Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Республики Хакасия в составе судьи Г.И. Субач при ведении протокола судебного заседания секретарём Н.Э. Нарылковой рассмотрел в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению прокурора Республики Хакасия к Комитету по управлению муниципальным имуществом и природными ресурсами Боградского района Республики Хакасия (ИНН <***>, ОГРН <***>) и к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН <***>, ОГРН <***>) о признании недействительным договора аренды земельного участка от 21.02.2013 № 15 и о применении последствий недействительности сделки,

и по самостоятельным требованиям третьего лица МТУ Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Красноярском крае, Республике Хакасия, Республике Тыва о признании недействительным договора аренды земельного участка от 21.02.2013 № 15 и о применении последствия недействительности ничтожной сделки путём признания обременения земельного участка в виде аренды отсутствующим,

с участием в деле в качестве третьих лиц без самостоятельных требований относительно предмета спора ООО «Дивное», Енисейского бассейнового водного управления Федерального агентства водных ресурсов,

при участии в судебном заседании до перерыва ФИО1 и представителей сторон:

прокурора - Кузнецовой Н.В. по удостоверению от 25.02.2019 № ТО 246929,

ответчика ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 09.01.2019,

МТУ Росимущества – ФИО3 по доверенности от 27.08.2019,

после перерыва ФИО1 и представителей сторон:

прокурора - Кузнецовой Н.В. по удостоверению от 25.02.2019 № ТО 246929,

ответчика ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 09.01.2019.

Прокурор Республики Хакасия (далее - истец) в публичных интересах и интересах Российской Федерации обратился в Арбитражный суд Республики Хакасия с исковым заявлением (уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) к Комитету по управлению муниципальным имуществом и природными ресурсами Боградского района Республики Хакасия и к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее - ответчики), согласно которому просит суд:

1. Признать недействительным в силу ничтожности договор от 21.02.2013 №15 аренды земельного участка с кадастровым номером 19:07:000000:252, площадью 712000 кв.м, расположенного по адресу: Республика Хакасия, Боградский район, в 4 км на юго-запад от села Знаменка, заключенный между муниципальным казенным учреждением «Комитет по управлению муниципальным имуществом и природными ресурсами Боградского района (арендодателем), действующим в интересах администрации Боградского района, и индивидуальным предпринимателем ФИО1 (арендатором).

2. Применить последствия недействительности ничтожной сделки, обязать индивидуального предпринимателя ФИО1 вернуть Комитету по управлению муниципальным имуществом и природными ресурсами Боградского района Республики Хакасия земельный участок с кадастровым номером 19:07:000000:252, площадью 712000 кв.м, расположенный по адресу: Республика Хакасия, Боградский район, в 4 км на юго-запад от села Знаменка.

3. Погасить в Едином государственном реестре недвижимости запись о земельном участке с кадастровым номером 19:07:000000:252 и праве аренды ФИО1 на данный земельный участок.

В обоснование заявленных требований прокурор Республики Хакасия указал, что на земельном участке с кадастровым номером 19:07:000000:252 расположен пруд, который не может рассматриваться как изолированный водный объект, поскольку расположен на водотоке реки Ерба, в связи с чем в силу закона земельный участок под прудом в пределах береговой линии отнесён к федеральной собственности.

В соответствии со статьёй 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании 11.06.2020 объявлен перерыв до 19.06.2020, о чём вынесено протокольное определение.

Сведения о перерыве размещены в разделе Картотека арбитражных дел официального сайта Федеральные арбитражные суды Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации (http://kad.arbitr.ru/).

В судебном заседании 27.01.2020 представитель МТУ Росимущества в Красноярском крае, Республике Хакасия, Республике Тыва поддержал иск прокурора в части признания сделки недействительной, в части применения последствий недействительной сделки заявил самостоятельные требования, в соответствии с которыми орган просил применить последствия недействительности ничтожной сделки путём признания обременения земельного участка в виде аренды отсутствующим. В качестве нормативно-правового основания заявленных требований третье лицо указало статьи 208, 304 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определением арбитражного суда от 27.01.2020 изменён процессуальный статус третьего лица без самостоятельных требований МТУ Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Красноярском крае, Республике Хакасия, Республике Тыва, государственный орган привлечён в качестве третьего лица с самостоятельными требованиями.

