Гражданский кодекс часть 1

ФИО1 обратился в Арбитражный суд Белгородской области с уточненным в порядке ст. 49 АПК РФ иском к обществу с ограниченной ответственностью «Три О», Инспекции Федеральной налоговой службы по г.Белгороду, ФИО2, ФИО3

- о признании недействительным договора между ФИО2 и ФИО1 по купле продаже 33% долей уставного капитала ООО «Три О», принадлежащих ФИО1,

- истребовании в пользу ФИО1, у ФИО3 33% долей уставного капитала ООО «Три О», принадлежащих ФИО1,

- применении последствий недействительности сделки – договора между ФИО2 о ФИО1 по купле-продаже 33% долей уставного капитала ООО «Три О», принадлежащих ФИО1, а именно:

- признать недействительным решение общего собрание участников ООО «Три О», закрепленное в протоколе №2 общего собрания участников ООО «Три О» от 28.08.2008,

- признать недействительным решение общего собрания участников ООО «Три О», закрепленное в протоколе №3 общего собрания участников ООО «ТриО» от 29.08.2008,

- признать недействительными изменения в сведения о юридическом лице, содержащиеся в ЕГРЮЛ, связанные и несвязанные с внесением изменений в учредительные документы в отношении ООО «Три О»: ГРН 208312313916 от 23.10.2008, ГРН 2083123133927.

В обоснование исковых требований истец указал, что приговором Октябрьского районного суда г.Белгорода в отношении ФИО2 установлено, что ФИО2 подделал официальный документ, предоставляющий права в целях его использования, а именно в период с 1 по 10 июля 2008 года, являясь директором ООО «Три О», действуя умышленно, с целью дальнейшего использования заведомо поддельного документа, предложил ФИО1 расписаться на чистых листах формата А4 на черной линии, после чего во исполнение своего преступного умысла, распечатал с помощью компьютера на подписанных ФИО1 листах текст протокола №2 внеочередного собрания учредителей, договора купли-продажи долей уставного капитала и акта приема-передачи долей уставного капитала ООО «Три О», в результате чего доли в уставном капитале были проданы ФИО1 ФИО2 и предоставили последнему право собственности на долю в размере 33%. Действия ФИО9 были квалифицированы судом по ст. 327 ч.1 УК РФ, как подделка официального документа, предоставляющего права, в целях его использования. После незаконного завладения долей уставного капитала ООО «Три О» в размере 33% принадлежащей ФИО1, ФИО9 произвел безвозмездное отчуждение 67% долей уставного капитала ООО «Три О» в пользу ФИО3 Истец полагал, что кроме отчуждения непринадлежащей ФИО2 доли, последний в нарушение устава общества, незаконно произвел отчуждение, принадлежащей ФИО2 доли в уставном капитале общества. Считал, что своими действиями ФИО9 нарушил имущественные и неимущественные права истца. Просил признать недействительной сделку, поскольку истец не имел желания продавать, принадлежащую ему долю в уставном капитале ООО «Три О». Со ссылкой на ст. 167 ГК РФ указал, что недействительная сделка не влечет юридических последствий и недействительна с момента ее совершения. Поскольку, имущество приобретено безвозмездно от лица, которое не имело право его отчуждать, собственник вправе его истребовать у ФИО3 Попросил признать недействительными протоколы общих собраний участников о недействительных сделках и записи в Едином государственном реестре юридических лиц об обществе, сделанные на основании недействительных протоколов.

Ответчики ООО «Три О» и ФИО3 заявленные требования не признали. В отзыве на иск пояснили, что такого последствия восстановления нарушенного права, как признание недействительными решений общих собраний участников и записей в ЕГРЮЛ закон не предусматривает. ФИО1, по мнению ответчиков, зная, что не уступал долю в уставном капитале общества, продолжая считать себя участником, должен был в период с 01.07.2009 принять участие в годовом собрании участников ООО «Три О» или поинтересоваться почему годовое собрание не было проведено в установленные законом сроки. Ответчики указали, что ФИО1 обратился в суд с настоящим иском только в сентябре 2010, однако должен был узнать о нарушенном праве в июле 2009 года. Считали, что, добросовестно пользуясь правами участника, истец должен был интересоваться деятельностью общества. Ответчики считали, что истец не проявил должной меры заботливости, осмотрительности и заинтересованности в получении информации о состоянии дел в обществе. В отзыве ответчики указали, что истец пропустил годичный срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной, предусмотренный ст. 181 ГК РФ. Сделали заявление о пропуске истцом срока исковой давности. Просили истцу в иске отказать.

