Гражданский кодекс часть 1

на решение Арбитражного суда Камчатского края от 03.07.2017 (судья Арзамазова Т.А.), постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 09.10.2017 (судьи Скрипка Н.А., Шалаганова Е.Н., Мокроусова Л.А.)

по делу № А24-1232/2017

по иску публичного акционерного общества «Азиатско-Тихоокеанский банк» (ОГРН <***>, ИНН <***>, место нахождения: 675000, <...>)

какционерному обществу «Южные электрические сети Камчатки» (ОГРН <***>, ИНН <***>, место нахождения: 683009, <...>)

третье лицо:общество с ограниченной ответственностью «ПО Камагро» (ОГРН<***>, ИНН <***>, место нахождения:683002, <...>)

о взыскании 28 666 343,46 руб.

Публичное акционерное общество «Азиатско-Тихоокеанский банк» (далее – Банк, истец) обратилось в Арбитражный суд Камчатского края с иском к акционерному обществу «Южные электрические сети Камчатки» (далее – АО «ЮЭСК», ответчик) о взыскании 28 666 343,46 руб. убытков, составляющих сумму необоснованно выплаченной ответчику неустойки по выданной банковской гарантии.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, определением суда от 05.06.2017 привлечено общество с ограниченной ответственностью «ПО Камагро» (далее – ООО «ПО Камагро», третье лицо).

Решением Арбитражный суд Камчатского края от 03.07.2017, оставленным в силе постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 09.10.2017, в удовлетворении исковых требований отказано.

В кассационной жалобе Банк просит решение от 03.07.2017 и постановление от 09.10.2017 отменить, взыскать с ответчика убытки в размере 28 666 343,46 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины. В обоснование требований жалобы заявитель указывает, что Банком гарантировано исполнение обязательств третьего лица непосредственно с даты выдачи банковской гарантии – с 30.06.2016, в то время как в расчет неустойки третьего лица перед ответчиком включена неустойка в размере 5 891 631,66 руб. за нарушение сроков поставок до указанной даты. По мнению подателя жалобы, в действиях ответчика усматриваются признаки злоупотребления правом, которые выражаются в использовании безусловной обязанности Банка выплатить денежную сумму по банковской гарантии. При этом Банк на момент выдачи банковской гарантии не был поставлен в известность о допущении ООО «ПО Камагро» нарушений сроков поставки товаров, учитывая, что письмом от 29.06.2016 №14/09-497, направленным в адрес Банка, ответчик отказался от претензий к ООО «ПО Камагро» по срокам и объемам поставок за период до 29.06.2016. Также отмечает перечисление ответчиком 24.11.2016 денежных средств в размере 55 837 000 руб. без принятия мер по удержанию неустойки за период, предшествующий 30.06.2016. Размер неустойки, выплаченной из средств банковской гарантии, считает несоразмерной последствиям неисполнения третьим лицом обязательств по договору поставки. Несмотря на то, что Банк не является прямым должником по договору поставки от 11.02.2016 №3Т, снижение размера неустойки, выплаченной гарантом, приведет к снижению размера возмещения, которое надлежит выплатить принципалом в пользу гаранта. Исходя из разъяснений пункта 79 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7, считает возможным обращение гаранта с заявлением о применении к выплаченной неустойке положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Ответчик в письменном отзыве на кассационную жалобу представил возражения на приведенные в ней доводы, отметив принятие Банком по выданной 30.06.2016 гарантии обязательств выплатить АО «ЮЭСК» как бенефициару любую сумму, не превышающую 61 436 000 руб.; каких-либо ограничений, позволяющих поставить выплату по банковской гарантии в зависимость от природы денежных обязательств, подлежащих выплате в связи с нарушением ООО «ПО Камагро» обязательств по контракту, банковская гарантия не содержит. Считает подтвержденной материалами дела добросовестность АО «ЮЭСК» при обращении к Банку с требованием выплатить за третье лицо неустойку по договору поставки: распространение банковской гарантии только на обязательства третьего лица, возникшие после 30.06.2016, из самой гарантии не следует; действие банковской гарантии от 30.06.2016 покрывает всю сумму договора поставки от 11.02.2016 №3Т; банковская гарантия от 30.06.2016 выдана взамен ранее действовавшей банковской гарантии от 12.02.2016; исполнение ответчиком перед третьим лицом обязательств по оплате поставленного топлива (в том числе 24.11.2016) прямо установлена договором, за неисполнение которой предусмотрена финансовая ответственность; адресованное Банку письмо от 29.06.2016 №14/09-497 не может подтверждать отказ покупателя от взыскания неустойки по контракту, в этом письме содержится согласие на сокращение суммы гарантии; письмо от 21.10.2016 №4397, адресованное ООО «ВТБ Факторинг», является неотносимым к настоящему делу доказательством. Также считает несостоятельным довод о необходимости применения статьи 333 ГК РФ, поскольку Банк не обладает правом инициировать снижение неустойки по договору, заключенному между ответчиком и третьим лицом, банковской гарантией такое право также не предусмотрено. Для сведения суда 19.01.2018 ответчик представил копию заочного решения Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 16.10.2017 по делу №2-8288/2017, которым с ФИО4 - поручителя ООО «ПО Камагро» по договорам банковской гарантии в пользу Банка взыскано 107 784 908, 02 руб. (эта сумма включает спорную неустойку).

