Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в судебном заседании 10 декабря 2015 года уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Звонарева Н.М. на приговор Собинского городского суда Владимирской области от 12 октября 2015 года, которым

ФИО1, родившийся ****

в ****, не судимый,

осужден по п. «г» ч.2 ст.260 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 500 000 рублей.

На основании ч.6 ст.302 УПК РФ, в соответствии с п.п.9,12 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания РФ от 24 апреля 2015 года №6576-6 ГД «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов» ФИО1 от назначенного наказания освобожден вследствие акта об амнистии со снятием судимости.

С осужденного ФИО1 в пользу ГКУ ВО «****» взыскано **** рублей в счет возмещения имущественного ущерба, причиненного преступлением.

Изложив содержание приговора суда и доводы апелляционной жалобы, заслушав выступления адвоката Звонарева Н.М. и осужденного ФИО1, поддержавших доводы апелляционной жалобы, объяснения представителя потерпевшей Г.., полагавшей приговор законным и обоснованным, мнение прокурора Денисовой С.В. об оставлении приговора без изменения, суд

установил:

ФИО1 признан виновным в повреждении до степени прекращения роста лесных насаждений в крупном размере.

Согласно приговору ФИО1, являясь исполнительным директором ООО «****», 19 июня 2014 года заключил с ОАО **** договор купли-продажи на приобретение металлических труб – бывшей системы водоотвода, проходящей под лесными насаждениями, расположенными в квартале **** выдела ******** участкового лесничества (урочище ****). С целью извлечения металлических труб из земли 1 октября 2014 года ФИО1 заключил договор на оказание услуг строительными машинами, механизмами и автотранспортом с ООО СК «****», согласно которому ему предоставлена соответствующая техника с обслуживающим персоналом, типовой оснасткой и навесным оборудованием. В один из дней 20-х чисел января 2015 года в дневное время суток ФИО1 от машиниста экскаватора М. стало известно, что приобретенные им металлические трубы находятся под лесными насаждениями в лесном массиве. ФИО1, не оформив в соответствии со ст.71 Лесного Кодекса РФ, соответствующего правоустанавливающего разрешения на предоставление ему лесного участка, находящегося в государственной собственности для проведения работ по извлечению труб из земли в лесном массиве, осознавая незаконность своих действий, отдал распоряжение М. с использованием экскаватора с целью извлечения из земли приобретенных металлических труб, повредить до степени прекращения роста лесные насаждения. По указанию ФИО1 машинист экскаватора М. повредил до степени прекращения роста лесные насаждения в количестве 143 деревьев. В результате преступных действий ФИО1 государственному лесному фонду в лице ГКУ ВО «****» причинен ущерб на общую сумму **** рублей.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении указанного преступления не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Звонарев Н.М. выражает несогласие с приговором в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, а также в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона. Полагает, что ГКУ ВО «****» неправомерно признано по делу потерпевшим, поскольку земельный участок в границах расположения трубопровода, над которым с 1987 года выросла растительность в виде деревьев и кустарника, не может быть отнесен к лесным насаждениям в силу закона. Указывает, что согласно справки **** от 7 апреля 2015 года из ОАО **** на балансе ОАО стоял трубопровод от трех насосной станции к 1-2 севооборотам, введенный в эксплуатацию в 1987 году, через данный трубопровод осуществлялась мелиорация непосредственно на земельном участке с кадастровым номером ****, принадлежащим ОАО ****, относящемуся к землям сельскохозяйственного назначения. Ссылаясь на Постановление Президиума ВАС РФ от 17 января 2012 года №4777/08 по делу №А-56-31923/2006, полагает, что объекты мелиорации не имеют самостоятельного функционального назначения, созданы исключительно в целях улучшения качества земель и обслуживают только земельный участок, на котором они расположены, поэтому являются его неотъемлемой частью и применительно к ст.135 ГК РФ должны следовать судьбе этого участка. Данная позиция изложена и в п.39 Постановлении Пленума ВС РФ №25 от 23 июня 2015 года, где указано, что недвижимой вещью, участвующей в обороте как один объект, может являться единый недвижимый комплекс. Согласно ст.133.1 ГК РФ в качестве такого комплекса выступает совокупность объединенных единым назначением зданий, сооружений и иных вещей, которые либо расположены на одном земельном участке, либо неразрывно связаны технологически. По мнению автора жалобы, земельный участок, в границах которого расположен трубопровод, и земельный участок сельхозназначения с кадастровым номером **** составляют единое целое, то есть данный участок земли, на котором была удалена растительность для извлечения труб, является землей сельхозназначения. Считает, что согласно п.15 Постановления Пленума ВС РФ от 18 октября 2012 года №21 не относятся к предмету преступлений, указанных в ст.260 УК РФ, в частности деревья, кустарники и лианы, произрастающие на землях сельскохозяйственного назначения, за исключением лесных насаждений, предназначенных для обеспечения защиты земель от воздействия негативных (вредных) природных, антропогенных и техногенных явлений. Таким образом, в действиях ФИО1 состав преступления отсутствует.

