Гражданский кодекс часть 1

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу лица, в отношении которого совершены оспариваемые сделки, ФИО1

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 18 августа 2021 года

об удовлетворении заявления финансового и признании недействительными сделок по отчуждению должником недвижимого имущества (жилого дома, жилого помещения, двух нежилых зданий и трех земельных участков) в пользу ФИО3, ФИО4, ФИО1, применении последствий недействительности сделок,

вынесенное в рамках дела № А60-69461/2018

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО5 (ИНН <***>),

третьи лица: ФИО6, ФИО7,

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 13.12.2018 к производству суда принято (поступившее в суд 04.12.2018) заявление ФИО8 (далее – ФИО8) о признании ФИО5 (далее – ФИО5, должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 06.03.2019 заявление МУП «Тагилэнерго» о признании ФИО5 несостоятельным (банкротом) принято в качестве заявления о вступлении в дело о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.11.2019 (резолютивная часть от 05.11.2019) заявление ФИО8 признано обоснованным, в отношении ФИО5 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО9 (далее – ФИО9).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 06.03.2020 (резолютивная часть от 28.02.2020) ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО9

В Арбитражный суд Свердловской области 23.09.2020 поступило заявление финансового управляющего об оспаривании сделок должника, в котором управляющий с учетом неоднократных уточнения требований (л.д.43-44 т.2; л.д.19-23, 34 т.3), принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), просил признать недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон), статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) следующие сделки должника по отчуждению имущества:

- договор дарения от 07.12.2015 нежилого здания с кадастровым номером 66:36:3001002:736, расположенного по адресу: Свердловская область, г.Верхняя Пышма, у озера Балтым, уч.№32;

- договор дарения от 07.12.2015 земельного участка с кадастровым номером 66:36:3001002:631, расположенного по адресу: Свердловская область, г.Верхняя Пышма, у озера Балтым, уч.№32;

- договор дарения от 08.12.2015 жилого помещения с кадастровым номером 66:56:0208009:3042, площадью 58,5 кв.м, расположенного по адресу: <...>;

- договор дарения от 08.12.2015 жилого дома с кадастровым номером 66:19:4501001:323, площадью 19,2 кв.м, расположенного по адресу: Свердловская область, <...>;

- сделку по отчуждению земельного участка с кадастровым номером 66:19:4501001:49, площадью 2 468 кв.м, расположенного по адресу: Свердловская область, <...>;

- договора дарения от 08.12.2015 нежилого здания с кадастровым номером 66:19:4501001:306, площадью 90,8 кв.м, расположенного по адресу: Свердловская область, <...>;

- сделку по отчуждению земельного участка с кадастровым номером 66:19:4501001:3, расположенного по адресу: Свердловская область, <...>;

- сделку по отчуждению земельного участка с кадастровым номером 66:36:3001002:632, площадью 127 кв.м, расположенного по адресу: Свердловская область, г.Верхняя Пышма, у озера Балты, земли общего пользования.

В качестве применения последствий недействительности сделок финансовый управляющий просил:

- возвратить в собственность ФИО5 и признать погашенными записи о регистрации права собственности за ФИО3 (далее – ФИО3) на следующие объекты недвижимости:

·нежилое здание с кадастровым номером 66:19:4501001:306, площадью 90,8 кв.м, расположенное по адресу: Свердловская область, <...>;

·земельный участок с кадастровым номером 66:19:4501001:3, площадью 1200 кв.м, расположенный по адресу: Свердловская область, <...>;

·жилой дом с кадастровым номером 66:19:4501001:323, площадью 19,2 кв.м, расположенный по адресу: Свердловская область, <...>;

·земельный участок с кадастровым номером 66:19:4501001:49, площадью 2 468 кв.м, расположенный по адресу: Свердловская область, <...>;

- взыскать с ФИО3 в пользу ФИО5 денежные средства в сумме 12 350 000 руб. 00 коп.;

- взыскать солидарно с ФИО3 и ФИО1 (далее – ФИО1) в пользу ФИО5 денежных средств в сумме 1 900 000 руб. 00 коп.

