Гражданский кодекс часть 1

от общества с ограниченной ответственностью "Эртей Петрошем Рус" – ФИО2, доверенность от 21.05.2020, диплом №6940403 от 23.10.2007 (до перерыва), ФИО3, доверенность от 21.05.2020, диплом №2701581 от 29.06.2019,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда в зале № 7 апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью "Эртей Петрошем Рус" и публичного акционерного общества "Татнефть" имени В.Д. Шашина" на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 апреля 2021 года по делу № А65-7434/2020 (судья Сотов А.С.)

по иску публичного акционерного общества "Татнефть" имени В.Д. Шашина" (ОГРН <***>, ИНН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью "Эртей Петрошем Рус" (ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании,

по встречному иску общества с ограниченной ответственностью "Эртей Петрошем Рус" к публичному акционерному обществу "Татнефть" имени В.Д. Шашина" о взыскании,

третьи лица: акционерное общество "ФИО4 корпоративный и инвестиционный Банк", общество с ограниченной ответственностью "Строительно-монтажное управление №7", общество с ограниченной ответственностью Проектный химико – технологический институт "Полихимсервис",

УСТАНОВИЛ:

публичное акционерное общество "Татнефть" имени В.Д. Шашина" (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), к обществу с ограниченной ответственностью "Эртей Петрошем Рус" (далее - ответчик) о взыскании 59 953 824,01 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Ответчик обратился в суд со встречным иском о взыскании понесенных расходов в размере 19 518 213,94 руб., 2 889 670,75 евро, 33 550 долларов США и процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 104 257,13 руб., 2796,51 евро и 169,09 долларов США.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены акционерное общество "ФИО4 корпоративный и инвестиционный Банк", общество с ограниченной ответственностью "Строительно-монтажное управление №7" и общество с ограниченной ответственностью Проектный химико-технологический институт "Полихимсервис".

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.04.2021 (с учетом определения об исправлении описок и опечаток от 03.06.2021) первоначальные исковые требования удовлетворены частично. С ООО "Эртей Петрошем Рус" в пользу ПАО "Татнефть" имени В.Д. Шашина" взыскано 33 210 799,34 руб., в том числе 33 100 379,76 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами и 110 419,58 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины. В остальной части первоначальные исковые требования оставлены без удовлетворения.

Встречные исковые требования удовлетворены частично. С ПАО "Татнефть" имени В.Д. Шашина" в пользу ООО "Эртей Петрошем Рус" взыскано 204 185 879,31 руб., в том числе 203 117 819,49 руб. убытков, что эквивалентно 2 216 978,78 евро по курсу Центрального Банка России на дату принятия решения, 925 622,03 руб. убытков и 142 437,79 руб. расходов по уплате государственной пошлины. В остальной части встречные исковые требования оставлены без удовлетворения. В результате зачета с ПАО "Татнефть" имени В.Д. Шашина" в пользу ООО "Эртей Петрошем Рус" взыскано 170 975 079,97 руб.

Истец не согласился с принятым судебным актом. В апелляционной жалобе, ссылаясь на неправильное применение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, неполное выяснение обстоятельств дела, неправильное установление обстоятельств дела, просит решение отменить, принять по делу новый судебный акт, которым первоначальные исковые требования удовлетворить в размере 59 953 824,01 руб., встречные исковые требования оставить без удовлетворения.

В обоснование апелляционной жалобы истец указал, что суд не учел пункт 15.2.2 рамочного соглашения, согласно которому в случае расторжения заказа на товар и/или рамочного соглашения покупателем, при условии предоставления поставщиком документов, указанных в пункте 15.2.3 рамочного соглашения, а также счет и документы, подтверждающих документов, покупатель обязуется возместить поставщику следующие понесенные расходы:

а) стоимость товара, поставленного поставщиком и не оплаченного покупателем на дату одностороннего расторжения заказа на товар к настоящему рамочному соглашению;

в) стоимость товара, в отношении которого поставщиком было направлено уведомление о его готовности к отгрузке, либо уже отгруженный поставщиком, не переданный покупателю в месте его нахождения, согласованном в соответствующем заказе на товар;

с) документально подтвержденные затраты, непосредственно связанные с расторжением поставщиком каких-либо договоров, которые он мог заключить в целях надлежащего исполнения своих обязательств по заказу на товар настоящему рамочному соглашению;

d) документально подтвержденные затраты, понесенные поставщиком на изготовление товара и не оплаченные покупателем на дату одностороннего расторжения заказа на товар к настоящему рамочному соглашению.

Таким образом, исходя из буквального толкования указанной нормы договора, с учетом того, что товар по заказу поставлен не был, сторонами достигнуто согласие о компенсации только двух групп расходов (подпункты "с" и "d" пункта 15.2.2 рамочного соглашения).

Положения рамочного соглашения не содержат условия, дающие ответчику право на компенсацию абсолютно всех понесенных расходов, связанных с исполнением заказа по рамочному соглашению.

Суд первой инстанции необоснованно не применил к встречным исковым требованиям подлежащие применению статьи 702, 711, 753 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и разъяснения, содержащиеся в пункте 8 Информационного письма ВАС № 51 от 24.01.2000, в отсутствие доказательств, подтверждающих передачу результата выполненных, на момент одностороннего отказа от исполнения заказа, работ в ПАО "Татнефть", посчитал данные работы выполненными, и возложил на ПАО "Татнефть" обязанность оплатить ООО "Эртей Петрошем Рус" стоимость указанных работ, в отсутствии ее результата как такового.

С учетом условий пункта 7.4 рамочного соглашения, разделов I и IV приложения 1.3 к рамочному соглашению, статей 702, 711, 753 ГК РФ результатом работ по разработке технической документации является техническая документация, в которой отсутствуют отклонения (то есть техническая документация, к которой не были выданы замечания покупателем/уполномоченным представителем покупателя, либо если ранее выданные замечания были устранены поставщиком, и после чего техническая документация считается согласованной проектным институтом в порядке, предусмотренном рамочным соглашением). Именно такая техническая документация должна быть передана поставщиком покупателю по двустороннему акту, как результат работ по договору подряда. Такая документация ответчиком истцу не передавалась, следовательно, обязательства поставщика по разработке технической документации применительно к условиям пункта 7.4 рамочного соглашения не считаются исполненными, в связи с чем обязанность ПАО "Татнефть" оплатить ООО "Эртей Петрошем Рус" работу по разработке технической документации не наступила. При таких обстоятельствах суд первой инстанции необоснованно взыскал с истца в пользу ответчика стоимость работ по разработке технической документации в размере 2 166 892 евро.

Вывод суда первой инстанции об обоснованности встречного требования о взыскании расходов в размере 637 694 евро является неправомерным, так как основан на неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, не соответствует обстоятельствам дела. Техническая документация, разработанная поставщиком, в установленном рамочным соглашением порядке не согласована покупателем/уполномоченным представителем покупателя, поскольку к указанной документации были выданы замечания, которые на момент одностороннего отказа ПАО "Татнефть" от исполнения заказа по рамочному соглашению поставщиком не были устранены. В отсутствие согласованной технической документации поставщик совершил действия, которые не должен был совершать, в связи с чем расходы в размере 637 694 евро не подлежат возмещению.

Вывод суда первой инстанции об обоснованности встречного требования в размере 50 086,75 евро также является необоснованным, так как сделан при неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела.

В соответствии со сложившейся правоприменительной практикой расходы по банковской гарантии относятся к обычным хозяйственным расходам поставщика, которые необходимы для исполнения последним своих обязательств по договору поставки. Такие расходы в силу положений рамочного соглашения не подлежат возмещению поставщику. Предъявление к взысканию указанных расходов является односторонним изменением условий заключенного договора, а также как злоупотребление правом со стороны поставщика.

Кроме того, представленный ответчиком расчет банковских расходов на общую сумму 50 086,75 евро, является необоснованным. Данная сумма расходов составляет комиссию, взимаемую банком с поставщика с определенной периодичностью, за выдачу банковской гарантии на обеспечение возврата авансового платежа, выданной покупателю.

Среди таких расходов указаны расходы, которые возникли у поставщика после одностороннего отказа ПАО "Татнефть" от исполнения заказа по рамочному соглашению.

