Гражданский кодекс часть 1

ИП ФИО1 (далее – истец, правообладатель) обратился в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ООО «Феникс» (далее - ответчик) о взыскании компенсации в размере 1.000.000 рублей.

Иск основан на ст.ст. 12, 14, 1229, 1260, 1272, 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивирован тем, что ответчик незаконно использует товарный знак, правообладателем которого является истец.

Истец представителей в судебное заседание не направил, в материалы дела поступили письменные пояснения.

Представитель ответчика против удовлетворения требований возражал.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, оценив в совокупности представленные доказательства, суд посчитал требования заявителя подлежащими удовлетворению в части по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, истец является правообладателем товарного знака «Luxstahl» по свидетельству № 623224 в отношении товаров 11 класса МКТУ.

Истцу стало известно, что обозначение, сходное до степени смешение с товарным знаком истца, использовалось Ответчиком для маркировки товаров и услуг в сети Интернет, что подтверждается протоколом осмотра доказательств.

Ответчик использует в рекламе своих дистилляционных товаров защищенный товарный знак Истца.

Между Истцом и Ответчиком отсутствует лицензионный договор. Истец не давал разрешение на использование ответчику товарного знака какими-либо способами.

Истец считает справедливой компенсацию в общей сумме в размере 1.000.000 руб., рассчитанную на основании пп. 1 п. 4 ст. 1515 ГК РФ.

На основании изложенного истец обратился в суд.

В соответствии с ч. 1 ст. 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (ст. 1233), Гражданским кодексом Российской Федерации не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность.

Согласно ст. 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Факт незаконного использования обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком истца, подтверждается представленными в дело доказательствами.

Доводы ответчика, изложенные в отзыве, не исключают факт нарушения прав истца-владельца товарного знака.

Согласно информации из открытых источников, основными деталями дистилляционного устройства являются испаритель, представляющий собой обогреваемый контейнер (куб) для перегоняемой жидкости, дефлегматор, для частичной конденсации пара, выходящего из испарителя, охлаждаемый конденсатор (холодильник), сборник дистиллята и соединяющий их паропровод.

Так называемый «куб для перегоняемой жидкости» и есть «перегонный куб».

Кроме того, согласно протоколу осмотра доказательств от 23.06.2023 г. (листы №№ 6, 12, 13, 22, 24) засвидетельствовано то, что предлагаемый Ответчиком к продаже перегонный куб «Luxstahl» (как это указано самим Ответчиком), предназначен для самогонных аппаратов, для приготовления дистиллятов.

Ответчик в своей рекламе ни разу не использовал обозначение перегонного куба, как «кастрюля», которая может использоваться помимо дистилляции в иных бытовых целях. Название «кастрюля» в лексиконе Ответчика появилось тогда, когда он стал

«изворачиваться» в судебном процессе по делу № Л40-68457/2023, пытаясь избежать ответственности за нарушение исключительного права.

Следовательно, утверждение Ответчика о том, что «перегонный куб», зафиксированный протоколом осмотра доказательств от 23.06.2023 г. на сайте Ответчика, является «кастрюлей» несостоятелен. Действия Ответчика были направлены исключительно на смешение товарного знака Истца с предлагаемой к продаже продукцией Ответчика.

Довод Ответчика о том, что протокол осмотра доказательств от 23.06.2023 года не может быть признан надлежашим доказательством также не состоятелен.

Осмотр доказательств в виде интернет-сайтов был произведен ФИО2, временно исполняющей обязанности нотариуса ФИО3 Кировского нотариального округа Кировской области, в соответствии со статьями 102 и 103 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате.

Согласно ст. 103 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате обеспечение доказательств без извещения одной из сторон и заинтересованных лиц производится лишь в случаях, не терпящих отлагательства, или когда нельзя определить, кто впоследствии будет участвовать в деле.