В порядке статьи 46 АПК РФ к участию в настоящем обособленном споре в качестве соответчика привлечена ФИО1; в порядке статьи 51 АПК РФ в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО6 (далее – ФИО6) и ФИО7 (далее – ФИО7).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.08.2021 (резолютивная часть от 11.08.2021) требования финансового управляющего ФИО9 удовлетворены, оспариваемые сделки признаны недействительными, применены соответствующие последствия их недействительности.

Не согласившись с принятым судебным актом в отношении сделки, совершенной между ФИО3 и ФИО1, по купле-продаже квартиры, расположенной по адресу: <...>, и применении последствий недействительности сделки в виде солидарного взыскания с ФИО3 и ФИО1 денежных средств в сумме 1 900 000 руб., ФИО1 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда в обжалуемой ею части отменить, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права и несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

В апелляционной жалобе ФИО1 оспаривает вывод суда о том, что сделка по отчуждению принадлежащего ФИО5 недвижимого имущества, с учетом последующего банкротства последнего в связи с наличием задолженности перед кредиторами, направлена на уменьшение активов должника и свидетельствует о злоупотреблении лицами, совершившими данную сделку, своими правами, учитывая то обстоятельство, что вторая сторона сделки была осведомлена о наличии у должника признаков неплатежеспособности; в данном случае действия сторон при совершении оспариваемой сделки следует квалифицировать как совершенные со злоупотреблением правом, в связи с чем, имеются все основания для ее признания недействительной применительно к положениям статьи 168 ГК РФ, как несоответствующей требованиям, предусмотренным статьей 10 ГК РФ. Ссылаясь на то, что финансовым управляющим (с учетом уточнений) было заявлено о том, что сделка, совершенная между ФИО3 и ФИО1, является мнимой, заявитель жалобы настаивает на том, что сделка купли-продажи является самостоятельной сделкой, требующей наличия самостоятельных оснований для ее оспаривания. Обращает внимание, что сделка между ФИО3 и ФИО1 была реальной, поскольку в материалы дела была представлена расписка, подтверждающая получение ФИО3 денежных средств от ФИО1 в полном размере; ФИО3 после заключения договора купли-продажи был снят с регистрационного учета по адресу: <...>; коммунальные платежи за квартиру в полном объеме оплачивались ФИО1 Таким образом, ФИО1 настаивает на том, что воля сторон была направлена на исполнение сделки, и, в дальнейшем, сделка реально исполнялась. Отмечает, что финансовым управляющим должника не представлено доказательств наличия родственных или иных близких отношений между должником ФИО5 и ФИО1 Считает, что представленная финансовым управляющим аналитика рынка недвижимости не отражает реальную его стоимость, поскольку при оценке недвижимости следует исходить из выбранного метода оценки, оценка сравнительным методом, выбранная ФИО9, не учитывает территориальное расположение квартиры, в связи с чем приведенная управляющим информация о средних ценах на недвижимость в г.Нижнем Тагиле не соответствует действительной стоимости имущества. Указав на то, что ФИО1 не является родственником или членом семьи ФИО3 и ФИО5, настаивает на том, что ФИО1 не знала и не могла знать об обстоятельствах появления у ФИО3 спорного недвижимого имущества, а также о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества у должника. Считает, что ФИО3 получил равноценное встречное представление в размере 1 000 000 руб., а ФИО1 является добросовестным приобретателем.

До начала судебного заседания от финансового управляющего ФИО9 поступил письменный отзыв, согласно которому просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Кроме того, финансовым управляющим должника заявлено о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие. Заявление судом рассмотрено в порядке статьи 159 АПК РФ и удовлетворено на основании статьи 156 АПК РФ.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Из апелляционной жалобы следует, что определение суда обжалуется только в части сделки, совершенной между ФИО3 и ФИО1 в отношении квартиры, расположенной по адресу: <...>, а также в части солидарного взыскания с ФИО3 и ФИО10 денежных средств в сумме 1 900 000 руб. 00 коп.

Иных доводов жалоба не содержит.

В силу части 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Поскольку заявителем жалобы определение суда обжалуется в части, арбитражный суд апелляционной инстанции в порядке части 5 статьи 268 АПК РФ проверяет законность и обоснованность судебного акта только в обжалуемой части.

Возражений от лиц, участвующих в деле, против проверки судебного акта только в обжалуемой части не поступило.