Разрешая требование поставщика о взыскании с покупателя банковских расходов в указанном размере, суд первой инстанции грубо нарушил нормы материального права, пренебрег императивными правилами статьи 453 ГК РФ.

Также судом первой инстанции необоснованно взысканы командировочные расходы в размере 529 646,86 руб. и банковские расходы в размере 318 266,97 руб.

Из анализа представленных ответчиком в материалы дела доказательств несения командировочных расходов следует, что состоявшиеся командировки преследовали одну единственную цель – заключение договоров, связанных с исполнением заказа с ПАО "Татнефть", тогда как условиями пункта 15.2.2 рамочного соглашения не предусмотрена обязанность ПАО "Татнефть" возместить поставщику расходы, связанные с заключением заказа/исполнением заказа.

Банковские расходы в размере 318 266,97 руб. являются комиссией, уплаченной банку за приобретение иностранной валюты в размере авансового платежа, подлежащего перечислению поставщиком субпоставщику (АО "Аксенс"). Привлечение компании "Аксенс" являлось необходимым условием для заключения с поставщиком заказа на товар по рамочному соглашению. Таким образом, данные расходы были понесены поставщиком с единственной целью – заключение договора, связанного с исполнением заказа с ПАО "Татнефть", тогда как условиями пункта 15.2.2 рамочного соглашения не предусмотрена обязанность ПАО "Татнефть" возместить поставщику расходы, связанные с заключением заказа/исполнением заказа.

Поставщик в нарушение статьи 65 АПК РФ не представил в материалы настоящего дела доказательства, которые бы свидетельствовали, что командировки и банковские расходы были понесены поставщиком непосредственно с целью расторжения поставщиком каких-либо договоров, которые он мог заключить в целях надлежащего исполнения своих обязательств по заказу на товар по рамочному соглашению. Не представлены доказательства, что данные командировки и банковские расходы преследовали цель – изготовление товара.

Суд первой инстанции пришел к неправомерному выводу об обоснованности предъявленных ответчиком расходов на почтовые и курьерские услуги, понесенные в связи с направлением в адрес истца документов при исполнении договора (заказа) в размере 10 598,41 руб., поскольку суд в действительности не установил, перевозку какого именно груза подтверждают представленные документы, и какое отношение перевозимый груз имел к заказу по рамочному соглашению с ПАО "Татнефть", и являются ли эти затраты расходами по смыслу пункта 15.2.2 рамочного соглашения.

Суд первой инстанции пришел к неправомерному выводу об обоснованности предъявленных ответчиком расходов на услуги перевода в размере 67 109,79 руб., поскольку суд в действительности не установил, перевод каких документов осуществлялся, имеют ли эти документы вообще какое-либо отношение к ПАО "Татнефть", связаны ли эти документы с заказом на товар по рамочному соглашению и являются ли эти затраты на перевод расходами по смыслу пункта 15.2.2 рамочного соглашения.

Суд первой инстанции необоснованно не принял во внимание, что оформление дополнительного соглашения № 1 от 20.08.2020 к договору поставки №UF 18003 от 01.10.2018 (то есть спустя почти два года после одностороннего отказа ПАО "Татнефть" от исполнения заказа с ООО "Эртей Петрошем Рус") фактически свидетельствует об искусственном создании задолженности ООО "Эртей Петрошем Рус" перед АО "Аксенс" с целью ее дальнейшего взыскания с ПАО "Татнефть".

Какие-либо документы, подтверждающие выполнение АО "Аксенс" работ, указанных в данном дополнительном соглашении, с приведенной разбивкой цен, в период досудебных переговоров, ООО "Эртей Петрошем Рус" в ПАО "Татнефть" не предоставляло. Отсутствуют в материалах дела и доказательства, подтверждающие что ранее ООО "Эртей Петрошем Рус" и АО "Аксенс" согласовали условие о компенсации последнему расходов, аналогичных расходам, указанным в подпунктах "с" и "d" пункта 15.2.2 рамочного соглашения, до фактического оформления дополнительного соглашения №1.

С учетом приведенных доводов дополнительное соглашение №1 от 20.08.2020 не является относимым и допустимым доказательством по делу, обоснованно подтверждающим, что поставщик изначально был обязан компенсировать понесенные АО "Аксенс" расходы, аналогичные расходам, указанным в подпунктах "с" и "d" пункта 15.2.2 рамочного соглашения.

Указанные документы оформлены с целью искусственного создания задолженности ООО "Эртей Петрошем Рус" перед АО "Аксенс" с целью ее дальнейшего взыскания с ПАО "Татнефть" для уменьшения подлежащего возврату авансового платежа.

Факт оформления дополнительного соглашения №1 «задним» числом ООО "Эртей Петрошем Рус" не отрицает.

Суд первой инстанции не учел, что ООО "Эртей Петрошем Рус" и АО "Аксенс" являются по отношению друг к другу аффилированными лицами.

Выполнение АО "Аксенс" работ по заключенному с ООО "Эртей Петрошем Рус" договору поставки подтверждается исключительно документами, составленными между аффилированными лицами.

ООО "Эртей Петрошем Рус", являясь зависимым и подконтрольным АО "Аксенс" лицом, представив в материалы дела договор поставки № UF18003 от 01.10.2018 с АО "Аксенс", в отсутствие доказательств фактического исполнения указанной сделки, преследовало единственный интерес - снижение размера, подлежащего возврату в ПАО "Татнефть" уплаченного авансового платежа в связи с расторжением заказа к рамочному соглашению.

Как следует из сложившейся правоприменительной практики, представленные в дело доказательства, (документы, составленные между аффилированными лицами) не могут считаться относимыми и допустимыми, такие доказательства подлежат оценке судами критически. Представление таких доказательств подтверждает факт отсутствия намерения сторон сделки создать реальный имущественный оборот, составление и представление в суд таких документов преследует цель создания доказательственной базы несения расходов по сделке, без фактического ее исполнения.

При этом довод ООО "Эртей Петрошем Рус" о том, что работа осуществлялась сторонами фактически, без оформления документов, не может быть принят во внимание, поскольку не подтверждается относимыми и допустимыми доказательствами по делу.

В подтверждение "критичности" сделок, заключенных между ООО "Эртей Петрошем Рус" и АО "Аксенс", между АО "Аксенс" и иными лицами во исполнение договора поставки с ООО "Эртей Петрошем Рус" следует отметить, что ни в адрес ООО "Эртей Петрошем Рус", ни в адрес АО "Аксенс" контрагенты не обращались в суд с требованием о взыскании задолженности.

Суд первой инстанции при принятии обжалуемого акта неверно квалифицировал требования ООО "Эртей Петрошем Рус", изложенные во встречном исковом заявлении.

Заявленные требования ООО "Эртей Петрошем Рус" квалифицированы как расходы, предусмотренные пунктом 15.2.2 рамочного соглашения, и как убытки, подлежащие взысканию в порядке статей 15, 393, 717 ГК РФ.

Статья 717 ГК РФ является диспозитивной нормой, применение которой обусловлено, если заключенным между сторонами договором не предусмотрено иное.

Таким образом, законодатель оставил на усмотрение сторон определение видов расходов, которые подлежат возмещению в случае одностороннего отказа заказчика от исполнения обязательств по договору (в данном случае по заказу).

Возмещение покупателем поставщику убытков, связанных с односторонним отказом покупателя от исполнения заказа, условиями рамочного соглашения и заказа на товар не предусмотрено.

Поскольку рамочным соглашением предусмотрено право ПАО "Татнефть" на односторонний отказ исполнения заказа, такие действия ПАО "Татнефть" не могут считаться неправомерными, противоправными. Возражений относительно наличия у ПАО "Татнефть" такого права поставщик при заключении рамочного соглашения не высказывал.

С учетом вышеприведенных доводов, фактических обстоятельств дела следует, что отсутствует вина ПАО "Татнефть" в наступивших для поставщика последствиях, отсутствует причинно-следственная связь между наступившими последствиями и действиями ПАО "Татнефть".

