Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Алтайского края в составе судьи Федотовой О.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем Ляпустиной С.А., с использованием средств аудиозаписи, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

ФИО1, г. Барнаул,

к обществу с ограниченной ответственностью «АЛОЕ» (ОГРН <***>, ИНН <***>), г. Барнаул,

о признании недействительным решения общего собрания участников от 18.05.2015, оформленного протоколом № 2/2015, по второму вопросу повестки дня в части подпунктов 1,2,3 о внесении изменений в устав общества,

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО2 в лице законного представителя ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7,

при участии в судебном заседании:

от истца – представитель ФИО8 по доверенности от 14.12.2016, паспорт,

от ответчика – представитель ФИО9 по доверенности от 12.12.2016, паспорт,

от третьих лиц – ФИО5, паспорт; ФИО7, паспорт, от других третьих лиц – не явились, извещены надлежащим образом,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Арбитражный суд Алтайского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «АЛОЕ» о признании недействительным решения общего собрания участников от 18.05.2015, оформленного протоколом № 2/2015, в части подпунктов 1, 2, 3 вопроса № 2 повестки дня о внесении изменений в устав общества.

Истец неоднократно уточнял основания своих требований в порядке ст. 49 АПК РФ. В окончательной редакции искового заявления истец со ссылками ст. 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации просил признать оспариваемое решение недействительным, как принятое с нарушением порядка созыва, подготовки и проведения общего собрания, повлиявшее на волеизъявление участков общества, допущено существенное нарушение правил составления протокола. Также истец указал, что оспариваемое решение в силу ст. 181.5 ГК РФ является ничтожным, так как принято при отсутствии необходимого кворума.

Как указал истец, с момента открытия наследства его умершей супруги, ФИО10, в силу закона он стал участником общества «АЛОЕ» с учетом того, что участники общества своим правом на отказ в переходе прав участника к наследникам не воспользовались; отказа от наследства наследников ФИО10 не поступало, не было составлено завещания или передачи доли ФИО10 в доверительное управление; о предстоящем 18.05.2015 собрании общества ФИО1 не был надлежаще извещен, участия в собрании не принимал, принятое решение затрагивает его права как участника общества.

Истец полагает, что решения по вопросам, рассмотренным на оспариваемом решении общего собрания, в соответствии с Уставом общества должны быть приняты всеми участниками общества единогласно.

На собрании общества 18.05.2015 принимали участие только 4 участника общества, владеющие в совокупности 80% долей уставного капитала общества. Ни наследники ФИО10, ни лицо, которому доля ФИО11 была бы передана в доверительное управление, не принимали участие в голосовании по вопросам, требующим единогласного голосования.

Таким образом, необходимого кворума для принятия решения общего собрания не имелось.

О принятом решении истец узнал только 05.09.2016 после получения копии протокола общего собрания в налоговом органе.

Истец со ссылками на ст. 10 ГК РФ указал на злоупотребление правом со стороны ответчика в связи с непринятием мер по обращению к исполнителю завещания или нотариусу с заявлением по управлению наследуемой долей, общество не уведомляло о созыве собрания, о наличии обстоятельств, препятствующих продолжению деятельности общества.

В качестве обстоятельств, свидетельствующими о нарушении его прав, истец указал на ограничение его прав как участника общества на выход из общества, оспариваемым решением установлен запрет на выход из общества путем подачи заявления о выходе из общества с последующей выплатой действительной стоимости доли, введены положения, устанавливающие преимущественное право покупки доли или части доли в уставном капитале участниками общества или обществом по заранее определенной уставом цене, а не по рыночной цене.

Также истец указал, что каждый участник общества вправе в силу закона участвовать в управлении делами общества путем принятий решений по наиболее важным вопросам деятельности общества на общем собрании.

Не направление участнику общества уведомления о предстоящем собрании является существенным нарушением для хозяйственного общества.

В период между датой открытия наследства и датой выдачи свидетельства о праве собственности на наследство (переходный период) временно возникает неопределенность состава участников общества. Однако такая неопределенность не должна создавать препятствия для реализации субъективных прав участника общества в тех случаях, когда такая реализация возможна только при условии осуществления обществом соответствующих обязанностей. Исполнение обязанностей общества в переходный период по обеспечению права участия наследников в управлении делами общества возможно при условии принятия мер по управлению наследством в порядке, предусмотренном Гражданским кодексом РФ.