Законность и обоснованность определения суда проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в обжалуемой части в порядке, предусмотренном статьей 266, частью 5 статьи 268 АПК РФ.

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, с учетом доводов сторон, по правилам, предусмотренным статьей 71 АПК РФ, считает, что не имеется оснований для изменения или отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражными судами по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

Пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве предусмотрено, что финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона, а также сделок, совершенных с нарушением указанного Закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина. При этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статье 61.2 или 61.3 Закона оснований (пункт 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

В силу статьи 61.8 Закон о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с пунктом 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 №48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о банкротстве сделки по отчуждению общего имущества должника и его супруга, совершенные супругом должника, по основаниям, связанным с нарушением этими сделками прав и законных интересов кредиторов (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10 и 168, 170, пункт 1 статьи 174.1 ГК РФ).

Как следует из материалов дела, в ходе исполнения своих обязанностей, финансовым управляющим должника было установлено, что согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости о правах отдельного лица на имевшиеся (имеющиеся) у него объекты недвижимости, должнику ФИО5 принадлежали на праве собственности следующие объекты недвижимости, право собственности на которые было прекращено в преддверии банкротства:

1. жилое помещение с кадастровым номером 66:56:0208009:3042, площадью 58,5 кв.м, расположенное по адресу: <...>. Дата государственной регистрации прекращения права собственности 18.12.2015.

Объект недвижимости был отчужден в пользу ФИО3 (сына должника);

2. нежилое здание с кадастровым номером 66:19:4501001:306, площадью 90,8 кв.м, расположенное по адресу: Свердловская область, <...>. Дата государственной регистрации прекращения права собственности 18.12.2015.

Объект недвижимости был отчужден в пользу ФИО3 (сына должника), затем, 20.04.2017 – ФИО4 (брата должника), затем, 27.05.2019, снова в пользу ФИО3, который в настоящее время является собственником объекта недвижимости;

3. жилой дом с кадастровым номером 66:19:4501001:323, площадью 19,2 кв.м, расположенный по адресу: Свердловская область, <...>. Дата государственной регистрации прекращения права собственности 18.12.2015.

Объект недвижимости был отчужден в пользу ФИО3 (сына должника), затем, 20.04.2017 – ФИО4 (брата должника), затем, 27.05.2019, снова в пользу ФИО3;

4. земельный участок с кадастровым номером 66:19:4501001:3, расположенный по адресу: Свердловская область, <...>. Дата государственной регистрации прекращения права собственности 15.01.2016.

5. нежилое здание с кадастровым номером 66:36:3001002:736. расположенное по адресу: Свердловская область, г.Верхняя Пышма, у озера Балтым, уч.№32. Дата государственной регистрации прекращения права собственности 18.12.2015.

Объект недвижимости был отчужден в пользу ФИО3 (сына должника);

6. земельный участок с кадастровым номером 66:36:3001002:631, расположенный по адресу: Свердловская область, г.Верхняя Пышма, у озера Балтым, уч.№32. Дата государственной регистрации прекращения права собственности 18.12.2015.

Объект недвижимости был отчужден в пользу ФИО3 (сына должника);

7. земельный участок с кадастровым номером 66:19:4501001:49, площадью 2 468 кв.м, расположенный по адресу: Свердловская область, <...>, Дата государственной регистрации прекращения права собственности 18.12.2015;

8. земельный участок с кадастровым номером 66:36:3001002:632, расположенный по адресу: Свердловская область, г.Верхняя Пышма, у озера Балты, земли общего пользования. Дата государственной регистрации прекращения права собственности 18.12.2015.

Объект недвижимости был отчужден в пользу ФИО3 (сына должника), затем, 20.04.2017 – ФИО4 (брата должника), затем, 27.05.2019, снова в пользу ФИО3

Таким образом, из материалов дела следует, что должник практически одномоментно подарил своему сыну ФИО3 восемь объектов недвижимого имущества, в числе которых была и квартира площадью 58,5 кв.м, расположенная по адресу: <...>.

Частью объектов недвижимости сын должника ФИО3 распорядился далее.

Так, в отношении спорного жилого помещения, ФИО3 в последующем, заключил договор купли-продажи квартиры от 15.03.2017 с ФИО1 (дата государственной регистрации прекращения права собственности ФИО3 28.03.2017).

