Гражданский кодекс часть 1

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Самедовой Е.Н., рассмотрев в судебном заседании дело № А78-5597/2021 по заявлению Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Забайкальскому краю (ОГРН <***>, ИНН <***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРН <***>, ИНН <***>) о привлечении к административной ответственности по части 2 статьи 14.10 КоАП Российской Федерации,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «ПАТЕНТУС» (ОГРН <***>, ИНН <***>), Читинская таможня (ОГРН <***>, ИНН <***>) и Акционерное общество «Пластик» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

с участием в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле:

от Управления Роспотребнадзора: ФИО2, доверенность от 15 марта 2021 года, служебное удостоверение, копия диплома о высшем юридическом образовании;

от Читинской таможни: ФИО3, доверенность от 11 января 2022 года № 06-29/00158, копия диплома о высшем юридическом образовании, служебное удостоверение;

от предпринимателя ФИО4, ООО «ПАТЕНТУС» и Акционерного общества «Пластик»: не было (извещены),

установил:

Управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Забайкальскому краю (далее – Управление Роспотребнадзора, административный орган) обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении индивидуального предпринимателя ФИО1 (далее – предприниматель, ФИО4о) к административной ответственности по части 2 статьи 14.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП Российской Федерации).

Определениями суда от 22 июня 2021 года и от 26 июля 2021 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «ПАТЕНТУС» (далее – ООО «ПАТЕНТУС»), Читинская таможня и Акционерное общество «Пластик» (далее – АО «Пластик»).

В обоснование своей позиции административный орган указывает, что предпринимателем ФИО4о осуществлялась реализация товаров с незаконным использованием товарного знака «Coca-Cola».

От ФИО4о письменного отзыва на заявление не поступило, однако в судебном заседании 20 июля 2021 года он пояснил, что спорная продукция (полиэтиленовые пакеты с надписью «Coca-Cola») были приобретены им у российского производителя – Акционерного общества «Пластик» (г. Ангарск Иркутской области), в подтверждение чего представил соответствующие первичные документы (счет-фактуру от 30 апреля 2021 года № 002683 и паспорта качества на пакеты полиэтиленовые, в том числе содержащие указание на дизайн «Coca-Cola»). По утверждению предпринимателя, поскольку спорный товар не ввозился в Российскую Федерацию, а приобретался у российского производителя, то у таможенного органа отсутствовали какие-либо основания для проведения проверки.

В отзыве и письменных пояснениях по делу Читинская таможня сообщает, что в ее подразделение поступила оперативная информация о реализации ФИО4о контрафактной продукции (пакетов упаковочных с товарным знаком «Coca-Cola»), в связи с чем должностные лица таможни совместно с Управлением Роспотребнадзора провели проверку по данному факту. В рамках проверки экспертом проведено исследование обозначений на упаковочных пакетах с товарным знаком «Coca-Cola» и сделаны выводы о сходстве с зарегистрированным в Реестре общеизвестных в Российской Федерации товарных знаков. В ходе таможенного осмотра предприниматель не представил документов, подтверждающих правомерность использования товарного знака.

В соответствии с позицией привлеченного к участию в деле третьего лица ООО «ПАТЕНТУС», являющегося представителем компании «Дзе Кока-Кола Компани», для среднего российского потребителя реализуемая предпринимателем контрафактная продукция воспринимается как продукция компании «Дзе Кока-Кола Компани» за счет наличия на пакете обозначения «Coca-Cola». Использование известности, популярности и узнаваемости напитков и дизайна «Coca-Cola» путем воспроизведения на пакетах тождественного обозначения товарного знака недопустимо и подлежит пресечению, в связи с чем предприниматель подлежит привлечению к ответственности по части 2 статьи 14.10 КоАП Российской Федерации.

В связи с пояснениями ФИО4 к участию в деле в качестве третьего лица привлечено АО «Пластик», которое в своем отзыве указало, что производство полиэтиленовых пакетов с надписью «Coca-Cola» не осуществляет. При необходимости производства фирменной упаковки с покупателем согласуется макет печати рисунка, который указывается в графе «Дизайн». Между предпринимателем и АО «Пластик» действительно заключен договор поставки от 14 января 2016 года № 58, однако товар, поставленный ФИО4, был стандартной позицией прайс-листа, графа «Дизайн» не заполнялась. В связи с изложенным третье лицо полагает, что вменение производства спорной продукции АО «Пластик» является преждевременным и не соответствует действительности, поставленные же в адрес предпринимателя пакеты имеют паспорта качества без указания дизайна «Coca-Cola» (т. 1, л.д. 135-139).