ИФНС России по г.Белгороду в отзыве на иск считала предъявленные к налоговому органу уточненные требования о признании недействительными записей в ЕГРЮЛ необоснованными. Пояснила, что представленные ООО «Три О» для внесения в сведения государственного реестра документы: договор купли-продажи долей, уставного капитала от 28.08.2008, акт приема-передачи долей, протокол внеочередного общего собрания участников общества №2 от 28.08.2008, протокол внеочередного общего собрания участников общества №3 от 29.08.2008, изменения в учредительный договор, изменения в устав общества и квитанция об уплате государственной пошлины, соответствовали требованиям, предусмотренным п.1,2 ст.17 Федерального закона от 08.08.2001 №129-ФЗ. Со ссылкой на стп.4 ст. 9 Закона пояснила, что регистрирующий орган не вправе требовать представления других документов, кроме предусмотренных Законом о регистрации. На регистрирующий орган не возложена обязанность по проверке законности и обоснованности документов, представляемых на государственную регистрацию. По результатам рассмотрения представленных заявителем документов, ИФНС России по г.Белгороду было принято решение о государственной регистрации изменений, вносимых в учредительные документы.

Ответчик ФИО2 и третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явились, возражений по существу заявленного иска не представили, о времени и месте судебного заседания извещены в порядке ст. 123 АПК РФ.

Информация о ходе движения дела, о времени и месте судебного разбирательства опубликована на сайте арбитражного суда.

В соответствии со ст. 123 АПК РФ суд определил рассмотреть дело в отсутствие извещенных ответчика и третьего лица.

Представитель истца в судебном заседании уточненные исковые требования поддержал. Пояснил, что приговором суда установлены преступные действия ФИО2, просил признать недействительной сделку, заключенную на основании договора купли-продажи между ФИО2 и ФИО1, применить последствия недействительности сделки: признать недействительными решения собраний участников, закрепленные в протоколах собраний №2 и №3. Обосновывая требование о признании решений собраний участников общества недействительными, пояснил, что по результатам недействительного договора, который ФИО2 составил самостоятельно без участия ФИО1, были составлены протоколы собраний участников. Решения сами по себе недействительны, но они явились продолжением недействительной сделки. В связи с недействительностью решений собраний участников, закрепленных в протоколах, просил признать недействительными записи в ЕГРЮЛ сделанные на основании недействительных решений собраний. Представитель истца пояснил, что ФИО1, интересовался делами общества, помогал директору ФИО9 в приобретении станции технического обслуживания, подписал листы для получения кредита, полагал, что выступает гарантом для получения кредита, интересовался вопросом получения кредита. ФИО1 при рассмотрении другого арбитражного дела уже пояснял, что ФИО2 внес в уставный капитал денежные средства, которые был должен ФИО1 Когда ФИО1 узнал о подделке договора, обратился в следственные органы. Указал, что срок исковой давности должен исчисляться с момента вступления в законную силу приговора суда.

Представитель ответчиков ООО «Три О» и ФИО3 пояснил, что ответчики исковые требования не признают, по причинам изложенным в отзыве. Считал, что истцом пропущен срок исковой давности по требованию о признании сделки недействительной и применению ее последствий. Сослался на пояснения ФИО1 в данном деле и других делах о том, что годин узнал о нарушении его права в феврале 2009 года. С указанной даты следует исчислять срок исковой давности, который на момент обращения с иском истек. Полагал, что заявленные требования некорректны.

Представитель ИФНС России по г.Белгороду полагал предъявленные к налоговому органу требования о признании недействительными записей в ЕГРЮЛ необоснованными, в части вынесения решения по иным требованиям полагался на усмотрение суда.

