе от размещения денежных средств на депозитах банков. Одним из условий удовлетворения требований о взыскании упущенной выгоды является безусловная доказанность наличия возможности получения определенной денежной суммы с учетом принимаемых приготовлений к ее получению.

ЗАО «Коксохиммонтаж» вышеуказанных доказательств в материалы дела представлено не было. При указанных обстоятельствах, считать, что неперечисление денежных средств ИП ФИО15 (в качестве оплаты стоимости акций ОАО «Ясенецкий» и выплаты агентского вознаграждения), безусловно, принесло бы прибыль (с учетом рискового характера предпринимательской деятельности) при другом их использовании у суда первой инстанции не имелось.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что при вынесении решения суд фактически не исследовал доказательства, приведенные истцом, в обоснование требований о взыскании убытков с органов управления ЗАО «Липецк Коксохиммонтаж» являются необоснованными, поскольку доказательств наличия вины на момент совершения сделки лиц, привлекаемых к ответственности, в причинении ЗАО «Липецк КХМ» убытков в заявленном размере в материалы дела не представлено, а отсутствие необходимых условий для взыскания с ответчиков убытков в качестве гражданско-правовой ответственности за перечисление денежных средств в пользу ИП ФИО15 (в качестве оплаты стоимости акций ОАО «Ясенецкий» и выплаты агентского вознаграждения) и непринятие мер к их возврату, является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований. Схожие подходы применены судом при рассмотрении дел №АЗ6-8381/2016, №А36-8382/2016.

Кроме того, ЗАО «Коксохиммонтаж» в нарушение положений статей 9, 65 АПК РФ не представило доказательств, что весь период времени, за который истец рассчитывает убытки (с 2010 года по 2020 года), денежные средства в указанном размере находились бы на депозитах в банках и приносили бы тот доход, который положен в основу исковых требований. Рассчитывая размер ущерба в виде обесценения денежных средств за период с 28.06.2011 по 30.10.2020 истец не учел, что размер денежных средств, выбывших из владения ЗАО «Липецк КХМ», составляет не 51 165 000 руб., а 30 055 050 руб. (как было указано выше, часть акций ОАО «Ясенецкий» была продана ООО «ЛКХМ» за 21 109 950 руб., перечисленые в пользу ЗАО «Липецк КХМ» в мае-июне 2011 года), что свидетельствует о необоснованности расчета убытков.

Положения части 1 статьи 183 АПК РФ, на которую ссылается истец, является исключением из общего правила, то есть представляет собой упрощенный порядок возмещения финансовых потерь при длительной невыплате присужденных судом денежных средств и служит лишь дополнительной гарантией направленной на обеспечение защиты прав взыскателя. То есть такая индексация возможна при условии длительного невыполнения должником решения суда, которого в рассматриваемом споре не установлено.

Исследовав позиции сторон, оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, учитывая положения статей 9, 65, 67, 68, 71 АПК РФ, судебная коллегия приходит к выводу о правомерности принятого решения судом первой инстанции об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований. Также суд области правомерно отказал в удовлетворении ходатайства истца о назначении судебной экспертизы в рамках рассмотрения настоящего спора, поскольку пришел к выводу о возможности рассмотрения настоящего дела по имеющимся в деле доказательствам.

Доводов, которым не была дана оценка со стороны суда первой инстанции, основанных на доказательствах, опровергающих вышеназванные выводы суда и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем, удовлетворению не подлежит. Выводы суда первой инстанции мотивированы, последовательны, основаны на получивших надлежащую правовую оценку суда доказательствах и исследованных судом обстоятельствах, при правильном применении судом норм действующего законодательства.

При принятии обжалуемого судебного акта арбитражный суд первой инстанции правильно применил нормы материального и процессуального права, нарушений норм процессуального законодательства, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, допущено не было.

С учетом изложенного оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены решения арбитражного суда первой инстанции не имеется.

В силу статьи 110 АПК РФ судебные расходы по государственной пошлине за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

решениеАрбитражного суда Липецкой области от 29.04.2022 по делу №А36-28/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу -без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья В.В. Ботвинников

Судьи Е.А. Семенюта

ФИО1