Представитель прокурора настаивал на исковых требованиях в полном объёме с учётом заявленного уточнения, возражал против заявления ответчика ФИО1 о применении срока исковой давности по доводам, изложенным в письменных пояснениях (т.2 л.д. 6-10, т.3л.д.100-104).

Представитель МТУ Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Красноярском крае, Республике Хакасия, Республике Тыва (далее по тексту – МТУ Росимущества) поддержал иск прокурора и собственные требования о применении последствий недействительности ничтожной сделки, против применения срока исковой давности, заявленного ответчиком, возражал, ссылаясь на статью 208 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которой исковая давность не распространяется на требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его прав, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения. Из пояснений представителя третьего лица следует, что о нарушении прав Российской Федерации уполномоченный орган узнал в момент получения иска прокурора по настоящему делу (т.2 л.д.4-5, т.3 л.д.58-59, т.3л.д.105-110).

Ответчик Комитет по управлению муниципальным имуществом и природными ресурсами Боградского района Республики Хакасия в судебное заседание не явился, ранее направил в материалы дела отзыв на иск, в которых иск прокурора поддержал (т.1 л.д.96-97, т.2 л.д.1-2).

ФИО1 и его представитель возражали против иска, настаивали на необоснованности требований и истечении срока исковой давности, представили доказательства публичности и открытости арендных отношений. Кроме того, по мнению ответчика, прокурором не представлены доказательства нахождения водного объекта в собственности Российской Федерации, поскольку в Федеральном водном реестре сведения о данном пруде отсутствуют, спорный земельный участок находится в неразграниченной собственности, сформирован на землях сельхозназначения, следовательно, с учётом изменений земельного законодательства, Комитет имел полномочия по формированию спорного участка и его передаче в аренду как земель, относящихся к землям сельскохозяйственного назначения, а не водного фонда. В судебном заседании до и после перерыва ответчик и его представитель поддержали возражения в отношении самостоятельных требований третьего лица (т.1 л.д.100-104, т.3 л.д.35-57, 93-98).

В качестве оснований заявления о пропуске прокурором срока исковой давности ответчиком представлены материалы жалобы, поданной прокурору Боградского района 17.06.2013, на действия жителей с. Знаменка, ответы Министерства внутренних дел по Республике Хакасия, Министерства сельского хозяйства и продовольствия Республики Хакасия.

Остальные участники процесса, извещённые надлежащим образом о месте и времени рассмотрения спора, в судебное заседание не явились.

Ранее в судебном заседании 26.11.2019 представитель ООО «Дивное» устно поддержал позицию ответчика ФИО1, просил суд отказать в удовлетворении иска по причине пропуска прокурором срока исковой давности, по требованиям МТУ Росимущества позицию не представил.

Енисейское бассейновое водное управление Федерального агентства водных ресурсов направило пояснения, согласно которым третье лицо поддержало иск прокурора. Согласно письменным пояснениям третьего лица пруд на реке Ерба образован путём строительства комплекса гидротехнических сооружений на данной реке, имеет гидравлическую связь с другим поверхностным водным объектом (р. Ерба) и не относятся к числу замкнутых водных объектов. Указанные выводы сделаны третьим лицом на основании сведений публичной кадастровой карты, размещённой в соответствии с требованиями пункта 4 статьи 13 Федерального закона от 24.07.2007 № 221-ФЗ «О государственном кадастре недвижимости» на официальном сайте Росреестра в сети Интернет, а также на основании данных Государственного водного реестра, содержащего сведения о комплексе гидротехнических сооружениях на водохранилище на р. Ерба (т.3 л.д.15-22).

Третье лицо просило рассмотреть дело в его отсутствие, по требованиям МТУ Росимущества позицию не представило.

В соответствии с частью 2 и 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Из доказательств, представленных в дело, пояснений лиц, участвующих в деле, арбитражный суд установил следующие обстоятельства, имеющие значение для дела.

Прокуратурой Боградского района Республики Хакасия на основании размещённой в сети Интернет публикации «ФИО4 пруд в Хакасии – очистка или уничтожение» проведена проверка соблюдения Комитетом по управлению муниципальным имуществом и природными ресурсами Боградского района Республики Хакасия требований гражданского, земельного и водного законодательства.