Указывает, что при вынесении приговора суд отклонил заявленные стороной защиты ходатайства об исключении доказательств, полученных с нарушением УПК РФ, а именно: протокола о лесонарушении **** от 3 февраля 2015 года, ведомости пересчета деревьев от 2 февраля 2015 года, расчета материального ущерба, причиненного незаконной порубкой, ведомости материально-денежной оценки лесосек от 29 июня 2015 года, ведомости перечета деревьев незаконной рубки от 29 июня 2015 года, расчета материального ущерба, причиненного незаконной рубкой от 29 июня 2015 года, указав, что они оформлены надлежащим образом в соответствии с требованиями УПК РФ, другого мотивированного и обоснованного изложения своей позиции не высказал, при этом сторона обвинения не мотивировала основания для отклонения ходатайств. Полагает, что протокол о лесонарушении **** от 3 февраля 2015 года, ведомость перечета деревьев от 2 февраля 2015 года, расчет материального ущерба, причиненного незаконной порубкой, собранные в ходе предварительного следствия, и ведомость материально-технической оценки лесосек от 29 июня 2015 года, ведомость перечета деревьев незаконной рубки от 29 июня 2015 года, расчет материального ущерба, причиненного незаконной рубкой от 29 июня 2015 года, собранные в ходе судебного следствия, противоречат друг другу. При этом в приговоре не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие. Ссылаясь на ст.86 УПК РФ, ст.287 УПК РФ указывает, что не предусмотрено без соответствующего решения суда производить осмотр местности, на основании которого потерпевшая сторона сделала повторный перерасчет количества деревьев, а на основании него другой расчет ущерба. Указывая на Конституцию РФ, решения Конституционного Суда РФ, отмечает, что исключение из судопроизводства доказательств, полученных с нарушением закона, является конституционным правом человека, которое как составная часть более общего конституционного права на судебную защиту в соответствии с ч.3 ст.56 Конституции РФ ограничено быть не может. По мнению автора жалобы, если прокурор, как государственный обвинитель, не выполнил возложенное на него бремя опровержения доводов стороны защиты о том, что обвинительные доказательства получены с существенным нарушением закона, то эти доказательства признаются недопустимыми. Просит приговор суда отменить и вынести оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката старший помощник Собинского межрайонного прокурора Горбашкова Н.В. указывает, что согласно исследованным в судебном заседании документам земельный участок, на котором совершено преступление, относится к землям лесного фонда, находится в собственности Российской Федерации. Отмечает, что каких-либо документов, подтверждающих, что земельный участок, на котором проведена рубка лесных насаждений, принадлежит ОАО **** либо ранее принадлежал юридическому лицу на праве пользования, не представлено, согласно представленным ГКУ «****» документам указанный земельный участок относится к землям лесного фонда и в аренду никому не передавался. Таким образом, у ФИО1 не имелось законных оснований для вырубки лесных насаждений на земельном участке, принадлежащем Российской Федерации, следовательно, ущерб причинен государственному лесному фонду, ГКУ ВО «****» обоснованно признано потерпевшим. Обращает внимание, что в судебном заседании прокурором высказано мнение относительно заявленного ходатайства об исключении доказательств, представлены документы, подтверждающие размер причиненного ущерба по результатам контрольного перечета поврежденных до степени прекращения роста деревьев. Полагает, что существенных нарушений уголовно-процессуального закона не допущено, фактов несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела не усматривается, оснований для вынесения оправдательного приговора не имеется. Просит приговор суда оставить без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав участвующих в деле лиц, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражения на неё, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вопреки доводам жалобы адвоката выводы суда о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, являются правильными, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на совокупности допустимых доказательств, полно и всесторонне исследованных в ходе судебного разбирательства и приведенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершенном преступлении не признал и пояснил, что приобретенные им у ОАО **** металлические трубы являются частью мелиоративных гидросооружений и являются недвижимым имуществом, в связи с чем земля, под которой находятся трубы, принадлежит ОАО **** и является землей сельскохозяйственного назначения и никакого разрешения от **** лесничества на извлечение труб не было нужно.

