Гражданский кодекс часть 1

Общество с ограниченной ответственностью «Главторг» (далее по тексту также – ООО «Главторг», Общество, истец) предъявило иск (с учетом уточнения исковых требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принятого к рассмотрению судом) в арбитражный суд к Обществу с ограниченной ответственностью «Объединенные кондитеры» (далее по тексту также – ООО «Объединенные кондитеры», Общество, ответчик) о взыскании задолженности в размере 86.771.770 руб. 13 коп.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 23 марта 2022 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 01 июля 2022 года, в удовлетворении иска отказано полностью.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, истец - ООО «Главторг» обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит решение Арбитражного суда города Москвы от 23 марта 2022 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 01 июля 2022 года отменить и направить дело на новое рассмотрение в ином судебном составе.

Как указывает заявитель кассационной жалобы, выводы судов первой и апелляционной инстанций не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, а также сделаны при неправильном применении норм права.

В судебном заседании суда кассационной инстанции истец – ООО «Главторг» в лице своих представителей настаивал на удовлетворении кассационной жалобы по основаниям, в ней изложенным.

В судебном заседании арбитражного суда кассационной инстанции ответчик – ООО «Объединенные кондитеры» в лице своих представителей возражал относительно удовлетворения кассационной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.

В соответствии с частью 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность судебных актов, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, и, проверив в порядке статей 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения арбитражными судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых решении и постановлении, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, не находит оснований для отмены или изменения судебных актов судов первой и апелляционной инстанций ввиду следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судами, между истцом (покупатель) и ответчиком (поставщик) 13.03.2012 заключен Договор N 12/36-18 поставки кондитерских изделий (далее - Договор).

Поставщик обязуется поставить кондитерские изделия, а Покупатель принять и оплатить их в порядке и на условиях, определенных в настоящем Договоре (п. 1.1 Договора).

Платежи за поставляемую по настоящему Договору Продукцию осуществляются путем предварительной оплаты в размере 100% от стоимости подлежащей отгрузки Продукции в течение двух рабочих дней с момента выставления счета Поставщиком (п. 6.2. Договора).

Факт заключения и исполнения договора поставки сторонами не оспаривается.

Истцом заявлено, что между истцом (дистрибутор) и ответчиком (общество) 13.03.2012 г. заключено дистрибуторское соглашение N 12/37-18 (далее - Соглашение).

По договору, дистрибутор будет осуществлять продажу кондитерской продукции, поставляемой Обществом, ее доставку в розничные торговые точки, а также выполнять рекомендации Общества с целью распространения продукции в розничные торговые точки (п. 1.1. Соглашения).

Вознаграждение может быть предоставлено в виде скидки в цене Продукции (п. 3.3. Соглашения). Вознаграждение может быть выплачено в виде Премии, путем перечисления денежных средств на расчетный счет Дистрибутора или путем взаимного зачета встречных обязательств (п. 3.5. Соглашения).

Как указывает истец, задолженность, положенная в обоснование иска, сформирована в том числе из следующих обстоятельств. В период с 2012 по 2020 годы ежемесячное вознаграждение истца за выполнение отдельных поручений ответчика по дистрибуторскому соглашению предоставлялось ответчиком в виде скидки на продукцию по договору поставки. Размер ежемесячного вознаграждения за выполнение поручений определялся сторонами в соответствии с условиями поручений. Согласованная сторонами скидка предоставлялась ответчиком в пользу истца в том же месяце, в котором стороны согласовали размер скидки. Обобщенные сведения о реально предоставленных истцу скидках из числа ранее согласованных ответчик ежемесячно сообщал истцу в электронном виде по электронной почте в карточках месяца.

С 2018 года в указанных карточках месяца ответчик начал уведомлять истца о предоставлении скидок не в полном объеме, заниженном по сравнению с теми размерами вознаграждения, которые стороны согласовали ранее. В карточках месяца, которые ответчик ежемесячно присылал истцу в период фактического действия и исполнения обязательств, ответчик указывал на факты удержания вознаграждения какими-либо односторонними мотивировками, не предусмотренными договором, либо без какого-либо объяснения совершенного удержания.