Рассматривая заявленные ПАО "Татнефть" требования, суд первой инстанции пришел к ошибочному выводу о частичном удовлетворении первоначального иска, указав на неверный период начисления истцом процентов за пользование чужими денежными средствами, исходя из того, что ответчик был обязан вернуть сумму неотработанного аванса в срок, предусмотренный пунктом 15.2.3 рамочного соглашения, в течение 30 календарных дней после получения истцом счета-фактуры, акта сверки и документов, указанных в пунктах 15.2.2 и 15.2.3 рамочного соглашения, то есть после того, как будет известен размер отработанного аванса.

Поскольку в письме № 80-18003 от 22.03.2019 ответчик признал наличие неотработанного аванса в размере 184 307 876,58 руб. и обязался его вернуть в течение 30 дней с момента надлежащего требования, суд первой инстанции сделал вывод, что требование первоначального иска о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в соответствии со статьей 395 ГК РФ подлежит частичному удовлетворению в размере 33 100 379,76 руб. за период с 22.04.2019 (30 дней от письма №80-18003 от 22.03.2019) по 03.03.2020.

Между тем, в соответствии со статьей 453 ГК РФ заказ №1 на поставку товара по рамочному соглашению считается расторгнутым с момента получения поставщиком от покупателя уведомления об одностороннем отказе от его исполнения, то есть с 14.12.2018.

Право поставщика сохранить за собой авансовые платежи с момента одностороннего отказа покупателя от исполнения заказа на поставку товара прекратилось 14.12.2018, и на основании пункта 1 статьи 1102 ГК РФ у поставщика возникло обязательство по возврату уплаченного авансового платежа покупателю.

С учетом того, что обязательство по возврату необоснованно удерживаемого авансового платежа является обязательством без определенного срока исполнения, а также ввиду того, что исполнение заказа на поставку товара по рамочному соглашению прекращено 14.12.2018, ПАО "Татнефть" правомерно и обоснованно указало в уведомлении об одностороннем отказе от исполнения заказа срок, в течение которого уплаченный авансовый платеж должен быть возвращен покупателю.

Доводы истца подробно изложены в апелляционной жалобе и поддержаны его представителем в судебном заседании.

Ответчик в апелляционной жалобе просит изменить резолютивную часть решения, изложив ее в следующей редакции: первоначальные исковые требования удовлетворить частично. Взыскать с ООО "Эртей Петрошем Рус" в пользу ПАО "Татнефть" им. В.Д. Шашина 29 674 428,72 руб., из них 29 575 766,90 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами и 98 661,82 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины. В остальной части первоначального иска отказать.

Встречное исковое заявление удовлетворить частично. Взыскать с ПАО "Татнефть" им. В.Д. Шашина в пользу ООО "Эртей Петрошем Рус" 262 651 678,53 руб., из них
261 542 833,62 руб. убытков, что эквивалентно 2 854 672,75 евро по курсу ЦБ РФ на дату принятия решения, 925 622,03 руб. убытков и 183 222,88 руб. судебных расходов по оплате государственной пошлины. В остальной части встречного иска отказать.

Произвести зачет удовлетворенных исковых требований и в окончательном виде взыскать с ПАО "Татнефть" им. В.Д. Шашина в пользу ООО "Эртей Петрошем Рус"
232 977 249,81 руб.

В обоснование апелляционной жалобы ответчик указал, что при изготовлении текста решения суд допустил арифметическую ошибку, в связи с чем вынес определение, которым ее не исправил, при этом суд исходил из того, что исправление арифметической ошибки приведет к перерасчету всех взыскиваемых сумм и, следовательно, изменению решения, суд допущенную ошибку в порядке статьи 179 АПК РФ не исправил.

Поскольку суд первой инстанции арифметическую ошибку не исправил, принятое решение подлежит изменению.

В дополнении к апелляционной жалобе ответчик просил апелляционную жалобу ООО "Эртей Петрошем Рус" удовлетворить, решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.04.2021 по делу №А65-7434/2020 изменить, изложить резолютивную часть решения в следующей редакции:

Первоначальное исковое заявление удовлетворить частично. Взыскать с ООО "Эртей Петрошем Рус" в пользу ПАО "Татнефть" им. В.Д. Шашина всего 29 674 428,72 рублей, из них 29 575 766,90 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами и 98 661,82 рублей судебных расходов по оплате государственной пошлины. В остальной части первоначального иска отказать.

Встречное исковое заявление удовлетворить частично. Взыскать с ПАО "Татнефть" им. В.Д. Шашина в пользу ООО "Эртей Петрошем Рус" всего 262 651 678,53 рублей, из них 261 542 833,62 рублей убытков, что эквивалентно 2 854 672,75 евро по курсу ЦБ РФ на дату принятия решения, 925 622,03 рублей убытков и 183 222,88 рублей судебных расходов по оплате государственной пошлины. В остальной части встречного иска отказать.

Взыскать с ПАО "Татнефть" им. В.Д. Шашина расходы по уплате государственной пошлины.

Кроме того, в дополнении к апелляционной жалобе ответчик просил изменить обжалуемое решение в части в рамках апелляционного обжалования, а именно: указать в мотивировочной и в резолютивной части решения на взыскание в пользу ответчика рублевого эквивалента 2 854 672,75 евро (абз. 3 стр. 13 решения), вместо 2 216 978,78 евро, за счет прибавления 637 694 евро, которые были присуждены судом (абз. 5 стр. 11, абз. 5 стр. 12, абз. 3 стр. 13 решения), затем произвести соответствующий перерасчет всех сумм, взысканных судом, в соответствии с приведенным расчетом и в окончательном виде взыскать с истца в пользу ответчика 232 977 249,81 руб.

По мнению ответчика, при сложении сумм убытков, подлежащих взысканию с истца в пользу ответчика, суд допустил арифметическую ошибку, которая повлекла неверный расчет всех взысканных судом сумм.

На странице 13, абзац 3 решения судом была допущена арифметическая ошибка при сложении расходов "Эртей ФИО5."/ "ФИО6.", возмещенных ответчиком и подлежащих взысканию с истца в пользу ответчика, а именно, в рамках встречного иска суд счел обоснованными требования о взыскании: 2 166 892 евро (разработка технической документации) + 637 694 евро (закупочная деятельность и управление проектом) + 50 086,75 евро (банковские расходы) = 2 854 672,75 евро.

При этом абзац 3 на странице 13 решения сформулирован следующим образом:

"Таким образом, в рамках встречного иска являются обоснованными требования о взыскании ... возмещенных ответчиком расходов "Эртей ФИО5."/ "ФИО6." в размере 2 216 978,78 евро, из них по разработке технической документации и закупкам - 2 166 892 евро и 63 7 694 евро и банковские расходы в размере 50 086,75 евро."

Указанная сумма (2 216 978,78 евро) является суммой только двух из трех указанных судом слагаемых (2 166 892 евро + 50 086,75 евро), в то время как верной суммой всех трех слагаемых (2 166 892 евро + 637 694 евро + 50 086,75 евро) является 2 854 672,75 евро.

Таким образом, ответчик считает, что суд, указав ранее на обоснованность взыскания с истца расходов в размере 637 694 евро, не учел эту сумму при сложении выраженных в евро расходов, подлежащих взысканию с истца, и допустил указанную выше арифметическую ошибку.

Указание на взыскание рублевого эквивалента расходов в размере 2 216 978,78 евро повлекло дальнейший неверный расчет зачета встречных удовлетворенных требований в окончательном виде, о чем прямо говорит суд в своем определении от 19.04.2021, которым он инициировал рассмотрение вопроса об исправлении ошибок в порядке части 3 статьи 179 АПК РФ.

Следовательно, абзац 3 на странице 13 решения, по мнению ответчика, должен быть сформулирован следующим образом:

"Таким образом, в рамках встречного иска являются обоснованными требования о взыскании ... возмещенных ответчиком расходов "Эртей ФИО7. "/ "Аксенес С.А. " в размере 2 854 672,75 евро, из них по разработке технической документации и закупкам - 2 166 892 евро и 637 694 евро и банковские расходы в размере 50 086,75 евро."