Судом тщательно проверялись все доводы защиты о невиновности ФИО1, которые убедительно отвергнуты в приговоре, поскольку эти доводы противоречат совокупности исследованных в судебном заседании доказательств.

Так, виновность ФИО1 подтверждается показаниями представителя потерпевшего Г., которая пояснила, что участок, где были повреждены насаждения, является собственностью Российской Федерации и отнесен к категории земель лесного фонда, в настоящее время данный участок не находится в аренде ОАО ****. Отметила, что более точный размер ущерба оценивался летом 2015 года и составил **** рублей.

Из показаний свидетеля Ч., участкового лесничего ГКУ ВО «****», следует, что в январе 2015 года при патрулировании в квартале **** выделе **** он обнаружил повреждение лесных насаждений, сделанные экскаватором при выкапывании труб. На основании документов им было установлено, что лесные насаждения были повреждены на землях лесного фонда, а не на землях сельхозназначения ОАО ****. Он производил оценку причиненного ущерба дважды, первый раз зимой 2015 года, размер ущерба составил **** рубля, второй раз летом 2015 года был произведен более точный расчет, размер ущерба составил **** рублей. От сотрудников ОАО **** ему стало известно, что трубы выкапывались по указанию ФИО1, который приобрел их у ОАО ****. Пояснил, что участок, где были повреждены деревья, никогда не находился в аренде ОАО ****, до 2007 года, то есть до введения в действие Лесного Кодекса РФ совхоз **** имел право пользоваться землями лесного фонда и проложить трубы, однако после введения в действие Лесного Кодекса РФ ОАО **** надлежало оформить договор аренды, чего сделано не было, сведений о нахождении трубопровода в документах **** лесничества не имеется.

Данные показания подтверждаются показаниями свидетеля Л., лесничего ГКУ «****», о причастности ФИО1 к повреждению лесных насаждений, а также об отсутствии в материалах лесоустройства сведений о трубопроводе. Указал, что обязанность по согласованию прохождения трубопровода на землях лесного фонда лежала на ОАО ****.

Свидетель К., инженер по охране и защите леса ГКУ ВО «****», пояснила, что на основании представленных Ч. материалов, проводила оценку размера ущерба повреждения лесных насаждений в выделе **** квартала ******** лесничества.

Из показаний свидетеля У., начальника ОЭБиПК ОМВД России по ****, данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ, следует, что 3 февраля 2015 года от директора ГКУ ВО «****» поступило заявление о привлечении к уголовной ответственности лица, совершившего незаконную рубку древесины в государственном лесном фонде **** участкового лесничества урочища **** квартал **** выдел ****, представлены протокол о лесонарушении, ведомость перечета деревьев, план-чертеж участка, в котором совершено лесонарушение, ведомость материально-денежной оценки лесосеки, расчет причиненного ущерба. В ходе проведенных оперативно-розыскных мероприятий было установлено, что к совершению данного преступления причастен ФИО1, который был опрошен, признался в совершении преступления, раскаялся и собственноручно без оказания давления написал явку с повинной.

Свидетель М., экскаваторщик ООО «****», пояснил, что в январе 2015 года по указанию ФИО1 проводил работы по выкапыванию труб, в процессе работ связался по телефону с последним и сообщил, что в месте нахождения трубы растут деревья, кусты, на что ФИО1 разрешил копать дальше.

Согласно показаниям свидетеля М, заместителя директора ОАО ****, с ФИО1 был заключен договор купли-продажи труб систем орошения, при этом он считал, что трубы находятся в земле на участке, принадлежащем ОАО ****, правоустанавливающих документов на земельный участок не видел. Подтвердил, что семь-восемь лет назад директор ОАО **** не стал оформлять договор аренды на земельные участки в связи с недостаточностью денежных средств.

Свидетель К1. подтвердил, что по просьбе ФИО1 резал трубы, которые выкапывались экскаватором.

Суд первой инстанции обоснованно признал показания представителя потерпевшего и свидетелей достоверными и положил их в основу обвинительного приговора, поскольку они подробны, последовательны, согласуются между собой и соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного следствия.

При этом суд обоснованно отнесся критически к показаниям свидетелей М., К1., М о поврежденных кустах, а не о лесе, поскольку показания в данной части опровергаются доказательствами, представленными стороной обвинения, в том числе протоколом осмотра места происшествия и фототаблицей к нему, показаниями свидетелей Ч. и Л. о повреждении лесных насаждений на землях лесного фонда. Кроме того, свидетели М. и К1. являются знакомыми осужденного и заинтересованы в исходе дела.