Истец полагает, что в соответствии ст. 1026, 1134, 1171, 1173 ГК РФ ответчик вправе был обратиться к нотариусу с заявлением о принятии мер по управлению долей в уставном капитале общества, право на которую перешло в порядке наследования, что позволило бы обеспечить соблюдение прав истца на участие в управлении делами общества, в том числе путем участия в собрании общества.

Таким образом, в целях проведения общего собрания общества по вопросам, требующим кворума 100% голосов для принятия решений по ним, обществу необходимо было уведомить нотариуса с целью принятия мер к их охране и управлению долей в уставном капитале в форме заключения договора доверительного управления.

Такого договора доверительного управления имуществом заключено не было. Общество не уведомило наследников ФИО10, нотариуса, ведущего наследственное дело после смерти ФИО10, о предстоящем собрании, не приняло мер по участию в собрании лица, уполномоченного осуществлять управление долей ФИО10, до оформления прав наследниками умершей, что, по мнению истца, является существенным нарушением процедуры созыва собрания.

Отражение в протоколе голосования о единогласном принятии решения, при том, что фактически за него голосовали участники, владеющие только 80 % голосов, является существенным искажением результатов голосования, нарушением правил составления протокола.

В связи с нарушением требований п.4 ст. 21 и п. 1 ст. 26 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", предусматривающих принятие решений по вопросам внесения изменений в Устав общества, устанавливающих преимущественное право покупки доли или части доли в уставном капитале по заранее определенной цене, и в части определения права участника общества на выход из общества, о необходимости принятия решений при наличии согласия 100% голосов участников общества, истец в силу ст. 181.5 ГК РФ считает указанное решение ничтожным в связи с отсутствием необходимого кворума.

Ответчик исковые требования не признал, заявил о пропуске истцом срока исковой давности.

В подтверждение своей позиции о пропуске срока исковой давности ответчик указал, что Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью» установлен двух месячный срок на оспаривание решений общий собраний участников общества. Обществом предпринимались меры по своевременному уведомлению истца о принятом решении, в соответствии с актом от 13.07.2015 ему пытались передать спорный протокол общего собрания, от получения документов он отказался. О том, что истцу было известно о принятом решении также свидетельствует его обращение в налоговый орган с заявлением от 29.08.2016, в котором он просил предоставить протокол от 18.05.2015 и копию новой редакции устава. Т.е. истец был осведомлен о принятом решении общего собрания на момент обращения в налоговой орган, а 05.09.2016 получил копии документов с целью соблюдения срока давности на его оспаривание.

Кроме этого, информация обо всех изменениях в учредительные документы общества является общедоступной, и размещена на сайте ФНС России. Изменения в Устав общества, внесенные на основании спорного протокола, были зарегистрированы в Едином государственном реестре юридических лиц 28.05.2015, размещенная в нем информация является общедоступной и открытой.

Истец имел возможность с ней ознакомиться и своевременно оспорить решение общего собрания в суд.

Пропуск срока исковой давности, о применении которого заявлено ответчиком, является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Также ответчик указал, что на момент проведения спорного общего собрания участников общества истец в силу действующей на тот период времени редакции Устава общества (п. 4.22) и ст. 93 ГК и ст. 21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» не приобрел статус участника общества только по факту наследования имущества, принадлежащего ФИО10. Ответчик считает необоснованным довод истца о переходе к нему прав участника общества непосредственно после открытия наследства, в соответствии с п. 4 ст. 1152 ГК РФ такой порядок возможен, если уставом общества прямо не предусмотрено право участников общества давать согласие на переход доли в уставном капитале такого общества к наследникам.

В Уставе ООО «АЛОЕ» 2009 года, действующем на день открытия наследства ФИО10, предусмотрено, что наследник может быть принят в состав участников только с согласия всех остальных участников общества.

По мнению ответчика, у ФИО1 отсутствует право на обжалование решения общего собрания ООО «АЛОЕ», оформленного протоколом №2/2015 от 18.05.2015, поскольку на момент его проведения ФИО1 участником общества не являлся.

Ответчик считает необоснованной ссылку истца на ст. 1171 ГК РФ, в силу которой ответчик обязан принять меры по управлению долей общества умершего участника. По мнению ответчика, такая обязанность возлагается на наследников, в силу названной нормы общество не указано в качестве обязанного лица.

Истец не обращался к нотариусу с заявлением о принятии мер по управлению наследуемой долей в уставном капитале ООО «АЛОЕ», соответственно, общество вправе было проводить общие собрания участников и принимать на них решения.