С учетом удовлетворения требования ответчика о взыскании 925 622 руб. 03 коп. убытков и перерасчета удовлетворенных исковых требований, выраженных в евро, в российские рубли по курсу ЦБ РФ на дату принятия решения (09.04.2021), общая сумма убытков, подлежащих взысканию с истца в пользу ответчика, по расчету ответчика, составляет 262 468 455,65 руб. согласно формуле ниже: 925 622,03 руб. + (2 854 672,75 евро х 91,6192 руб./евро) = 262 468 455,65 руб.

В этой связи, как считает ответчик, подлежит пересчету сумма судебных расходов по оплате государственной пошлины, которая должна составлять 183 222,88 руб.

Следовательно, абзацы 5 и 6 на странице 13 решения должны быть, по мнению ответчика, изложены в следующей редакции:

"Исходя из изложенного, с истца в пользу ответчика подлежит взысканию 262 468 455,65 рублей убытков.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы ответчика по оплате государственной пошлины относится на стороны пропорционально удовлетворенным требованиям, где 183 222,88 рублей подлежит взысканию с истца в пользу ответчика."

В дополнении к апелляционной жалобе ответчик также указал, что в результате перерасчета выше убытки ответчика в рублевом выражении составляют 262 468 455,65 руб., в связи с чем начисление процентов по ст. 395 ГК РФ будет являться обоснованным только на сумму 490 256 567,15 руб.: 752 725 022,80 руб. (аванс) - 262 468 455,65 руб. (убытки) = 490 256 567,15 руб. (неотработанный аванс).

Следовательно, абзац 1 на странице 14 решения, по мнению ответчика, должен быть изложен в следующей редакции:

"В рамках рассматриваемого дела (встречного иска) судом установлено, что убытки ответчика от расторжения заказа составляют в рублевом выражении 262 468 455,65 рублей, в связи с чем начисление процентов по статье 395 ГК РФ будет являться обоснованным лишь на сумму 490 256 567,15 рублей."

Поскольку судом установлено, что период начисления процентов составляет с 22.04.2019 по 03.03.2020, то требование первоначального иска о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в соответствии со статьей 395 ГК РФ, по расчету ответчика, подлежит частичному удовлетворению в размере 29 575 766, 90 руб.

В этой связи, как считает ответчик, подлежит пересчету сумма судебных расходов по оплате государственной пошлины, которая должна составлять 98 661,82 рублей.

Следовательно, абзацы 8 и 9 на странице 14 решения, по мнению ответчика, должны быть изложены в следующей редакции:

"В связи с изложенным требование первоначального иска о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в соответствии со статьей 395 ГК РФ подлежит частичному удовлетворению в размере 29 575 766, 90 рублей за период с 22 апреля 2019г. (30 дней от письма №80-18003 от 22.03.2019г.) по 03 марта 2020г.

В соответствии со статьей ПО АПК РФ судебные расходы истца по государственной пошлине относится на стороны пропорционально удовлетворенным требованиям, где 98 661,82 рублей подлежит взысканию с ответчика в пользу истца."

Доводы ответчика подробно изложены в апелляционной жалобе, дополнениях к ней и поддержаны его представителями в судебном заседании.

Представители третьих лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явились. С учетом мнения представителей сторон и в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ дело рассмотрено в отсутствие представителей третьих лиц.

Проверив материалы дела, ознакомившись с отзывом ответчика, выслушав представителей сторон, оценив доводы апелляционных жалоб в совокупности с представленными доказательствами, суд апелляционной инстанции установил.

Как следует из материалов дела, 19.09.2017 между истцом (покупатель) и ответчиком (продавец) было заключено рамочное соглашение №0083/19/865 (далее – рамочное соглашение), по условиям которого стороны согласовали в нем общие условия заключения в последующем конкретных сделок (заказов).

Так, наименование, количество, ассортимент и стоимость товаров согласовываются сторонами путем подписания заказа на поставку товара и в этом случае поставщик (ответчик) обязуется изготовить и поставить покупателю (истцу) материалы и оборудование, оказать услуги по разработке и предоставлению технической документации, а покупатель (истец) обязуется этот товар, работы или услуги принять и оплатить (т. 1, л. 8-18, 86-92).

05.07.2018 между сторонами был заключен заказ №1 (далее – заказ), по условиям которого ответчик взял на себя обязательство поставить печь парового риформинга поз.3102Н0001 для объекта "тит.1014, секция 3102 Установка производства водорода комплекса нефтехимических и нефтеперерабатывающих заводов в г.Нижнекамск" (т. 1, л. 93-94).

Общая стоимость данного изделия и цена заказа была согласована в российских рублях и иностранной валюте (евро).

Так, стоимость части печи иностранного производства (вентиляторы, дымососы, горелки, трубы, трансферная линия, змеевики, газоходы, отливки, воздухонагреватели, изоляция, оборудование КИП и А) составляла 24 385 072,88 евро, а стоимость части печи российского производства (отводы, фитинги, металлоконструкции, в т.ч. площадки обслуживания, лестницы, дымоходы, воздуховоды, арматура, задвижки) – 601 514 752,70 руб.

Во исполнение своих договорных обязательств истец перечислил ответчику в качестве аванса всего 752 725 022,80 руб., из них 180 454 425,81 руб. платежным поручением №83392 от 28 августа 2018г. (рублевая часть договора) и 572 270 596,99 руб. платежным поручением №83393 от 28 августа 2018г. (7 315 521,85 евро по курсу 78,22690) (т. 1, л. 95).

Впоследствии, письмом исх.№21268 от 13.12.2018 истец уведомил ответчика об одностороннем отказе от исполнения заказа на поставку по рамочному соглашению, потребовал предоставления документов, подтверждающих понесенные ответчиком расходы и возврата перечисленного ему аванса (т. 1, л. 96).

Поскольку в досудебном порядке урегулировать спор относительно отработанного аванса или расходов не удалось, истец обратился в арбитражный суд с первоначальными исковыми требованиями о взыскании с ответчика 752 725 022,80 руб. авансового платежа и 59 953 824, 01 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами.

В ходе рассмотрения дела банк-гарант – акционерное общество "ФИО4 корпоративный и инвестиционный Банк" выплатил истцу 14.08.2020 банковскую гарантию на сумму 9 953 745 евро (т. 1, л. 225, 248, 249), в связи с чем истец отказался от исковых требований в части взыскания с ответчика 752 725 022,80 руб. авансового платежа, в порядке статьи 49, 150 и 151 АПК РФ отказ от иска в указанной части судом был принят, производство по делу в этой части прекращено.

Ответчиком было предъявлено встречное исковое заявление о взыскании с истца фактически понесенных расходов при исполнении договора в размере 19 518 213,94 руб., 2 889 670,75 евро, 33 550 долларов США и начисленных на эти денежные средства процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 104 257,13 руб., 2 796,51 евро и 169,09 долларов США за период и до момента фактической их оплаты.

Из материалов дела усматривается, что возникшие между истцом и ответчиком правоотношения, вытекающие из рамочного соглашения и рассматриваемого заказа, регулируются, как общими нормами гражданского законодательства, так и нормами для отдельных видов обязательств, содержащимися в параграфах 1, 3 и 4 главы 37 ГК РФ о подряде и строительном подряде, а также о подряде на выполнение проектных и изыскательских работ, поскольку предметом рамочного соглашения и рассматриваемого заказа являлось изготовления печи парового риформинга под конкретные технические условия заказчика (истца), для чего требовалось изготовление подрядчиком (ответчиком) соответствующей технической документации и на ее основе изготовление соответствующих частей печи.

Право истца, как заказчика по договору, на односторонний отказ от его исполнения предусмотрено пунктами 1 и 2 статьи 450.1, статьями 715, 717, 723 ГК РФ и условиями пунктов 15.2. и 15.3. рамочного соглашения.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 450.1 ГК РФ предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

Для договора подряда установлена специальная норма, предусматривающая немотивированный односторонний отказ заказчика от исполнения договора.

На основании статьи 717 ГК РФ, если иное не предусмотрено договором подряда, заказчик может в любое время до сдачи ему результата работы отказаться от исполнения договора, уплатив подрядчику часть установленной цены пропорционально части работы, выполненной до получения извещения об отказе заказчика от исполнения договора. Заказчик также обязан возместить подрядчику убытки, причиненные прекращением договора подряда, в пределах разницы между ценой, определенной за всю работу, и частью цены, выплаченной за выполненную работу.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 09.09.2008 № 5782/08, ни статья 310, ни пункт 3 статьи 450 ГК РФ не связывают право на односторонний отказ от исполнения договора с наличием каких-либо оснований для такого отказа, предусмотренных законом или соглашением сторон. Для одностороннего отказа от исполнения договора, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, достаточно самого факта указания в законе или соглашении сторон на возможность одностороннего отказа.