В период с ноября 2018 года по сентябрь 2020 года ответчик не в полном объеме выполнил свои обязательства по предоставлению истцу вознаграждения по дистрибуторскому соглашению, и ко дню предъявления иска на стороне ответчика сохраняется не погашенная задолженность в общем размере 72 380 493 рубля 13 копеек в составе следующих платежей:

1) 32 635 520 рублей за отдельные поручения ответчика - за проведенные Истцом торгово-маркетинговые акции в период с сентября 2018 года по март 2020 года, из них:

4 664 659 рублей за торгово-маркетинговые акции в сентябре 2018 года;

4 665 500 рублей за торгово-маркетинговые акции в октябре 2018 года;

4 640 368 рублей за торгово-маркетинговые акции в ноябре 2018 года;

4 050 000 рублей за торгово-маркетинговые акции в декабре 2018 года;

1 619 064 рублей за торгово-маркетинговые акции в январе 2020 года;

871 699 рублей за торгово-маркетинговые акции в феврале 2020 года;

12 124 230 рублей за торгово-маркетинговые акции в марте 2020 года;

2) 28 282 305 рублей за выполненные истцом планы продаж в 2019 году и в 2020 году в составе следующих платежей:

5 000 000 рублей за выполненные истцом планы продаж в 2019 году;

10 082 305 рублей за выполненные истцом планы продаж в сентябре 2020 года;

7 200 000 рублей за оказанные истцом услуги в январе 2020 года;

6 000 000 рублей за оказанные истцом услуги в марте 2020 года;

586 744 рубля за понесенные истцом расходы по выплате заработной платы работникам в марте 2020 года;

10 876 604 рубля 13 копеек удержанной неустойки по договору поставки за апрель - июль 2020 года, которую ответчик обязался возместить истцу в соответствии с гарантийными письмами, но которую ответчик удерживал до самого прекращения действия договора поставки и удерживает вплоть до настоящего времени.

Как пояснил истец, указанное вознаграждение должно было быть предоставлено ответчиком в пользу истца в том же месяце, в котором соответствующие платежи были рассчитаны, в виде скидки на кондитерскую продукцию по договору поставки в текущем месяце.

Поскольку ответчик письменно не отвечал на претензии истца, истец предъявлял свои требования с апреля 2020 года, а также инициировал и по возможности проводил с ответчиком переговоры о погашении образовавшейся задолженности.

По утверждению истца, фактически вместо письменных ответов на претензии истца ответчик своими конклюдентными действиями частично удовлетворял требования истца. По итогам претензионного урегулирования в 2020 году ответчик частично погашал сохранявшуюся за ним задолженность за выполнение истцом плана продаж за 2019 год, в результате чего задолженность ответчика перед истцом за выполнение истцом плана продаж 2019 года уменьшилась до 5 000 000 рублей.

Однако, как указал истец, в целом ответчик сохранял тенденцию одностороннего отказа от исполнения обязательств, в некоторых месяцах используя свой долг как способ спровоцировать просрочки оплаты товаров со стороны истца и для начисления неустойки по договору поставки, и в некоторых месяцах как повод предложить истцу значительно увеличить количество приобретаемой продукции под условием единовременного предоставления задерживаемого вознаграждения.

Истец пояснил, что с сентября 2020 года ответчик в одностороннем порядке без уведомления истца прекратил поставку кондитерских изделий, предусмотренную договором поставки.

По мнению истца, ответчик предпринял действия, направленные на то, чтобы самостоятельно без участия истца и вместо истца как дистрибьютора поставлять кондитерские изделия в магазины розничной продажи, являющиеся контрагентами истца, занимая нишу истца на этом рынке.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец обратился в суд с настоящим исковым заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме, суд первой инстанции мотивировал принятое решение тем, что положенное в основу иска соглашение представлено исключительно в виде копии, тогда как оригинала указанного документа не существует, указывая на то, что поскольку стороной заявлены возражения относительно копии представленного доказательства, суд в ходе судебного разбирательства, неоднократно на протяжении нескольких судебных заседания предлагал истцу представить оригинал Соглашения либо какие-либо доказательства его исполнения, таких доказательств, из которых следовало их относимость к договорным отношениям по дистрибуции.

Вместе с тем, указанное истцом предпринято не было.

Суд принял во внимание, что не представлены доказательства исполнения обязательств именно по Соглашению.

Как указал суд в решении, отсутствие задолженности по договору подтверждается подписанным между сторонами актом сверки взаимных расчетов, согласно которому задолженность ответчика перед истцом составила 506,58 руб. Согласно указанному документу от 31.01.2021 г. истец с ценами указанных в товарных накладных согласен.

В обжалуемом решении отражено, что определением Арбитражного суда города Москвы от 20.12.2021 предлагал истцу представить подлинник договора, а также доказательства исполнения сделки, между тем, оригинал суду не представлен.

