Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании в помещении Севастопольского городского суда уголовное дело по апелляционным жалобам защитника осужденного ФИО2 – адвоката Ромаченко С.И., защитника осужденного ФИО3 – адвоката Васильченко Е.А., потерпевших ФИО4 №2, ФИО4 №1 на приговор Ленинского районного суда г.Севастополя от 05 апреля 2021 года, которым

ФИО2, , ранее не судимый,

признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 163 УК РФ, с назначением ему наказания в виде лишения свободы на срок 3 года, на основании ст. 73 УК РФ условно, с испытательным сроком 2 года, с возложением обязанностей в соответствии с ч. 5 ст. 73 УК РФ,

ФИО3, , ранее не судимый,

признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 163 УК РФ, с назначением ему наказания в виде лишения свободы на срок 2 года, на основании ст. 73 УК РФ условно, с испытательным сроком 2 года, с возложением обязанностей в соответствии с ч. 5 ст. 73 УК РФ.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения, до вступления приговора в законную силу.

Приговором постановлено:

- взыскать с ФИО2 в счет компенсации морального вреда в пользу потерпевших: ФИО4 №2 – 30 000 рублей, ФИО4 №1 – 20 000 рублей;

- взыскать со ФИО3 в счет компенсации морального вреда в пользу потерпевших: ФИО4 №2 – 20 000 рублей, ФИО4 №1 – 10 000 рублей.

Судом разрешены вопросы о вещественных доказательствах и судьбе имущества, на которое был наложен арест.

Заслушав доклад председательствующего – судьи Еланской Е.Э., выслушав выступления осужденных ФИО2 и ФИО3, защитников – адвокатов Ромаченко С.И. и Васильченко Е.А., поддержавших доводы своих апелляционных жалоб, возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы потерпевших; мнение потерпевшей ФИО4 №2 и ее представителя – адвоката Манаенкова В.И., поддержавших доводы своей апелляционной жалобы, возражавших против удовлетворения апелляционных жалоб стороны защиты; прокурора, возражавшего против удовлетворения апелляционных жалоб защитников осужденных и потерпевших, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Приговором суда первой инстанции ФИО2 и ФИО3 признаны виновными в вымогательстве, то есть требовании передачи чужого имущества и права на имущество под угрозой распространения сведений позорящих потерпевшего и его близких, группой лиц по предварительному сговору.

Преступление совершено 02 июля 2019 года в городе Севастополе при обстоятельствах, подробно изложенных в описательно-мотивировочной части указанного приговора.

В апелляционной жалобе адвокат Ромаченко С.И. просит приговор суда первой инстанции отменить, вынести в отношении ФИО2 оправдательный приговор в связи с отсутствием в его действиях инкриминируемого состава преступления.

Приводит доводы о том, что потерпевшие, на показаниях которых основано обвинение, являются заинтересованными лицами; их показания противоречивы. ФИО4 №2 представлена фальсифицированная расписка от имени Свидетель №14, что она к ней претензий не имеет.

В жалобе защитник, давая свою оценку показаниям осужденных и свидетелей, указывает о том, что имелись обоснованные подозрения в отношении ФИО4 №2 о совершении ею кражи телефона, принадлежащего Свидетель №9 При этом она добровольно согласилась возместить причиненный ущерб, и передала в качестве залога, до того времени пока не вернет деньги, автомобиль, принадлежащий ее сыну. Отмечает, что на потерпевших никто давления не оказывал, ФИО3, исходя из записи разговоров с ФИО4 №1, обещает ему отдать документы на автомобиль после возврата долга, при этом автомобиль остается в пользовании ФИО4 №1

Настаивает на том, что требование о возмещении материального вреда, адресованное лицу, которое подозревается в совершении преступления, не является вымогательством.

Ссылаясь на постановление Пленума ВС РФ от 17 декабря 2015 года № 56 «О судебной практике по делам о вымогательстве», указывает о том, что осужденные давления на потерпевших не оказывали, имущество не вымогали, как и не высказывали угрозы распространения сведений, позорящих потерпевшего и его близких, поскольку предупреждение потерпевших о возможности обращения в правоохранительные органы в связи с подозрением в совершении преступления, не является распространением позорящих сведений, а является правом лица.

