Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 (Республика Башкортостан, ОГРНИП <***>) на решение Арбитражного суда Самарской области от 23.05.2023 по делу № А55-23520/2022

по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (Самарская обл., ОГРНИП <***>) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам Российской Федерации № 299509 и № 647502,

при участии в судебном заседании:
ФИО1 (лично, паспорт);

от индивидуального предпринимателя ФИО3 – представителя ФИО4 (по доверенности от 20.02.2023),

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец) обратился в Арбитражный суд Самарской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ответчик) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам Российской Федерации № 299509 и № 647502 в размере 600 000 рублей.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 23.05.2023 исковые требования удовлетворены частично, с ответчика в пользу истца взысканы 30 000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на

товарные знаки № 299509 и № 647502, а также расходы по государственной пошлине в размере 750 рублей, в остальной части иска отказано.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2023 истцу в удовлетворении ходатайства о восстановлении срока подачи апелляционной жалобы на решение Арбитражного суда Самарской области от 23.05.2023 отказано, апелляционная жалоба возвращена заявителю.

Не согласившись с решением Арбитражного суда Самарской области от 23.05.2023 истец обратился в Суд по интеллектуальным правам с кассационной жалобой.

В кассационной жалобе, поданной в Суд по интеллектуальным правам, ФИО1 просит отменить решение суда первой инстанции, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Истец поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, настаивал на ее удовлетворении, представитель ответчика возражал против удовлетворения кассационной жалобы по мотивам, изложенным в отзыве на нее.

Суд по интеллектуальным правам проверил законность обжалуемых судебных актов в порядке, предусмотренном статьями 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, а также на предмет наличия безусловных оснований для отмены обжалуемых судебных актов, предусмотренных частью 4 статьи 288 названного Кодекса.

Как следует из материалов дела и установил суд первой инстанции, ФИО1 является правообладателем знаков обслуживания:

« » по свидетельству Российской Федерации № 299509, зарегистрированного 14.12.2005 с приоритетом от 05.03.2004 по заявке № 2004704708 в отношении услуг 35-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее – МКТУ);

« » по свидетельству Российской Федерации № 647502, зарегистрированного 13.03.2018 с приоритетом от 14.05.2015 по заявке № 2015714242 в отношении услуг 35, 36, 41, 43-го классов МКТУ.

Истцу стало известно о том, что сходное с его знаками обслуживания обозначение используется для индивидуализации услуг магазина, находящегося по адресу: <...>, где ответчик осуществляет предпринимательскую деятельность.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 26.07.2022 по делу № А55- 5536/2022, вступившим в законную силу, ответчику было запрещено использовать обозначение «Планета» при осуществлении деятельности относящейся к 35 классу МКТУ.

Поскольку ответчик требования, изложенные в претензии, не исполнил, истец обратился в арбитражный суд с исковым заявлением по настоящему делу.

Суд первой инстанции пришел к выводу о принадлежности истцу

исключительных прав на спорные знаки обслуживания. При определении размера компенсации, подлежащей взысканию, суд первой инстанций установил, что истец заявил к взысканию компенсацию на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) – в двукратном размере выручки от реализации товаров в торговой точке ответчика за предшествующие три года. Истец указал выручку ответчика в размере 36 млн. рублей, в связи с чем полагал, что может требовать компенсацию в размере 72 млн. рублей, но самостоятельно снизил размер компенсации до 600 000 рублей.

Проверив представленный истцом расчет размера компенсации, суд признал его необоснованным и указал на невозможность определения самостоятельной стоимости услуг, оказываемых при реализации товаров, а также на неравнозначность стоимости реализованного товара и стоимости оказанных услуг при продаже товаров.

С учетом представленных истцом лицензионным договоров от 05.04.2018 и от 01.01.2020, суд первой инстанции посчитал возможным произвести расчет компенсации за нарушение исключительных прав истца на спорные знаки обслуживания применительно к условиям названных договоров, и учитывая среднюю стоимость двукратного размера стоимости права использования товарных знаков, рассчитанную судом на основании условий двух вышеуказанных лицензионных договоров, суд установил размер компенсации в сумме 30 000 рублей (20 000, 00 + 32 059,33)/2 = 29 591, 10 руб., округленно 30 000 рублей.

При рассмотрении дела в порядке кассационного производства Суд по интеллектуальным правам согласно части 2 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации проверил соблюдение судами первой инстанции норм процессуального права, нарушение которых является в соответствии с частью 4 статьи 288 названного Кодекса основанием для отмены судебного акта в любом случае, и таких нарушений не выявил.

Исследовав содержащиеся в кассационной жалобе доводы, коллегия судей установила, что ее заявитель не оспаривает выводы судов первой инстанции о принадлежности истцу исключительных прав на спорные знаки обслуживания, о нарушении их ответчиком, о применимом законодательстве.

Поскольку в силу части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции проверяет законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе, решение суда первой инстанции в части указанных выводов коллегия судей не проверяет.

В кассационной жалобе ФИО1 ссылается на то, что суд первой инстанции необоснованно произвел перерасчет компенсации, не приняв во внимание, что истец основывал расчет компенсации сведениями об общей сумме торговой наценки на реализованный ответчиком товар в спорном магазине в спорный период времени, а ответчик не представил в материалы дела истребованные у него судом сведения об общей сумме

торговой наценки на реализованный ответчиком товар, о размере полученной им прибыли от деятельности его магазина.