Ответчик считает необоснованным довод ответчика об отсутствии кворума на оспариваемом собрании. По мнению ответчика, истец не приобрел статуса участника общества, следовательно, кворум на собрании имелся, на собрании присутствовали все действующие участники общества. По этой причине ответчик считает необоснованными доводы истца о ничтожности оспариваемого собрания. Ответчик считает решение общего собрания от 18.05.2015 оспоримым решением, срок на оспаривание которого истец и у истца отсутствует такое право.

Со ссылками на ст.181.4 ГК РФ ответчик указал, что решение общего собрания не может быть признано недействительным в силу того, что 03.11.2016 в ООО «АЛОЕ» проведено общее собрание участников общества, на котором присутствовал истец и на котором рассмотрены те же вопросы, которые были рассмотрены на собрании 18.05.2015 и по ним большинством голосов приняты аналогичные решения.

Также ответчик считает необоснованными доводы истца о нарушении его права на отчуждение доли по цене, указанной в Уставе общества. Установленная в п. 4.15 Устава цена покупки доли в размере 50 000 руб. за 1% доли соответствует рыночной стоимости и определена с учетом разницы между чистыми активами и уставным капиталом общества в связи с чем права истца не нарушаются.

В дополнительных письменных пояснениях истец указал, что ответчиком при изготовлении спорного протокола общего собрания не соблюдена последовательность нумерации, что свидетельствует о том, что наличие такого протокола и принятых на нем решений скрывалось от истца. Также истец считает, что ответчиком не предоставлено достаточных доказательств о проведенном собрании, по мнению истца, акт об отказе истца от подписи в получении спорного протокола не может являться таким доказательством, так как об этом обстоятельстве не отражено в протоколе общего собрания от 13.07.2015. Также истец указал, что по его просьбе директором общества в 2016 году ему были выданы копии всех протоколов, среди которых протокола оспариваемого решения не было предоставлено. Сомневаться в полноте предоставленной информации у истца не было, поскольку ему были переданы протоколы, содержащий последовательную нумерацию, в том числе и протокол №2 от 05.03.2015, на котором решался вопрос о вступления в наследство наследников ФИО10

Истец, сравнив выданные ему копии протоколов с данными Единого реестра государственной регистрации юридических лиц обнаружил, что ему была предоставлена не полная информация, и только после этого обратился в налоговый орган за получением копии спорного протокола.

На основании изложенного, истец утверждает, что ему на момент обращения в налоговый орган не было известно о принятии спорного решения общего собрания. Из сведений ЕГРЮЛ ему было известно, что 18.05.2015 приняты какие-то решения о внесении изменений в Устав общества, но какие именно изменения, ему не было известно. Отсутствие достоверной информации о принятом 18.05.2015 решении не позволило ФИО1 своевременно его оспорить в суде.

Истец считает необоснованными доводы ответчика о том, что ФИО1 не являлся участником общества на момент проведения собрания 18.05.2015. Со ссылкой на судебную практику истец указал, что доля умершего участника общества не учитывается при определении кворума для принятия решений по вопросам повестки дня общего собрания, а решения, принятые на общем собрании остальными участниками, не признаются недействительными, если кто-либо из участников на момент проведения общего собрания выразил несогласие на переход доли к наследнику или возникла временная неопределенность состава участников. Истец указал, что обществу на момент проведения собрания было известно о имеющихся наследниках, готовились к их вступлению в состав участников.

Участники ООО "АЛОЕ", привлеченные к участию в дело в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4, ФИО6 подготовили письменные пояснения.

В частности, ФИО4 указала, что протокол общего собрания от 18.05.2015 №2 она лично вручила ФИО1 после собрания, проведенного 13.07.2015, на предложение расписаться в передаче документов ФИО1 ответил отказом, о чем был составлен акт.

ФИО3, указала, что её дочь ФИО2 является наследником имущества умершей ФИО10

ФИО3 пояснила, что протокол общего собрания от 18.05.2015 №2 ей вместе с ФИО1 передали после проведения общего собрания 13.07.2015 одновременно с новой редакций Устава общества.

ФИО6 предоставил в суд письменные пояснения, в которых указал, что вопрос об изменениях, внесенных в Устав общества в 2015 года, он неоднократно обсуждал с ФИО1

Присутствующие в судебном заседании ФИО7 и ФИО5 дали аналогичные пояснения.

Рассмотрев заявленные требования суд не находит оснований для их удовлетворения в силу следующего.

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью "АЛОЕ" было создано несколькими физическими лицами и зарегистрировано Администрацией Октябрьского района г. Барнаула 13.09.1995, запись о регистрации общества в Едином государственном реестре юридических лиц внесена 14.02.2007. Уставный капитал общества определен в размере 10 000 руб.