Исследовав материалы дела, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Согласно сведениям из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей ФИО4 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 18 октября 1999 года Регистрационно-лицензионной палатой г. Читы, 16 ноября 2014 года ему присвоен основной государственный регистрационный номер индивидуального предпринимателя <***> (т. 1, л.д. 48-49).

В Читинскую таможню поступила оперативная информацию о том, что по адресу: <...>, павильон № 107, в котором деятельность осуществляет индивидуальный предприниматель ФИО4, реализуется контрафактная продукция – пакеты упаковочные, маркированные товарными знаками «Coca-Cola».

17 мая 2021 года в 14 часов 30 минут при проведении контрольных мероприятий в вышеупомянутом торговом павильоне, проведенных совместно должностными лицами Управления Роспотребнадзора и Читинской таможни, было установлено, что в реализации находятся товары с использованием товарных знаков:

Coca-Cola – пакеты (цвет красный) в количестве 1 900 штук по цене 2 рубля 50 копеек за штуку;

Coca-Cola - пакеты (цвет черный) в количестве 950 штук по цене 2 рубля 50 копеек за штуку;

на общую сумму 7 125 рублей.

При этом информация о том, что товары (пакеты) не предназначен для продажи, отсутствовала.

Подробный перечень товаров с описанием идентифицирующих признаков и количества приведен в протоколе наложения ареста на товары, транспортные средства и иные вещи от 17 мая 2021 года (л.д. 13-15).

Результаты осмотра зафиксированы в протоколе об осмотре принадлежащих юридическому лицу или индивидуальному предпринимателю помещений, территорий и находящихся там вещей от 17 мая 2021 года (т. 1, л.д. 11-12), а также в акте таможенного осмотра помещений и территорий от 17 мая 2021 года № 10719000/210/170521/А000105.

По имеющейся у Читинской таможни информации имеется сходство до степени смешения содержащихся на пакетах обозначений с товарными знаками, зарегистрированными в реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации (л.д. 16-19), что подтверждается и письмом правообладателя (л.д. 21).

Названные обстоятельства послужили поводом для возбуждения в отношении ФИО4 дела об административном правонарушении, о чем 18 мая 2021 года составлен соответствующий протокол № 422 (л.д. 8-9).

На основании части 3 статьи 23.1 и части 1 статьи 28.8 КоАП Российской Федерации, статьи 202 АПК Российской Федерации Управление Роспотребнадзора обратилось в Арбитражный суд Забайкальского края с заявлением о привлечении предпринимателя ФИО4 к административной ответственности по части 2 статьи 14.10 КоАП Российской Федерации.

Суд приходит к выводу о том, что в рассматриваемом конкретном случае в действиях предпринимателя наличествует состав вмененного ему административного правонарушения.

В силу пункта 2 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) интеллектуальная собственность охраняется законом.

Результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в том числе, товарные знаки (подпункт 14 пункта 1 статьи 1225 Гражданского кодекса).

Согласно статье 1 Конвенции об охране промышленной собственности от 20 марта 1883 года товарные знаки признаются объектами охраны промышленной собственности.

На основании пункта 1 статьи 1229 Гражданского кодекса гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

Пунктом 1 статьи 1477 Гражданского кодекса предусмотрено, что на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

На территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации (статья 1479 Гражданского кодекса).

В соответствии со статьей 1484 Гражданского кодекса лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации (подпункт 1 пункта 2 статьи 1484 Гражданского кодекса).

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 20 декабря 2001 года № 287-О отметил, что владелец товарного знака имеет исключительное право пользоваться и распоряжаться товарным знаком, а также запрещать его использование другим лицам, причем использовать охраняемый в Российской Федерации товарный знак без разрешения его владельца не может никто; нарушением прав владельца товарного знака признается несанкционированное изготовление, применение, ввоз, предложение к продаже, продажа, иное введение в хозяйственный оборот или хранение с этой целью товарного знака или товара, обозначенного этим знаком, или обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении однородных товаров.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 27 февраля 2018 года № 424-О обращено внимание на то, что положения статьи 1484 Гражданского кодекса, содержащие открытый перечень способов осуществления исключительного права на товарный знак для индивидуализации товаров, работ и услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован (пункт 2), а также устанавливающие запрет на использование без разрешения правообладателя сходных с его товарным знаком обозначений в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3), сами по себе направлены на реализацию статьи 44 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 15 (часть 4), 17 (часть 3), 34 (часть 2) и 55 (часть 3), а также на реализацию обязательств Российской Федерации по международным договорам (Парижская конвенция по охране промышленной собственности, Мадридское соглашение о международной регистрации знаков и др.).