Полагает, что выводы о виновности его подзащитного основаны на недопустимых доказательствах. Так, проверка показаний потерпевших в квартирах №№ 52 и 53 по ул. Гоголя в г. Севастополе, а фактически осмотр данных квартир, являющихся жилищем, принадлежащих Свидетель №9, проводились без соответствующего разрешения собственника жилища либо суда.

Не установлен источник происхождения диска, изъятого у ФИО4 №2 с записью с видеорегистратора, содержащего видеозапись событий от 02 июля 2019 года, а именно диалогов между ФИО3 и ФИО4 №1 Сам видеорегистратор не изымался и не осматривался, у ФИО3 не выяснено, его ли голос зафиксирован на видеозаписи, сама запись представлена не целиком.

Адвокат Васильченко Е.А. в своей жалобе просит приговор суда первой инстанции отменить и постановить оправдательный приговор в отношении ФИО3, в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Указывает о том, что согласно приговору суд установил, что осужденными высказывались потерпевшей угрозы о незаконном привлечении к уголовной ответственности.

Ссылаясь на установленные обстоятельства по делу, согласно которым у осужденных имелись обоснованные подозрения в отношении ФИО4 №2 о краже имущества Свидетель №9, а также на положения постановлений Пленума ВС РФ от 17 декабря 2015 года № 56 «О судебной практике по делам о вымогательстве», и от 25 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» считает, что обращение в правоохранительные органы с сообщением о предполагаемом преступлении не является распространением сведений, порочащих честь, достоинство или подрывающие репутацию.

Обращает внимание на то, что требование возместить причиненный ущерб не может является вымогательством, а угроза привлечения потерпевшей к уголовной ответственности не предполагает распространение определенных сведений. При этом суд сослался на высказанную угрозу незаконного привлечения к уголовной ответственности, то есть лицо заведомо должно понимать, что преступление не имело место в действительности, либо совершено не тем, кому адресована данная угроза. Вместе с тем по делу установлено, что в краже телефона у Свидетель №9 подозрение пало на ФИО4 №2, его домработницу, с которой и пытались по поручению Свидетель №9 разобраться ФИО2 и ФИО3

При этом судом не дано оценки тому обстоятельству, что ФИО2 передал Свидетель №9 100 000 рублей, пояснив о том, что ФИО4 №2 передала в залог автомобиль, рыночной стоимостью менее 100 000 рублей. При таких обстоятельствах какой-либо корыстной цели и мотива у осужденных не усматривается.

Также указывает на нарушения судом положений ст. 285, ч. 1 ст. 274 УПК РФ, поскольку суд по собственной инициативе оглашал материалы дела в отсутствие ходатайства государственного обвинителя.

В апелляционной жалобе потерпевших ФИО4 №2 и ФИО4 №1 ставится вопрос об изменении приговора ввиду его несправедливости вследствие чрезмерной мягкости.

Авторы жалобы считают, что совершенное преступление относится к категории тяжких, при этом суд, придя к выводу о возможности исправления осужденных без реального отбывания наказания, не мотивировал надлежащим образом свои выводы. Потерпевшие полагают, что суд не учел, что данное преступление характеризуется корыстью и жестокостью, осужденные давали в суде ложные и противоречивые показания, в содеянном не раскаялись, ущерб не возместили.

В возражениях на жалобы защитников государственный обвинитель просит приговор оставить без изменения, а жалобы – без удовлетворения.

В возражениях на апелляционную жалобу потерпевших адвокат Васильченко Е.А. просит оставить ее без удовлетворения.

В возражениях на жалобы защитников осужденных потерпевшие ФИО4 №2 и ФИО4 №1 просят оставить их без удовлетворения.