В заседании суда Арбитражного суда Дальневосточного округа представитель Банка настаивал на отмене обжалуемых судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам. Представители ответчика высказались согласно представленному отзыву в поддержку обжалуемых судебных актов, которые просили оставить в силе; обратили внимание на обеспечение обязательств принципала перед Банком по выданной последним гарантии залогом имущества принципала и поручительством третьего лица.

Проверив законность решения от 03.07.2017 и постановления от 09.10.2017, с учетом доводов кассационной жалобы, отзыва на нее и выступлений участников процесса, Арбитражный суд Дальневосточного округа приходит к следующему.

Как установлено судебными инстанциями по материалам дела, 11.02.2016 между ООО «ПО Камагро» как поставщиком и АО «ЮЭСК» как покупателем заключен договор №3Т на поставку топлива судового маловязкого, качество которого, сроки поставок, вид нефтепродуктов и их цена установлены спецификацией на поставку нефтепродуктов (приложение № 1), являющейся неотъемлемой частью договора, согласно которой общая стоимость подлежащего поставке топлива составила 81 137 288,14 руб.

За непоставку, недопоставку, просрочку поставки пунктом 6.3 договора предусмотрена обязанность поставщика уплатить пеню в размере 0,2 % за каждый день от суммы непоставки, недопоставки, просрочки поставки до фактического исполнения обязательства поставщиком.

В разделе 2 договора стороны предусмотрели необходимость обеспечения исполнения обязательств поставщика путем предоставления банковской гарантии на сумму 20 % от общей стоимости договора.

Во исполнение указанного требования 12.02.2016 между Банком как гарантом и ООО «ПО Камагро» как принципалом заключен договор №2000/0000859, по условиям которого Банк выдает принципалу банковскую гарантию на сумму, не превышающую 106 380 000 руб. В этой связи 12.02.2016 Банком выдана банковская гарантия № 2000/0000859/1.

Затем на основании договора от 12.12.2016 № 2000/0000859 Банком принципалу 30.06.2016 выдана новая банковская гарантия № 2000/0000859/2 на сумму 61 436 000 руб., согласно которой в случае признания требования бенефициара об исполнении гарантии обоснованным, гарант в течение пяти рабочих дней с даты его получения гарантом исполняет обязательство по гарантии в соответствии с требованием бенефициара.

В связи с нарушением поставщиком сроков поставок, а также ввиду недопоставки топлива, АО «ЮЭСК» 07.12.2016 направило в адрес Банка требование о выплате 28 666 343,46 руб. неустойки.

Платежным поручением от 20.12.2016 № 230741 Банк перечислил на счет АО «ЮЭСК» 28 666 343,46 руб. в счет оплаты неустойки.

Сославшись на положения статьи 375.1 ГК РФ, а также на представление АО «ЮЭСК» недостоверных сведений для получения гарантии от Банка, последний письмом от 16.02.2017 обратился к АО «ЮЭСК» с претензией о возмещении 28 666 343,46 руб. в качестве убытков.

Письмом от 01.03.2017 АО «ЮЭСК» возразило на претензию Банка, что послужило основанием для обращения Банка в арбитражный суд с настоящим требованием.

Согласно статье 368 ГК РФ (здесь и далее в редакции, действовавшей в период выдачи гарантии) по независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства. Требование об определенной денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом.

В соответствии со статьей 374 ГК РФ требование бенефициара об уплате денежной суммы по независимой гарантии должно быть представлено в письменной форме гаранту с приложением указанных в гарантии документов. В требовании или в приложении к нему бенефициар должен указать обстоятельства, наступление которых влечет выплату по независимой гарантии. Требование бенефициара должно быть представлено гаранту до окончания срока действия банковской гарантии.

Гарант должен рассмотреть требование бенефициара и приложенные к нему документы в течение пяти дней со дня, следующего за днем получения требования со всеми приложенными к нему документами, и, если требование признано им надлежащим, произвести платеж (пункт 2 статьи 375 ГК РФ).