Как указано в пункте 156 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 года № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», способы использования товарного знака, входящие в состав исключительного права в силу положений пунктов 1 и 2 статьи 1484 Гражданского кодекса, не ограничиваются лишь изготовлением товаров с размещением на них этого товарного знака. Исключительное право правообладателя охватывает в числе прочих распространение (в том числе предложение к продаже), а также ввоз на территорию Российской Федерации, хранение или перевозку с целью введения в гражданский оборот на территории Российской Федерации товара, в котором (а равно на этикетках, упаковке, документации которого) выражен товарный знак.

В пунктах 2 и 4 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 июля 1997 года № 19 «Обзор практики разрешения споров, связанных с защитой прав на товарный знак» разъяснено, что исключительное право владельца на товарный знак определяется в отношении товаров и услуг, указанных в свидетельстве на товарный знак. Продажа продукции с товарным знаком, используемым без разрешения его владельца, является нарушением прав на товарный знак.

На основании пункта 3 статьи 1484 Гражданского кодекса никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 года № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения. Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Таким образом, из приведенных норм права, правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации и Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что интеллектуальная собственность, в том числе товарные знаки, зарегистрированные в установленном порядке, охраняется законом. Исключительное право использования товарного знака принадлежит лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), другие лица не могут его использовать без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом. Использование товарного знака без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Гражданским кодексом (в частности, статья 1515), другими законами, в том числе Уголовным кодексом Российской Федерации (статьи 146 и 147) и КоАП Российской Федерации.

Административная ответственность за незаконное использование средств индивидуализации товаров (работ, услуг) предусмотрена статьей 14.10 КоАП Российской Федерации.

Частью 2 данной статьи установлена ответственность за производство в целях сбыта либо реализацию товара, содержащего незаконное воспроизведение чужого товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара или сходных с ними обозначений для однородных товаров, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 14.33 настоящего Кодекса, если указанные действия не содержат уголовно наказуемого деяния.

В пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17 февраля 2011 года № 11 «О некоторых вопросах применения Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» указано, что статья 14.10 КоАП Российской Федерации охватывает в числе прочих такие нарушения, как введение товара, на котором (а равно на этикетках, упаковке, документации которого) содержится незаконное воспроизведение средства индивидуализации, в гражданский оборот на территории Российской Федерации, а также ввоз на территорию Российской Федерации такого товара с целью его введения в гражданский оборот на территории Российской Федерации.

За нарушение, заключающееся в реализации товаров, содержащих незаконное воспроизведение товарного знака, к административной ответственности, предусмотренной статьей 14.10 КоАП Российской Федерации, может быть привлечено любое лицо, занимающееся этой реализацией, а не только первый продавец соответствующего товара.

При этом ответственность по части 2 статьи 14.10 КоАП Российской Федерации наступает при размещении товара, содержащего незаконное воспроизведение чужого товарного знака, на витринах (предложение к продаже) даже в отсутствие самого факта продажи (подобная правовая позиция изложена, например, в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 12 сентября 2019 года по делу № А72-13596/2018).

Таким образом, объективную сторону административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 14.10 КоАП Российской Федерации, образует как собственно реализация, так и размещение товара, содержащего незаконное воспроизведение чужого товарного знака, на витринах (предложение к продаже).

Как следует из материалов настоящего дела, вменяемое предпринимателю ФИО4 правонарушение выразилось в незаконной реализации товаров (упаковочных пакетов) с использованием товарного знака «Coca-Cola».

В силу статьи 26.1 КоАП Российской Федерации к обстоятельствам, подлежащим выяснению по делу об административном правонарушении, относятся, в том числе, наличие (отсутствие) события и состава административного правонарушения.

Такие обстоятельства устанавливаются на основании доказательств.

Согласно части 1 статьи 26.2 КоАП Российской Федерации доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными КоАП Российской Федерации, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами (часть 2 статьи 26.2 КоАП Российской Федерации).

В рассматриваемом случае факт осуществления деятельности по реализации полиэтиленовых упаковочных пакетов, содержащих товарный знак «Coca-Cola», в принадлежащей предпринимателю организации розничной торговли по адресу: <...> а, пав. 107, достоверно подтверждается имеющимися в материалах доказательствами, в том числе протоколом об административном правонарушении от 18 мая 2021 года № 422 (л.д. 8-9), протоколом осмотра принадлежащих юридическому лицу или индивидуальному предпринимателю помещений, территорий и находящихся там вещей от 17 мая 2021 года (л.д. 11-12), протоколом наложения ареста на товары, транспортные средства и иные вещи от 17 мая 2021 года (л.д. 13-15), актом таможенного осмотра помещений и территорий от 17 мая 2021 года № 10719000/210/170521/А000105, экспертным заключением.

В частности, в протоколе осмотра зафиксировано, что в торговой организации, расположенной по указанному адресу, выявлена контрафактная продукция, перечисленная в протоколе ареста от 17 мая 2021 года. Осмотр проведен с участием ФИО4о, протокол осмотра подписан им без замечаний.