Проверив представленные материалы дела, выслушав лиц, участвующих в деле, изучив доводы, изложенные в апелляционных жалобах и возражениях, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Вопреки утверждениям стороны защиты, вывод суда первой инстанции о виновности ФИО2 и ФИО3 в совершении преступления, за которое они осуждены, соответствует фактическим обстоятельствам, установленным судом, подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, а именно:

- показаниями в судебном заседании потерпевшей ФИО4 №2, согласно которым примерно с апреля 2019 года она работала неофициально в качестве домработницы в домовладении Свидетель №9 02 июля 2019 года, придя утром на работу, ее встретил ФИО2, который представился начальником службы безопасности, и ФИО3, через которого она устраивалась на эту работу, и сообщили о том, что ее хотят оформить на работу официально, для чего ФИО3 на автомобиле Свидетель №9 отвез ее домой, где она взяла необходимые документы, и привез в офис, расположенный по ул. Гоголя, д. 20 «а», где она отдала ФИО2 документы и заполнила анкету, указав в ней, что судимости не имеет. Далее ФИО2, в присутствии ФИО3, сказал, что она скрыла сведения о наличии у нее судимости за ранее совершенную кражу (хотя она была погашена), и утверждал, что пропавший из указанного домовладения телефон Свидетель №9 был похищен именно ею, и у него имеются тому доказательства, потребовал вернуть телефон или отдать за него 100000 рублей, а иначе они сообщат об этом в полицию и ее привлекут к уголовной ответственности. Она отрицала совершение кражи телефона, однако ФИО2 ее не слушал, продолжал оказывать на нее давление, высказывая в ее адрес угрозы привлечения к уголовной ответственности, которые также подтверждал и ФИО3 При этом ФИО2 позвонил знакомому сотруднику полиции – Свидетель №1, который приехал в офис и сказал, что если она не выполнит требования ФИО2 и ФИО3, то будет доставлена в отдел полиции и привлечена к уголовной ответственности, поскольку ранее уже привлекалась к уголовной ответственности. Также ФИО2 сказал, что если у нее нет таких денежных средств, то тогда она должна переоформить автомобиль ее сына – ФИО4 №1 на ФИО3, хотя она ничего про автомобиль им не говорила. Понимая, что у ФИО2 действительно имеются связи среди сотрудников правоохранительных органов, она испугалась, в том числе и за сына, в связи с чем позвонила ему и рассказала о выдвинутых ей требованиях. Около 12 часов ее сын прибыл в офис, где ФИО2 в присутствии ФИО3 повторил эти требования, затем завели его в комнату, где находился сотрудник полиции Свидетель №1, который также подтвердил, что если они не отдадут деньги или иное имущество, то ее привлекут к уголовной ответственности, в связи с чем ее сын согласился переоформить автомобиль при условии, что автомобиль оставят ему, пока они не найдут требуемые 100000 рублей. После этого ФИО4 №1 со ФИО3 уехали переоформлять автомобиль, а она все это время по требованию ФИО2 находилась в офисе, так как опасалась за себя и своего сына, высказанные ей угрозы воспринимала реально. В дальнейшем, осознав, что она стала жертвой преступления, она обратилась с соответствующим заявлением в правоохранительные органы;

- показаниями потерпевшего ФИО4 №1, который также подтвердил, что по требованию ФИО2 и ФИО3, переоформил принадлежащий ему автомобиль «SubaruLegacy» на ФИО3, так как опасался высказанной ими угрозы привлечения его матери ФИО4 №2 к уголовной ответственности за кражу телефона, которую она не совершала. Свои показания, данные на предварительном следствии и оглашённые судом в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, подтвердил в полном объеме (т. 1 л.д. 177-183);

- показаниями в судебном заседании свидетеля Свидетель №9, согласно которым он дал поручение ФИО2, начальнику службы безопасности ООО «Крымсплав», совладельцем которого он является, разобраться вместе со ФИО3, который является его помощником по его домовладению, по факту пропажи мобильного телефона, подаренного ему 25 мая 2019 года, стоимостью 100000 рублей, в краже которого подозревали домработницу ФИО4 №2 В результате этого ФИО2 возвратил ему 100000 рублей за телефон, сказав, что с ФИО4 №2, которая, с его слов, созналась в краже, они все решили, и она передала ФИО3 в залог автомобиль;

- показаниями допрошенного в судебном заседании свидетеля Свидетель №1, сотрудника полиции, согласно которым он находится в дружеских отношениях с ФИО2 02 июля 2019 года он приехал к ФИО2 в его офис по ул. Гоголя, 20 «а», где находились ФИО4 №2 и несколько мужчин. ФИО2 в присутствии ФИО4 №2 сообщил о совершении ею кражи телефона, на что он (свидетель) сказал, что в таком случае, ее следует привлечь к уголовной ответственности, однако ФИО2 ответил, что они разберутся самостоятельно;