Изучив материалы дела, выслушав представителей истца и представителей ответчиков, суд считает заявленные требования обоснованными частично.

Из протокола общего собрания учредителей общества с ограниченной ответственностью ООО «Три О» от 06.08.2007 и учредительного договора заключенного участниками общества следует, что ООО «Три О» создано в составе участников ФИО2, ФИО1 и ФИО4

Участники определили размер уставного капитала в сумме 10 000 руб.:

ФИО2 с долей в уставном капитале 3 400 руб.- 34 % долей,

ФИО1 с долей в уставном капитале 3 300 руб. – 33 % долей,

ФИО4 с долей 3 300 руб. – 33 % долей.

На том же собрании участники ООО «Три О» утвердили устав общества, в котором также определили состав участников, размер уставного капитала, порядок отчуждения долей в уставном капитале общества.

Общество зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц 22.08.2007 с присвоением ОГРН <***>.

Согласно договору купли-продажи долей уставного капитала ООО «Три О» от 28.08.2008 ФИО1 (продавец) продает, а ФИО2 (покупатель) покупает по номинальной стоимости 3 300 руб. часть доли уставного капитала ООО «Три О», принадлежащую продавцу на праве собственности.

Из акта приема-передачи от 28.08.2010 следует, что доля передана покупателю.

В судебном заседании представители истца и ответчиков ссылались на пояснения неявившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, данные ими при рассмотрении дела А08/575-2010-13.

Будучи допрошенным в судебном заседании 27.04.2010 в качестве свидетеля при рассмотрении дела А08/575-2010-13 ФИО2 пояснил, что он и ФИО4 в 2007 году решили организовать свой бизнес в г.Белгороде. В целях оказания помощи в организации бизнеса дядя ФИО9 познакомил его с ФИО1. ФИО2 рассказал ФИО1, что есть планы построить станцию технического обслуживания. На что ФИО1 сообщил, что его знакомый ФИО10 продает станцию технического обслуживания, находящуюся по ул.Губкина в г.Белгороде. ФИО2, ФИО1 и ФИО10 встретились, начали переговоры. ФИО10 был готов продать станцию в рассрочку. Для приобретения станции технического обслуживания ФИО9, ФИО4 и ФИО1 создали ООО «Три О». Осенью 2007 года был подписан предварительный договор купли-продажи нежилого помещения и земли, находившихся в собственности ФИО10. В соответствии с условиями договора ООО «Три О», директором которого являлся ФИО2, должно было оплатить ФИО10 часть денежных средств в размере 1 350 000 руб., а последний должен был дооформить документы на объекты недвижимости. В последующем денежные средства в размере 1 350 000 руб. были перечислены на счет ФИО10. Общая стоимость договора составляла чуть более 15 000 000 руб. ФИО2 пояснил, что из состава учредителей ООО «Три О» незаконно вывел ФИО1: попросил подписать его пустые листы, после чего напечатал протоколы о том, что ФИО1 продал ФИО2 свою долю в ООО «Три О», отнес документы в налоговую инспекцию и зарегистрировал изменения в учредительных документах. ФИО2 пояснил, что вывел ФИО1 из состава участников, так как последний не участвовал в деятельности ООО «Три О», являлся человеком преклонного возраста, мог воспротивиться получению кредитов ООО «Три О». ФИО2 понимал, что присутствие ФИО1 в составе учредителей общества являлось условием продажи станции технического обслуживания и земельного участка, но посчитал, что с ФИО4 сами справятся с работой станции технического обслуживания. Платежи по предварительному договору не осуществлялись, так как ФИО10 своевременно не оформил документы, также в обществе не было свободных денежных средств. В ноябре 2008 ООО «Три О» заключило договор купли-продажи станции техобслуживания и земельного участка, В договоре указали заниженную стоимость- 850 000 руб. Данные деньги ФИО10 не передавали. Остальную сумму – более 16 000 000 руб. за вычетом 1 350 000 руб. ФИО2 и ФИО4 оформили расписками, в соответствии с которыми взяли у ФИО10 долг в сумме 7 000 000 руб. каждый. Право собственности ООО «Три О» на станцию технического обслуживания и земельный участок было оформлено в декабре 2008 года. О выводе из состава участников ФИО1 ФИО2 пояснил, что никому не рассказывал. ФИО2 подтвердил, что вносил за ФИО1 денежные средства в уставной капитал общества, так как ранее занимал у ФИО1 денежные средства. Свою долю в ООО «Три О» ФИО9 Подарил Чеботенко в конце мая 2009 года, чтобы не отвечать по исковым требованиям, предъявляемым ФИО10 в суде общей юрисдикции на основании расписок.