В пункте 1 статьи 376 ГК РФ предусмотрено, что гарант отказывает бенефициару в удовлетворении его требования, если это требование или приложенные к нему документы не соответствуют условиям независимой гарантии либо представлены гаранту по окончании срока действия независимой гарантии.

Таким образом, обязательство гаранта состоит в уплате денежной суммы по представлению письменного требования бенефициара о платеже и других документов, указанных в гарантии, которые по внешним признакам соответствуют ее условиям. Гарант не вправе заявлять против осуществления платежа по гарантии возражения по обстоятельствам, связанным с исполнением основного обязательства.

Суды первой и апелляционной инстанций проанализировали условия банковской гарантии, приняли во внимание содержание требования бенефициара и установили, что обстоятельства, являющиеся основанием для исполнения гарантом обязательств по гарантии, наступили; оснований для отказа гаранта от исполнения своих обязательств по банковской гарантии не имелось, поскольку требование к гаранту об уплате суммы по банковской гарантии нарочно передано Банку 07.12.2016, в пределах срока действия банковской гарантии; в требовании указано, какие именно обязательства по договору нарушил принципал; бенефициар представил все документы, предусмотренные в гарантии (в том числе расчет неустойки).

Статей 375.1 ГК РФ предусмотрена ответственность бенефициара, который обязан возместить гаранту или принципалу убытки, причиненные вследствие того, что представленные им документы являлись недостоверными либо предъявленное требование оказалось необоснованным.

Под убытками в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 ГК РФ понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, требующее их возмещения, должно доказать факт нарушения права, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между нарушением права и возникшими убытками. Между противоправным поведением одного лица и убытками, возникшими у другого лица, чье право нарушено, должна существовать прямая (непосредственная) причинная связь. Недоказанность одной из указанных составляющих свидетельствует об отсутствии состава гражданско-правовой ответственности.

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Исследовав и оценив материалы дела в их совокупности и взаимной связи с учетом положений статьи 71 АПК РФ, суды пришли к верному выводу о недоказанности истцом совокупности условий, при которых с ответчика подлежат взысканию убытки.

Судебными инстанциями правомерно отклонен судом довод истца о том, что Банком гарантировано исполнение обязательств третьего лица непосредственно с даты выдачи банковской гарантии – 30.06.2016, в то время как в расчет неустойки третьего лица перед ответчиком включена неустойка в размере 5 891 631,66 руб. за нарушение сроков поставок до указанной даты.

Как следует из пункта 1 статьи 370 ГК РФ предусмотренное независимой гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, от отношений между принципалом и гарантом, а также от каких-либо других обязательств, даже если в независимой гарантии содержатся ссылки на них.

Независимость гарантии обеспечивается наличием специальных (и при этом исчерпывающих) оснований для отказа гаранта в удовлетворении требования бенефициара, которые никак не связаны с основным обязательством (пункт 1 статьи 376 ГК РФ).

Сам институт независимой гарантии направлен на обеспечение бенефициару возможности получить исполнение максимально быстро, не опасаясь возражений принципала-должника, в тех случаях, когда кредитор (бенефициар) полагает, что срок исполнения обязательства либо иные обстоятельства, на случай наступления которых выдано обеспечение, возникли.

Поскольку из буквального содержания банковской гарантии, выданной 30.06.2016, следует обеспечение ею всех обязательств третьего лица по заключенному с ответчиком договору поставки №3Т, но в пределах 61 436 000 руб., с учетом отсутствия в ней каких-либо ограничений для выплаты суммы гарантии (отсутствует указание на принятие Банком обязательства отвечать за поставщика только в отношении обязательств, возникших после 30.06.2016), судебные инстанции правомерно заключили, что данным документом Банк обязался предоставить банковскую гарантию по договору поставки на период с 12.02.2016 (дня следующего за днем заключения договора) по 10.12.2016 (срок окончания гарантии), при этом выдача 30.06.2016 новой банковской гарантии обусловлена исключительно уменьшением предельной суммы обязательств гаранта и не свидетельствует об ограничении срока обеспечения исполнения обязательств.

Довод Банка о несоразмерности перечисленной бенефициару неустойки последствиям неисполнения принципалом обязательств по договору поставки, также на законных основаниях отклонен судами.

Содержание § 6 главы 23 ГК РФ о независимой гарантии свидетельствует об отсутствии у гаранта прав выдвигать против осуществления платежа по гарантиям возражения, правом на которые обладает исключительно принципал (по обстоятельствам, связанным с исполнением основного обязательства), что свидетельствует о невозможности Банка инициировать снижение неустойки, начисленной за ненадлежащее исполнение принципалом обязательств перед бенефициаром по правилам статьи 333 ГК РФ.