- показаниями допрошенных в судебном заседании в качестве свидетелей сотрудников полиции: Свидетель №2, который не исключал возможность проведения им в силу своих полномочий проверки в отношении ФИО4 №2 по информационным базам данных МВД по просьбе Свидетель №1; Свидетель №3 о том, что летом 2019 года каких-либо поручений Свидетель №1 по отработке оперативной информации в офисе ООО «Крымсплав» он не давал; Свидетель №16, чьи показания на предварительном следствии были оглашены судом в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, согласно которым 02 июля 2019 года в обеденное время Свидетель №1 находился на (т. 3 л.д. 15-18);

- показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей – сотрудников ООО «Крымсплав»: Свидетель №6, Свидетель №7, Свидетель №8, а также по ходатайству защиты – ФИО5, которые подтвердили, что ФИО4 №2 находилась 02 июля 2019 года в офисе по указанному адресу, где с ней общался ФИО2;

- показаниями в судебном заседании свидетеля Свидетель №10 о том, что он по просьбе Свидетель №14 просматривал записи с камер видеонаблюдения в домовладении, прямых доказательств совершения кем-либо хищения мобильного телефона, подаренного Свидетель №9, в них не имелось;

- оглашенными в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаниями свидетелей Свидетель 14 и Свидетель №13, согласно которым ФИО2 02 июля 2019 года обращался к ним за выдачей денежных средств в сумме 100000 рублей под залог автомобиля, однако они отказали, так как автомобиль был 1994 года выпуска (т. 2 л.д. 100-103, 104-107);

- показания допрошенного в судебном заседании свидетеля Свидетель №4, сотрудника МРЭО ГИБДД УМВД России по г. Севастополю, который подтвердил свои показания, данные на предварительном следствии и оглашенные судом в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ по обстоятельствам переоформления автомобиля на ФИО3 (т. 2 л.д. 60-64);

- оглашенными в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаниями свидетелей: Свидетель №11, согласно которым 30.03.2018 г. она продала указанный автомобиль ФИО4 №1, а 02.07.2019 г. никакой сделки по нему со ФИО3 не заключала (т. 2 л.д. 97-99);