Виновность ФИО1 в совершении преступления также подтверждается другими доказательствами:

протоколом явки с повинной от 4 февраля 2015 года, в которой ФИО1 сообщил, что в январе 2015 года по его указанию экскаваторщиком М. были повреждены лесные насаждения до прекращения их роста в выделе **** квартала ******** участкового лесничества **** района, относящиеся к государственному лесному фонду (т.1, л.д.169);

протоколом осмотра места происшествия от 4 февраля 2015 года и фототаблицей участка **** участкового лесничества **** выдел **** квартал ****, из которого следует, что в данном выделе имеется участок лесного массива, где обнаружены сломанные деревья (т.1, л.д.142-152);

протоколом проверки показаний на месте от 7 апреля 2015 года, согласно которому ФИО1 указал дорогу к выделу **** квартала ******** участкового лесничества (урочище ****), где по его указанию машинистом экскаватора М. выкапывались трубы системы водоотвода (т.1, л.д.153-156);

протоколом о лесонарушении **** от 3 февраля 2015 года, согласно которому в выделе **** квартала ******** участкового лесничества (урочище ****) обнаружено повреждение лесонасаждений до степени прекращения роста 124 деревьев (т.1, л.д.16-17);

ведомостью перечета деревьев от 2 февраля 2015 года, согласно которой обнаружено повреждение 124 деревьев до полного прекращения их роста (т.1, л.д.18) и от 29 июня 2015 года, согласно которой в выделе **** квартала ******** участкового лесничества обнаружено повреждение 143 деревьев до полного прекращения их роста (т.2, л.д.98);

ведомостями материально-денежной оценки лесосек от 2 февраля 2015 года (т.1, л.д.19) и от 29 июня 2015 года (т.2, л.д.97);

расчетом материального ущерба от 3 февраля 2015 года, согласно которому размер причиненного ущерба составил **** рубля (т.1, л.д.20-21) и представленным в ходе судебного разбирательства расчетом материального ущерба от 29 июня 2015 года, согласно которому размер ущерба составил **** рублей (т.2, л.дл.100-101);

выпиской из государственного лесного реестра ГКУ ВО «****», согласно которой лесной участок с кадастровым ****, расположенный по адресу: ****. **** участковое лесничество, урочище ****, лесной квартал **** часть лесотаксационного выдела **** относится к категории лесных земель, целевое назначение лесов – защитные леса, категория защищенности – ценные леса, подкатегория – запретные полосы лесов, расположенные вдоль водных объектов (т.1, л.д.34-35);

кадастровым паспортом земельного участка с кадастровым ****, расположенным по адресу: ****, **** участковое лесничество (ОАО ****) лесные кварталы **** (т.1, л.д.37-47);

копией свидетельства о государственной регистрации права от 11 марта 2015 года, согласно которому лесной участок, расположенный по адресу: ****, территориальный отдел департамента лесного хозяйства Владимирской области «****» **** участковое лесничество «****», лесные кварталы ****, является собственностью Российской Федерации;

копией Лесохозяйственного регламента ГКУ ВО «****» (т.1, л.д.13-15);

справкой ГКУ ВО «****» от 16 февраля 2015 года, согласно которой разрешительные документы на рубку леса в квартале **** выдела ******** участкового лесничества (урочище ****) не выписывались, аренда на данный участок ни по одному из видов использования лесов не оформлялась (т.1, л.д.73);

копией договора купли-продажи от 19 июня 2014 года, заключенного между ОАО **** в лице генерального директора Ш. и ООО «****» в лице ФИО1 о том, что ОАО **** продало ООО «****» трубы металлические (т.1, л.д.118-122);

и другими доказательствами, исследованными в ходе судебного следствия и положенными в основу приговора.

Сомневаться в объективности положенных в основу приговора доказательств оснований не имеется, поскольку каждое из них согласуется и подтверждается совокупностью других доказательств и получено с соблюдением требований закона.

Вопреки доводам жалобы адвоката, суд первой инстанции всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела, оценив собранные доказательства в их совокупности, пришел к обоснованному выводу об их достаточности для разрешения дела, признав ФИО1 виновным в совершении преступления и дав содеянному правильную юридическую оценку, опроверг доводы о его невиновности, с приведением мотивов принятого решения, с которыми суд апелляционной инстанции соглашается.

Действия ФИО1 квалифицированы судом правильно по п. «г» ч.2 ст.260 УК РФ как повреждение до степени прекращения роста лесных насаждений в крупном размере.