ФИО1, в свою очередь, продала указанную квартиру ФИО6, оформив договор купли-продажи от 20.02.2019 (дата государственной регистрации прекращения права собственности ФИО1 26.02.2019).

Пологая, что сделки между должником и ФИО3, между ФИО3 и ФИО1 являются цепочкой мнимых сделок, совершенных между аффилированными лицами, объединены единой целью направленной на вывод активов должника с целью предотвращения обращения взыскания на него, а также указав, что на дату совершения оспариваемых сделок должник имел обязательства перед кредиторами, в том числе как и поручитель по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Тагил-Айс» (далее – общество «Тагил-Айс») и общества с ограниченной ответственностью «еКОНТУР» (далее – общество «еКОНТУР»), финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемыми требованиями.

В обоснование своих требований, финансовым управляющим указано на то, что ФИО3 является заинтересованным лицом по отношению к должнику.

Установив наличие признаков неплатежеспособности должника, неисполненных обязательств перед кредиторами, совершение сделки между близкими родственниками (договора дарения от 08.12.2015), суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что фактические обстоятельства рассматриваемого спора свидетельствуют о том, что как должник, так и заинтересованное лицо ФИО3, не могли не осознавать противоправной цели совершаемой сделки, направленной на вывод ликвидного актива из собственности должника с целью невозможности обращения на него взыскания, в связи с чем, оспариваемая сделка совершена в интересах заинтересованного лица в условиях неплатежеспособности должника.

Правомерность выводов суда в данной части не обжалуется.

В обоснование требований о признании недействительным на основании статей 10, 170 ГК РФ, с учетом разъяснений, изложенных в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ 23.12.2010 №63), договора купли-продажи квартиры от 15.03.2017, заключенного между ФИО3 и ФИО1, финансовым управляющим указано на то, что условия сделки, нестандартный порядок ее исполнения, равно как и необычность поведения покупателя, отсутствие достоверных доказательств оплаты и финансовой возможности ФИО1 произвести такую оплату, а также отсутствие достоверных доказательств проживания ФИО1 в квартире, свидетельствуют о совершении мнимой сделки и совершении ею между фактически аффилированными лицами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Суд первой инстанции, исследовав обстоятельства совершения сделок по отчуждению спорной квартиры, оценив доводы сторон, пришел к выводу о том, сделка по отчуждению квартиры сыном должника в пользу ФИО1 является частью сделки по отчуждению данной квартиры должником в целях воспрепятствования обращения взыскания на нее, которая началась в декабре 2015 года и совершалась со злоупотреблением правом (статьи 10, 168 ГК РФ).

Оснований для формирования иных выводов суд апелляционной инстанции не усматривает.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно части 2 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами (часть 4 статьи 71 АПК РФ).

Как следует из материалов дела и указывалось выше, 15.03.2017, т.е. через 1 год 3 месяца после приобретения титула собственника в отношении спорной квартиры, сын должника ФИО3 подписывает договор купли-продажи квартиры с ФИО1 (покупатель). Намерение передать титул собственника возникает после предъявления Акционерным коммерческим банком «Абсолют Банк» (публичное акционерное общество) требований кредитора по долгам группы компаний должника ФИО5 и к самому должнику ФИО5, как поручителю.

По условиям договора купли-продажи от 15.03.2017 (л.д.30-31 т.1) продавец обязался передать в собственность, а покупатель принять и оплатить по цене и на условиях указанного договора квартиру, расположенную по адресу: <...>, площадь: общая – 58,5 кв.м, кадастровый (условный) номер объекта 66:56:0208009:3042, принадлежащая продавцу на основании договора дарения от 08.12.2015, зарегистрированного в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 18.12.2015, произведена запись регистрации №66-66/002-66/002/330/2015-920/2, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права №143205 от 18.12.2015 (пункт 1 договора).

Стоимость спорной квартиры определена сторонами в размере 1 000 000 руб. 00 коп.

В материалы дела ФИО3 представлена копия расписки от 11.03.2017 о получении им от ФИО1 денежных средств в сумме 1 000 000 руб. 00 коп. (л.д.18 т.3).