- письменными доказательствами и протоколами следственных действий, в том числе: заявлением ФИО4 №2 от 09.08.2019 г. о совершении в отношении нее и ее сына ФИО4 №1 02.07.2019 г. преступления (т. 1 л.д. 73-74); протоколами очных ставок между потерпевшими ФИО4 №2 и ФИО4 №1 с подозреваемыми ФИО3 и ФИО2 ( т. 1 л.д. 228-235, 236-244, т. 2 л.д. 205-213, 219-231), со свидетелем Свидетель №1 (т. 1 л.д. 222-227, т. 2 л.д. 214-218); протоколами проверок показаний на месте с участием потерпевших ФИО4 №1 – в ГРАС МРЭО ГИБДД России г. Севастополя, где был переоформлен его автомобиль «SubaruLegacy»; ФИО4 №2 – в офисе № 53, который находится по адресу: «а» ( т. 1 л.д. 191-221, т. 2 л.д. 232-248), согласно которым потерпевшие подтвердили обстоятельства содеянного подсудимыми; протоколами осмотра места происшествия от 23.09.2019 г. и выемки от 08.11.2019 г. – автомобиля «SubaruLegacy», государственный регистрационный знак №, признания его вещественным доказательством (т. 3 л.д. 38-41, 46-48, 49-50); протоколами выемки, осмотра и признания вещественным доказательством выданного ФИО4 №1 свидетельства о регистрации транспортного средства № от 02.07.2019 г., в соответствии с которым собственником указанного автомобиля является ФИО3 (т. 3 л.д. 58-60, 61-63, 64-65); заключением эксперта от 03.02.2020 г. № 73/4-1, согласно выводам которого рыночная стоимость автомобиля «SubaruLegacy», государственный регистрационный знак №, 1994 года выпуска, с учетом его фактического состояния на 02.07.2019 г. составляла 85646,03 рублей (т. 3 л.д. 121-129); протоколом выемки от 10.06.2020 г., согласно которому ФИО4 №1 выдал оптический диск с информацией о соединениях по абонентским номерам, которыми пользуются он и потерпевшая ФИО4 №2, в том числе за 02 июля 2019 года в указанные периоды времени, подтверждающий их показания об указанных событиях (т. 3 л.д. 25-27); протоколом выемки от 23.09.2019 г. у ФИО4 №2 оптического диска, содержащего видеозаписи с камеры видеорегистратора указанного автомобиля за 02 июля 2019 года, на которых, в том числе, зафиксированы обстоятельства переоформления права на него (от потерпевшего ФИО4 №1 на ФИО3), который осмотрен и приобщен к делу в качестве вещественного доказательства (т. 3 л.д. 70-80, 29-37); протоколом выемки от 02.10.2019 г. в МРЭО ГИБДД УМВД России по : свидетельства о регистрации транспортного средства №№ и копии паспорта транспортного средства , согласно которым указанный автомобиль имеет государственный регистрационный знак №, до 02.07.2019 г. был зарегистрирован на имя Свидетель №11, а также договор купли-продажи транспортного средства, заявление от ДД.ММ.ГГГГ№, поданное ФИО3 о внесении изменений в регистрационные данные этого автомобиля в связи с изменением собственника, чек об оплате госпошлины, которые осмотрены и приобщены к делу в качестве вещественных доказательств (т. 3 л.д. 86-102); протоколами осмотров и приобщения к делу в качестве вещественных доказательств оптических дисков с предоставленной оператором связи информацией о соединениях по абонентским номерам, находившимся в пользовании подсудимых, а также свидетелей Свидетель №9 и Свидетель №1, подтверждающие обстоятельства совершения преступления ФИО2 и ФИО3, при этом именно ФИО2 в 09 часов 39 минут в этот день первым звонил Свидетель №1 (т. 3 л.д. 184-193, 201-211, 220-245), а также иными письменными и вещественными доказательствами, исследованными судом и подробно приведенными в приговоре.

Вопреки утверждениям стороны защиты, показания потерпевших и свидетелей суд первой инстанции обоснованно признал достоверными и положил их в основу обвинительного приговора, поскольку они последовательны, согласуются между собой и подтверждаются другими доказательствами по делу. Оснований для оговора ими осужденных не усматривается. Каких-либо противоречий в показаниях потерпевших и свидетелей, влияющих на доказанность вины осужденных, судебной коллегией не установлено.

При оглашении показаний потерпевших и свидетелей нарушений ст. 281 УПК РФ не допущено.

Судебная коллегия отмечает, что лица, чьи показания оглашались на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, оглашенные показания подтвердили в полном объеме.

Показания неявившихся лиц оглашались на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ исключительно с добровольного согласия всех участников процесса.

Судебная коллегия также учитывает, что потерпевшие свои показания подтвердили как в ходе очных ставок с осужденными и свидетелем Свидетель №1, так и при проверке их показаний на месте, которые также исследованы в судебном заседании в суде первой инстанции.

Оценивая показания потерпевших и свидетелей, судебная коллегия приходит к выводу об их правдивости, поскольку они являются последовательными в период всего производства по делу, а также согласуются с исследованными письменными доказательствами, которыми безусловно подтверждается противоправный характер выдвигаемых подсудимыми требований по передаче денежных средств.

Исследованные в суде первой инстанции и приведенные в приговоре письменные доказательства обоснованно признаны относимыми и допустимыми.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона при получении доказательств не допущено, в суде апелляционной инстанции их также не установлено.

Все приведенные в приговоре доказательства суд, в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, при этом суд указал в приговоре, по каким основаниям он принял во внимание одни доказательства и отклонил другие, в том числе показания осужденных, которые отрицали свою вину, настаивая на правомерности своих требований и отсутствии корыстного мотива.

Справедливо придя к выводу о доказанности вины ФИО2 и ФИО6, суд правильно установил фактические обстоятельства дела и квалифицировал действия каждого из подсудимых по п. «а» ч. 2 ст. 163 УК РФ, как вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества и права на имущество под угрозой распространения сведений, позорящих потерпевшего и его близких, совершенное группой лиц по предварительному сговору. При этом, обоснованно исключил из предъявленного обвинения квалифицирующий признак – «иные сведения, распространение которых может причинить существенный вред правам или законным интересам потерпевшего либо его близких», так как по обстоятельствам дела угроз распространения таких сведений не установлено.