Вопреки доводам жалобы приговор постановлен в соответствии с требованиями закона, в нем указаны доказательства, на основании которых суд пришел к выводу о виновности ФИО1 в совершении преступления, а также дана оценка доказательствам, с которыми суд не согласился. Заявленное стороной защиты ходатайство об исключении доказательств, подтверждающих факт повреждения лесных насаждений и расчет степени причиненного ущерба, собранных в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства, рассмотрено судом первой инстанции в установленном законе порядке с учетом мнения участников процесса, с приведением в приговоре мотивов принятого решения, с которыми суд апелляционной инстанции соглашается.

В судебном заседании установлено и в приговоре отражено, что ФИО1, не имея документов о собственнике земельного участка в котором находились трубы, получив от экскаваторщика М. информацию о наличии на данном земельном участке лесных насаждений, не остановил работы для установления возможности их дальнейшего продолжения, а отдал распоряжение продолжать работать.

Установленная приговором суда сумма причиненного ущерба в размере **** рублей подтверждается представленными в судебном заседании документами по результатам контрольного перечета поврежденных до степени прекращения роста деревьев от 29 июня 2015 года, а также показаниями представителя потерпевшей Г. и свидетеля Ч.

Необходимость проведения повторного перечета возникла в результате того, что преступление было совершено в зимний период, и в связи с наличием снежного покрова была допущена неточность относительно количества поврежденных деревьев. Как пояснил свидетель Ч., после схода снежного покрова обстановка на месте происшествия не изменилась, в связи с чем сотрудник ГКУ ВО «****» в присутствии сотрудника ОМВД по **** произвел контрольный перечет деревьев, который позволил более точно определить размер причиненного ущерба.

В ходе предварительного следствия орган расследования обоснованно признал в качестве потерпевшего ГКУ ВО «****», поскольку в результате преступных действий ФИО1 государственному лесному фонду в лице ГКУ ВО «****» был причинен ущерб. В судебном заседании процессуальный статус представителя потерпевшего Г. сторонами не оспаривался, в связи с чем доводы жалобы адвоката в данной части следует признать необоснованными.

Утверждение адвоката о том, что приобретенные им у ОАО **** металлические трубы являются частью мелиоративных гидросооружений и в силу ст.135 ГК РФ являются неотъемлемой частью земельного участка, на котором они расположены, нельзя признать состоятельным. Из договора купли-продажи от 19 июня 2014 года следует, что ООО ****» в лице ФИО1 приобрел не объекты мелиорации, представляющие собой систему гидротехнических сооружений, созданных в целях осушения земель сельскохозяйственного назначения, а металлические трубы различного диаметра, которые не могут считаться недвижимым комплексом, участвующим в обороте как один объект. Приобретенные ФИО1 металлические трубы, входящие в бывшую систему водоотвода, не входят в совокупность объединенных одним назначением сооружений и не составляют единое целое с землей сельскохозяйственного назначения. Кроме того, в приложении к указанному договору купли-продажи отсутствуют кадастровый номер и сведения о государственной регистрации права на земельный участок, на котором находятся трубы.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст.ст.6, 60 УК РФ с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, всех обстоятельств дела, данных о личности виновного, который характеризуется положительно, имеет основанное место работы, не судим, к административной ответственности не привлекался, состоит в браке, проживает с супругой и ребенком.

Согласно приговору смягчающими наказание ФИО1 обстоятельствами суд признал явку с повинной, признание фактических обстоятельств дела, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, наличие малолетних детей. Отягчающих наказание обстоятельств не установлено.

Проанализировав данные обстоятельства, суд пришел к обоснованному выводу о возможности исправления ФИО1 без изоляции от общества и назначении виновному наказания в виде штрафа, с которым суд апелляционной инстанции соглашается. Оснований для изменения категории преступления на основании ч.6 ст.15 УК РФ, а также применении положений ст.64 УК РФ суд правомерно не усмотрел.

Назначенное ФИО1 наказание является справедливым и соразмерным содеянному, соответствует данным о его личности и требованиям уголовного закона.

Учитывая, что ФИО1 ранее не судим, осужден за совершение в январе 2015 года преступления, предусмотренного п. «г» ч.2 ст.260 УК РФ, к наказанию в виде штрафа суд первой инстанции на основании п.п. 9, 12 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 24 апреля 2015 года "Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов" обоснованно освободил ФИО1 от назначенного наказания со снятием судимости.

Таким образом, оснований для отмены приговора и вынесении оправдательного приговора, о чем ставится вопрос в апелляционной жалобе адвоката, не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд

постановил:

приговор Собинского городского суда Владимирской области от 12 октября 2015 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Звонарева Н.М. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий М.Н. Абрамова