Судом принято во внимание, что ни оригинала дистрибуторского соглашения, ни оригиналов документов о его исполнении (акты сверки расчетов по дистрибуторскому соглашению, платежные поручения с указанием данного соглашения в назначениях платежа и т.д.) не представлены, что не позволяет суду рассматривать отношения дистрибуции в отрыве от договора поставки.

Суд пришел к выводу, что истцом в нарушение ст. 65 и 68 АПК РФ доказательств наличия договорных отношений по дистрибуции, а также доказательств исполнения Соглашения, несмотря на предложение суда, не представлено, доказательств наличия иной задолженности (сам факт обоснованности вознаграждения, а также фактического выполнения маркетинговых услуг) не представлено, в связи с чем, судом исковые требования не признаны обоснованными.

Судом отклонен довод истца о том, что представленное в материалы дела соглашение о расторжении дистрибуторского соглашения N 10/226-18 от 18.10.2010 г. подтверждает наличие Соглашения, поскольку из соглашения о расторжение следует лишь намерение сторон заключить иное соглашение, а не конкретно то, которое положено в обоснование настоящего иска.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

При этом суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции о том, что отношения по дистрибуции нельзя рассматривать в отрыве от заключенного между истцом и ответчиком Договора поставки кондитерских изделий N 12/36-18 от 13 марта 2012 г. (далее - Договор поставки), поскольку в материалы дела не представлены ни оригинал дистрибуторского соглашения N 12/37-18 от 13 марта 2012 г., ни документы о его исполнении (акты сверки расчетов по дистрибуторскому соглашению, платежные поручения с указанием данного соглашения в назначениях платежа и т.д.).

Судом первой инстанции справедливо учтено, что в случае наличие заключенного дистрибуторского соглашения, указанное не свидетельствовало бы об обоснованности иска, поскольку из текста представленной истцом копии соглашения следует, что предоставление ответчиком скидки истцу в цене продукции поставлено в зависимость от воли ответчика и не является его обязанностью.

Вопреки доводам истца, представление последним в материалы дела доказательств того, что цена продукции, получаемой истцом по Договору поставки, формировалась с учетом скидок, в частности, служебных записок от 17 октября 2018 г. и от 16 октября 2018 г. подтверждает, что истцу со стороны ответчика не выплачивалось вознаграждения в денежной форме.

В пункте 6.1 Договора поставки стороны согласовали, что цена на продукцию определяется в товарных накладных и счетах ответчика. Отсутствие возражений по цене от истца в течение 3-х дней с момента получения продукции означает согласие с ценами, установленными в счете и товарной накладной.

Как указал суд апелляционной инстанции, отсутствие задолженности ответчика перед истцом подтверждается подписанным обеими сторонами Актом сверки взаимных расчетов, согласно которому задолженность ответчика перед истцом по состоянию на 31 января 2021 г. составила 506 рублей 58 копеек. Акты сверки по дистрибуторскому соглашению N 12/37-18 от 13 марта 2012 г. в материалах дела отсутствуют. Истец не опроверг то обстоятельство, что ответчик не выплачивал истцу никаких денежных средств по дистрибуторскому соглашению N 12/37-18 от 13 марта 2012 г.

Исходя из изложенного, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что правоотношения сторон, связанные с поставками продукции и ее оплатой, регулировались договором поставки кондитерских изделий N 12/36-18 от 13 марта 2012 г., но не дистрибуторским соглашением N 12/37-18 от 13 марта 2012 г., на которое ссылается истец и которое представлено им в виде простой копии. Письменная форма сделки, требуемая в отношениях между юридическими лицами в соответствии со статьями 160 и 161 ГК РФ, для дистрибуторского соглашения не соблюдена, дистрибуторское соглашение не действует. Представленная истцом электронная переписка не подтверждает возникновение обязанностей ответчика по оплате сумм, заявленных истцом в качестве исковых требований. В данном случае, суд первой инстанции справедливо указал, что истец не доказал возникновение между сторонами обязательственных (договорных) отношений, которые бы устанавливали условия дистрибуторской сделки с конкретными правами и обязанностями сторон.

Истец в жалобе указывает, что у ответчика возникла обязанность выплатить истцу денежные средства по каждому из заявленных им требований, при этом, истец все свои требования мотивирует тем, что на указанные истцом суммы ему должна была быть предоставлена скидка в цене поставляемой продукции.