На момент создания общества участниками общества являлись ФИО5, ФИО6, ФИО4, ФИО7, ФИО10, каждому участнику принадлежало по 20% в уставном капитале общества.

07 декабря 2014 года ФИО10 умерла.

Наследниками принадлежащей ФИО10 доли в уставном капитале общества стали её супруг ФИО1 1/2 её доли и внучка ФИО2 1/2 её доли. Таким образом, ФИО1 и ФИО2 перешло в собственность по 10% доли в уставном капитале ООО "АЛОЕ".

Свидетельство о праве на наследство по закону ФИО1 выдано 21.06.2015, сведения о ФИО1 в качестве участника общества в ЕГРЮЛ внесены 21.07.2015.

18 мая 2015 года участниками общества с ограниченной ответственностью "АЛОЕ" в составе ФИО5, ФИО6, ФИО4, ФИО7 проведено общее собрание участников, на котором вторым вопросом повестки дня принято решение о внесении изменений в пункты 4.15, 7.1 Устава общества, пункты 4.16, 4.17, 4.18, 4.26, 4.27, 4.28, 4.29,4.30, 4.31 исключены из Устава.

Так, согласно протоколу общего собрания от 18.05.2015 по второму вопросу повестки дня подпунктами 1, 2, 3 принято следующее решение:

«1.Изменить пункт 4.15. (Устава) и читать его в следующей редакции:

«Участник Общества не вправе выйти из общества путем подачи заявления о выходе из общества. Участник Общества вправе выйти из общества путем продажи ли отчуждения иным образом своей доли или части доли в уставном капитале общества одному или нескольким участникам Общества. Участники общества пользуются преимущественным правом покупки доли или части доли участника общества по заранее определенной уставом Общества цене пропорционально размерам своих долей. Цена покупки доли или части доли в уставном капитале устанавливается в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей за 1 % продаваемой доли в уставном капитале (в твердой денежной сумме). Если участники Общества не использовали свое преимущественное право покупки доли или части доли, принадлежащих участнику общества по заранее определенной уставом цене, то Общество имеет преимущественное право покупки доли или части доли, принадлежащих участнику Общества по цене 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей за 1 % продаваемой доли в уставном капитале (заранее определенная цена в твердой денежной сумме).

1. Исключить пункты 4.16, 4.17, 4.18, 4.26, 4.27, 4.28, 4.29, 4.30, 4.31

2. Изменить пункт 7.1. и читать его в следующей редакции :

Участники общества вправе:

- Участвовать в управлении делами Общества, в том числе путем участия в Общих собраниях участников лично либо через своего представителя.

- Получать информацию о деятельности Общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией.

- Принимать участие в распределении прибыли.

- Получать в случае ликвидации Общества часть имущества, оставшегося после расчетов с кредиторами, или его стоимость.

- Обжаловать в соответствующие органы Общества действия должностных лиц Общества.

- Вносить предложения по повестке дня, отнесенные к компетенции Общего собрания участников.

- Обжаловать решения исполнительного органа Общества, влекущие гражданско-правовые последствия, в случаях и в порядке, которые предусмотрены законом.

-Требовать, действуя от имени Общества, возмещения причиненных обществу убытков.

- Оспаривать, действуя от имени Общества, совершенные им сделки по основаниям, предусмотренным действующим законодательством и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок Общества».

Таким образом, данными изменениями в Устав общества введены новые положения о праве участника общества на выход из общества, установлен запрет участнику общества на выход из общества путем подачи заявления о выходе из общества с последующей выплатой действительной стоимости доли, введены положения, устанавливающие преимущественное право покупки доли или части доли в уставном капитале участниками общества или обществом по заранее определенной уставом цене.

ФИО1 о предстоящем собрании не был извещен, участия в собрании не принимал. Полагая, что принятым решением о внесении изменений в Устав общества и об исключении отдельных пунктов из Устава общества нарушены его права как участника общества, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Алтайского края с настоящим иском.

Рассмотрев доводы истца о том, что он с момента открытия наследства стал участником общества «АЛОЕ», о предстоящем собрании не был надлежаще извещен, участия в собрании не принимал, принятое решение затрагивает его права как участника общества суд установил следующее.

В силу ст. 181.3 ГК РФ решение собрания недействительно по основаниям, установленным настоящим Кодексом или иными законами, в силу признания его таковым судом (оспоримое решение) или независимо от такого признания (ничтожное решение).