В акте таможенного осмотра помещений и территорий от 17 мая 2021 года также содержатся сведения о том, что в осматриваемом помещении к реализации предложены различные товары, в том числе пакеты упаковочные с нанесением товарного знака «Coca-Cola», включенного в реестр интеллектуальной собственности.

Названный акт подписан ФИО4 о, без замечаний.

Зафиксированные в названных процессуальных документах сведения объективно подтверждаются представленной в материалы дела видеозаписью осмотра.

На обнаруженную контрафактную продукцию наложен арест, оформленный соответствующим протоколом. При этом арест также произведен с участием ФИО4о, соответствующий протокол подписан им без замечаний.

Согласно экспертному заключению Центрального экспертно-криминалистического таможенного управления представленные образцы обладают признаками однородности по отношению к зарегистрированному товарному знаку «Coca-Cola».

Из писем представителя правообладателя товарных знаков (л.д. 21, 72-74) следует, что спорная продукция является контрафактной.

Таким образом, имея в виду, что общедоступными сведениями (реестр товарных знаков и реестр объектов интеллектуальной собственности), а также представленными доказательствами подтвержден факт регистрации товарного знака «Coca-Cola», доказана явная контрафактность полиэтиленовых пакетов и, как следствие, невозможность допущения «параллельного» импорта, а также учитывая отсутствие разрешения правообладателей на использование предпринимателем ФИО4о соответствующих товарных знаков, следует признать, что реализация товаров с нанесенным на них товарным знаком «Coca-Cola», является нарушением исключительного права правообладателя (компании «Дзе Кока-кола Компани») путем незаконного использования ее товарного знака.

Оценив по правилам статьи 71 АПК Российской Федерации и статьи 26.11 КоАП Российской Федерации упомянутые выше доказательства, арбитражный суд приходит к выводу о том, что они являются достаточными для квалификации противоправных действий ФИО4о по части 2 статьи 14.10 КоАП Российской Федерации.

Делая вывод о виновности ФИО4 в совершении рассматриваемого административного правонарушения, суд исходит из следующего.

В силу части 1 статьи 2.1 КоАП Российской Федерации административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое этим Кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

Статьей 2.2 КоАП Российской Федерации предусмотрены формы вины, согласно части 2 административное правонарушение признается совершенным по неосторожности, если лицо, его совершившее, предвидело возможность наступления вредных последствий своего действия (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение таких последствий либо не предвидело возможности наступления таких последствий, хотя должно было и могло их предвидеть.

Должностное лицо подлежит административной ответственности в случае совершения им административного правонарушения в связи с неисполнением либо ненадлежащим исполнением своих служебных обязанностей (статья 2.4 КоАП Российской Федерации).

Согласно примечанию к статье 2.4 КоАП Российской Федерации лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, совершившие административные правонарушения, несут административную ответственность как должностные лица, если настоящим Кодексом не установлено иное.

Выяснение виновности лица в совершении административного правонарушения осуществляется на основании данных, зафиксированных в протоколе об административном правонарушении, объяснений лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, в том числе об отсутствии возможности для соблюдения соответствующих правил и норм, о принятии всех зависящих от него мер по их соблюдению, а также на основании иных доказательств, предусмотренных частью 2 статьи 26.2 КоАП Российской Федерации.

В пункте 9.2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17 февраля 2011 года № 11 «О некоторых вопросах применения Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» указано, что КоАП Российской Федерации не конкретизирует форму вины, при которой индивидуальный предприниматель может быть привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного статьей 14.10 КоАП Российской Федерации.

Указанное административное правонарушение может быть совершено не только умышленно, но и по неосторожности.

Следовательно, ответственность индивидуального предпринимателя за совершение данного правонарушения наступает в том числе в случае, если лицо знало или должно было знать, что использует чужой товарный знак, но не проверило, осуществляет ли оно такое использование на законных основаниях.

В данном случае арбитражный суд приходит к выводу о доказанности вины предпринимателя в совершении вменяемого ему административного правонарушения. Несмотря на то, что в судебном заседании 20 июля 2021 года предприниматель пояснил, что приобрел пакеты у АО «Пластик» по заключенному договору поставки (впоследствии в письменных пояснениях ФИО4 уже указывал, что приобрел пакеты на одном из рынков г. Читы) и умысла реализовывать контрафактный товар у него не было, суд учитывает, чтоФИО4 является индивидуальным предпринимателем, что само по себе предполагает знание им требований действующего законодательства, устанавливающих правила и ограничения по использованию товарных знаков (в том числе и общеизвестных товарных знаков). Кроме того, как отмечалось выше, рассматриваемое административное правонарушение может быть совершено не только умышленно, но и по неосторожности.

С учетом изложенного суд полагает, что предприниматель ФИО4 имел возможность надлежащим образом соблюсти действующее законодательство в области охраны интеллектуальной собственности, не допуская продажи в своей торговой точке упаковочных пакетов, содержащих незаконное воспроизведение товарного знака Coca Cola, однако не принял всех зависящих от него мер по его соблюдению, допустив продажу и предложение к продаже в торговом павильоне упаковочных пакетов с явными признаками несоответствия оригинальной продукции.

Каких-либо существенных нарушений порядка привлечения предпринимателя к административной ответственности судом не установлено.

В силу части 3 статьи 28.1 КоАП Российской Федерации дело об административном правонарушении может быть возбуждено должностным лицом, уполномоченным составлять протоколы об административных правонарушениях, только при наличии хотя бы одного из поводов, предусмотренных частями 1, 1.1 и 1.3 настоящей статьи, и достаточных данных, указывающих на наличие события административного правонарушения.

В свою очередь, согласно пункту 1 части 1 этой статьи одним из поводов к возбуждению дела об административном правонарушении является непосредственное обнаружение должностными лицами, уполномоченными составлять протоколы об административных правонарушениях, достаточных данных, указывающих на наличие события административного правонарушения.

В настоящем случае правонарушение было выявлено в ходе совместного контрольного мероприятия, проведенного на основании Регламента взаимодействия Читинской таможни с территориальными органами Роспотребнадзора при выявлении товаров, ввезенных с нарушением законодательства Российской Федерации и письма Читинской таможни от 14 мая 2021 года (л.д. 10) о планировании проведения проверочного мероприятия в отношении контрафактной продукции, реализуемой предпринимателем ФИО4

Названным Регламентом, согласованным 14 июня 2019 года руководителями соответствующих органов, предусмотрено, что в случае поступления информации от Читинской таможни Роспотребнадзор выделяет представителя ведомства для проведения внеплановых совместных мероприятий (пункт 5.3.2.).

Имея в виду, что товарный знак Coca Cola включен в Единый таможенный реестр объектов интеллектуальной собственности (регистрационный номер 05624/08973-001/ТЗ-240821), суд полагает, что в соответствии с положениями статей 310, 311, 322, 330, 351, 384 и 386 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза, статьями 227 и 334 Федерального закона от 03.08.2018 № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», у Читинской таможни в данном конкретном случае имелись правовые основания для проведения в отношении предпринимателя мероприятий таможенного контроля (вне зависимости от места производства упаковочных пакетов).

Пунктом 63 части 2 статьи 28.3 КоАП Российской Федерации установлено, что должностные лица органов, осуществляющих федеральный государственный надзор в области защиты прав потребителей вправе составлять протоколы об административных правонарушениях, предусмотренных статьей 14.10 КоАП Российской Федерации.

Согласно положениям Постановления Правительства Российской Федерации от 25.06.2021 № 1005 «Об утверждении Положения о федеральном государственном контроле (надзоре) в области защиты прав потребителей», Постановления Правительства Российской Федерации от 30.06.2004 № 322 «Об утверждении Положения о Федеральной службе по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека» и Постановления Правительства Российской Федерации от 06.04.2004 № 154 «Вопросы Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека» государственный контроль (надзор) в области защиты прав потребителей осуществляется Федеральной службой по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека.

Приказом Роспотребнадзора от 09.02.2011 № 40 утвержден Перечень должностных лиц Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека, уполномоченных составлять протоколы об административных правонарушениях, где поименованы, в том числе, специалисты-эксперты отделов управлений Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по субъектам Российской Федерации.

В настоящем случае протокол об административном правонарушении от 18 мая 2021 года № 422 составлен ведущим специалистом-экспертом отдела защиты прав потребителей ФИО5, то есть уполномоченным лицом.

Названный протокол составлен с участием предпринимателя ФИО4, ему была предоставлена возможность дать объяснения; копия протокола им получена, о чем свидетельствует соответствующая отметка.

Таким образом, требования статей 25.1, 25.15, 28.2 и 28.3 КоАП Российской Федерации органом внутренних дел соблюдены в полном объеме.

Годичный срок давности привлечения к административной ответственности, предусмотренный частью 1 статьи 4.5 КоАП Российской Федерации и исчисляемый в данном случае с 17 мая 2021 года, на момент рассмотрения дела в суде и принятия настоящего решения не истек.

Санкция части 2 статьи 14.10 КоАП Российской Федерации предусматривает для должностных лиц (индивидуальных предпринимателей) наказание в виде административного штрафа в размере трехкратного размера стоимости товара, явившегося предметом административного правонарушения, но не менее пятидесяти тысяч рублей с конфискацией предметов, содержащих незаконное воспроизведение товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара, а также материалов и оборудования, используемых для их производства, и иных орудий совершения административного правонарушения.