При рассмотрении арбитражным судом были истребованы материалы уголовного дела по обвинению ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 327, ч.3 ст. 327 УК РФ.

В судебных заседаниях были изучены собранные следствием в установленном законом порядке доказательства. Копии доказательств из материалов уголовного дела по ходатайствам представителей сторон приобщены к материалам рассматриваемого дела.

Согласно заключению эксперта отдела по г.Белгороду экспертно-криминалистического центра УВД по Белгородской области в представленных на исследование договоре купли-продажи долей уставного капитала ООО «Три О», акте приема-передачи долей уставного капитала ООО «Три О», в протоколе №2 внеочередного общего собрания участников ООО «Три О», сначала были выполнены печатные линии, потом выполнены подписи от имени ФИО1

Как следует из исследования эксперта-специалиста ООО «Баланс ЛТД» от 24.02.2010, выполненного на основании запроса УБЭП УВД по Белгородской области действительная стоимость доли в уставном капитале ООО «Три О», принадлежавшей ФИО1 составляла 4 684 350 руб.

Выводы экспертов проведенных при расследовании уголовного дела экспертиз и пояснения лиц, участвующих в рассматриваемом деле, данные органам следствия, оглашены в судебном заседании.

Из объяснений ФИО2 в материалах уголовного дела следует, что ФИО2 неоднократно приезжал на работу к ФИО1 для согласования проектной документации, списков закупки необходимого оборудования. В один из приездов в конце июня 2008 года, либо в начале июля 2008 года ФИО2 принес ФИО1 черновые документы для ознакомления и консультации по полной замене оборудования по всей станции, пояснив, что для отправки в Москву для участия в проекте по поддержке малого и среднего бизнеса, по требованию организатора проекта нужны подписи учредителей ООО «Три О». ФИО2 сказал, что завтра к обеду данные документы необходимо отправить в Старый Оскол, где они будут правильно оформлены и направлены в Москву. ФИО2 попросил ФИО1 расписаться в чистых листах бумаги (около 10), объяснив, что на данных листах будет составлена заявка для участия в проекте по поддержке малого и среднего бизнеса в Москве. Оснований не доверять у ФИО1 не было, и не предполагая мошеннических действий со стороны ФИО2, ФИО1 подписал чистые листы в различных местах, где ФИО2 указывал ему. В конце сентября 2008 года ФИО1 позвонил с целью узнать как дела с проектом по поддержке малого и среднего бизнеса в Москве. ФИО2 пояснил, что ответа еще нет. Далее ФИО1 интересовался о судьбе чистых листов с его подписью. ФИО9 пояснил, что ответил ФИО1, что часть листов была использована, часть испорчена, а часть порвана и выброшена. ФИО2