Таким образом, истец, трансформировал данное не денежное обязательство в денежное, что противоречит нормам ГК РФ об обязательствах, в частности статье 307 Кодекса, согласно которой в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

Предоставление скидок на цену поставляемой продукции не равнозначно уплате денег.

Как следует из обстоятельств дела, заявленные требования истец мотивирует представленными им распечатками реестров бонусных накладных: - за сентябрь 2018 г. на сумму 4 664 659 рублей; - за октябрь 2018 г. на сумму 4 665 000 рублей; - за ноябрь 2018 г. на сумму 4 640 368 рублей; - за декабрь 2018 г. на сумму 4 050 000 рублей.

Между тем, как указал суд апелляционной инстанции, данные реестры не создали никаких обязательств у ответчика. Реестры содержат сводную информацию, подобранную истцом о торговых точках, в которые он поставлял продукцию ответчика.

Суд апелляционной инстанции принял во внимание, что реестры не являются актами сверки взаимных расчетов между истцом и ответчиком, они носят информационный характер и даже не содержат необходимых подписей должностных лиц ООО "Объединенные кондитеры". Истец, не представил в материалы дела документов, которые бы подтверждали фактическое проведение им торгово-маркетинговых акций в каждой из торговых точек, которые указаны в реестрах бонусных накладных. Вопреки мнению истца, реестры носят исключительно сводный, информационный характер и не являются первичными документами, которые могли бы подтверждать сами факты проведения торгово-маркетинговых акций и затрат на них: установку по конкретным адресам торговых точек торгово-рекламного оборудования, наполнение его продукцией и т.п. Поскольку у ответчика не возникло обязательств перед истцом, которые истец обосновывает распечатками реестров бонусных накладных, то и начисление истцом процентов по статье 395 ГК РФ является неправомерным.

Истец, утверждая о наличии на стороне ответчика задолженности на сумму 14 614 993 рубля (14 614 813 рублей согласно просительной части искового заявления и апелляционной жалобы) за проведенные истцом торгово-маркетинговые акции в январе, феврале и марте 2020 г., между тем, не представил ни доказательств проведения истцом акций на соответствующие суммы, ни доказательств принятия ответчиком на себя обязательств по предоставлению истцу скидок в цене поставляемой продукции на указанные суммы.

В рамках настоящего дела, истец представил в материалы дела карточку БОРД за 2020 год (приложение 49 к нотариальному протоколу осмотра письменных доказательств от 20 января 2022 г.), из которой следует что суммы, обозначенные истцом в пункте 3 искового заявления, списаны в качестве обязательных расходов истца из Бюджета обязательных расходов дистрибьютора, что дополнительно подтверждает отсутствие принятия ответчиком на себя обязательств по предоставлению истцу скидок в цене продукции на указанные суммы.

Принципы формирования и расходования БОРД прописаны в Методике формирования, расходования и учета Бюджета Обязательных Расходов Дистрибьютора (БОРД), утвержденной Решением Совета Директоров ООО "Объединенные кондитеры" от 31 мая 2018 г. (далее - Методика 2018 г.), и в Методике формирования, расходования и учета Бюджета Обязательных Расходов Дистрибьютора (БОРД), утвержденной Решением Совета директоров ООО "Объединенные кондитеры" от 11 апреля 2020 г. (далее - Методика 2020 г.) - копии методик и выписки из протоколов заседаний Совета директоров имеются в материалах дела.

Апеллянтом не подтверждено возникновение обязательственных отношений между ним и ответчиком, из которых бы следовало, что ответчик принял на себя обязанность предоставить истцу скидку в цене поставляемой продукции на сумму 14 614 993 рубля (14614813 рублей согласно просительной части искового заявления и просительной части апелляционной жалобы).

В данном случае, истец необоснованно требует взыскания с ответчика сумм, которые пошли на списание по статьям расходования бюджета обязательных расходов истца как дистрибьютора (БОРД) и удержаний из данного бюджета, обязанности по расходованию которого истец перестал исполнять с 2019 года, что подтверждается представленной истцом в материалы дела карточкой БОРД за 2019 год, также приложение N 36 к нотариальному протоколу осмотра письменных доказательств от 20 января 2022 г.

Истец утверждает о наличии у ответчика задолженности на сумму 5 000 000 рублей за выполнение плана продаж в 2019 году, вместе с тем, не представляя документального обоснования требования на указанную сумму.

Требования истца на суммы 7 200 000 рублей и 6 000 000 рублей не подтверждены документально (документально не подтверждены и все остальные требования Истца), также как не определил правовую природу данных требований, не указал, когда и на каком основании они возникли, в оплату каких своих действий (услуг и т.п.) он требует от ответчика данные средства.

Вместе с тем, данные суммы прошли согласно представленной истцом карточке БОРД за 2020 год (приложение 49 к нотариальному протоколу осмотра письменных доказательств от 20 января 2022 г.) в качестве удержаний сверхнормативного Бюджета обязательных расходов дистрибьютора, не израсходованный истцом остаток которого составлял на 01 января 2020 г. 85 126 379 рублей:

- 7 200 000 рублей - удержание нерастраченного (сверхнормативного) БОРД по итогам 4-го квартала 2019 г.

Как пояснил ответчик, в карточке БОРД данная сумма указана как 6 000 000 рублей, поскольку учет доходов и расходов в карточке БОРД ведется без НДС (6 000 000 рублей + 20% = 7 200 000 рублей). В карточке за январь 2020 г. (приложение 45 к нотариальному протоколу осмотра письменных доказательств от 20 января 2022 г.) данная сумма отражена как удержанная из БОРД с учетом НДС - 7 200 000 рублей.

- 6 000 000 рублей - удержание нерастраченного (сверхнормативного) БОРД по итогам 1-го квартала 2020 г.

В карточке БОРД данная сумма указана как 5 000 000 рублей, поскольку учет доходов и расходов в карточке БОРД ведется без НДС (5 000 000 рублей + 20% - 6 000 000 рублей). В карточке за март 2020 г. (приложение 45 к нотариальному протоколу осмотра письменных доказательств от 20 января 2022 г.) данная сумма отражена как удержанная из БОРД с учетом НДС - 6 000 000 рублей.

Таким образом, суд апелляционной инстанции согласился с позицией ответчика, что требования на суммы 7 200 000 рублей и 6 000 000 рублей опровергаются фактом списания данных сумм в качестве удержаний сверхнормативного БОРД, не израсходованного истцом.

Суд апелляционной инстанции принял во внимание, что ни в пункте 4 искового заявления, ни в апелляционной жалобе нет упоминания о требовании на сумму 10 082 305 рублей, которое в пункте 6 просительной части искового заявления и подпункте 6 пункта 2 апелляционной жалобы содержится в составе требования на общую сумму 28 282 305 рублей наряду с выше рассмотренными требованиями на суммы 5 000 000 рублей, 7 200 000 рублей и 6 000 000 рублей.

Данная сумма в размере 10 082 305 рублей отражена в перечне пункта 2 на странице 1 искового заявления как "за выполненные Истцом планы продаж в сентябре 2020 года" без раскрытия оснований и сути соответствующего требования.

Отсутствие обоснования заявленного истцом требования на сумму 10 082 305 рублей само по себе свидетельствует о его несостоятельности.

Требования истца, изложенные в заявлении об увеличении исковых требований, на общую сумму 12 321 810 рублей, не подтверждены документально.

Суд апелляционной инстанции принял во внимание пояснения ответчика о том, что карточка БОРД за 2020 год, представленная истцом вместе с заявлением об увеличении исковых требований (приложение 49 к нотариальному протоколу осмотра письменных доказательств от 20 января 2022 г.), содержит информацию о произведенных списаниях в качестве расходования истцом Бюджета обязательных расходов дистрибьютора по всем суммам, перечисленным истцом в заявлении об увеличении исковых требований, а именно: - 2 248 520 рублей за апрель 2020 г.; - 609 583 рубля за апрель 2020 г.; - 4 078 954 рубля за май 2020 г.; - 723 795 рублей за май 2020 г.; - 16 744 рубля за май 2020 г.; - 124 632 рубля за май 2020 г.; - 3 582 427 рублей за июнь 2020 г.; - 604 497 рублей за июнь 2020 г.; - 81 331 рубль за июнь 2020 г.; - 191 327 рублей за июнь 2020 г.

Как указал суд апелляционной инстанции, истец необоснованно требует взыскания с ответчика сумм, которые списаны по статьям расходования бюджета обязательных расходов истца (БОРД), что подтверждается представленной истцом в материалы дела карточкой БОРД за 2019 год ( приложение 36 к нотариальному протоколу осмотра письменных доказательств от 20 января 2022 г.).

Таким образом, Истцом заявлены ко взысканию суммы, которые не обоснованы документально, и отражены как списанные в рамках обязательного расходования Истцом БОРД.

Истец полагает, что у ответчика возникла обязанность компенсировать расходы истца по выплате заработной платы сотрудникам, перечисленным в расчетной ведомости за март 2020 г. (приложение 41 к нотариальному протоколу осмотра письменных доказательств от 20 января 2022 г.).