Протоколом осмотра доказательств также зафиксировано следующее: «Осмотр интернет-сайтов производился в отсутствии заинтересованных лиц как в случаях, не терпящих отлагательства, так как данный интернет-сайт может быть подвергнут уничтожению или изменению в любое время. Осмотр интернет-сайтов производился в присутствии заявителя директора ООО ТПК «Ханхи» ФИО4 В настоящее время нельзя определить, кто в последствии будет участвовать в указанном выше деле».

Таким образом, протоколом осмотра доказательств Стороны дела не были определены, что не противоречит ст. 103 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате.

Копия протокола осмотра доказательств от 23.06.2023 года первоначально была приобщена к материалам дела № А40-68457/2023 (Арбитражный суд г. Москвы) по ходатайству Истца (ООО ТПК «Ханхи»). Ответчиком по данному делу выступал сегодняшний Ответчик - ООО «Феникс», третьим лицом - ИП ФИО1 (сегодняшний Истец).

Решением Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-6845 7/2023 в удовлетворении требований ООО ТПК «Ханхи» было отказано, так как данное лицо не являлось обладателем исключительного права на товарный знак. В итоге ООО «Феникс» избежал ответственности за незаконное использование товарного знака «Luxstahl».

В настоящее время иск к Ответчику (ООО «Феникс) предъявлен Истцом (ИП ФИО1), являющимся обладателем исключительного права. В обеспечение доказательств Истцом представлен протокол осмотра доказательств от 23.06.2023 года, который является надлежащим доказательством, имеющим непосредственное отношение к настоящему делу.

Исходя из смысла ст. 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации, для установления факта незаконного использования товарного знака необходимо установить наличие сходства до степени смешения используемого ответчиками обозначения с зарегистрированным товарным знаком заявителя и установить однородность товаров, в отношении которых применяется соответствующее обозначение третьего лица и товарный знак заявителя.

Однородность признается по факту, если товары или услуги по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения.

Таким образом, требования истца к ответчикам являются обоснованными.

Требуя взыскание компенсации в заявленном размере, истец указывал, что данный размер является обоснованным, разумным и соразмерным последствиям

нарушения.

Согласно ч. 1 ст. 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации, интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Исходя из конструкции данной нормы, можно отметить, что существенным условием для определения размера компенсации за нарушения интеллектуальных прав является установление последствий таких прав.

Истец, воспользовавшись правом, установленным ч. 4 ст. 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, правомерно требует компенсацию.

Между тем, судом установлены основания для снижения суммы компенсации.

Согласно положениям пункта 3 статьи 1252 Кодекса, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

При снижении размера компенсации суд принял во внимание добровольное прекращение ответчиком использования результатов интеллектуальной собственности истца, а также учел стоимость реализуемых товаров, которая существенно ниже размера заявленной компенсации.

Предоставленная суду возможность снизить размер компенсации в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательства является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом, то есть по существу, на реализацию требований части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Степень соразмерности заявленной истцом компенсации последствиям нарушения исключительного права является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из обстоятельств конкретного дела. Целью компенсации является возмещение заявителю действительных неблагоприятных последствий нарушения, восстановления имущественного положения пострадавшей

стороны, а не наказания ответчика.

Таким образом, исходя из вышеуказанных обстоятельств, доводов ответчика в отношении оснований для снижения компенсации, суд полагает, что разумным и соразмерным будет снизить компенсацию до общей суммы 100.000 рублей.

Согласно требованиям ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Государственная пошлина распределяется в соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Учитывая изложенное и на основании ст.ст. 12, 14, 1229, 1263, 1270, 1273, 1274, 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также руководствуясь ст.ст. 4, 65, 67, 68, 71, 76, 110, 123, 156, 167-171, 176-177, 180 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Феникс» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу Индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>) компенсацию за незаконное использование товарного знака «Luxstahl» в размере 100.000 (сто тысяч) руб. и расходы по уплате государственной пошлины в размере 23.000 (двадцать три тысячи) руб.

В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Девятый Арбитражный апелляционный суд в течении одного месяца со даты его принятия.

Судья: А.С.Чадов