В ходе проверки установлено, что на основании постановлений главы Боградского района от 18.10.2012 №576, от 21.02.2013 №66 между муниципальным казенным учреждением «Комитет по управлению муниципальным имуществом и природными ресурсами Боградского района» (арендодатель) и индивидуальным предпринимателем ФИО1 (арендатор) заключён договор аренды земельного участка от 21.02.2013 №15, по условиям которого арендодатель предоставил, а арендатор принял в аренду земельный участок из категории земель - земли сельскохозяйственного назначения, разрешенное использование- для рыборазведения, расположенный по адресу: Республика Хакасия, Боградский район, в 4км. на юго-запад от села Знаменка, площадью 712000 кв.м., кадастровый номер 19:07:000000:252. Земельный участок поставлен на кадастровый учёт 19.02.2013. Обременений земельного участка в виде водного объекта - пруд, кадастровая выписка не содержит.

По акту приёма передачи от 21.02.2013 земельный участок передан арендатору.

Пунктом 2.1 договора стороны установили срок аренды с 21.02.2013 по 21.02.2062.

Договор зарегистрирован в установленном порядке 18.03.2013, номер государственной регистрации 19-19-01/003/2013-241.

Прокуратурой Боградского района произведён осмотр земельного участка с кадастровым номером 19:07:000000:252, в ходе осмотра установлено, что на земельном участке расположен не замкнутый водный объект, имеющий гидравлическую связь с рекой Ерба, о чём составлена справка от 02.09.2019 (т.1л.д.54-70).

В ходе рассмотрения дела Хакасским центром по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды проведено натуральное обследование водного объекта в границах спорного земельного участка. По результатам обследования на основании акта от 14.04.2020 выявлено: водный объект является прудом искусственного происхождения, образован путём перегораживания русла реки Ерба дамбой, не обособленный, имеет гидравлическую связь с рекой Ерба посредством водопропускных сооружений (т.3л.д. 79-87).

Прокурор, полагая, что поскольку пруд, расположенный на земельном участке с кадастровым номером 19:07:000000:252, представляет собой водный объект, находящийся непосредственно на реке Ерба, являющийся неотъемлемой частью гидрографической сети указанной реки, и, следовательно, является федеральной собственностью, счёл, что Комитет по управлению муниципальным имуществом и природными ресурсами Боградского района Республики Хакасия вышел за пределы своих полномочий, сформировав земельный участок, в том числе под зеркалом пруда, и заключив договор аренды данного земельного участка. Оспариваемая сделка нарушает требования закона, права Российской Федерации и неопределённого круга лиц, в связи с чем, прокурор обратился в суд с настоящим иском о признании договора недействительной (ничтожной) сделкой.

МТУ Росимущества поддержало требования прокурора и заявило самостоятельные требования о применении последствий недействительности ничтожной сделки путём признания обременения земельного участка в виде аренды отсутствующим, ссылаясь на статью 304 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Оценив представленные сторонами доказательства и приведённые ими доводы, арбитражный суд пришёл к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном названным Кодексом, то есть защите подлежит нарушенное или оспоренное право.

В случаях, специально предусмотренных действующим законодательством, заинтересованным лицом может являться субъект, имеющий процессуально-правовой интерес в признании сделки ничтожной. В силу абзацев 2 и 3 части 1 статьи 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации прокурор вправе обратиться в арбитражный суд с иском о признании недействительными сделок и применении последствий недействительности ничтожных сделок, совершенных, в том числе, органами местного самоуправления, полагая, что оспариваемый договор повлёк нарушение публичных интересов.

Следовательно, прокурор по настоящему иску имеет право на подачу настоящего иска в силу статьи 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, являясь заинтересованным лицом, имеющим процессуально-правовой интерес в признании спорной сделки недействительной (ничтожной) в силу указанной нормы процессуального права и в смысле абзаца 2 пункта 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Прокурор обратился с рассматриваемым иском в защиту публичных интересов и государственной собственности в связи с незаконным распоряжением органом местного самоуправления земельным участком, на котором расположен водный объект, находящийся в силу закона в собственности Российской Федерации.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.03.2012 № 15 «О некоторых вопросах участия прокурора в арбитражном процессе» МТУ Росимущества вступило в дело в качестве третьего лица с самостоятельными требованиями.

Согласно пункту 1 Положения о Федеральном агентстве по управлению государственным имуществом, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 05.06.2008 № 432 (в редакции Постановления Правительства РФ от 12.04.2020 №491) Федеральное агентство по управлению государственным имуществом (Росимущество) является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по управлению федеральным имуществом (за исключением случаев, когда указанные полномочия в соответствии с законодательством Российской Федерации осуществляют иные федеральные органы исполнительной власти). На основании пунктов 4, 6.10 Положения, осуществляя свою деятельность как непосредственно, так и через свои территориальные органы, Росимущество имеет право обращаться в суды с исками от имени Российской Федерации в защиту имущественных и иных прав и законных интересов Российской Федерации по вопросам приватизации, управления и распоряжения федеральным имуществом, в том числе, земельными участками.