Допрошенный в качестве свидетеля по уголовному делу ФИО4 пояснил, что в июне 2007 года ФИО2 предложил ему совместно приобрести Станцию технического обслуживания в Белгороде. В одном из разговоров ФИО4 стало известно, что в создаваемой организации совместно с ними будет учредителем ФИО1, поскольку это требование продавца станции технического обслуживания. ФИО4 был не против. В августе 2007 года было создано ООО «Три О» в составе ФИО1- 33% доли в уставном капитале, ФИО9 - 34% доли в уставном капитале, и ФИО4 – 33% доли в уставном капитале общества. 25.09.2007 ООО «Три О» перечислило 1 350 000 руб. в качестве залога ФИО10 за приобретаемую станцию технического обслуживания., а остальные деньги по договоренности с ФИО10 ФИО2 и ФИО4 были готовы оформить в качестве долговых расписок. Долговые расписки ФИО4 и ФИО2 собирались погасить в течение полгода, оформив кредит в банке Москвы или Старого Оскола. Приблизительно в июле 2008 года ФИО2 приехал ко мне готовыми учредительными документами по выводу ФИО1 из состава учредителей ООО «Три О», где уже стояли подписи ФИО2 и ФИО1, пояснив, что ФИО1 по доброй воле выходит из состава учредителей ООО «Три О» и попросил ФИО4 подписать готовые документы. Последний поверил ФИО2 и подписал предоставленные им документы. В декабре 2008 года ООО «Три О» получило свидетельство на право собственности на указанную станцию технического обслуживания. После этого ФИО2 сообщил, что будет заниматься сбором и оформлением необходимых документов для получения кредита, чтобы рассчитаться с ФИО10 за проданную станцию технического обслуживания. Так как приближался срок первой выплаты по распискам, в конце января 2009 года, ФИО4 поинтересовался у ФИО2 о получении кредита. ФИО2 заверил, что все движется в нужном направлении. В итоге к нужному времени, а именно к 15 февраля Кредит получен не был, вследствие чего ФИО4 не смог исполнить свои обязательства перед ФИО10 В мае 2009 года ФИО2 без объяснения причин сказал, что переписывает свою долю в уставном капитале ООО «Три О» на своего знакомого и просил встретиться с ним, чтобы подписать необходимые документы, что вызвало у ФИО4 подозрения. Однако, ФИО2 заверил, что никаких противоправных действий в этом нет, и переданная им доля в любой момент вернется к нему назад. После чего к ФИО2 приехал ФИО3 с готовыми документами по выводу из состава учредителей ООО «Три О» ФИО2, в документах уже стояла подпись ФИО2 и я подписал предоставленные документы. ФИО4 пояснил, что более никаких докумиентов, связанных с деятельностью ООО «Три О» не подписывал, и свою долю в уставном капитале ООО «Три О» никому не передавал.

ФИО3 в ходе расследования уголовного дела воспользовался ст. 51 Конституции Российской Федерации и от дачи показаний отказался.

Приговором Октябрьского районного суда г.Белгорода от 22.07.2010 установлено, что ФИО2 подделал официальный документ, предоставляющий права в целях его использования при следующих обстоятельствах.

В период с 01 по 10 июля 2008 года, ФИО2, являясь директором ООО «Три О», действуя умышленно с целью дальнейшего использования заведомо поддельного документа, в дневное время, подъехал к школе-интернату №23 по ул.Буденного, 4, где предложил ФИО1 расписаться в чистых листах формата А4, на черной линии, после чего, во исполнение его преступного замысла ФИО2 находясь на пр. ФИО11, дом 12 «а», распечатал с помощью компьютера на подписанных ФИО1 листах текст протокола №2 внеочередного собрания учредителей, договора купли-продажи долей уставного капитала и акта приема-передачи долей уставного капитала ООО «Три О», в результате чего доли в уставном капитале были проданы ФИО1 ФИО2 и предоставили последнему право собственности на долю в размере 33%.

Суд признал ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 327 ч.1 УК РФ. Приговор вступил в законную силу. Штраф по приговору суда ФИО2 уплачен 13.08.2010.

В соответствии со ст. 69 АПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

Обязательность приговора суда проявляется в том, что установление судом с соблюдением установленного законодательством порядка в случаях, предусмотренных законом, имевших место определенных действий и совершения их определенным лицом, в повторном доказывании не нуждаются и должны приниматься арбитражным судом как доказанные.

Как следует из протокола №2 внеочередного общего собрания участников ООО «Три О» от 28.08.2008 собрание в составе участников ФИО2, ФИО1 и ФИО4 на основании договора купли-продажи долей уставного капитала ООО «Три О» от 28.08.2008 решило, что ФИО1 вышел из состава участников с продажей своей доли в размере 33% уставного капитала ООО «Три О» ФИО2 Доли между участниками перераспределились следующим образом: ФИО2 – доля номинальной стоимостью 6 700 руб., что составляет 67% уставного капитала общества, ФИО4 – доля номинальной стоимостью 3 300 руб., что составляет 33 % уставного капитала общества.