При этом тот факт, что потерпевшие переоформили автомобиль ФИО4 №1 на подсудимого ФИО3, свидетельствует о том, что угроза распространения таких сведений носила реальный характер, и возможность ее исполнения была для потерпевших очевидной.

С выводами суда первой инстанции о квалификации действий осужденных, которые подробно мотивированы в приговоре, судебная коллегия соглашается в полном объеме и оснований для иной юридической оценки их действий не находит.

Судом по делу установлены все необходимые признаки состава преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 163 УК РФ, которые соответствуют разъяснениям, изложенным в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 декабря 2015 года № 56 «О судебной практике по делам о вымогательстве (статья 163 УК РФ)», согласно которым по смыслу ч. 1 ст. 163 УК РФ под сведениями, позорящими потерпевшего или его близких, следует понимать сведения, порочащие их честь, достоинство или подрывающие репутацию (например, данные о совершении правонарушения, аморального поступка). При этом не имеет значения, соответствуют ли действительности сведения, под угрозой распространения которых совершается вымогательство.

По смыслу закона вымогательство считается оконченным с момента выдвижения неправомерного требования о передаче имущества или права на имущество, сопряженного, в том числе с угрозой распространения сведений, позорящих потерпевшего.

Суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что требование подсудимых в адрес потерпевших о передаче им 100 000 рублей либо о переоформлении автомобиля носило неправомерный характер, поскольку на момент его выдвижения 02 июля 2019 года в официальном порядке не был установлен факт кражи телефона Свидетель №9 и причастность к этому ФИО4 №2

С заявлением в полицию по факту кражи своего телефона свидетель ФИО7 обратился только 08 ноября 2019 года, а 28 ноября 2019 было возбуждено уголовное дело по факту кражи мобильного телефона по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (т. 2 л.д. 140), то есть спустя четыре месяца после совершенного преступления в отношении потерпевших, при этом на тот момент уже было возбуждено уголовное дело в отношении ФИО2 и ФИО3

Кроме того, постановлением старшего следователя СО ОМВД России по Ленинскому району г. Севастополя ФИО8 от 21.12.2020 г. уголовное преследование в отношении ФИО4 №2 по данному факту прекращено на основании п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, в связи с ее непричастностью к краже.

ФИО4 №2 категорически отрицала свою причастность к хищению телефона и у осужденных не было оснований выдвигать ей требование о передаче им денежных средств или автомобиля взамен пропавшего телефона Свидетель №9

Вопреки доводам апелляционных жалоб стороны защиты о том, что осужденные у потерпевших имущества не вымогали, а угроза привлечения потерпевшей к уголовной ответственности не предполагает распространение определенных сведений, поскольку предупреждение потерпевших о возможности обращения в правоохранительные органы в связи с подозрением в совершении преступления не является распространением позорящих сведений, судебная коллегия отмечает, что согласно п. 10 постановления Пленума ВС РФ № 3 от 25 февраля 2005 года «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан», обращение в правоохранительные органы с заявлением о совершенном преступлении, когда сообщенные сведения своего подтверждения не нашли, является способом распространения порочащих сведений, если будет установлено, что обращение в указанные органы не имело под собой никаких оснований и продиктовано не намерением исполнить свой гражданский долг или защитить права и охраняемые законом интересы, а исключительно намерением причинить вред другому лицу, то есть когда имело место злоупотребление правом (ч.ч. 1 и 2 ст. 10 ГК РФ).

Судом первой инстанции было установлено, что ФИО2 и ФИО3 не имели ни реального, ни предполагаемого права на выдвижение требований о передаче им денежных средств или имущества ФИО4 №1, так как факт совершения кражи телефона ФИО4 №2 на момент инкриминируемых деяний достоверно установлен не был, угроза незаконного привлечения к уголовной ответственности выступала способом шантажа с целью причинить вред потерпевшей ФИО4 №2 в случае ее реализации. Именно под угрозой распространения таких сведений, позорящих потерпевшую, подсудимые понуждали ее к согласию передать им денежные средства либо переоформить автомобиль, что подразумевало отсутствие добровольности в действиях потерпевшей и в соответствии с уголовным законом является вымогательством.