Таким образом, по настоящему делу интересы истца - Российской Федерации правомерно представляет МТУ Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Красноярском крае, Республике Хакасия, Республике Тыва.

В рамках настоящего дела прокурор и МТУ Росимущества, осуществляющее функции по управлению федеральным имуществом, просят признать недействительным договор аренды земельного участка от 21.02.2013 №15. В обоснование заявленных требований указано, что предметом оспариваемого договора является земельный участок под водным объектом (пруд на реке Ерба), имеющий гидравлическую связь с другим поверхностным водным объектом - рекой Ерба, который не мог быть образован в силу статьи 102 Земельного кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 3 статьи 129 Гражданского кодекса Российской Федерации земля и другие природные ресурсы могут отчуждаться или переходить от одного лица к другому иными способами в той мере, в какой их оборот допускается законами о земле и других природных ресурсах.

В соответствии со статьёй 4 Водного кодекса Российской Федерации водное законодательство регулирует водные отношения. Имущественные отношения, связанные с оборотом водных объектов, определяются гражданским законодательством в той мере, в какой они не урегулированы данным Кодексом.

Как следует из статьи 27 Земельного кодекса Российской Федерации, оборот земельных участков осуществляется исходя из положений гражданского законодательства и данного Кодекса.

В силу статьи 1 Водного кодекса Российской Федерации водный объект это - природный или искусственный водоём, водоток либо иной объект, постоянное или временное сосредоточениевод в котором имеет характерные формы и признаки водного режима; водный режим - изменение во времени уровней, расхода и объема воды в водном объекте.

Водотоки (реки, ручьи, каналы), водоемы (озера, пруды, обводненные карьеры, водохранилища) являются поверхностными водными объектами, которые состоят из поверхностных вод и покрытых ими земель в пределах береговой линии (статья 5 Водного кодекса Российской Федерации).

Согласно части 1 статьи 8 Водного кодекса Российской Федерации водные объекты находятся в собственности Российской Федерации (федеральной собственности), за исключением случаев, установленных частью 2 данной статьи.

Пруд, обводнённый карьер, расположенные в границах земельного участка, принадлежащего на праве собственности субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию, физическому лицу, юридическому лицу, находятся соответственно в собственности субъекта Российской Федерации, муниципального образования, физического лица, юридического лица, если иное не установлено федеральными законами (часть 1 статьи 8 Водного кодекса Российской Федерации).

Таким образом, исходя из совокупного толкования приведённых положений статей 1, 5, 8 Водного кодекса Российской Федерации, в собственности субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, физических и юридических лиц могут находиться только пруды (состоящие из поверхностных вод и покрытых ими земель в пределах береговой линии), обладающие признаками изолированности и обособленности от других поверхностных водных объектов, то есть не имеющие гидравлической связи с иными водными объектами.

Если пруд не обособлен и не изолирован от других поверхностных водных объектов и имеет с ними гидравлическую связь, он относится к собственности Российской Федерации, в том числе в случае, когда пруд образован на водотоке (реке, ручье, канале) с помощью водонапорного сооружения.

В силу пункта 1 статьи 102 Земельного кодекса Российской Федерации к землям водного фонда относятся земли: 1) покрытые поверхностными водами, сосредоточенными в водных объектах; 2) занятые гидротехническими и иными сооружениями, расположенными на водных объектах.

На землях, покрытых поверхностными водами, не осуществляется образование земельных участков (пункт 2 статьи 102 Земельного кодекса Российской Федерации).

Из приведённых норм права следует, что пруды состоят из поверхностных вод и покрытых ими земель в пределах береговой линии, поэтому если водный объект относится к федеральной собственности, то его составная часть - покрытая поверхностными водами земля в пределах береговой линии также является федеральной собственностью. При этом земельный участок как объект земельных отношений не формируется и в этом качестве не может быть предоставлен в аренду. В пользование предоставляется водный объект на основании договора водопользования или решения о предоставлении водного объекта в пользование (статья 11 Водного кодекса Российской Федерации).