Вместе с тем в рассматриваемом конкретном случае суд считает возможным применить к предпринимателю преференцию в виде замены административного штрафа на предупреждение, как это предусмотрено статьей 4.1.1 КоАП Российской Федерации.

В соответствии с названной нормой права такая преференция может быть применена судом в отношении индивидуальных предпринимателей и юридических лиц, являющихся субъектами малого и среднего предпринимательства, за впервые совершенное ими административное правонарушение, в случаях, если назначение административного наказания в виде предупреждения не предусмотрено соответствующей статьей раздела II КоАП Российской Федерации, при наличии обстоятельств, предусмотренных частью 2 статьи 3.4 данного Кодекса, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 настоящей статьи.

В свою очередь, согласно части 2 статьи 3.4 и части 3.5 статьи 4.1 КоАП Российской Федерации предупреждение устанавливается за впервые совершенные административные правонарушения при отсутствии причинения вреда или возникновения угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, объектам животного и растительного мира, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации, безопасности государства, угрозы чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, а также при отсутствии имущественного ущерба.

Таким образом, предупреждение может быть применено только за правонарушение, характеризуемое совокупностью следующих условий: совершено впервые и не привело к причинению вреда или возникновению угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, объектам животного и растительного мира, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации, безопасности государства, угрозы чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, причинению имущественного ущерба.

В пункте 43 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26 декабря 2018 года, разъяснено, что помимо прочих условий, установленных статьей 4.1.1 КоАП Российской Федерации для возможности замены административного штрафа на предупреждение, основополагающим условием для применения указанной нормы КоАП Российской Федерации является то обстоятельство, что административное правонарушение совершено впервые, то есть преференция, предусмотренная статьей 4.1.1 КоАП Российской Федерации, является исключительной. При этом при рассмотрении вопроса о возможности замены административного штрафа на предупреждение должны учитываться совершенные ранее иные административные правонарушения, в том числе не являющиеся однородными по отношению к рассматриваемому правонарушению. При этом условий, в соответствии с которыми оценка возможности применения предупреждения по последующему правонарушению зависит от наличия (вступления в силу) постановления о привлечении к административной ответственности по предшествующему правонарушению на момент совершения последующего правонарушения, статьи 3.4 и 4.1.1 КоАП Российской Федерации не предусматривают.

По имеющейся у суда информации, полученной из Картотеки арбитражных дел, предприниматель ФИО4о ранее к административной ответственности не привлекался, в протоколе об административном правонарушении такая информация также отсутствует.

Представитель Управление Роспотребнадзора по Забайкальскому краю в судебном заседании 27 января 2022 года представил суду пояснения, согласно которым полагает возможным привлечь ФИО4о к административной ответственности по части 2 статьи 14.10 КоАП Российской Федерации в виде предупреждения ввиду того, что правонарушение совершено им впервые, отсутствуют отягчающие обстоятельства, в том числе причинение вредя или угроза возникновения причинения вреда жизни и здоровью людей, признание вины, наличия статуса субъекта малого предпринимательства, что подтверждается сведениями из Единого реестра субъектов малого и среднего предпринимательства.

Представитель Читинской таможни в судебном заседании 25 января 2022 года также полагала возможным применить к предпринимателю ответственность в виде предупреждения, а в судебном заседании 27 января 2022 года поддержала позицию административного органа.

Объективных и достоверных доказательств того, что допущенное предпринимателем правонарушение привело к причинению имущественного ущерба (в том числе и правообладателю), в материалах дела не имеется; ни в протоколе об административном правонарушении, ни в заявлении о привлечении к административной ответственности на подобные обстоятельства не указано.

Обществом «ПАТЕНТУС» соответствующих доводов (с указанием на причинение имущественного ущерба в конкретном и доказанном размере) в ходе судебного разбирательства не приводилось, соответствующих доказательств не представлено.

Арбитражный суд, осуществляющий сугубо проверочную деятельность в рамках состязательного процесса, не вправе восполнять (дополнять) или дублировать фактическую сторону дела, устанавливая за административный орган то, что тот в соответствии с законом вовремя и полно не установил, поскольку в ином случае суд принимал бы непосредственно на себя функции административного органа.

На недопустимость выполнения судами функции обвинения по делам об административных правонарушениях обращено внимание в постановлении Европейского Суда по правам человека от 20 сентября 2016 года по делу «Карелин против России» (жалоба № 926/08).

В противном случае ценности правовой определенности и предсказуемости, характерные для принципа законности, а значит, и сам этот принцип, окажутся принесены в жертву эффективности судебной системы (Постановление Европейского Суда по правам человека от 28 июня 2018 года по делу «Компания G.I.E.M S.R.L. и другие против Италии»).