Таким образом, закон предоставляет заказчику возможность в одностороннем порядке в любое время отказаться от договора подряда полностью или частично. По смыслу данной нормы права причина отказа заказчика от договора не имеет значения.

При этом договор считается расторгнутым или измененным с момента получения уведомления об отказе от договора (исполнения договора), если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Материалами дела подтверждается и сторонами не оспаривается, что рассматриваемый заказ был заключен сторонами (вступил в силу) 05.07.2018 и должен был быть исполнен в срок до 05.03.2020 (20 месяцев с даты вступления заказа в силу).

Истец перечислил ответчику 28.08.2018 в качестве аванса всего 752 725 022,80 руб. (т. 1, л. 95), а 13.12.2018 направил в адрес ответчика уведомление об отказе от исполнения заказа на поставку товара к рамочному соглашению в одностороннем порядке в соответствии с пунктом 15.2.2 рамочного соглашения, сообщил о согласии принять к рассмотрению в срок до 30.12.2018 документально подтвержденные расходы и документацию, предусмотренную пунктом 15.2.3рамочного соглашения, а также потребовал возврата авансового платежа по заказу до 20.01.2019 (т. 1, л. 96).

Принимая во внимание, что уведомление об одностороннем отказе от исполнения заказа направлено истцом в адрес ответчика 13.12.2018 и получено ответчиком 14.12.2018, заказ на изготовление товара № 1 от 05.07.2018 к рамочному соглашению № 0083/19/865 от 19.09.2017 в соответствии с положениями статей 310, 450.1 и 717 ГК РФ и условиями пункта 15.3. рамочного соглашения следует считать расторгнутым с 14.12.2018.

Согласно абзацу второму пункта 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 35 от 06.06.2014 "О последствиях расторжения договора" (далее – Постановление № 35) односторонний отказ от исполнения договора влечет те же последствия, что и расторжение договора по соглашению его сторон или по решению суда.

Судам следует учитывать, что последствия расторжения договора, отличающиеся от тех, которые установлены в статье 453 ГК РФ, могут содержаться в положениях об отдельных видах договоров. Правила статьи 453 Кодекса в указанных случаях применяются в той мере, в какой они не противоречат положениям специальных норм.

Последствия расторжения договора, отличные от предусмотренных законом, могут быть установлены соглашением сторон с соблюдением общих ограничений свободы договора, определенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 "О свободе договора и ее пределах" (пункт 2 Постановления № 35).

В соответствии с пунктом 1 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой (пункт 4 статьи 421 ГК РФ).

Положения статьи 717 ГК РФ, дающие заказчику право по договору подряда на немотивированный односторонний отказ от исполнения договора и предусматривающие общие последствия такого отказа, не исключают возможность согласования сторонами договора иного режима определения последствий отказа от договора либо установления соглашением сторон порядка осуществления права на отказ от исполнения договора.

В рассматриваемом случае стороны, действуя своей волей и в своем интересе (пункт 2 статьи 1 ГК РФ), в пунктах 15.2.2 и 15.2.3 рамочного соглашения согласовали последствия немотивированного отказа покупателя (истца) от исполнения обязательств по рамочному соглашению либо по соответствующему заказу на товар и порядок осуществления такого права на отказ от исполнения договора.

Реализация сторонами подобным образом принципа свободы договора, закрепленного в статье 421 ГК РФ, не нарушает установленных законом диспозитивных норм.

Пунктом 15.2.2 рамочного соглашения предусмотрено, что покупатель (истец) вправе, путем направления письменного уведомления поставщику (ответчику), в одностороннем порядке отказаться от исполнения обязательств по рамочному соглашению, либо от исполнения обязательств по соответствующему заказу, невзирая на возможное отсутствие нарушения рамочного соглашения поставщиком (ответчиком).

В случае расторжения заказа на товар и/или рамочного соглашения покупателем при таких условиях поставщик представит покупателю документы, указанные в пункте 15.2.3 рамочного соглашения, а также счет и документы, подтверждающие понесенные поставщиком следующие расходы:

(а) стоимость товара, поставленного поставщиком и не оплаченного покупателем на дату одностороннего расторжения заказа на товар к рамочному соглашению;

(b) стоимость товара, в отношении которого поставщиком было направлено уведомление о его готовности к отгрузке, либо уже отгруженный поставщиком, но не переданный покупателю в месте его нахождения, согласованном в соответствующем заказе на товар;

(c) документально подтвержденные затраты, непосредственно связанные с расторжением поставщиком каких-либо договоров, которые он мог заключить в целях надлежащего исполнения своих обязательств по заказу на товар к рамочному соглашению;

(d) документально подтвержденные затраты, понесенные поставщиком на изготовление товара и не оплаченные покупателем на дату одностороннего расторжения заказа на товар к рамочному соглашению.

Покупатель обязан уплатить поставщику указанную в счете сумму за вычетом раннее уплаченной суммы предварительной оплаты за товар, в течение 30 (тридцати) календарных дней после получения счета-фактуры, акта сверки взаимных расчетов и документов, указанных в пунктах 15.2.2 и 15.2.3 рамочного соглашения.

В соответствии с пунктом 15.2.3 рамочного соглашения в течение 15 (пятнадцати) календарных дней после отказа от исполнения заказа на товар и/или рамочного соглашения по любым основаниям и любой стороной поставщик должен предоставить покупателю или третьему лицу, назначенному покупателем, все документы, относящиеся к товару, включая все сведения, книги, инструкции, чертежи, информацию и иную документацию, подготовленную для рамочного соглашения и в соответствии с ним, в том состоянии (в том числе в виде проектов), в котором они находятся на момент расторжения рамочного соглашения и/или заказа на товар.

Таким образом, условия рамочного соглашения не предусматривают обязанность истца (заказчика) в случае расторжения (отказа от исполнения) рамочного соглашения или соответствующего заказа по собственной инициативе, без вины подрядчика (ответчика), возместить ему убытки по правилам статей 15 и 393 ГК РФ, как ошибочно посчитал суд первой инстанции.

В данном случае стороны своим соглашением установили условие, отличное от предусмотренного в диспозитивной норме статьи 717 ГК РФ условия об обязанности заказчика возместить подрядчику убытки, причиненные прекращением договора подряда, в пределах разницы между ценой, определенной за всю работу, и частью цены, выплаченной за выполненную работу.

Поскольку из обстоятельств дела и представленных доказательств следует, что товар по спорному заказу не был готов или поставлен, ответчик, исходя из буквального толкования условий пунктов 15.2.2., 15.2.3. рамочного соглашения в порядке статьи 431 ГК РФ, имеет право на компенсацию только следующих расходов:

(c) документально подтвержденных затрат, непосредственно связанных с расторжением поставщиком каких-либо договоров, которые он мог заключить в целях надлежащего исполнения своих обязательств по заказу на товар к рамочному соглашению;

(d) документально подтвержденных затрат, понесенных поставщиком на изготовление товара и не оплаченных покупателем на дату одностороннего расторжения заказа на товар к рамочному соглашению.

Таким образом, в данном случае условиями рамочного соглашения стороны ограничили право ответчика на возмещение понесенных им расходов, связанных с исполнением заказа по рамочному соглашению, только вышеуказанными расходами, подтвержденными документально.

Более того, для реализации данного права ответчик должен был предоставить истцу все документы, указанные в пунктах 15.2.2. и 15.2.3. рамочного соглашения, в том числе документы, подтверждающие фактически понесенные затраты, в течение 15 (пятнадцати) календарных дней после отказа от исполнения заказа, то есть не позднее 29.12.2018.

Между тем, как следует из материалов дела, документы, указанные в пунктах 15.2.2 и 15.2.3 рамочного соглашения, в том числе документы, подтверждающие фактически понесенные затраты, в срок, установленный соглашением сторон, ответчик истцу не предоставил.