Следовательно, если орган местного самоуправления, уполномоченный на распоряжение землями, государственная собственность на которые не разграничена, сформировал, поставил на кадастровый учёт и предоставил в аренду хозяйствующему субъекту земельный участок земель водного фонда, покрытый поверхностными водами пруда, находящегося в федеральной собственности, такая сделка является недействительной (ничтожной) в силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку противоречит требованиям статей 1, 5, 8 Водного кодекса Российской Федерации, статьи 102 Земельного кодекса Российской Федерации, 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, нарушает права Российской Федерации и посягает на публичные интересы неограниченного круга лиц.

Иск обоснован тем, что на переданном в аренду земельном участке с кадастровым номером 19:07:000000:252 расположен водный объект - пруд, образованный с помощью водонапорного сооружения (плотины) на реке Ерба. По мнению прокурора и МТУ Росимущества, данное обстоятельство свидетельствует о том, что спорный пруд не обособлен и не изолирован от других поверхностных водных объектов, имеет гидравлическую связь с другими поверхностными водными объектами - рекой Ерба, которая относится к Енисейскому бассейновому округу, речной бассейн реки - Енисей, речной подбассейн реки - Енисей между слиянием Большого и ФИО5 и впадением Ангары, водохозяйственный участок реки - Енисей от впадения реки Абакан до Красноярского гидроузла.

При таких обстоятельствах прокурор и МТУ Росимущества посчитали, что спорный пруд находится исключительно в федеральной собственности, а Комитет по управлению муниципальным имуществом и природными ресурсами Боградского района Республики Хакасия невправе был распоряжаться частью водных объектов и передавать в аренду земли, в том числе покрытые поверхностными водами.

В качестве доказательств приведённых доводов в материалы дела представлены водохозяйственный паспорт водохранилища Ербинское (1984), акт натурального обследования водного объекта в границах земельного участка от 14.04.2020, схема расположения земельного участка от 30.04.2020, фототаблицы водного объекта, на публичной кадастровой карте обозначена связь пруда с рекой Ерба. Водохозяйственный паспорт водного объекта по типу водохранилища относит пруд к русловому, водоток – р. Ерба, Красноярского водохранилища на р. Енисей (т.1л.д.28-42).

В соответствии со статьёй 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав, помимо способов, указанных в данной статье, может быть осуществлена иными способами, предусмотренными законом.

В силу пунктов 1, 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания её таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий её недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации по общему правилу сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В иных случаях, упомянутых в пункте 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пунктах 74, 75 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, чтоничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Вне зависимости от указанных обстоятельств законом может быть установлено, что такая сделка оспорима, а не ничтожна, или к ней должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность.

Применительно к статьям 166 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределённого круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы.

Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий её недействительности может также быть удовлетворён, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путём применения последствий недействительности ничтожной сделки (пункт 78 Пленума ВС РФ № 25).

Сделка по передаче в аренду спорного земельного участка затрагивает публичные интересы Российской Федерации, нарушает права и законные интересы граждан на беспрепятственное пользование водными объектами.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд признаёт недействительным договор от 21.02.2013 №15 аренды земельного участка с кадастровым номером 19:07:000000:252, заключённый между муниципальным казенным учреждением «Комитет по управлению муниципальным имуществом и природными ресурсами Боградского района» и индивидуальным предпринимателем ФИО1, в силу его ничтожности.

Прокурор просит применить последствия недействительности сделки в виде возврата земельного участка стороне сделки и погашении в Едином государственном реестре недвижимости записи о спорном земельном участке, МТУ Росимущества просит о прекращении права аренды на земельный участок.

В соответствии со статьёй 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется и путём восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

На основании статьи 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Из материалов дела следует, что в Едином государственном реестре недвижимости на основании оспариваемого договора зарегистрировано право аренды ответчика на земельный участок.

Недействительность договора в силу части 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации означает, что у общества не возникло право аренды на спорный земельный участок, а нахождение на участке водного объекта – пруда на водотоке, означает, что он не выбывал из владения собственника (государства).

Указанный вывод согласуется с доктринальным подходом к понятию владения, под которым понимается фактическое обладание, контроль, осуществление господства над вещью. Деятельность, осуществляемая ФИО1 на спорном земельном участке, ограничивает правомочие пользования собственника участка, но не свидетельствует о выбытии объекта из владения Российской Федерации, утрате ею господства над объектом.