Недействительное решение собрания оспоримо, если из закона не следует, что решение ничтожно.

Свои требования о признании недействительным решения общего собрания от 18.05.2015 истец обосновал со ссылкой на подпункт 1 пункт 1 ст. 181.4 Гражданского кодекса РФ как оспоримого решения как собрания при проведении которого допущено существенное нарушение порядка созыва, подготовки и проведения собрания, влияющее на волеизъявление участников собрания.

Впоследствии истец также просил к спорным правоотношениям применить подпункт 4 пункта 1 ст. 181.4 ГК РФ и просил признать недействительным собрание при проведении которого допущены существенное нарушение правил составления протокола, в том числе правила о письменной форме протокола.

Также истец со ссылками на п.2 ст.181.5 ГК РФ указал на ничтожность оспариваемого решения, как принятого при отсутствии необходимо кворума.

В соответствии со ст. 181.4 ГК РФ решение собрания может быть признано судом недействительным при нарушении требований закона, в том числе в случае, если допущено существенное нарушение порядка созыва, подготовки и проведения собрания, влияющее на волеизъявление участников собрания; допущено существенное нарушение правил составления протокола, в том числе правила о письменной форме протокола (пункт 3 статьи 181.2).

Решение собрания вправе оспорить в суде участник соответствующего гражданско-правового сообщества, не принимавший участия в собрании или голосовавший против принятия оспариваемого решения.

В силу п. 6 ст. 181.4 ГК РФ лицо, оспаривающее решение собрания, должно уведомить в письменной форме заблаговременно участников соответствующего гражданско-правового сообщества о намерении обратиться с таким иском в суд и предоставить им иную информацию, имеющую отношение к делу.

О своем намерении обратиться в Арбитражный суд Алтайского края с иском об оспаривании решения общего собрания ООО "АЛОЕ" от 18.05.2015 ФИО1 уведомил участников общества, которые правом присоединиться к такому иску не воспользовались.

Судом все участники общества привлечены к участию в дело в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора.

В соответствии со ст. 93 ГК РФ переход доли или части доли участника общества в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью к другому лицу допускается на основании сделки или в порядке правопреемства либо на ином законном основании с учетом особенностей, предусмотренных настоящим Кодексом и законом об обществах с ограниченной ответственностью.

Продажа либо отчуждение иным образом доли или части доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью третьим лицам допускается с соблюдением требований, предусмотренных законом об обществах с ограниченной ответственностью, если это не запрещено уставом общества.

Доли в уставном капитале общества переходят к наследникам граждан и к правопреемникам юридических лиц, являвшихся участниками общества, если иное не предусмотрено уставом общества с ограниченной ответственностью. Уставом общества может быть предусмотрено, что переход доли в уставном капитале общества к наследникам граждан и правопреемникам юридических лиц, являвшихся участниками общества, передача доли, принадлежавшей ликвидированному юридическому лицу, его учредителям (участникам), имеющим вещные права на его имущество или обязательственные права в отношении этого юридического лица, допускаются только с согласия остальных участников общества. Отказ в согласии на переход доли влечет за собой обязанность общества выплатить указанным лицам ее действительную стоимость или выдать им в натуре имущество, соответствующее такой стоимости, в порядке и на условиях, которые предусмотрены законом об обществах с ограниченной ответственностью и уставом общества.

Аналогичные правила перехода доли в уставном капитале общества предусмотрены ст. 21 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", в редакции, действующей на день принятия оспариваемого решения.

Пунктом 8 ст. 21 Закона предусмотрено, что доли в уставном капитале общества переходят к наследникам граждан и к правопреемникам юридических лиц, являвшихся участниками общества, если иное не предусмотрено уставом общества с ограниченной ответственностью. Уставом общества может быть предусмотрено, что переход доли в уставном капитале общества к наследникам и правопреемникам юридических лиц, являвшихся участниками общества, передача доли, принадлежавшей ликвидированному юридическому лицу, его учредителям (участникам), имеющим вещные права на его имущество или обязательственные права в отношении этого юридического лица, допускаются только с согласия остальных участников общества. Уставом общества может быть предусмотрен различный порядок получения согласия участников общества на переход доли или части доли в уставном капитале общества к третьим лицам в зависимости от оснований такого перехода.

Пунктами 4.21 и 4.22 Устава ООО "АЛОЕ" в редакции 2009 года, действующей на момент принятия оспариваемого решения, предусматривалось, что доли в уставном капитале общества переходят к наследникам граждан и к правопреемникам юридических лиц, являющихся участниками общества. Наследник может с согласия всех участников общества быть принят в состав общества.