Кроме того, суд учитывает, что поведение предпринимателя ФИО4о не свидетельствует о его явном пренебрежении к нормам публичного права и стремлении осуществлять нелегальный оборот контрафактной продукции.

Часть 2 статьи 14.10 КоАП Российской Федерации не поименована среди норм-исключений в части 2 статьи 4.1.1 этого же Кодекса.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2020 года № 49-П указано, что меры административной ответственности и правила их применения, устанавливаемые законодательством об административных правонарушениях, должны не только соответствовать характеру административного правонарушения, его опасности для защищаемых законом ценностей, но и обеспечивать учет причин и условий его совершения, а также личности правонарушителя и степени его вины, гарантируя тем самым адекватность порождаемых последствий для лица, привлекаемого к административной ответственности, тому вреду, который причинен в результате административного правонарушения, не допуская избыточного государственного принуждения и обеспечивая баланс основных прав индивида (юридического лица) и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от административных правонарушений. Применение одинаковых мер ответственности за различные по степени опасности административные правонарушения без надлежащего учета характеризующих виновное лицо обстоятельств, имеющих объективное и разумное обоснование, противоречит конституционному запрету дискриминации и выраженным в Конституции Российской Федерации идеям справедливости и гуманизма и несовместимо с принципом индивидуализации ответственности за административные правонарушения.

Ранее аналогичные правовые подходы были высказаны Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 19 марта 2003 года № 3-П, от 13 июля 2010 года № 15-П и от 17 января 2013 года № 1-П.

Опираясь на эти правовые позиции, Конституционный Суд Российской Федерации пришел к выводу, что наложение предусмотренного законом административного наказания при определенных обстоятельствах может противоречить целям административной ответственности и приводить к чрезмерному ограничению конституционных прав и свобод (Постановления от 14 февраля 2013 года № 4-П и от 25 февраля 2014 года № 4-П).

Соответственно, КоАП Российской Федерации, основываясь на вытекающих из Конституции Российской Федерации принципах справедливости и пропорциональности, предполагает, что органы административной юрисдикции обязаны избегать формального подхода к решению вопроса об административном наказании. В частности, необходимо учитывать требования КоАП Российской Федерации, направленные на обеспечение всестороннего, полного, объективного и своевременного выяснения всех обстоятельств, связанных с привлечением к административной ответственности, и справедливого разрешения дела об административном правонарушении (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2020 года № 49-П).

Поскольку административное наказание, как следует из части 1 статьи 3.1 КоАП Российской Федерации, является средством государственного реагирования на совершенное административное правонарушение и как таковое применяется в целях предупреждения совершения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами, установленные данным Кодексом размеры административных штрафов должны соотноситься с характером и степенью общественной опасности административных правонарушений и обладать разумным сдерживающим эффектом, необходимым для соблюдения находящихся под защитой административно-деликтного законодательства запретов. В противном случае применение административного наказания не будет отвечать предназначению государственного принуждения, которое, по смыслу статей 1 (часть 1), 2, 17 (часть 3), 18 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, должно заключаться главным образом в превентивном использовании соответствующих юридических средств для защиты прав и свобод человека и гражданина, а также иных конституционно признанных ценностей.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 9 июля 2021 года № 34-П также указано, что меры административной ответственности должны не только отвечать характеру правонарушения, его опасности для защищаемых законом ценностей, но и обеспечивать учет причин и условий его совершения, личности виновного и степени вины, гарантируя адекватность порождаемых последствий для правонарушителя тому вреду, который им причинен, не допуская избыточного государственного принуждения.

Согласно части 1 статьи 3.1 КоАП Российской Федерации административное наказание является установленной государством мерой ответственности за совершение административного правонарушения и применяется в целях предупреждения совершения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами.

Имея в виду отсутствие в материалах дела доказательств того, что предприниматель ФИО4 после 17 мая 2021 года продолжал противоправную деятельность, суд полагает, что предусмотренная законом основная цель применения административного наказания (предупреждение новых правонарушений) в данном случае может быть достигнута и без назначения наказания в виде административного штрафа.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что в рассматриваемом конкретном случае возможно применение по отношению к предпринимателю предусмотренной статьей 4.1.1 КоАП Российской Федерации преференции в виде замены административного штрафа на предупреждение.

Санкция части 2 статьи 14.10 КоАП Российской Федерации предусматривает назначение обязательного (безальтернативного) дополнительного наказания в виде конфискации предметов, содержащих незаконное воспроизведение товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара.

Однако в соответствии с частью 3 статьи 4.1.1 КоАП Российской Федерации в случае замены административного наказания в виде административного штрафа на предупреждение дополнительное административное наказание, предусмотренное соответствующей статьей раздела II настоящего Кодекса или закона субъекта Российской Федерации об административных правонарушениях, не применяется.