Встречный иск предъявлен ответчиком 30.09.2020 после того, как банк-гарант – акционерное общество "ФИО4 корпоративный и инвестиционный Банк" выплатил истцу 14.08.2020 банковскую гарантию на сумму 9 953 745 евро (т. 1, л. 225, 248, 249), в связи с чем истец 31.08.2020 отказался от исковых требований в части взыскания с ответчика 752 725 022,80 руб. авансового платежа.

В рамках встречного искового заявления ответчик фактически просит взыскать с истца убытки в виде понесенных расходов, связанных с исполнением заказа в размере
19 518 213,94 руб., 2 889 670,75 евро и 33 550 долларов США, в зависимости от того, кто понес эти расходы, поскольку для выполнения работ истец привлек в качестве субподрядчика "Эртей ФИО5." (HEURTEY PETROCHEM S.A.), правопреемником является " ФИО6." (AXENS S.A.), который, в свою очередь, привлек субсубпоставщиков "MANOIR" и "CIRIA".

В рамках требования о взыскании 19 518 213,94 руб. ответчик просит взыскать следующие расходы: работы, выполненные персоналом ответчика по разработке технической документации, организации закупок, управлению проектом на сумму 17 987 980,24 руб.; командировочные расходы ответчика в размере 1 102 343,24 руб.; банковские расходы ответчика в размере 318 266,97 руб.; почтовые расходы в размере 10 598,41 руб.; расходы на услуги переводчиков в размере 99 025,04 руб.

В обоснование расходов на сумму 17 987 980,24 руб. ответчик указывает, что для выполнения работ в рамках заказа была сформирована команда сотрудников ответчика, расчетным путем ответчик рассчитал стоимость нормо-часа работы своих сотрудников и времени, затраченного ими на выполнение работ по рассматриваемому заказу (т. 2, л. 6-11; т. 3, л. 124-131).

При этом, все привлеченные к выполнению работ по заказу лица являлись штатными работниками ответчика, которые, кроме работ по заказу, выполняли также работы и по иным объектам, т.е. выполнение работ в рамках заказа входило в их должностные обязанности и соответствовало их трудовым функциям.

Выплата этим работникам в связи с выполнением работ по заказу дополнительных стимулирующих и прочих выплат, сверх установленных трудовым договором, материалами дела не подтверждается и сам ответчик указанные обстоятельства отрицал.

Таким образом, указанные расходы являются обязательствами самого ответчика перед лицами, состоящими с ним в трудовых отношениях, и были бы понесены ответчиком в любом случае вне зависимости от наличия или отсутствия рассматриваемого заказа, в связи с чем данные расходы не могут быть отнесены к затратам, непосредственно связанным с расторжением поставщиком каких-либо договоров, которые он мог заключить в целях надлежащего исполнения своих обязательств по заказу на товар к рамочному соглашению, а также затратами, понесенными поставщиком на изготовление товара и не оплаченных покупателем на дату одностороннего расторжения заказа на товар к рамочному соглашению.

При таких обстоятельствах требование о взыскании расходов на сумму 17 987 980,24 руб. является необоснованным и удовлетворению не подлежит.

Ответчик просит взыскать командировочные расходы в размере 1 102 343,24 руб., понесенные ответчиком в связи с направлением своих сотрудников в служебные командировки в г.Москву, г.Нижнекамск, г.Париж (Франция) и г. Бузеу (Румыния) для решения задач, целью которых было выполнение работ по заказу.

В подтверждение командировочных расходов ответчик представил реестр оплат и платежные поручения об оплате (приобретении) авиабилетов, суточных расходов сотрудников (командировочные удостоверения, служебные задания, приказы о направлении в командировку, авансовые отчеты), услуг проживания в гостиницах и услуг такси (т. 4, л.146-208; т. 15, л. 60-158).

По встречному иску ответчик также просит взыскать понесенные банковские расходы в размере 318 266,97 руб. в виде банковских комиссий за покупку-продажу иностранной валюты, перевод денежных средств субподрядчику "Эртей ФИО5."/"ФИО6." (т. 4, л. 209-218), почтовые и курьерские расходы, понесенные в связи с направлением в адрес истца документов при исполнении договора (заказа) в размере
10 598,41 руб. (т. 4, л. 226-229; т. 14, л. 162; т. 15, л. 213-216).

Ответчик также просит возместить расходы на услуги перевода в размере 99 025,04 руб. В подтверждение этих расходов ответчик представил договоры на оказание услуг перевода, заявки на услуги перевода, акты приемки выполненных услуг, счета-фактуры и платежные поручения об оплате этих услуг (т. 4, л. 219-225; т. 15, л. 159-225).

Исследовав и оценив представленные ответчиком документы в порядке статьи 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что командировочные расходы в размере 1 102 343,24 руб., банковские расходы в размере 318 266,97 руб., почтовые и курьерские расходы в размере 10 598,41 руб., расходы на услуги перевода в размере 99 025,04 руб. не могут быть отнесены к затратам, подлежащим возмещению истцом ответчику, поскольку условиями пункта 15.2.2. рамочного соглашения предусмотрена обязанность истца возместить ответчику затраты, непосредственно связанные именно с расторжением поставщиком каких-либо договоров, которые он мог заключить в целях надлежащего исполнения своих обязательств по заказу на товар к рамочному соглашению, а также затрат, понесенных поставщиком на изготовление товара и не оплаченных покупателем на дату одностороннего расторжения заказа на товар к рамочному соглашению, но не расходы, связанные с заключением заказа с ПАО "Татнефть" и его исполнением.

Доказательств, подтверждающих наличие непосредственной причинно-следственной связи между указанными затратами ответчика и расторжением поставщиком каких-либо договоров, которые он мог заключить в целях надлежащего исполнения своих обязательств по заказу на товар к рамочному соглашению, а также затратами, понесенными поставщиком на изготовление товара и не оплаченными покупателем на дату одностороннего расторжения заказа на товар к рамочному соглашению, в нарушение статьи 65 АПК РФ ответчиком в материалы дела не представлены.

При таких обстоятельствах у суда первой инстанции отсутствовали основания для удовлетворения требований о взыскании с истца в пользу ответчика командировочных расходов в размере 1 102 343,24 руб., банковских расходов в размере 318 266,97 руб., почтовых и курьерских расходов в размере 10 598,41 руб., расходов на услуги перевода в размере 99 025,04 руб.

В обоснование встречного иска ответчик ссылается на то, что для выполнения заказа им в качестве субподрядчика был привлечен "Эртей ФИО5." (HEURTEY PETROCHEM S.A.)/ "ФИО6." (AXENS S.A.).

Так, 01.10.2018 между ответчиком (покупатель) и "Эртей ФИО5." (поставщик) был заключен договор поставки № UF18003, предметом которого являлась печь парового риформинга поз.3102Н0001, срок поставки которой был установлен до 31.01.2020 (т. 4, л.. 54-57).

Во исполнение своих договорных обязательств ответчик перечислил "Эртей ФИО5." аванс в размере 6 175 000 евро, что подтверждается соответствующими платежными документами (т. 4, л.. 50-53).

О состоявшемся расторжении заказа "Эртей ФИО5." был извещен ответчиком 14.12.2018 в связи с чем "Эртей ФИО5." с указанной даты прекратил выполнение своего объема работ по договору с ответчиком, о чем истец был извещен 11.01.2019 (т. 4, л. 59-60).

20.08.2020 между ответчиком и "Эртей ФИО5." было заключено дополнительное соглашение № 1 к договору поставки № UF18003 от 01.10.2018, в котором его стороны согласовали общую цену договора в размере 21 714 129 евро, из них разработка и выпуск первой и последующей редакций проектной документации – 2 521 096 евро, организация закупок материалов и оборудования – 1 792 588 евро, оборудование и материалы – 17 400 445 евро (т. 4, л.. 79-83).

Кроме того, 20.08.2020 между ответчиком и "ФИО6." был подписан акт сдачи-приемки выполненных работ по договору поставки № UF18003 от 01.10.2018, из которого следует, что "ФИО6." выполнил работы на общую сумму 2 804 586 евро, а ответчик эти работы принял (т. 4, л. 92-95).