Таким образом, истец, являясь наследником доли умершего участника общества "АЛОЕ" мог стать участником общества только после получения согласия остальных участников общества. Такого согласия участников общества на момент проведения собрания не было получено.

В соответствии со ст. 43 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" решение общего собрания участников общества, принятое с нарушением требований настоящего Федерального закона, иных правовых актов Российской Федерации, устава общества и нарушающее права и законные интересы участника общества, может быть признано судом недействительным по заявлению участника общества, не принимавшего участия в голосовании или голосовавшего против оспариваемого решения.

Учитывая, что ФИО1 на момент проведения общего собрания 18.05.2015 участником ООО "АЛОЕ" не являлся, он не имеет права на оспаривание принятых на этом собрании решений.

В соответствии с п. 2 ст. 43 названного Закона суд вправе с учетом всех обстоятельств дела оставить в силе обжалуемое решение, если голосование участника общества, подавшего заявление, не могло повлиять на результаты голосования, допущенные нарушения не являются существенными и решение не повлекло причинение убытков данному участнику общества.

Как предусмотрено ст. 37 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" общее собрание участников общества проводится в порядке, установленном настоящим Федеральным законом, уставом общества и его внутренними документами. В части, не урегулированной настоящим Федеральным законом, уставом общества и внутренними документами общества, порядок проведения общего собрания участников общества устанавливается решением общего собрания участников общества.

Пунктом 8 названной статьи предусмотрено, что решения по вопросам, указанным в подпункте 2 пункта 2 статьи 33 настоящего Федерального закона об изменении устава общества, в том числе об изменении размера уставного капитала общества; а также по иным вопросам, определенным уставом общества, принимаются большинством не менее двух третей голосов от общего числа голосов участников общества, если необходимость большего числа голосов для принятия такого решения не предусмотрена настоящим Федеральным законом или уставом общества.

Решения по вопросам, указанным в подпункте 11 пункта 2 статьи 33 настоящего Федерального закона по вопросам о реорганизации или ликвидации общества, принимаются всеми участниками общества единогласно.

Остальные решения принимаются большинством голосов от общего числа голосов участников общества, если необходимость большего числа голосов для принятия таких решений не предусмотрена настоящим Федеральным законом или уставом общества.

Решения, принятые на оспариваемом собрании, не отнесены к вопросам о реорганизации или ликвидации общества, требующих единогласного решения всех участников.

В соответствии с пунктами 8.13, 8.20 Устава общества "АЛОЕ" решения по вопросу о внесении изменений в Устав общества принимаются единогласно, но при этом условия о принятии решения всеми участниками общества устав не содержит. Из этого следует, что вопрос о внесении изменений в Устав общества может быть приняты при единогласном решении присутствующих на собрании участников общества.

Таким образом, необходимый кворум по вопросу внесения изменений в Устав общества был соблюден. Все присутствующие на собрании участники общества проголосовали единогласно за принятие решения о внесении изменений в Устав общества.

ФИО1 после вступления в наследство и перехода к нему права собственности на долю в уставном капитале общества обладал только 10% доли в уставном капитале общества, размер которой не мог повлиять на результаты голосования.

Доводы истца о том, что принятые на собрании 18.05.2015 решения могли быть приняты только при наличии согласия 100 % голосов всех участников общества судом отклоняются за необоснованностью.

Как указано выше, на момент проведения оспариваемого собрания принадлежащая ФИО10 доля в уставном капитале ещё не перешла к наследникам, оставшиеся участники в проведении собрания принимали участие и решения на собрании приняты при наличии 100 % голосов участников, присутствующих и имеющих право принимать в проведении собрания участников общества.

По вышеуказанным основаниям принятое 18.05.2015 решение общего собрания не является ничтожным, как это предусмотрено ст. 181.5 ГК РФ, поскольку на нем не рассматривались вопросы, требующие 100% единогласного решения всех участников общества.

Истец, обращаясь в Арбитражный суд с иском указал, что с момента открытия наследства - принадлежащей ФИО10 доли в уставном капитале ООО "АЛОЕ", к нему как к наследнику перешли права участника общества; общество не исполнило обязанности, возложенной на него законом, в части обращения к нотариусу с заявлением о принятии мер по управлению долей в уставном капитале общества, право на которую перешло в порядке наследования. Истец указал, что для рассмотрения вопроса, требующего 100 голосов, обществу было необходимо уведомить нотариуса для заключения договора доверительного управления долей умершего участника.