29.08.2008 внеочередное общее собрание участников ООО «Три О» в составе ФИО2 и ФИО4 приняло решение (оформленное протоколом №3) о внесении изменений в устав и учредительный договор общества о следующем распределении долей номинальной стоимостью 1 руб. в уставном капитале общества:

ФИО2 – 67 долей, 6 700 руб. – 67% уставного капитала;

ФИО4 -33 доли 3 300 руб. 33 % уставного капитала.

На основании заявления ФИО2 о внесении изменений в сведения ЕГРЮЛ и представленного им договора купли-продажи долей, уставного капитала от 28.08.2008, акта приема-передачи долей, протокола внеочередного общего собрания участников общества №2 от 28.08.2008, протокола внеочередного общего собрания участников № 3 от 29.08.2008, изменений в учредительный договор, изменений в устав общества и квитанции об уплате государственной пошлины, ИФНС России по г.Белгороду было принято решение о внесении изменений в сведения об обществе в ЕГРЮЛ и 23.10.2008 сделаны записи ГРН 2083123133916 и ГРН 2083123133927.

29.04.2009 ФИО2 (даритель) и ФИО3 (одаряемый) заключили договор дарения доли в уставном капитале ООО «Три О» в соответствии с которым даритель обязуется передать одаряемому 67% долей в уставном капитале ООО «Три О» номинальной стоимостью 6 700 руб. (п.1.1 и 1.2 договора).

Согласно п.2.1 договора дарения даритель передает одаряемому все права на доли указанные в п.1.1 договора. Договор дарения вступает в силу с момента его подписания (п.3.1 договора).

Решением арбитражного суда от 06.04.2010 по делу №А08-11060/2009-8 установлено, что в соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ от 25.09.2009 участниками ООО «Три О» являлись ФИО3 с долей 67% долей в уставном капитале и ФИО4 с долей 33% в уставном капитале ООО «Три О».

Решением суда удовлетворен иск ФИО3 о признании недействительными последующих решений общего собрания участников ООО «Три О»:

решения общего собрания участников от 16.10.2009, о принятии в состав участников ФИО12 с внесением доли номинальной стоимостью 10 000 руб., об увеличении уставного капитала до 20 000 руб. за счет принятия в состав участников ФИО12 с внесением доли номинальной стоимостью 10 000 руб., распределении долей следующим образом: номинальная стоимость доли ФИО3 – 6700 руб., что составляет 33,5% уставного капитала, номинальная стоимость доли ФИО4 – 3300 руб., что составляет 16,5% уставного капитала, номинальная стоимость доли ФИО12 – 10000 руб., что составляет 50% уставного капитала.

решения общего собрания участников ООО «Три О» от 27.10.2009 №6-2009 о выведении из состава участников ООО «Три О» ФИО3; о выведении из состава участников ООО «Три О» ФИО4.

Судом признаны недействительными записи в едином государственном реестре юридических лиц номер 2093123262351 от 27.10.2009, номер 2093123267906 от 05.11.2009.

Согласно выписки из ЕГРЮЛ от 07.09.2010 участниками ООО «Три О» являются ФИО4 с долей 3 300 руб. в уставном капитале и ФИО3 с долей 6 700 руб. в уставном капитале.

В ходе рассмотрения дела представитель общества пояснял, что решения об увеличении уставного капитала до 20 000 руб. признаны указанным решением суда недействительными. Между тем, налоговый орган не внес изменений в сведения государственного реестра об изменении размера уставного капитала до 10 000 руб.

Определением суда от 10.09.2010 приняты обеспечительные меры о запрете ФИО3 осуществлять сделки по распоряжению зарегистрированными за ним долями уставного капитала ООО «Три О». ИФНА России по г.Белгороду запрещено вносить в ЕГРЮЛ записи о сделках купли-продажи долей в уставном капитале ООО «Три О», совершенных ФИО3 и иному распоряжению им долями общества.

Таким образом, уставный капитал ООО «Три О» на дату вынесения решения суда составляет 10 000 руб.