Вопреки доводам апелляционных жалоб стороны защиты об отсутствии в действиях осужденных корыстного мотива, материалами уголовного дела и судом первой инстанции также установлено, что подсудимые денежные средства требовали для себя и по собственной инициативе с намерением в дальнейшем передать их собственнику телефона Свидетель №9

Кроме того, они также выдвигали требование о передаче права на имущество другого лица – автомобиль, принадлежащий ФИО4 №1, предполагаемого права на имущество которого у осужденных не имелось, и который по требованию осуждённых переоформил автомобиль на ФИО3, то есть подсудимые действовали с прямым умыслом, направленным на получение материальной выгоды для себя и иных лиц, что соответствует разъяснениям, изложенным в п. 1 постановления Пленума ВС РФ № 56 от 17 декабря 2015 года «О судебной практике по делам о вымогательстве».

Наличие предварительного преступного сговора между ФИО2 и ФИО3 также нашло свое подтверждение как в ходе судебного следствия, так и в исследованных письменных доказательствах, согласно которым ФИО2 и ФИО3 заранее договорились о совместном совершении вымогательства, о чем свидетельствует согласованный характер их действий, совместное требование денег или передачи прав на имущество, после чего они совместно принимали меры по скорейшей перерегистрации транспортного средства.

Действия подсудимых охватывались совместным единым умыслом на достижение общего преступного результата, при этом они осознавали противоправность своих действий и каждый из них выполнял объективную сторону преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 163 УК РФ, в результате их действий потерпевшему ФИО4 №1 был причинен, в том числе и материальный ущерб, так как из его законного владения незаконным способом выбыл автомобиль, который находился в его пользовании.

Вопреки доводам апелляционных жалоб стороны защиты, о наличии предварительного сговора между подсудимыми на совершение вымогательства свидетельствуют последовательные показания потерпевших о совместных и согласованных действиях подсудимых, с целью получения материальной выгоды, как в своих интересах, так и в интересах иного лица.

Доводы стороны защиты о недопустимости производства проверок показаний на месте с участием потерпевших в без судебного решения, также являются необоснованными, поскольку проверка показаний на месте была проведена с согласия представителя ООО «Крымсплав» ФИО9, осуществляющего деятельность, в том числе в данной квартире, которая согласно показаниям допрошенных в судебном заседании свидетелей – сотрудников ООО «Крымсправ» является комнатой для переговоров, используется как нежилое помещение, то есть является одной из комнат их офиса, расположенного по указанному адресу. Никаких замечаний либо возражений ни от кого из участников указанных следственных действий не поступало. Таким образом, разрешение суда на проведение следственных действий в указанном помещении не требуется.

Также вопреки доводам стороны защиты не имеется оснований для признания недопустимым доказательством оптического диска с видеозаписью с камеры видеорегистратора автомобиля, предоставленного потерпевшей ФИО4 №2, поскольку он был изъят, осмотрен и приобщен к делу в соответствии с требованиями ст.ст. 81, 183 УПК РФ.

Судебное разбирательство проведено объективно и всесторонне, с соблюдением требований уголовно-процессуального закона о состязательности и равноправии сторон и выяснением всех юридически значимых для правильного разрешения уголовного дела обстоятельств, подлежащих доказыванию, в том числе места, времени, мотивов, целей и способа совершения преступления, формы вины. При этом сторонам были созданы необходимые условия для исполнения процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Представленные сторонами в ходе судебного разбирательства доказательства всесторонне, полно и объективно исследованы судом первой инстанции, правильно оценены в соответствии с положениями статей 17, 87, 88 и 307 УПК РФ. Оценку, данную собранным по делу доказательствам, в том числе показаниям осужденных и потерпевших, судебная коллегия находит правильной.

Все заявленные сторонами ходатайства рассмотрены судом в соответствии с законом, с вынесением мотивированных решений. Необоснованных решений об отказе в удовлетворении ходатайств, ограничивающих права участников судебного разбирательства и способных повлиять на выводы суда, судебная коллегия не усматривает.