Рассмотрев указанный довод истца, суд не находит оснований для удовлетворения иска по указанному основанию.

В соответствии с п. 8 ст. 21 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" и п. 4.22 Устава ООО "АЛОЕ" до принятия наследником умершего участника общества наследства управление его долей в уставном капитале общества осуществляется в порядке, предусмотренном Гражданским кодексом Российской Федерации.

Согласно ст. 1152 ГК РФ для приобретения наследства наследник должен его принять.

Принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

Если в составе наследства имеется имущество, требующее не только охраны, но и управления (предприятие, доля в уставном (складочном) капитале хозяйственного товарищества или общества, ценные бумаги, исключительные права и тому подобное), нотариус в соответствии со статьей 1026 настоящего Кодекса в качестве учредителя доверительного управления заключает договор доверительного управления этим имуществом.

В случае, когда наследование осуществляется по завещанию, в котором назначен исполнитель завещания, права учредителя доверительного управления принадлежат исполнителю завещания.

При рассмотрении настоящего дела стороны данных, подтверждающих, что наследование осуществлялось с назначением исполнителя завещания, не предоставили.

Со ссылками на указанные нормы Гражданского кодекса РФ истец полагает, что обязанность обратиться к нотариусу с целью заключения договора доверительного управления законом возложена на общество.

Общество со ссылками на ст. 1171, 1134,1152 ГК РФ, устав общества и судебную практику возражало против доводов истца.

Суд с возражениями ответчика соглашается в силу следующего.

В силу пункта 4 статьи 1152 Кодекса принятое наследство признается принадлежащим наследнику в полном объеме со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия. Исходя из названной нормы, со дня открытия наследства наследник становится участником общества с ограниченной ответственностью, то есть к нему переходят все права, удостоверяемые долей в уставном капитале такого общества, включая право на участие в управлении делами общества с ограниченной ответственностью. Данное последствие не наступает (за исключением права требовать выплаты действительной стоимости доли), если оставшиеся участники воспользовались прямо закрепленным в уставе общества с ограниченной ответственностью правом отказа в переходе прав участника к наследникам.

В период между датой открытия наследства и датой выдачи свидетельства о праве собственности на наследство временно возникает неопределенность состава участников общества с ограниченной ответственностью.

Положения действующего законодательства не препятствуют субъектам данных правоотношений принять меры по устранению такой неопределенности в целях реализации прав, удостоверенных наследуемой долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, обеспечения баланса интересов наследников выбывшего участника и продолжения деятельности самого общества.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1171 Кодекса нотариус принимает меры по охране наследства и управлению им по заявлению одного или нескольких наследников, исполнителя завещания, органа местного самоуправления, органа опеки и попечительства или других лиц, действующих в интересах сохранения наследственного имущества. В случае, когда назначен исполнитель завещания (статья 1134 Кодекса), нотариус принимает меры по охране наследства и управлению им по согласованию с исполнителем завещания.

Согласно статье 1173 Кодекса, если в составе наследства имеется имущество, требующее управления (доля в уставном капитале хозяйственного общества), нотариус или исполнитель завещания в соответствии со статьей 1026 Кодекса в качестве учредителя доверительного управления заключает договор доверительного управления этим имуществом.

Как следует из правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 27.03.2012 N 12653/11 данные нормы Кодекса предоставляют этим лицам право в разумный срок с момента открытия наследства обратиться к нотариусу с заявлением о принятии мер по управлению наследуемой долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью. Общество, в свою очередь, не должно принимать никаких действий, затрагивающих права и законные интересы наследников, до истечения такого срока.

Если наследники или иные лица, указанные в пункте 2 статьи 1171 Кодекса, не обратятся к исполнителю завещания или нотариусу в разумный срок, а также если исполнителем завещания или нотариусом не приняты соответствующие меры по управлению наследуемой долей, и общество с ограниченной ответственностью не получило соответствующего уведомления, оно вправе совершить необходимые действия без участия такого доверительного управляющего, если продолжению деятельности общества не препятствуют иные обстоятельства.

В силу ст. 1171 ГК РФ общество не поименовано в качестве лиц, имеющих право обратиться с заявлением к нотариусу для принятия мер по охране наследства, в том числе для заключения договора доверительного управления.

Как следует из материалов дела, истец со дня открытия наследства - 14.12.2014 и до момента проведения оспариваемого собрания - 18.05.2015, не обращался к нотариусу с заявлением о принятии мер по управлению наследуемой долей в уставном капитале ООО "АЛОЕ".