По утверждению ответчика, в стоимость выполненных работ 2 804 586 евро входит стоимость разработки и выпуска первой и последующих редакций проектной документации, завершенной на 86% (передан 131 документ из предусмотренных 151), что в стоимостном выражении составляет 2 166 892 евро, и проведены работы по организации закупки материала и управление проектом, завершенные на 36%, что в стоимостном выражении составляет 637 694 евро.

Кроме того, "ФИО6." в связи с выполнением обязательств по договору поставки № UF18003 от 01.10.2018 понесены дополнительные расходы по договорам со своими субпоставщиками, из них по договору с "CIRIA" - 15 000 евро и по договору с "MANOIR" - 33 550 долларов США (30 189, 87 евро), а также понесенные "ФИО6." банковские расходы в размере 50 086, 75 евро и командировочные расходы а размере 19 998 евро.

Исходя из указанного, стороны констатировали, что общая стоимость выполненных "ФИО6." работ и расходов по договору поставки № UF18003 от 01.10.2018 (субдоговору) составляет 2 919 860,62 евро.

Также 20.08.2020 между ответчиком и "ФИО6." было заключено соглашение о расторжении договора поставки № UF18003 от 01.10.2018 в связи с расторжением заказа, заключенного между истцом и ответчиком (т. 4, л.. 89-91).

В этом соглашении его стороны констатировали, что приступили к исполнению договора поставки № UF18003 от 01.10.2018 (субдоговора), при этом ответчик перечислил "Эртей ФИО5." авансовый платеж в размере 6 175 000 евро, а "ФИО6." приступил к выполнению работ, указанных в заказе. В связи с односторонним отказом от исполнения заказа со стороны истца генеральный подрядчик (ответчик) уведомил субподрядчика ("ФИО6.") о том, что все операции, направленные на исполнение заказа должны быть прекращены, а договор поставки № UF18003 от 01.10.2018 также является расторгнутым с 14.12.2018 (субдоговор).

В соглашении о расторжении от 20.08.2020 его стороны также подтвердили факт наличия задолженности "ФИО6." перед ответчиком в размере перечисленного аванса 6 175 000 евро, задолженности ответчика перед "ФИО6." за выполненные работы в размере 2 919 860,62 евро и стороны произвели взаимозачет на указанную сумму, после чего "ФИО6." обязуется вернуть ответчику 3 255 139,38 евро (6 175 000 евро – 2 919 860,62 евро).

Таким образом, в связи с расторжением заказа, как полагает ответчик, он понес расходы на сумму 2 919 860,62 евро, которые должны быть компенсированы ему истцом.

Как следует из материалов дела, в рамках встречного искового заявления ответчик фактически просит взыскать с истца убытки в виде понесенных расходов, связанных с исполнением заказа в размере 2 889 670,75 евро и 33 550 долларов США (эквивалент 30 189,87 евро), из них 2 166 892 евро стоимость работ, выполненных "Эртей ФИО5."/"ФИО6.", 637 694 евро расходы "Эртей ФИО5."/"ФИО6." на организацию закупок и управление проектом, 50 086,75 евро банковские расходы "Эртей ФИО5."/"ФИО6." и 19 998 евро командировочные расходы "Эртей ФИО5."/"ФИО6.", а также расходы на субпоставщиков "Эртей ФИО5."/"ФИО6." - "CIRIA" в размере 15 000 евро и "MANOIR" в размере 33 550 долларов США (30 189, 87 евро).

Сделав вывод, что указанные выше расходы, за исключением командировочных расходов в размере 19 998 евро и расходов по субпоставщикам "CIRIA" в размере 15 000 евро и "MANOIR" в размере 33 550 долларов США, являются убытками, возникшими у ответчика в связи с расторжением по инициативе истца и в отсутствие нарушений со стороны ответчика заказа на поставку товара, поскольку указанную сумму денежных средств ответчик был вынужден компенсировать своему субподрядчику "Эртей ФИО5."/"ФИО6.", суд первой инстанции признал расходы на сумму 2 166 892 евро и 637 694 евро обоснованными и удовлетворил встречные исковые требования в указанной части.

При этом суд первой инстанции исходил из того, что в подтверждение выполнения "Эртей ФИО5."/"ФИО6." работ по разработке проектной документации на суму 2 166 892 евро и закупочной деятельности на сумму 637 694 евро ответчик представил акты передачи № 1 от 23.08.2018г., №2 от 24.09.2018г., №3 от 26.09.2018, №4 от 11.10.2018, №5 от 17.10.2018., №6 от 23.10.2018, №7 от 24.10.2018 №8 от 25.10.2018, №9 от 13.11.2018, №10 от 20.11.2018, №11 от 27.11.2018, №12 от 30.11.2018, №13 от
04.12.2018, №14 от 13.12.2018, №15 и №16 от 21.12.2018 и доказательства их направления вместе с технической документацией посредством электронной почты в адрес ответчика и третьего лица общества с ограниченной ответственностью Проектный химико-технологический институт "Полихимсервис", а также деловую переписку по поводу представленной документации между ними (т. 2, л. 13-27; т. 16, л. 116-148; т.17, л. 15-160).

Общество с ограниченной ответственностью Проектный химико-технологический институт "Полихимсервис" по смыслу рамочного соглашения и приложений к нему №1.2., 1.3 и заказа (пункт 5) является уполномоченным представителем заказчика (истца).

Доводы истца о том, что представленная документация не представляет для него потребительской ценности, поскольку изготовлена не в полном объеме и не согласована в установленном порядке, суд первой инстанции признал необоснованными, так как расторжение договора (отказ от исполнения) по основаниям статьи 717 ГК РФ предполагает возможность заказчика отказаться от договора по своей инициативе, без наличия каких-либо нарушений со стороны подрядчика и до сдачи ему результата работ. В уведомлении об отказе от исполнения заказа истец не указал на необходимость завершения проектных работ.

Между тем судом первой инстанции не учтено следующее.

В статье 758 ГК РФ предусмотрено, что по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ подрядчик (проектировщик, изыскатель) обязуется по заданию заказчика разработать техническую документацию и (или) выполнить изыскательские работы, а заказчик обязуется принять и оплатить их результат.

Согласно пункту 1 статьи 760 ГК РФ обязанностью подрядчика является передача заказчику готовой технической документации.

В силу пункта 1 статьи 711 ГК РФ если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

В соответствии со статьей 762 ГК РФ по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ заказчик обязан, если иное не предусмотрено договором, уплатить подрядчику установленную цену полностью после завершения всех работ или уплачивать ее частями после завершения отдельных этапов работ.

Таким образом, с учетом приведенных норм ответчик (подрядчик) должен документально подтвердить факт выполнения работ, предусмотренных заказом к рамочному соглашению, их объем и стоимость, поскольку основанием для возникновения обязательства истца (заказчика) по оплате фактически выполненных подрядчиком работ является сдача результата работ заказчику.

Кроме того, ответчик в силу требований статьи 65 АПК РФ должен представить документы, подтверждающие соблюдение им своевременного порядка сдачи-приемки работ заказчику в соответствии с условиями заказа к рамочному соглашению и требованиями статей 720, 753, 760 ГК РФ и факт необоснованного уклонения заказчика от приемки выполненных работ на спорную сумму.

В соответствии с условиями пункта 7.4 рамочного соглашения датой исполнения поставщиком обязательства по разработке и предоставлению технической документации считается дата размещения технической документации на портале покупателя и/или дата получения покупателем или уполномоченным представителем покупателя технической документации от поставщика посредством официальной переписки. При выявлении покупателем и/или уполномоченным представителем покупателя отклонений в технической документации от требований рамочного соглашения, обязательство поставщика по подготовке и предоставлению технической документации считается не исполненным.

Из буквального толкования условий пункта 1 приложения 1.3 к рамочному соглашению в порядке статьи 431 ГК РФ следует, что обязательства поставщика перед покупателем по подготовке технической документации считаются исполненными только в случае согласования данной технической документации обществом с ограниченной ответственностью Проектный химико-технологический институт "Полихимсервис" (далее – проектный институт).

В соответствии с условиями рамочного соглашения уполномоченным представителем покупателя по проверке разрабатываемой поставщиком технической документации, по выдаче замечаний к технической документации являлся проектный институт.

В пункте IV приложения 1.3 к рамочному соглашению стороны установили, что техническая документация считается согласованной при наличии согласования проектным институтом.

Сторонами определены следующие способы согласования разработанной поставщиком технической документации.

В случае предоставления технической документации официальными письмами, за дату рассмотрения или согласования технической документации принимается дата направления письма проектным институтом.

В случае предоставления технической документации посредством "модуля Исходные данные", за дату рассмотрения или согласования документации принимается наиболее поздняя дата согласования карточки со стороны проектного института.

Обществом с ограниченной ответственностью Проектный химико-технологический институт "Полихимсервис" (уполномоченный представитель ПАО "Татнефть" проектный институт) в материалы дела представлены письменные объяснения, из которых следует, что техническая документация, подготовленная ООО "Эртей Петрошем Рус" в окончательном виде согласована не была. Аналогичная позиция была изложена в письменных пояснениях ООО "СМУ №7".

Принимая во внимание, что в соответствии с пунктом 7.4 рамочного соглашения в разработанной поставщиком технической документации имелись отклонения, в связи с чем проектным институтом были выданы замечания, а также учитывая, что техническая документация проектным институтом окончательно согласована не была, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что обязанность поставщика по разработке и предоставлению технической документации в ПАО "Татнефть" не может быть признана исполненной, а соответствующие работы – подлежащими оплате, поскольку по смыслу приведенных условий рамочного соглашения, а также положений статей 702, 711, 720, 723, 753, 758, 760, 762 ГК РФ результатом работ по разработке технической документации является техническая документация, согласованная проектным институтом (т.е. техническая документация без отклонений и замечаний) и переданная истцу по акту приемки выполненных работ.

Доказательства передачи ответчиком такой технической документации истцу или его уполномоченному представителю, равно как и доказательства направления ответчиком в адрес истца актов приемки выполненных работ в материалы дела не представлены.

Статья 753 ГК РФ защищает интересы подрядчика, предусматривая возможность составления одностороннего акта в случае, если заказчик необоснованно отказался от надлежащего оформления документов, удостоверяющих приемку.

Вместе с тем, согласно разъяснениям Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенным в пункте 8 Информационного письма от 24.01.2000 № 51 "Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда", подрядчик не может ссылаться на отказ заказчика от исполнения договорного обязательства по приемке работ и требовать их оплаты на основании одностороннего акта сдачи результата работ, если фактически результат работы в установленном порядке заказчику не передавался.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что до обращения в арбитражный суд с иском обязанность по передаче истцу результатов работ с соблюдением требований, предусмотренных статьями 720, 753, 760 ГК РФ и условиями рамочного соглашения, ответчиком надлежащим образом не исполнена, и у истца отсутствовали правовые основания для приемки и оплаты спорных работ.

Кроме того, необходимо отметить, что предъявленные ответчиком в рамках встречного иска расходы на сумму 2 166 892 евро и 637 694 евро по существу представляют собой затраты, связанные с исполнением поставщиком (ответчиком) своих обязательств перед своими контрагентами, тогда как условиями пункта 15.2.2 рамочного соглашения предусмотрена обязанность истца возместить ответчику затраты, непосредственно связанные именно с расторжением поставщиком (ответчиком) каких-либо договоров, которые он мог заключить в целях надлежащего исполнения своих обязательств по заказу на товар к рамочному соглашению, а также затрат, понесенных поставщиком на изготовление товара и не оплаченных покупателем на дату одностороннего расторжения заказа на товар к рамочному соглашению.

При таких обстоятельствах у суда первой инстанции отсутствовали основания для удовлетворения встречных исковых требований о взыскании с истца в пользу ответчика расходов на сумму 2 166 892 евро и 637 694 евро.

Ответчик также просил о возмещении расходов, связанных с исполнением заказа, а именно: расходов на субпоставщиков "Эртей ФИО5."/"ФИО6." - "CIRIA" в размере 15 000 евро (на дизайн и изготовление футеровочных материалов) и "MANOIR" в размере 33 550 долларов США (30 189,87 евро) (на изготовление катализаторных труб), 50 086,75 евро банковских расходов "Эртей ФИО5."/"ФИО6.", связанных с получением банковской гарантии для ответчика в банке "ФИО4 корпоративный и инвестиционный Банк" (CREDIT AGRICOLE CORPORATE & INVESTMENT BANK) в интересах истца (т.4, л. 230-233; т. 15, л. 217-225), и 19 998 евро командировочных расходов "Эртей ФИО5."/"ФИО6.".

Однако указанные расходы не могут быть отнесены к затратам, указанным в пункте 15.2.2 рамочного соглашения, поскольку связаны с исполнением заказа, а не расторжением поставщиком каких-либо договоров, которые он мог заключить в целях надлежащего исполнения своих обязательств по заказу на товар к рамочному соглашению, и не с изготовлением товара.

При таких обстоятельствах у суда первой инстанции отсутствовали основания для удовлетворения встречных исковых требований о взыскании с истца в пользу ответчика указанных расходов.

Поскольку встречные исковые требования о взыскании расходов подлежат оставлению без удовлетворения, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 104 257,13 руб., 2 796,51 евро и 169,09 долларов США за период и до момента фактической их оплаты также являются необоснованными и не подлежат удовлетворению.

Удовлетворяя первоначальные исковые требования в части взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами в соответствии со статьей 395 ГК РФ в размере 33 100 379,76 руб. за период с 22.04.2019 (30 дней от письма №80-18003 от 22.03.2019) по 03.03.2020, суд первой инстанции не учел следующее.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1107 ГК РФ на сумму неосновательного обогащения подлежат начислению проценты, установленные пунктом 1 статьи 395 ГК РФ, с момента, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Таким образом, началом возникновения у приобретателя обязанности по уплате процентов является то, когда он узнал или должен был узнать о неосновательном сбережении денежных средств.

Условиями пункта 15.2.2. рамочного соглашения предусмотрена обязанность ответчика предоставить истцу все документы, указанные в пунктах 15.2.2. и 15.2.3. рамочного соглашения, в том числе документы, подтверждающие фактически понесенные затраты, в течение 15 (пятнадцати) календарных дней после отказа от исполнения заказа.

Поскольку истец отказался от исполнения заказа 14.12.2018, ответчик должен был узнать о неосновательности сбережения денежных средств не позднее 29.12.2018.

При наличии оснований для взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами, установив период просрочки исполнения денежного обязательства и проверив представленный истцом расчет процентов на соответствие требованиям статьи 395, 1107 ГК РФ, суд апелляционной инстанции, руководствуясь разъяснениями, изложенными в пунктах 37, 39, 40, 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательства", не выходя за пределы исковых требований, считает, что требования истца о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 59 953 824,01 руб., начисленных на сумму неосновательного обогащения в размере 752 725 022,80 руб. за период с 21.01.2019 по 03.03.2020, исходя из ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, являются законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Таким образом, выводы, изложенные в обжалуемом решении, не соответствуют обстоятельствам дела, решение принято с нарушением норм материального права, в связи с чем подлежит отмене на основании части 1 статьи 270 АПК РФ с принятием по делу нового судебного акта об удовлетворении первоначальных исковых требований и об отказе в удовлетворении встречных исковых требований.

Поскольку оснований для отмены или изменения обжалуемого решения по доводам апелляционной жалобы ответчика не имеется, апелляционная жалоба ответчика не подлежит удовлетворению.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по первоначальному и встречному искам, а также по апелляционным жалобам подлежат отнесению на ответчика.

Руководствуясь статьями 268 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 апреля 2021 года по делу № А65-7434/2020 отменить. Принять по делу новый судебный акт. Первоначальные исковые требования удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Эртей Петрошем Рус" в пользу публичного акционерного общества "Татнефть" имени В.Д. Шашина" 59 953 824 (пятьдесят девять миллионов девятьсот пятьдесят три тысячи восемьсот двадцать четыре) руб. 01 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, 200 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины по первоначальному иску, 3000 руб. расходов по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Встречные исковые требования оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Поволжского округа.

Председательствующий Е.Г. Демина

Судьи С.А. Кузнецов

В.А. Морозов