Поэтому суд приходит к выводу о том, что спорный земельный участок, собственником которого в силу закона является Российская Федерация, из фактического владения федеральной собственности не выбывал, что говорит о негаторном характере предъявленных МТУ Росимущества требований. В связи с чем МТУ Росимущества вправе требовать устранения всяких нарушений прав Российской Федерации в порядке статьи 304 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку целью предъявления настоящего иска явилось пресечение нарушений требований закона при совершении сделки, повлекшей ущемление прав и законных интересов Российской Федерации.

Следовательно, в порядке реституции не требуется возврат земельного участка (в целом как объекта права) от предпринимателя органу местного самоуправления, поскольку сторона арендодателя, как уже было сказано ранее, является ненадлежащим лицом.

С учётом заявленных требований и в целях восстановления нарушенных прав Российской Федерации, в качестве применения последствий недействительности договора аренды от 21.02.2013 №15 необходимо признать отсутствующим право, зарегистрированное на основании этого договора, поскольку действия, совершаемые вопреки правовым велениям, не могут порождать правовые последствия.

Так как судом установлено, что в границах спорного земельного участка находится водный объект, являющийся федеральной собственностью, то в силу закона указанный земельный участок не подлежит образованию. Кадастровый учёт спорного земельного участка нарушает право Российской Федерации, как собственника, на пользование и распоряжение водными объектами. Федеральным законом от 24.07.2007 № 221-ФЗ «О государственном кадастре недвижимости» предусмотрено аннулирование и исключение внесенных в ГКН сведений о земельных участках на основании решения суда.

Используемая в Российской Федерации регистрационная система предполагает, что внесённая в реестр запись о праве будет иметь юридические последствия в виде возникновения соответствующего права лишь в случае, если основание, по которому было внесено право, является юридически действительным. При наличии порока основания, запись не может считаться порождающей правовые последствия. Иначе говоря, запись завершает юридический состав, обусловливающий возникновение, изменение, прекращение, обременение или переход права, и без наличия достаточных правовых оснований сама по себе она эти правовые последствия не порождает.

Внесение в реестр записей в отсутствие должных правовых оснований, приводит к расхождению реестра права с правовой действительностью, следовательно, реестр становится недостоверным.

С учётом изложенного, суд удовлетворяет требование прокурора об исключении из Единого государственного реестра недвижимости сведений о земельном участке с кадастровым номером 19:07:000000:252, ввиду незаконности его формирования и постановки на кадастровый учёт.

Ответчиком ФИО1 заявлено о пропуске прокурором срока исковой давности для обращения в суд с настоящим иском.

По мнению ответчика в данном случае срок исковой давности следует исчислять с момента, когда прокурор Боградского района ознакомился с материалами жалобы ФИО1, к которым был приложен оспариваемый договор от 21.02.2013 №15.

По смыслу статьи 195 Гражданского кодекса Российской Федерации судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности.

Положениями статьи 197 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрены специальные сроки исковой давности для отдельных видов требований.

В частности, по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной срок исковой давности составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения (пункт 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.03.2012 № 15 «О некоторых вопросах участия прокурора в арбитражном процессе», при рассмотрении исков прокурора о признании сделки недействительной и о применении последствий недействительности ничтожной сделки необходимо исходить из того, что начало течения срока исковой давности определяется по правилам гражданского законодательства таким же образом, как если бы за судебной защитой обращалось само лицо, право которого нарушено.

Указанные разъяснения пресекают применение срока исковой давности по искам прокуроров, исходя из осведомлённости самого прокурора, поскольку материального интереса он как участник процесса не имеет. Прокурор является процессуальной фигурой, выступающей в защиту лица, материальное право которого нарушенного.

Как установлено судом, иск прокурора заявлен в интересах Российской Федерации в лице его уполномоченного органа Росимущества. В деле не имеется доказательств того, что не менее чем за три года до обращения с настоящим иском МТУ Росимущества должно было узнать о нарушении прав Российской Федерации и принять меры к его защите. Как пояснил представитель МТУ Росимущества в ходе судебного разбирательства, о нарушении прав Российской Федерации уполномоченный орган узнал из искового заявления прокурора, полученного в сентябре 2019 года.

В связи с этим дата проведения прокурором Боградского района той или иной проверки (по жалобе ФИО1 от 17.06.2013) для определения начала течения срока исковой давности правового значение не имеет.