Учитывая изложенное, в отсутствие заключенного договора доверительного управления наследуемым имуществом - долей ФИО10 в уставном капитале ООО "АЛОЕ", суд приходит к выводу, что общество было праве проводить собрание, в том числе с повесткой дня о внесении изменений в Устав общества.

Поскольку материалами настоящего дела подтверждается, что наследники ФИО10 меры по заключению договора доверительного управления наследуемой долей в уставном капитале общества "АЛОЕ" в разумный срок не приняли, суд не находит оснований для признания решения общего собрания ООО "АЛОЕ" от 18.05.2015 недействительным в связи с его принятием в отсутствие кворума.

Кроме этого, как указано выше, вопросы, рассмотренные на собрании 18.05.2015 не относятся к вопросам, требующим 100% согласия всех участников общества. Рассмотренные на собрании вопросы о внесении изменений в Устав общества согласно Федеральному закону "Об обществах с ограниченной ответственностью" и Уставу общества могут быть приняты при наличии двух третей голосов или приняты единогласно присутствующими на собрании участниками общества.

В качестве самостоятельного основания для отказа в удовлетворении иска о признании недействительным в части решения общества собрания от 18.05.2015 ответчиком указано на пропуск истцом срока исковой давности.

Рассмотрев указанный довод ответчика суд находит его обоснованным.

В соответствии с п. 1 ст. 43 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" решение общего собрания участников общества, принятое с нарушением требований настоящего Федерального закона, иных правовых актов Российской Федерации, устава общества и нарушающее права и законные интересы участника общества, может быть признано судом недействительным по заявлению участника общества, не принимавшего участия в голосовании или голосовавшего против оспариваемого решения.

Как указано выше, истец на момент проведения оспариваемого собрания участником общества не являлся, право на оспаривание решения общего собрания не имеет.

Кроме этого п. 4 названной статьи заявление участника общества о признании решения общего собрания участников общества и (или) решений иных органов управления обществом недействительными может быть подано в суд в течение двух месяцев со дня, когда участник общества узнал или должен был узнать о принятом решении и об обстоятельствах, являющихся основанием для признания его недействительным. Предусмотренный настоящим пунктом срок обжалования решения общего собрания участников общества, решений иных органов управления обществом в случае его пропуска восстановлению не подлежит, за исключением случая, если участник общества не подавал указанное заявление под влиянием насилия или угрозы.

В соответствии с п. 5 ст. 181.4 ГК РФ решение собрания может быть оспорено в суде в течение шести месяцев со дня, когда лицо, права которого нарушены принятием решения, узнало или должно было узнать об этом, но не позднее чем в течение двух лет со дня, когда сведения о принятом решении стали общедоступными для участников соответствующего гражданско-правового сообщества.

Как следует из материалов дела, оспариваемое истцом решение принято 18.05.2015 на общем собрании участников общества "АЛОЕ". ФИО1 участия в проведении собрания не принимал, поскольку не являлся участником общества.

Обществом предпринимались меры по своевременному уведомлению истца о принятом решении, в соответствии с актом от 13.07.2015 ему пытались передать спорный протокол общего собрания, от получения документов он отказался. Указанное обстоятельство подтвердили допрошенные в суде в качестве свидетелей граждане ФИО12 и ФИО13

Суд соглашается с доводами ответчика о том, что истцу было известно или должно было быть известно о принятом решении из информации, размещенной на официальном сайте Федеральной налоговой службы России. Необходимая информация обо всех изменениях в учредительные документы общества является общедоступной, и размещена на сайте ФНС России. Изменения в Устав общества, внесенные на основании спорного протокола, были зарегистрированы в Едином государственном реестре юридических лиц 28.05.2015.

В связи с изложенным, суд отклоняет доводы истца о том, что ему стало известно о принятом решении только после его обращения в налоговый орган с заявлением от 29.08.2016, в котором он просил предоставить протокол от 18.05.2015 и копию новой редакции устава.

В данном случае суд соглашается с доводами ответчика о том, что истец был осведомлен о принятом решении общего собрания на момент обращения в налоговой орган, а 05.09.2016 получил копии документов с целью соблюдения срока давности на его оспаривание.

Истец имел возможность с ней ознакомиться и своевременно оспорить решение общего собрания в суд.

В соответствии с пунктом 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Учитывая изложенное, оснований для удовлетворения иска не имеется.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Алтайского края в апелляционную инстанцию – Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения, либо в кассационную инстанцию – Федеральный арбитражный суд Западно-Сибирского округа, в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья О.А. Федотова