По мнению истца, указанное поведение ответчика свидетельствует о том, что доводы истца являются признанными ответчиком, вследствие чего исковые требования подлежали удовлетворению в полном объеме.

Изучив материалы дела, обсудив доводы, содержащиеся в кассационной жалобе, проверив в порядке, предусмотренном статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, изложенных в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Суд по интеллектуальным правам пришел к следующим выводам.

В постановлениях от 13.12.2016 № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края», от 13.02.2018 № 8-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 4 статьи 1252, статьи 1487 и пунктов 1, 2 и 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой общества с ограниченной ответственностью «ПАГ» и от 24.07.2020 № 40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда» Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что в каждом конкретном случае меры гражданско-правовой ответственности, устанавливаемые в целях защиты конституционно значимых ценностей, должны определяться исходя из требования адекватности порождаемых ими последствий (в том числе для лица, в отношении которого они применяются) тому вреду, который причинен в результате противоправного деяния, с тем чтобы обеспечивалась их соразмерность правонарушению, соблюдался баланс основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от противоправных посягательств.

Под услугой «реализация товаров» с учетом статьи 2 Федерального закона от 28.12.2009 № 381-ФЗ «Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации» понимается не само по себе заключение договоров купли-продажи, а деятельность, связанная с продажей покупателям товаров любых производителей, вида и ассортимента, включая выкладку, демонстрацию товаров, обслуживание покупателей. Лицами, оказывающими данную услугу, являются торговые предприятия (магазины), в определенных случаях имеющие специальное разрешение (лицензию) на торговую деятельность в целом или на продажу отдельных видов товаров. Потребителями данного вида услуги являются все покупатели, заходящие в магазин для покупок.

Исходя из указанного определения услуга «реализация товаров» не охватывает продажу товаров как таковую, но может быть признана

однородной деятельности магазина, состоящей из различных услуг, сопровождающих продажу товаров, поскольку эта деятельность совпадает с услугой «реализация товара» по назначению, способам оказания и кругу потребителей.

Поскольку продажа товара сама по себе не является услугой, а самостоятельную стоимость услуг по реализации товаров для целей правоприменения не представляется возможным выделить из стоимости реализуемых товаров, доход торговой организации (выручка от продажи товаров за определенный промежуток времени) не отражает стоимость оказываемой услуги «реализация товаров» при применении подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ совместно с пунктом 2 статьи 1477 Кодекса.

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что выручка от продажи товаров не может быть положена в основу расчета размера компенсации в отношении знаков обслуживания исходя из двукратной стоимости услуги «реализация товаров».

Положив в основу выводов правильные методологические подходы, суд первой инстанции обоснованно рассчитал размер подлежащей взысканию компенсации за незаконное использование спорных знаков обслуживания на основании стоимости права их использования, определенной исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование знаков обслуживания, с учетом представленных самим истцом лицензионных договоров.

Суд первой инстанции с достаточной полнотой мотивировал свои выводы о стоимости права использования знаков обслуживания и основанном на этой стоимости размере компенсации, сопоставив и исследовав обстоятельства, обусловившие стоимость использования товарных знаков в лицензионных договорах, и обстоятельства совершенного правонарушения.

Определяя иной размер компенсации, суд первой инстанции исходил из необоснованности доводов истца и действовал в рамках своих полномочий, что не является нарушением принципа состязательности равноправия сторон в арбитражном процессе.

Таким образом, вопреки доводам истца, приведенным в кассационной жалобе, суд первой инстанции учел фактические обстоятельства дела, исследовал и оценил по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы доказательства в их совокупности и взаимной связи, по ним судом были сделаны обоснованные выводы.

Определение судом, рассматривающим спор по существу, конкретного размера компенсации не является выводом о применении нормы права (часть 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Определение размера компенсации за нарушение исключительных прав не относится к компетенции суда кассационной инстанции, суд кассационной инстанции вправе лишь оценить верность применения судами методики определения размера компенсации,

закрепленной в нормах ГК РФ и разъяснениях высших судебных инстанций.

Приведенные в кассационной жалобе ФИО1 возражения, касающиеся несогласия с произведенным расчетом размера компенсации, не принимаются судом кассационной инстанции, поскольку направлены на переоценку фактических обстоятельств, установленных судом первой инстанции.

Судебная коллегия считает правомерным отказ суда об истребовании у ответчика сведений о стоимости услуг, оказанных при осуществлении деятельности магазина, находящегося по адресу: <...>, поскольку предприниматель находится на упрощенном режиме налогообложения и такие сведения у него отсутствуют, и соответствует положениям части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», с учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 Кодекса), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не допускается.

Поскольку фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом первой инстанции на основании исследования имеющихся в деле доказательств, с учетом доводов и возражений участвующих в деле лиц, а окончательные выводы судов соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным в материалы дела доказательствам, при полном соблюдении судами норм процессуального права, у суда кассационной инстанции отсутствуют предусмотренные статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания для отмены обжалуемых судебных актов.

Таким образом, Суд по интеллектуальным правам приходит к выводу о том, что обжалуемые судебные акты являются законными, обоснованными и отмене не подлежат. Оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по кассационной жалобе относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Самарской области от 23.05.2023 по делу № А55-23520/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

Председательствующий
судья С.П. Рогожин
Судья Е.С. Четвертакова
Судья Е.Ю. Щербатых