Довод ответчика о регистрации договора аренды в органах Росреестра и, соответственно, информировании Российской Федерации о нарушении её прав отклоняется судом, поскольку государственную регистрацию прошёл договор аренды земельного участка без указания в реестре обременения участка водным объектом на водотоке. Кроме того, знание других государственных органов о нарушении прав Российской Федерации относительно спорных объектов не означает, что Российская Федерация в лице уполномоченного органа - Росимущества знало о нарушении прав.

На основании изложенного, заявление ответчика о пропуске истцом срока исковой давности судом отклоняется.

Довод ответчика о возможности нахождения пруда на водотоке не только в собственности Российской Федерации в связи с изменениями, внесёнными в Земельный кодекс Российской Федерации (статья 77) отклоняется судом.

Включение с 12.07.2017 в составе земель сельскохозяйственного назначения земель, занятых водными объектами (в том числе прудами, образованными водоподпорными сооружениями на водотоках и используемыми для целей осуществления прудовой аквакультуры) не свидетельствует об изменении статуса исключительности права собственности Российской Федерации на водные объекты, расположенные на водотоках.Указанные изменения имели своей целью упорядочить создание и использование рыбоводной инфраструктуры, которая в соответствии с пунктом 1 статьи 12 Федерального закона от 02.07.2013 № 148-ФЗ «Об аквакультуре (рыбоводстве) и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» является видом предпринимательской деятельности, относящейся к сельскохозяйственному производству.

Федеральным законом устанавливается, что в составе земель сельскохозяйственного назначения выделяются земли занятые водными объектами, в том числе прудами, образованными водоподпорными сооружениями на водотоках и используемыми для целей осуществления прудовой аквакультуры. Собственнику земельного участка предоставлено право строить пруды, в том числе образованные водоподпорными сооружениями на водотоках. В рассматриваемом деле русловой пруд был образован задолго до предоставления ФИО1 спорного земельного участка, сформированного непосредственно перед передачей его в аренду по договору от 21.02.2013.

Довод ответчика об отсутствии в материалах дела доказательств нахождения на спорном земельном участке водного объекта опровергается материалами дела и пояснениями Енисейского бассейнового водного управления Федерального агентства водных ресурсов.

Иные доводы ответчика отклоняются выводами суда, изложенными выше.

Как следует из установленных по делу обстоятельств, фактическую ценность для ответчика представляет не спорный земельный участок, а расположенный на нём водный объект, являющийся федеральной собственностью. Учитывая изложенное, суд, в целях обеспечения стабильности гражданского правооборота, считает необходимым дать разъяснения о возможном способе надлежащего использования указанного водного объекта.

Как указывалось ранее, под водным объектом земельный участок в силу прямого законодательного запрета как объект земельных отношений не формируется и в этом качестве не может предоставляться в аренду. В пользование ответчику может быть предоставлен водный объект (пруд) на основании договора водопользования, заключаемого с соответствующим уполномоченным органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации в сфере водопользования. При этом отсутствие сведений о водном объекте в государственном водном реестре не является основанием для отказа в предоставлении объекта в пользование.

При принятии искового заявления к производству прокурором государственная пошлина не оплачивалась. Поскольку требования предъявлены к обоим ответчикам, то судебные расходы относятся на них в равных долях.

Так как муниципальное казенное учреждение «Комитет по управлению муниципальным имуществом и природными ресурсами Боградского района» от уплаты госпошлины освобождено (подп.1.1 п.1 ст.333.37 Налогового кодекса Российской Федерации), то с индивидуального предпринимателя ФИО1 подлежит взысканию в бюджет 3000 рублей государственной пошлины (6000 : 2).

Руководствуясь статьями 110, 167 - 170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

1. Удовлетворить иск прокурора Республики Хакасия и самостоятельные требования межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Красноярском крае, Республике Хакасия, Республике Тыва:

признать недействительным (ничтожным) договор от 21.02.2013 №15 аренды земельного участка с кадастровым номером 19:07:000000:252, применить последствия его недействительности путём признания отсутствующим обременения земельного участка с кадастровым номерами 19:07:000000:252 в виде договора аренды от 21.02.2013 №15 и исключить из Единого государственного реестра недвижимости сведения о земельном участке с кадастровым номером 19:07:000000:252.

2. Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 в доход федерального бюджета 3000 (три тысячи) рублей государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд. Апелляционная жалоба на настоящее решение подаётся через Арбитражный суд Республики Хакасия.

Судья Г.И. Субач