Вместе с тем, в силу части 6 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные участвующими в деле лицами, нетождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание источника с помощью других доказательств.

Кроме того, в абзаце 3 пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

В ходе рассмотрения спора в суде первой инстанции исследовался вопрос о наличии у ФИО1 финансовой возможности произвести оплату по договору купли-продажи.

ФИО1 поясняла, что необходимые денежные средства были ею скоплены с заработной платы и пенсии, копить начала с 2000 года, на пенсию вышла в 2005 году.

Вместе с тем, факт наличия у ФИО1 финансовой возможности приобретения спорного имущества (по договору купли-продажи квартиры от 15.03.2017) за 1 000 000 руб. 00 коп. документально не подтвержден, поскольку не представлены доказательства аккумулирования денежных средств как такового.

К пояснениям стороны ФИО1 о том, что денежные средства хранились дома, суд относится критически, принимая во внимание значительность суммы (1 млн руб.) для подобного хранения в домашних условиях, длительность хранения (накопления начаты 17 лет назад) и возраст потенциального покупателя (67 лет). В связи с чем, данные пояснения не могут быть оценены как достоверные.

Иные доказательства сбережения, хранения денежных средств в необходимой сумме, а затем их использования в целях покупки квартиры в материалы дела не представлены (статья 65 АПК РФ).

Также крайне необычным для совершения сделки купли-продажи недвижимости между гражданами является и то обстоятельство, что согласно копии расписки от 11.03.2017 ФИО1 передала денежные средства ФИО3 в полном объеме еще до подписания договора купли-продажи (15.03.2017) и, соответственно, до обращения в органы регистрации (16.03.2017), и без предоставления со стороны ФИО3 какого-либо обеспечения либо гарантии того, что сделка состоится.

Суд апелляционной инстанции считает, что ФИО1 (1950 г.рожд., по профессии техник-механик) либо, исходя из ее позиции, демонстрирует удивительное отношение к деньгам и сделкам с недвижимостью, которое не соответствует обычному поведению пенсионера, либо является фактически аффилированным по отношению к должнику и(или) его сыну лицом, при этом стороны сделки скрывают от суда и иных участников дела о банкротстве обстоятельства наличия связи, на которой основано такое доверительное отношение.

Кроме того, как верно отмечено судом первой инстанции, жилое помещение, отчужденное по договору купли-продажи ФИО1 было отчуждено по цене, существенно ниже рыночной стоимости, при этом суд первой инстанции правомерно исходил из того, что в договоре дарения от 08.12.2015 должник и его сын ФИО3 оценили квартиру в 2 000 000 руб., однако через год с небольшим ФИО3 15.03.2017 заключает договор купли-продажи квартиры с ФИО1 по цене 1 000 000 руб. При этом, в дальнейшем, ФИО1 продает указанную квартиру ФИО6 по цене 1 900 000 руб., который приобрел указанную квартиру с использованием ипотечного кредита в размере 1 550 000 руб., а рыночная стоимость квартиры подтверждена отчетом об оценке ПАО «Сбербанк России».

Следует также отметить, что отчуждение спорной квартиры в феврале 2019 года независимому добросовестному приобретателю происходит в скорейшем времени после возбуждения настоящего дела о банкротстве.

Доводы апелляционной жалобы относительно реальности сделки купли-продажи квартиры между ФИО3 и ФИО1, а также о добросовестности приобретения квартиры ФИО1, судом рассмотрены и признаны несостоятельными.

Вопреки доводам заявителя жалобы представленная ФИО1 выписка из лицевого счета о задолженности по спорной квартире не подтверждает факт оплаты коммунальных платежей именно ФИО1, при этом, указанная выписка не содержит информации об организации выдавшей указанную выписку (л.д.69 т.3).

То обстоятельство, что согласно выписке по данной квартире производились начисления с том числе с учетом некоторых оплат, само по себе не свидетельствует о несении данных расходов ФИО1

Ссылка заявителя жалобы на то, что ФИО3 после заключения договора купли-продажи был снят с регистрационного учета по адресу: <...> д., кв.122, также не свидетельствует о том, что данная сделка была реальной, а квартира была приобретена ФИО1 для собственных нужд. Снятие ФИО3 с регистрационного учета могло быть совершено в иных целях, тем более, что такое снятие обычно происходит до совершения сделки купли-продажи, а квартира должна передаваться покупателю свободной от притязаний иных лиц.

В рассматриваемой ситуации ФИО1 не только произвела полную предоплату квартиры (согласно представленной копии расписки), но и не потребовала передачи ей квартиры в дату подписания договора, свободной от прав проживания иных лиц.

В связи с этим заслуживают внимания и доводы финансового управляющего относительно наличия сомнений в причинах приобретения квартиры ФИО1

В суде первой инстанции ФИО1 утверждала, что необходимость в приобретении отдельного жилого помещения связана с невозможностью дальнейшего проживания со своей сестрой ФИО11 (1939 г.рожд.), т.к. ФИО11 21.12.2016 была присвоена инвалидность, а дальнейшая продажа квартиры обусловлена возможностью вернуться в квартиру по адресу: <...>, в связи со смертью сестры.

Допуская вероятность наступления психологической и физической усталости от совместного проживания с родной сестрой-инвалидом, требующей ухода, и возникновение в связи с этим у ФИО1 желания приобрести отдельное жилое помещение, финансовый управляющий обоснованно указывает на то, что приобретение 3-комнатной квартиры для единоличного проживания в другом районе города на значительном удалении от места нахождения больной сестры не отвечает нормам обычного поведения близких родственников, один из которых нуждается в уходе.

Ссылка заявителя жалобы на то, что спорная квартира была приобретена, т.к. находилась близко от работы, не может быть признана состоятельной. Во-первых, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что ФИО1 продолжала трудовую деятельность по состоянию на март 2017 года. Во-вторых, представляется нелогичным приобретение пенсионером квартиры на удалении от места нахождения требующего ухода родственника-инвалида, и приобретение 3-комнатной квартиры для одного человека.

Также подлежат отклонению доводы жалобы о том, что представленная финансовым управляющим аналитика рынка недвижимости не отражает реальную стоимость квартиры, т.к. при рассмотрении судом первой инстанции аналитических материалов были приняты во внимание показатели средней стоимости квадратного метра в районе «Вагонка», соответствующему официальному названию Дзержинского района города Нижний Тагил, где и располагается спорная квартира.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что как сделка дарения спорной квартиры между должником и его сыном ФИО3 (договор от 08.12.2015), так и сделка купли-продажи между ФИО3 и ФИО1 (договор от 15.03.2017), представляют собой единую сделку по отчуждению должником ликвидного актива в целях его сокрытия от обращения взыскания на него по требованиям кредиторов, а неоднократная передача титула собственника была направлена на искусственное создание видимости добросовестного приобретения объекта недвижимости.

С учетом изложенного, принимая во внимание, что оспариваемая сделка по отчуждению принадлежащего ФИО5 недвижимого имущества с учетом последующего банкротства последнего в связи с наличием задолженности перед кредиторами, была направлена на уменьшение активов должника и свидетельствует о злоупотреблении лицами, совершившими данную сделку, своими правами, учитывая то обстоятельство, что вторая сторона сделки (ФИО3 и ФИО1) также была осведомлена о наличии у должника признаков неплатежеспособности, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что в данном случае действия сторон при совершении оспариваемой сделки следует квалифицировать как совершенные со злоупотреблением правом, в связи с чем, в данном случае имеются все основания для ее признания недействительной применительно к положениям статьи 168 ГК РФ, как несоответствующей требованиям, предусмотренным статьей 10 ГК РФ, что согласуется с пунктом 9 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 №127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации».

Кроме того апелляционный суд соглашается с выводами суда в части применения последствий недействительности сделки по отчуждению спорной квартиры.

Поскольку спорная квартира в настоящее время отчуждена добросовестному приобретателю и цена продажи составила 1 900 000 руб., то указанная денежная сумма подлежит взысканию в пользу конкурсной массы ФИО5 солидарно с ФИО3 и ФИО1

Апелляционный суд считает, что судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

При изложенных обстоятельствах оснований для отмены определения суда, с учетом рассмотрения дела арбитражным судом апелляционной инстанции в пределах доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 18 августа 2021 года по делу №А60-69461/2018 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

Т.С. Нилогова

Судьи

Е.О. Гладких

И.П. Данилова