Показания потерпевших об обстоятельствах совершенных в их отношении преступления последовательны, свидетельствуют о совместных и согласованных действиях ФИО2 и ФИО3, направленных на совершение инкриминируемого деяния, объективно подтверждаются другими доказательствами, согласуются с установленными фактическими данными и поэтому правильно положены в основу обвинительного приговора.

Данных, которые могли бы свидетельствовать о необъективности показаний потерпевших, в том числе в силу характеристик их личности, о наличии причин для оговора ими осужденного, как и недостоверности приведенных в приговоре показаний свидетелей обвинения, по делу не установлено.

Оснований не доверять вышеуказанным показаниям потерпевших и свидетелей обвинения у суда не имелось, поскольку они логичны, последовательны и согласуются как между собой, так и с другими доказательствами по делу. При этом потерпевшие и свидетели давали показания после разъяснения им процессуальных прав, предусмотренных уголовно-процессуальным законом, также они были предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Совокупность приведенных доказательств обоснованно признана судом первой инстанции достаточной для установления виновности осужденных в содеянном.

Вопреки доводам апелляционной жалобы стороны защиты о нарушении судом положений ч. 1 ст. 274 УПК РФ, ст. 285 УПК РФ при оглашении материалов дела, согласно протоколу судебного заседания государственным обвинителем в ходе судебного следствия был предложен порядок исследования доказательств по делу, который был принят судом, в связи с чем оглашение судом в порядке ст. 285 УПК РФ ряда процессуальных документов, указанных в обвинительном заключении, не свидетельствует о допущенном судом нарушении, поскольку такое оглашение, при отсутствии возражений участников процесса, соответствует положениям норм уголовно-процессуального законодательства и не требует согласия сторон в качестве обязательного условия и не влечет отмену постановленного приговора.

Приведенные в апелляционных жалобах и фактически сводящиеся к переоценке доказательств доводы, аналогичные высказанным в суде первой инстанции, в том числе о допущенных по делу нарушениях, об отсутствии в действиях ФИО2 и ФИО3 состава преступления и об их оправдании, судом проверены и мотивированно отклонены, не подтвердились такие доводы и при их проверке апелляционной инстанцией.

Несогласие авторов жалоб стороны защиты с положенными в основу приговора доказательствами и их оценкой не свидетельствует о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела и о недоказанности вины, целей и мотивов действий осужденных.

Наказание осужденным назначено судом в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного каждым из них преступления, обстоятельств дела, данных об их личностях, влияния наказания на их исправление и на условия жизни их семей, отсутствия смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, а также других, указанных в приговоре обстоятельств, влияющих на наказание.

Выводы суда первой инстанции о назначении осужденным наказания в виде лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ, с испытательным сроком на два года, убедительно мотивированы в приговоре и судебная коллегия с ними соглашается.

С учетом фактических обстоятельств совершенного каждым из осужденных преступления и степени его общественной опасности, суд первой инстанции не усмотрел оснований для применения по делу ч. 6 ст. 15 УК РФ, а также оснований для применения ч. 2 ст. 53.1 УК РФ, ст. 64 УК РФ, с чем соглашается судебная коллегия.

Вопреки доводам жалобы потерпевших, справедливость назначенного ФИО2 и ФИО3 наказания сомнений у судебной коллегии не вызывает, поскольку оно отвечает целям, предусмотренным ч. 2 ст. 43 УК РФ, соразмерно тяжести содеянного и усилению не подлежит.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не допущено.

Руководствуясь статьями 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Ленинского районного суда города Севастополя от 05 апреля 2021 года в отношении ФИО2 и ФИО3 – оставить без изменения, а апелляционные жалобы защитников – адвокатов Ромаченко С.И., Васильченко Е.А., потерпевших ФИО4 №2, ФИО4 №1 – без удовлетворения.

Настоящее определение может быть обжаловано в порядке главы 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора.

В случае подачи кассационной жалобы осужденные и защитники вправе ходатайствовать о своем участии в заседании суда кассационной инстанции, о чем должны указать в жалобе либо в отдельном ходатайстве, или возражениях на кассационное представление.

Председательствующий:

Судьи: