Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 02.08.2021 по делу № А40-303368/19, вынесенное судьей Марковым П.А., о признании недействительным трудового договора № 1/20 от 16.03.2020, заключенного между ООО «АМЖ Групп» и ФИО1, и о признании недействительным условия соглашения о расторжении к трудовому договору № 44/18 от 10.04.2018 № б/н от 19.10.2020 о выплате помимо причитающихся работнику выплат разовой выплата в размере 250.000 рублей
по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «АМЖ Групп»

при участии в судебном заседании:

ФИО1 лично паспорт

от к/у ООО «АМЖ Групп» - ФИО2 дов от 10.12.2020

Иные лица не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 23.11.2020 должник ООО «АМЖ Групп» признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО3 Сообщение о признании должника банкротом опубликовано в газете «Коммерсантъ» №219 от 28.11.2020.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего ООО «АМЖ Групп» ФИО3 о признании недействительными трудового договора № 1/20 от 16.03.2020, заключенного между ООО «АМЖ Групп» и ФИО1; условия соглашения о расторжении к трудовому договору № 44/18 от 10.04.2018 № б/н от 19.10.2020 о выплате помимо причитающихся работнику выплат разовой выплата в размере 250.000 рублей; выплат по трудовому договору 44/18 от 10.04.2018 в размере 842.031,34 рублей.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.08.2021 года признаны недействительными сделками трудовой договор № 1/20 от 16.03.2020, заключенный между ООО «АМЖ Групп» и ФИО1; условие соглашения о расторжении к трудовому договору № 44/18 от 10.04.2018 № б/н от 19.10.2020 о выплате помимо причитающихся работнику выплат разовой выплата в размере 250.000 рублей; выплаты по трудовому договору 44/18 от 10.04.2018 в размере 842.031,34 рублей. Взысканы с ФИО1 в пользу ООО «АМЖ Групп» денежные средства в размере 842.031,34 рублей.

Не согласившись с вынесенным определением, ответчик обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой ссылается на неправильное применение судом первой инстанции норм материального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит определение арбитражного суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

От управляющего поступил отзыв на апелляционную жалобу.

От ответчика поступило ходатайство о приостановлении производства по апелляционной жалобе ввиду обращения ФИО1 в Дорогомиловский районный суд г. Москвы с иском к должнику о взыскании заработной платы.

Рассмотрев ходатайство о приостановлении производства по апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции отказывает в его удовлетворении в силу следующего.

Согласно пункту 1 части 1 статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, конституционным (уставным) судом субъекта Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом.

По смыслу названной нормы права арбитражный суд обязан приостановить производство по делу при наличии в совокупности двух условий: если в производстве соответствующего суда находится дело, связанное с тем, которое рассматривает арбитражный суд, и если это дело имеет существенное значение для выяснения обстоятельств, устанавливаемых арбитражным судом по отношению к лицам, участвующим в настоящем деле.

В рассматриваемой ситуации суд апелляционной инстанции не усматривает условий, необходимых для приостановления производства по апелляционной жалобе в соответствии с положениями статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Обращение ответчика с исковыми требованиями о взыскании заработной платы в суд общей юрисдикции не является препятствием к рассмотрению настоящей апелляционной жалобы.

В судебном заседании апеллянт поддержал доводы жалобы в полном объеме.

Представитель управляющего возражал на апелляционную жалобу.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, считает, что оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта не имеется в силу следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела, в обоснование своего заявления конкурсный управляющий указывал на то, 16.03.2020 между ООО «АМЖ Групп» и ФИО1 заключен трудовой договор № 1/20 от 16.03.2020, согласно которому ФИО1 был принят на должность генерального директора в ООО «АМЖ Групп» с 16.03.2020, в соответствии с протоколом внеочередного общего собрания участников ООО «АМЖ Групп» № 38 от 16.03.2020, согласно пункта 1.11. трудового договора работа является не основной.

Приказом № 08/к-01 от 16.03.2020 подписанным ФИО1 оклад по должности генеральный директор установлен в размере 173.000 рублей.

Протоколом № 39 внеочередного общего собрания участников ООО «АМЖ Групп» от 25.05.2020 полномочия ФИО1 прекращены с 25.05.2020.

Конкурсный управляющий ссылался на то, что трудовой договор является недействительной сделкой, совершенной с целью причинения вреда имущественными правам кредиторов, при наличии злоупотребления правом, в связи с чем, просил признать сделку должника недействительной по основаниям пп. 1, 2 ст. 61.2 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", как совершенную при неравноценном встречном исполнении с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Также 10.04.2018 заключен трудовой договор № 44/18 между ООО «АМЖ Групп» и ФИО1 как с юрисконсультом Общества, в соответствии с пунктом 1.5. трудового договора работа является основной.

Согласно п. 3.1. Трудового договора установлена оплата труда в размере 40.000 рублей в месяц. Дополнительным соглашением № 1 от 03.10.2018 к трудовому договору ФИО1 был переведен на должность начальника юридического отдела общества, с установлением заработной платы в размере 150.000 рублей в месяц, 19.10.2020 трудовой договор расторгнут по соглашению сторон.

Пунктом 3 Соглашения о расторжении трудового договора № 44/18 от 10.04.2018 № Б/н от 19.10.2020, помимо причитающихся работнику выплат предусмотрена разовая выплата в размере 250.000 рублей.

Конкурсный управляющий также посчитал, что пункт содержащий условие о разовой выплате 250.000 рублей предусмотренный соглашением о расторжении трудового договора от 19.10.2020 является незаконным и недействительным в соответствии со ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Также конкурсный управляющий просил признать недействительными платежи, совершенные должником в пользу ответчика в рамках исполнения обязательства по оплате трудового договора в общей сумме 842 031, 34 руб. в период с марта 2020 по 13.11.2020.

Как следует их материалов дела, заявление о признании должника банкротом принято судом первой инстанции 21 ноября 2019, оспариваемые трудовой договор №1/20 заключен 16.03.2020, соглашение о расторжении к трудовому договору № 44/18 от 10.04.2018 № б/н - 19.10.2020, выплаты произведены в период с марта 2020 по 13.11.2020, т.е. в периоды, указанные в ч.ч. 1, 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно абз. 4 п. 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 при определении соотношения п. п. 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего: если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных п. 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (п. 9). В случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как п. 1, так и п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с п. 1 ст. 61.2 Закона сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Таким образом, для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, а суд должен установить следующие обстоятельства:

- сделка заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления (данный срок является периодом подозрения, который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота);

- неравноценное встречное исполнение обязательств.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред 3 имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, указанному в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий: - стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; - должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; - после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Из материалов дела следует, что на момент совершения спорных сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с абз. 33, 34 ст. 2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

На момент совершения оспариваемых сделок должник отвечал признаку неплатёжеспособности, что подтверждается неисполнением требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, в частности перед ООО «Областная Керамика».

Неисполнение указанных требований послужило основанием для введения в отношении должнику процедуры наблюдения.

Как указано в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.02.2018 N 305-ЭС17-11710(3) не имеют решающего значения показатели бухгалтерской, налоговой или иной финансовой отчетности для определения соответствующего признака неплатежеспособности, так как данный признак носит объективный характер и не должен зависеть от усмотрения хозяйствующего субъекта, самостоятельно составляющего отчетность (должника) и представляющего ее в компетентные органы. В противном случае, помимо прочего, для должника создавалась бы возможность манипулирования содержащимися в отчетах сведениями для влияния на действительность конкретных сделок или хозяйственных операций с определенными контрагентами, что очевидно противоречит требованиям справедливости и целям законодательного регулирования института несостоятельности.

По смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" обстоятельство последующего включения имеющегося на дату совершения сделки неисполненного требования кредитора в реестр подтверждает факт неплатежеспособности должника в период ее заключения.

Как следует из пункта 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как следует из пункта 12 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 обязанность доказывания того, что другая сторона по сделке знала или должна была знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, лежит на лице, оспаривающем сделку.

Из материалов дела следует и ответчиком не оспаривается, что ответчику было известно о признаках неплатежеспособности должника, поскольку ФИО1 был трудоустроен в ООО «АМЖ Групп» на должности юриста с 10.04.2018 (трудовой договор № 44/18), а с 03.10.2018 на должности начальника юридического отдела, имел доступ к документации общества и осведомлен о его хозяйственной, финансовой деятельности, а так же всех судебных спорах и деле о банкротстве.

А с 16.03.2020 занимал должность генерального директора должника, т.е. являлся заинтересованным лицом по отношению к должнику.

Следовательно, на момент совершения спорных сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества, а ответчик не мог не знать об указанных обстоятельствах.

Как установил суд первой инстанции, трудовой договор от 16.03.2020 с ФИО1 был заключен после возбуждения дела о банкротстве должника.

Заработная плата, в том числе стимулирующие выплаты работникам, являются вознаграждением за трудовую деятельность, а встречным исполнением по указанной сделке является непосредственно осуществление трудовой функции.

Как верно установил суд, доказательств наличия положительного результата осуществления трудовых функций ответчика, учитывая, что общество по состоянию на 1 и 2 квартал 2020 года находилось в процедуре банкротства и с начала 2020 года не осуществляло фактически хозяйственную деятельность суду не предоставлено.

Также в документации должника отсутствуют документы, подтверждающие получение от деятельности ФИО1 положительных результатов для ООО «АМЖ Групп».

Доказательств проделанной ФИО1 работы, связанной с действиями направленными на стабилизацию деятельности общества, увеличение поступления финансов, и вывода Общества из кризиса - не представлено.

Кроме того, ИФНС№ 46 отказала в государственной регистрации Генерального директора ФИО1 решением № 138047А от 24 марта 2020 года, в связи с тем, что ответчик является дисквалифицированным лицом.

Дисквалифицированное лицо не может занимать должность руководителя организации, следовательно, ФИО1 не исполнял обязанности генерального директора общества.

При этом, ответчик сам признает отсутствие фактического исполнения обязанностей генерального директора должника после заключения договора от 16.03.2020.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции ФИО1 на вопрос суда ответил, что фактически какие-либо трудовые функции генерального директора он не исполнял.

Доводы ответчика, что оспариваемый трудовой договор не причинил вреда имущественным правам кредиторов, поскольку не повлек за собой каких-либо правовых последствий, а также, что по нему не выплачивались фактически денежные средства, подлежат отклонению.

Как верно указал суд первой инстанции, в результате совершения оспариваемой сделки от 16.03.2020 должник принял на себя необоснованные по своему размеру обязательства в виде обязанности начислить и выплатить работнику заработную плату и компенсацию при увольнении в отсутствие какого-либо реального положительного результата для себя при наличии задолженности перед иными кредиторами и работниками.

При этом, должностной оклад, предусмотренный оспариваемым трудовым договором, составляет 173.000 рублей, при условии, что трудовой договор с генеральным директором - является договором по совместительству, что значительно превышает средний оклад по региону по указанной должности (аналитика с сайта JOB.ru). Средняя заработная плата по региону на должности генерального директора (основное место работы) составляет 100.000 рублей.

Ссылка того, что фактически ответчику не выплачивалась заработная плата как генеральному директору должника, отклоняется, т.к. предметом оспаривания является сам трудовой договор, а не выплату по нему.

Кроме того, суд первой инстанции также правомерно указал, что в результате включения в соглашение о расторжении к трудовому договору № 44/18 от 10.04.2018 №б/н от 19.10.2020 условия о выплате работнику дополнительно 250.000 рублей и последующие по нему выплаты должник принял на себя необоснованные по своему размеру обязательства в виде обязанности начислить и выплатить работнику дополнительную сумму при увольнении, а так же произвел необоснованные выплаты в отсутствие какого-либо реального положительного результата для себя при наличии задолженности перед иными кредиторами и работниками.

Ответчик в апелляционной жалобе указывает на то, что, вышеуказанное соглашение о расторжении фактически аннулировано (сторонами не исполнено), поскольку Ответчик продолжил работать (выполнять трудовые функции) в должности начальника юридического отдела ООО «АМЖ Групп», а разовая выплата в размере 250 000 рублей Ответчику фактически не выплачивалась.

Доказательством продолжения работы Ответчика, по мнению Ответчика свидетельствует тот факт, что 23.11.2020 он представлял интересы должника в судебном заседании по делу № А40-303368/2019, действуя от должника по доверенности от 30.06.2020; Ответчику 11.11.2020 была выдана доверенность руководителем должника на совершение юридически значимых действий от имени Должника в ПАО Сбербанк; также Ответчиком в период после 19.10.2020 подготавливались документы Должника для последующей передачи конкурсному управляющему.

Однако, указанные доводы не опровергают факт причинения вреда имущественным правам кредиторов спорным условием в соглашении о расторжении договора, т.к. должник принял на себя такую обязанность по выплате.

При этом, ФИО1 ранее 06.11.2020 обратился с исковым заявлением в Дорогомиловский районный суд г. Москвы, с исковым заявлением о взыскании 495 680,00 рублей по трудовому договору №44/18 от 10.04.2018 №б/н за период с 01.09.2020 по 19.10.2020г. Указанное исковое заявление было принято к производству судом и рассматривалось в рамках дела № 2-784/21.

В своем исковом заявлении ФИО1 указывал, что трудовой договор расторгнут, однако выплаты предусмотренные соглашением о расторжении трудового договора от 19.10.2020г. ему не произведены.

Доказательств расторжения соглашения о расторжении трудового договора №44/18 от 10.04.2018 №б/н от 19.10.2020г., ответчиком не представлено ни в суд первой, ни в суд апелляционной инстанции.

Ответчик также полагает, что суд первой инстанции признавая недействительными выплаты в пользу ФИО1 в общей сумме 842 031,34 руб., ошибочно пришел к выводу, что перечисление указанных денежных средств является недействительной сделкой, так как то, что конкурсный управляющий произведя расчеты по недействительным выплатам исходил только из ежемесячного должностного оклада ФИО1 в размере 150 000 рублей не верно.

По мнению ответчика, судом первой инстанции не учтено, что выплаты сотрудникам Должника производилась на основании не только должностного оклада, но и на основании Положения об оплате труда и премировании ООО «АМЖ Групп», на основании которых применялись коэффициенты, надбавки и прочие механизмы стимулирования труда. Также судом, по мнению ответчик, не учтены обстоятельства того, что задолженность по заработной плате за период с января 2020 по сентябрь 2020г. является текущей и взыскана с Должника по судебным актам, вступившим в законную силу, на что обращалось внимание суда в отзыве Ответчика.

Указанные доводы ответчика апелляционный суд считает несостоятельными в силу следующего.

Из материалов дела следует, что расчет необоснованных выплат произведенных Должником в адрес ответчика осуществлен исходя из действительных документов и сведений содержащихся в базе 1 С бухгалтерия Должника, в которой отсутствуют какие-либо сведения о премировании и стимулирующих выплатах Ответчика. «Положения об оплате труда и премировании ООО «АМЖ Групп» так же отсутствует в распоряжении конкурсного управляющего.

Выплаты по трудовому договору № 44/18 от 10.04.2018 были произведены в период с 11 по 16 ноября 2020 года, т.е. после введения в отношение должника процедуры наблюдения и менее чем за 15 дней до признания Должника несостоятельным (банкротом) и введения конкурсного производства в отношение Должника, то есть в период подозрительности, установленный пунктом 1 ст.61.2. Закона о банкротстве.

Признанные недействительными выплаты по Трудовому Договору Ответчику были произведены за период с января 2020 года по ноябрь 2020 года, однако, сам трудовой договор был расторгнут 19 октября 2020 года.

То есть заработная плата за часть октября 2020, ноябрь 2020, а также компенсации при увольнении в ноябре 2020 года, всего на общую сумму 660 126,34 рублей Ответчику были начислены и выплачены необоснованно, так как трудовые функции за указанный период Ответчик не исполнял.

Выплаты заработной платы за период с марта по сентябрь 2020 года включительно, в размере превышающем оклад предусмотренный трудовым договором 2 в общем размере 181 905,00 рублей Ответчику были начислены и выплачены необоснованно, документально никак не подтверждены.

При этом, выплаты Ответчику в период с 11 по 16 ноября 2020 года выплачены не по исполнительным листам по вступившим в силу судебным актам, а осуществлены в добровольном порядке, с назначением платежа выплата заработной платы.

В обоснование доводов о премировании, ответчиком не представлено каких-либо доказательств законности расчета и обоснованности выплат в превышающем должностной оклад размере.

Доводы ответчика со ссылкой на новые доказательства, приложенные к апелляционной жалобе, не могут быть приняты во внимание, поскольку они не являлись предметом исследования суда первой инстанции, а также не влияют на законность судебного акта.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, ответчик был извещен о времени и месте судебного заседания, представил отзыв на заявление об оспаривании сделок.

Вопреки доводам апеллянта, фактическая выплата ему спорных денежных средств подтверждается выпиской с расчетного счета должника.

Доводы жалобы о невозможности принятия участия в судебном заседании по рассмотрению спора в суде первой инстанции не подтверждены документально. Информация о времени и месте судебного заседания размещена в карточке настоящего дела на сайте https://kad.arbitr.ru/.

Таким образом, оспариваемые сделки правомерно признаны недействительными по ст. 61.2 Закона о банкротстве, поскольку совершены в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Доводы ответчика со ссылкой на взыскание судами общей юрисдикции задолженности по заработной плате за периоды с января 2020 по август 2020, а также с сентября 2020 по октябрь 2020, не опровергают выводы суда первой инстанции о недействительности спорных сделок, поскольку судами общей юрисдикции не проверялись оспариваемые сделки на предмет их недействительности по специальным банкнотным основаниям.

Также апелляционный суд в свою очередь отмечает, что заявителем не представлено доказательств выхода пороков сделки за пределы подозрительности.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции необоснованно усмотрел в оспариваемой сделке признаки для признания ее недействительной на основании ст. ст. 10, 168 ГК РФ.

Однако указанные выводы суда не повлияли на законность и обоснованность судебного акта.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, а в апелляционной инстанции могли бы повлиять на законность и обоснованность принятого судебного акта. В связи с этим признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда.

Оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм права, содержащиеся в нем выводы не противоречат имеющимся в деле доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 02.08.2021 по делу № А40-303368/19 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: В.В. Лапшина

Судьи: И.М. Клеандров

ФИО4