Ссылка кассационной жалобы на возможность применения положений статьи 333 ГК РФ, несмотря на то, что Банк не является прямым должником по договору поставки от 11.02.2016 №3Т, поскольку снижение размера неустойки, выплаченной гарантом, приведет к снижению размера возмещения, которое надлежит выплатить принципалом в пользу гаранта, отклоняется судом округа как противоречащая статье 379 ГК РФ, которая предусматривает только обязанность возмещения принципалом гаранту уплаченную последним по банковской гарантии денежную сумму, без права гаранта действовать в отношениях с бенефициаром в интересах принципала. Кроме того правила пункта 1 статьи 370 ГК РФ о независимости банковской гарантии не исключают требований принципала к бенефициару о возмещении убытков, вызванных недобросовестным поведением последнего при получении суммы по банковской гарантии.

В абзаце 1 пункта 79 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», на которую ссылается Банк в кассационной жалобе, речь идет о возможности должника по договору ставить вопрос о применении положений статьи 333 ГК РФ к неустойке, списанной со счета или зачтенной в счет суммы основного долга и/или процентов, однако в рассматриваемом случае Банк не является стороной (должником) по договору поставки от 11.02.2016 №3Т.

Приведённый в качестве основания для взыскания убытков довод о наличии в действиях ответчика признаков злоупотребления правом, которые выражаются в использовании безусловной обязанности Банка выплатить денежную сумму по банковской гарантии, также являлся предметом рассмотрения судов и правомерно отклонен.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Ссылаясь на правовую позицию Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенную в пункте 4 Информационного письма №27 от 15.01.1998, апелляционный суд верно указал, что в качестве исключения из общего принципа независимости банковской гарантии на основании статьи 10 ГК РФ не подлежат удовлетворению заявленные умышленно во вред гаранту и принципалу требования недобросовестного бенефициара, уже получившего надлежащее исполнение по основному обязательству.

Между тем при отсутствии в материалах дела доказательств оплаты принципалом неустойки до перечисления ее Банком бенефициару и последующего намеренного направления бенефициаром требования от 07.12.2016 Банку с целью получения неосновательного обогащения, указанное положение к рассматриваемой ситуации неприменимо.

Аргумент заявителя о недобросовестности действий ответчика в связи с тем, что письмом от 29.06.2016 №14/09-497, направленным в адрес Банка, ответчик отказался от претензий к ООО «ПО Камагро» по срокам и объемам поставок за период до 29.06.2016, не опровергает законности оспариваемых судебных актов, поскольку в указанном письме ответчик только дал свое согласие на снижение сумм иных банковских гарантий, датированных 16.05.2016, при этом приведенное в письме сообщение АО «ЮЭСК» об отсутствии у него претензий к поставщику не является выражением отказа от начисления неустойки за ненадлежащее исполнение третьим лицом обязательств по договору поставки от 11.02.2016 №3Т. В банковской гарантии от 30.06.2016 оговорок в связи с рассматриваемым письмом нет, в том числе отсутствуют ссылки на ограничение объема гарантированного периодом возникновения обязательств по договору №3Т.

Перечисление ответчиком 24.11.2016 на счет ООО «ПО Камагро» денежных средств в размере 55 837 000 руб. без принятия мер по удержанию неустойки за период, предшествующий 30.06.2016, также не свидетельствует о его недобросовестности, учитывая отсутствие в пункте 5.2 договора №3Т условий о возможности перечисления покупателем поставщику оплаты за поставленный товар за вычетом неустойки за ранее истекший период, а также установленные договором порядок расчетов и ответственность покупателя за просрочку оплаты.

При установленном, принимая также во внимание пункт 1 статьи 379 ГК РФ о праве гаранта получить возмещение выплаченных им по гарантии сумм с принципала (исполнение обязательств которым обеспечено), суды обоснованно заключили, что Банк не доказал как неправмерность действий ответчика, так и возникновение на своей стороне убытков вследствие исполнения обязательств из банковской гарантии, в результате чего на законных основаниях отклонили заявленные истцом требования.

Приведенные в кассационной жалобе доводы в целом свидетельствуют о несогласии с данной судами оценкой доказательств и установленными, с учетом этой оценки, фактическими обстоятельствами дела. Однако статьи 286 - 288 АПК РФ, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

При изложенных обстоятельствах, обжалуемые судебные акты отмене, а кассационные жалобы удовлетворению, не подлежат.

Руководствуясь статьями 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Камчатского края от 03.07.2017, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 09.10.2017 по делу № А24-1232/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья Е.Н. Головнина

Судьи Я.В. Кондратьева

Е.О. Никитин