Вместе с тем в соответствии с частью 3 статьи 29.10 КоАП Российской Федерации в постановлении по делу об административном правонарушении должны быть решены вопросы об изъятых вещах и документах, а также о вещах, на которые наложен арест, если в отношении них не применено или не может быть применено административное наказание в виде конфискации.

В пункте 15.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 2 июня 2004 года № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» разъяснено, что если в ходе судебного разбирательства с очевидностью установлено, что вещи, явившиеся орудием совершения или предметом административного правонарушения и изъятые в рамках принятия мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, изъяты из оборота или находились в незаконном обороте (например, , контрафактная продукция), то в резолютивной части решения суда указывается, что соответствующие вещи возврату не подлежат, а также определяются дальнейшие действия с такими вещами.

В силу пункта 4 статьи 1252 Гражданского кодекса в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации, если иные последствия не предусмотрены настоящим Кодексом.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1515 Гражданского кодекса товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными. Правообладатель вправе требовать изъятия из оборота и уничтожения за счет нарушителя контрафактных товаров, этикеток, упаковок товаров, на которых размещены незаконно используемый товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение.

В пункте 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 года № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что решение об изъятии из оборота и уничтожении принимается судом в случае, если установлено наличие у ответчика контрафактных материальных носителей.

С учетом приведенных норм изъятые на основании протокола наложения ареста на товары, транспортные средства и иные вещи от 17 мая 2021 года упаковочные пакеты не могут быть возвращены предпринимателю ФИО4

В соответствии с пунктом 11 Положения о распоряжении имуществом, обращенным в собственность государства, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 23.09.2019 № 1238 (далее – Положение № 1238), имущество, обращенное в собственность государства, подлежит распоряжению следующими способами: а) переработка (утилизация); б) уничтожение; в) реализация.

На основании пункта 14 Положения № 1238 имущество, обращенное в собственность государства, подлежит исключительно уничтожению в случаях, установленных законодательством Российской Федерации, а также при наличии прямого указания на уничтожение в судебном акте об обращении имущества в собственность государства.

Кроме того, как уже отмечалось ранее, контрафактные товары подлежат уничтожению по решению суда в соответствии с пунктом 4 статьи 1252 и пункта 2 статьи 1515 Гражданского кодекса.

Таким образом, в силу прямого указания закона изъятая в рамках настоящего дела продукция (упаковочные пакеты) подлежит уничтожению.

В пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» указано, что в решении суда должен быть разрешен вопрос об издержках по делу.

В соответствии со статьей 24.7 КоАП Российской Федерации издержки по делу об административном правонарушении состоят, в том числе, из сумм, израсходованных на демонтаж, хранение, перевозку (пересылку) и исследование вещественных доказательств, орудия совершения или предмета административного правонарушения (пункт 2 части 1). Издержки по делу об административном правонарушении, совершенном юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем, относятся на счет указанных лиц, за исключением сумм, выплаченных переводчику (часть 3). Размер издержек по делу об административном правонарушении определяется на основании приобщенных к делу документов, подтверждающих наличие и размеры отнесенных к издержкам затрат. Решение об издержках по делу об административном правонарушении отражается в постановлении о назначении административного наказания (часть 4).

В связи с тем, что Управлением Роспотребнадзора не представлено каких-либо документов, свидетельствующих о несении им расходов на хранение и перевозку изъятой продукции (пакетов), размере таких издержек, при этом арестованная продукция оставлена на ответственное хранение ФИО4о, суд при принятии настоящего решения лишен возможности отнести подобные издержки на предпринимателя.

Руководствуясь статьями 167, 168, 169, 170, 171, 176 и 206 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 3.4, 4.1, 4.1.1 и частью 3 статьи 29.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Привлечь индивидуального предпринимателя ФИО1 (дата и место рождения – 01 июня 1962 года, с. Бадалан Масаллинского района Азербайджан; место жительства – <...> (общежитие); ОГРНИП <***>, ИНН <***>) к административной ответственности по части 2 статьи 14.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в виде предупреждения.

Товары (пакеты), содержащие незаконное воспроизведение товарного знака Coca-Cola и являющиеся в связи с этим контрафактными, изъятые на основании протокола наложения ареста на товары, транспортные средства и иные вещи от 17 мая 2021 года, индивидуальному предпринимателю ФИО1 не возвращаются и подлежат уничтожению в установленном действующим законодательством порядке.

Решение может быть обжаловано в течение десяти дней в Четвертый арбитражный апелляционный суд.

Апелляционная жалоба подается через Арбитражный суд Забайкальского края.

Судья Г.Г. Ячменёв