Пунктом 1 части 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Согласно статье 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Пунктом 1 статьи 161 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделки юридических лиц между собой и с гражданами должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения.

В соответствии с п. 1 ст.162 ГК РФ в случаях, прямо указанных в законе или в соглашении сторон, несоблюдение простой письменной формы сделки влечет ее недействительность.

В силу п.1 ст. 165 ГК РФ несоблюдение нотариальной формы, а в случаях, установленных законом, - требования о государственной регистрации сделки влечет ее недействительность. Такая сделка считается ничтожной.

Истец оспаривает сделку, оформленную договором купли-продажи долей в уставном капитале ООО «Три О» от 28.08.2008 года как ничтожную, поясняя, что ФИО1 не имел желания отчуждать принадлежащую ему долю в уставном капитале ООО «Три О».

Согласно ст.153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка) ( ч. 3 ст. 154 ГК РФ).

Сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами (п. 1 ст. 160 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В случаях, прямо указанных в законе или в соглашении сторон, в силу п. 2 ст. 162 указанного Кодекса, несоблюдение простой письменной формы сделки влечет ее недействительность.

Согласно ст. 8, 21 Закона N 14-ФЗ лицо, являющееся участником общества, вправе совершать любые действия по отчуждению принадлежащей ему доли в порядке, установленном названным Федеральным законом.

В соответствии с п. 6. ст. 21 указанного Закона уступка доли (части доли) в уставном капитале общества должна быть совершена в простой письменной форме, если требование о ее совершении в нотариальной форме не предусмотрено уставом общества. Несоблюдение формы сделки по уступке доли (части доли) в уставном капитале общества, установленной названным пунктом или уставом общества, влечет ее недействительность.

В п.12 совместного Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 №90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» также указано, что при разрешении споров, связанных с переходом доли участника в уставном капитале общества к другим лицам, необходимо иметь в виду следующее сделка купли-продажи (уступка в иной форме) доли в уставном капитале общества совершается в простой письменной форме, если уставом общества не предусмотрено требование о совершении ее в нотариальной форме. Несоблюдение формы сделки по уступке доли, установленной законом или уставом общества, влечет ее недействительность (пункт 2 статьи 162, пункт 1 статьи 165 Гражданского кодекса Российской Федерации);

Оценивая все представленные в материалы дела доказательства во взаимной связи и совокупности, суд приходит к выводу о том, что договор купли-продажи долей уставного капитала ООО «Три О» от 28.08.2008 истцом не подписан. В связи с чем, при отсутствии волеизъявления ФИО1 на продажу своей доли в уставном капитале общества и несоблюдении формы сделки договор купли-продажи от 28.08.2008 является недействительной сделкой в силу п. 2 ст. 162 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Также суд приходит к выводу о недействительности решений общих собраний участников ООО «Три О», оформленных протоколами №2 от 28.08.2008 и №3 от 29.08.2008 и внесенных на основании решения собрания участников общества от 29.08.2008 изменениях в учредительный договор и устав ООО «Три О», поскольку указанная редакция учредительного договора и устава общества в нарушение положений ст. 32, 35, 36, 37 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» без извещения участника ФИО1 о собрании, повестке дня, в отсутствие кворума (п.3 п.13.3 устава).

Согласно п.1 ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна.

В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Учитывая, что ФИО2 на момент заключения с ФИО3 договора дарения доли в уставном капитале ООО «Три О» правом на распоряжение, принадлежащей ФИО1 долей в уставном капитале общества не обладал, сделка, совершенная между ФИО2 с ФИО3 по дарению 33% долей, принадлежащих истцу, не порождает правовых последствий.

На основании ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется, в частности, путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В силу ч.2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Пунктом 2 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

В силу пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительный договор купли-продажи от 28.08.2008 не повлек возникновения права собственности на долю ФИО1 в размере 33 % уставного капитала общества, как у ФИО2, так и у последующего приобретателя по договору дарения.

Дважды уточняя требования, истец первоначально просил восстановить порядок владения долями, затем просил о применении последствий недействительности сделки.