Между тем, истец не представил документации, из которой следовало, что ответчик нес соответствующую обязанность.

Ответчик подтвердил, что сумма, в размере 586 744 рубля, списана в рамках расходования сверхнормативного остатка БОРД, накопленного и не потраченного истцом, что подтверждается представленной истцом карточкой БОРД за 2020 год (приложение 49 к нотариальному протоколу осмотра письменных доказательств от 20 января 2022 г.).

Таким образом, как указал суд апелляционной инстанции, у истца нет никаких оснований требовать от ответчика выплаты данной суммы.

Кроме того, судом апелляционной инстанции принято во внимание, что истец не обосновывает свое требование, изложенное в пункте 8 просительной части искового заявления (подпункте 8 пункта 2 просительной части апелляционной жалобы) - "задолженность по дистрибуторскому соглашению N 12/37-18 от 13 марта 2012 года в размере 10 876 604 рубля 13 копеек, возникшую в результате удержания ответчиком неустойки по договору поставки за апрель - июль 2020 года". Отсутствие обоснования требования исключает возможность его удовлетворения.

Кассационная коллегия считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций о применении норм права соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, оценка которым судами дана в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; суды первой и апелляционной инстанций правильно применили нормы права; кассационная жалоба удовлетворению не подлежит ввиду следующего.

Вопреки доводам заявителя кассационной жалобы, суд первой инстанции правомерно в соответствии с частью 9 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации потребовал представить в судебное заседание подлинник дистрибуторского соглашения.

В силу части 3 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации данное указание суда является обязательным для истца.

Поскольку истцом указание суда не было исполнено и не был представлен подлинник дистрибуторского соглашения, суд первой инстанции правомерно оценил представленную истцом копию соглашения как ненадлежащее доказательство; действия суда первой инстанции не противоречат части 6 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Не исполнив указание суда первой инстанции и не представив подлинник дистрибуторского соглашения, истец в силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принял на себя риск наступления последствий не совершения им данного процессуального действия, выразившийся в отказе судом в удовлетворении исковых требований в том числе по указанному основанию.

Все остальные доводы заявителя кассационной жалобы – истца, изложенные им в кассационной жалобе, ранее заявлялись им в судебном разбирательстве и рассматривались судами первой и апелляционной инстанций, им дана надлежащая оценка и они правомерно судами отклонены. По сути указанные доводы истца свидетельствуют о его несогласии с установленными судами фактическими обстоятельствами и оценкой судами доказательств.

В соответствии с частью 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях на нее, если иное не предусмотрено названным Кодексом.

Согласно части 2 статьи 286 АПК РФ независимо от доводов, содержащихся в кассационной жалобе, арбитражный суд кассационной инстанции проверяет, не нарушены ли арбитражным судом первой и апелляционной инстанций нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 288 настоящего Кодекса основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции, постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Частью 3 статьи 286 АПК РФ предусмотрено, что при рассмотрении дела арбитражный суд кассационной инстанции проверяет, соответствуют ли выводы арбитражного суда первой и апелляционной инстанций о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Статьей 287 АПК РФ определены полномочия суда кассационной инстанции.

Оценив представленные в материалы дела доказательства применительно к фактическим обстоятельствам взаимоотношений истца и ответчика, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правомерному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

Ссылаясь на те же доказательства, что и суды первой и апелляционной инстанций, заявитель кассационной жалобы по сути предлагает суду кассационной инстанции дать этим доказательствам иную оценку, в то время как нормами АПК РФ установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесена к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.

Переоценка судом кассационной инстанции представленных в материалы дела доказательств недопустима, поскольку означает превышение судом своих полномочий, установленных АПК РФ.

Исходя из изложенного, вопреки доводам заявителя кассационной жалобы, исследовав и оценив представленные сторонами доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды обеих инстанций пришли к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

Исходя из изложенного, судами первой и апелляционной инстанций полно и всесторонне исследованы обстоятельства дела, правильно применены нормы материального и процессуального права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражными судами первой и апелляционной инстанции при вынесении обжалуемых судебных актов, не допущено.

Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 23 марта 2022 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 01 июля 2022 годапо делу № А40-243212/2021,- оставить без изменения, а кассационную жалобу ООО «ГЛАВТОРГ» - без удовлетворения.

Председательствующий-судья А.А. Дербенев

Судьи О.В. Анциферова

О.В. Каменская