В судебном заседании представитель истца пояснил, что у истца есть право на ранее принадлежащую истцу долю в уставном капитале общества и просил применить последствия недействительности сделки.

При этом, требование истца об истребовании у ФИО3 33 % доли в уставном капитале общества суд считает необоснованным, поскольку доля в уставном капитале общества является не имуществом, а имущественным правом истца.

Принимая решение, суд в силу ч. 1 ст. 168 АПК РФ определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Согласно пункту 3 части 4 статьи 170 АПК РФ арбитражный суд указывает также в мотивировочной части решения мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле. В этой связи ссылка истца в исковом заявлении на подлежащую применению ст. 302 ГК РФ, по мнению суда, в данном деле сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.

По смыслу ст. 6, ч. 1 ст. 168, ч. 4 ст. 170 АПК РФ арбитражный суд не связан правовыми доводами лиц, участвующих в деле, и самостоятельно дает правовую квалификацию заявленным требованиям, определяет характер спорного правоотношения и подлежащее применению законодательство, исходя из приведенных сторонами в обоснование своих требований и возражений обстоятельств.

Таким образом, независимо от того, на каких нормах права истец основывает свои требования, суд вправе самостоятельно определить нормы права, подлежащие применению к рассматриваемому спору.

Восстанавливая положение, существовавшее до нарушения права ФИО1, суд считает обоснованным применить последствия недействительности сделки путем восстановления права истца на доли в уставном капитале ООО «Три О» и признания за ним права на 33 % долей в уставном капитале общества.

В связи с признанием приговором Октябрьского районного суда г.Белгорода от 22.07.2010 ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного с. 327 ч.1 УК РФ, истец 17.08.2010 обратился в Арбитражный суд Белгородской области с настоящим иском.

В соответствии со ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Отклоняя довод ответчиков ООО «Три О» и ФИО3 о пропуске истцом годичного срока исковой давности, суд руководствуется положениями статьи 49 Конституции Российской Федерации и ст. 53 ГК РФ. Суд исходит из того, что течение срока исковой давности началось с даты вступления в законную силу приговора Октябрьского районного суда г.Белгорода в отношении руководителя и участника ООО «Три О», установившего совершение ФИО2 преступных действий, свидетельствующих о недействительности оспариваемой сделки.

Учитывая, что договор купли-продажи долей в уставном капитале ООО «Три О» между ФИО1 и ФИО2 и решения общих собраний участников ООО «Три О» от 28.08.2008 и 29.08.2009 оформленные протоколами №2 и №3 являются недействительными, соответствующие записи от 23.10.2008 № 2083123133916 и №2083123133927, внесенные Инспекцией ФНС РФ по г. Белгороду в единый государственный реестр юридических лиц, также признаются недействительными.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Расходы по оплате госпошлины в силу ст. 110 АПК РФ относятся на стороны, пропорционально удовлетворенным требованиям.

Руководствуясь ст. ст.110, 167-171 АПК РФ суд,

Р Е Ш И Л:

Иск удовлетворить частично.

Признать недействительным договор между ФИО2 и ФИО1 по купле-продаже ФИО1 33% долей уставного капитала ООО «Три О», принадлежащих ФИО1

Применить последствия недействительности сделки – признать за ФИО1 право на 33 % долей в уставном капитале ООО «Три О».

Признать недействительными решения общего собрания участников ООО «Три О» от 28.08.2008, указанные в протоколе №2.

Признать недействительными решения общего собрания участников ООО «Три О» от 29.08.2008, указанные в протоколе №3.

Признать недействительными записи в Едином государственном реестре юридических лиц ГРН 2083123133916, ГРН 2083123133927 от 23.10.2008.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 1 000 руб. в счет возмещения расходов по государственной пошлине.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 1 000 руб. в счет возмещения расходов по государственной пошлине.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Три О» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 1 000 руб. в счет возмещения расходов по государственной пошлине.

Настоящее решение суда является основанием для государственной регистрации соответствующих изменений в Единый государственный реестр юридических лиц, касающихся права ФИО1 на 33% долей в уставном капитале ООО «Три О».

В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня вынесения решения.

Судья М.П.Каверина